Решение от 19 ноября 2018 г. по делу № А41-61818/2018

Арбитражный суд Московской области

107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва

http://asmo.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А41-61818/18
20 ноября 2018 года
г.Москва


Резолютивная часть решения объявлена 19 ноября 2018 года.

Полный текст решения изготовлен 20 ноября 2018 года.

Арбитражный суд Московской области в составе:

председательствующий судья Ж.П. Борсова ,

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з ФИО1, рассмотрел в судебном заседании дело по иску ООО "ТРАНСПОСТАВКА"

к АО "СБЕРБАНК ЛИЗИНГ"(ИНН <***>, ОГРН <***>)

третье лицо: САО «ВСК»

о признании соглашения недействительным, о взыскании,

при участии в судебном заседании

от истца: ФИО2, представитель по доверенности от 10.07.2018 года,

от ответчика: ФИО3, представитель по доверенности от 11.08.2017 года,

от третьего лица: не явились, извещены надлежащим образом.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения заявления извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда.

Лицам, участвующим в деле, процессуальные права и обязанности разъяснены. Отводов суду, ходатайств не заявлено.

Рассмотрев материалы дела, суд

УСТАНОВИЛ:

ООО "ТРАНСПОСТАВКА" обратилось в арбитражный суд с иском к АО "СБЕРБАНК ЛИЗИНГ"(ИНН <***>, ОГРН <***>), при участии третьего лица: САО «ВСК», с требованиями (с учетом принятых судом в порядке ст. 49 АПК РФ уточнений):

- о признании соглашения от 12.01.2018 года о прекращении договора лизинга № ОВ/Ф-23777-02-01 от 11 мая 2017 года недействительным,

- о взыскании денежных средств в сумме 1 372 380,70 руб.

Представитель истца поддержал заявленные требования в полном объеме по основаниям, изложенным в иске с учетом уточнений.

Представитель ответчика по иску возражал по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление.

Представитель третьего лица, надлежащим образом извещенного, в судебное заседание не явился. Дело рассмотрено в порядке ст.ст. 123, 156 АПК РФ в отсутствие представителя третьего лица.

Заслушав представителей сторон спора, исследовав письменные материалы дела, арбитражный суд приходит к следующему.

11 мая 2017 года между АО «Сбербанк Лизинг» (далее по тексту - ответчик, Лизингодатель) и ООО «ТрансПоставка» (далее по тексту - истец, Лизингополучатель) был заключен договор лизинга № ОВ/Ф - 23777-02-01 (далее по тексту - Договор лизинга), в соответствии с условиями которого Лизингодатель приобрел и передал во временное владение и пользование ООО «ТрансПоставка» транспортное средство - автомобиль легковой LEXUS LX 570 (идентификационные данные ТС указаны в Договоре лизинга).

Стоимость Предмета лизинга (закупочная) по договору лизинга составляла 6 600 000 (шесть миллионов шестьсот тысяч) руб. (п. 4.5 Договора лизинга).

Сумма предварительного (авансового) платежа, внесенного Лизингополучателем во исполнение п. 4.2 Договора лизинга, составила 1 980 000 (один миллион девятьсот восемьдесят тысяч) руб.

Срок лизинга, исчисляемый с даты подписания Акта приемки-передачи имущества в лизинг до выкупа автомобиля, составлял 36 лизинговых периодов. Лизинговым периодом стороны определили календарный месяц.

Выплата платежей Лизингодателю за временное владение и пользование Предметом лизинга определялась Графиком платежей (Приложение № 1 к Договору лизинга).

В соответствии с указанным Графиком платежей сумма ежемесячного лизингового платежа составляла 175 306 (сто семьдесят пять тысяч триста шесть) руб. 40 коп., за исключением платежа за первый месяц, который равнялся сумме 274 306 (двести семьдесят четыре тысячи триста шесть) руб. 40 коп.

12 мая 2017 года Предмет лизинга был передан АО «Сбербанк Лизинг» во временное владение и пользование ООО «ТрансПоставка» по акту приема-передачи.

12 мая 2017 года, в соответствии с условиями Договора лизинга (п. 5.6), Лизингополучатель заключил Договор страхования № 17280С5001447 со страховщиком САО «ВСК», который предусматривал страхование риска утраты Предмета лизинга, в том числе в случае хищения (угона) транспортного средства. Выгодоприобретателем по риску хищение (угон) по договору страхования значился Лизингодатель.

23 июня 2017 года автомобиль LEXUS LX 570 (предмет лизинга) был похищен.

Впоследствии, в установленном Правилами страхования порядке, угон транспортного средства (Предмета лизинга) был признан страховщиком страховым случаем, повлекшим конструктивную гибель Предмета лизинга, сумма страхового возмещения по которому составила 6 600 000 руб.

Срок пользования автомобилем по Договору лизинга составил 42 дня.

С даты заключения Договора лизинга Лизингополучатель добросовестно исполнял обязательства по выплате лизинговых платежей, включая периоды, когда автомобиль выбыл из обращения.

Всего за период с даты начала лизинга по дату прекращения договора лизинга, Лизингополучателем в пользу Лизингодателя было выплачено 1 326 145,20 руб. ежемесячных лизинговых платежей и пени в размере 987,97 руб., что, с учетом предварительного платежа, составило 3 307 132, 97 руб.

20 ноября 2017 года между АО «Сбербанк Лизинг» и ООО «ТрансПоставка» было заключено Соглашение о досрочном прекращении договора лизинга № ОВ/Ф-23 777-02-01 от 11 мая 2017 года.

06 декабря 2017 года между АО «Сбербанк Лизинг», САО «ВСК» и ООО «ТрансПоставка» было заключено трехстороннее Дополнительное соглашение к Договору страхования № 17280С5001447 от 12 мая 2017 года согласно которому, стороны определили действия и последствия этих действий в случае обнаружения похищенного транспортного средства (Предмета лизинга).

12 января 2018 года между АО «Сбербанк Лизинг» и ООО «ТрансПоставка» было заключено новое Соглашение о досрочном прекращении договора лизинга № ОВ/Ф-23777-02-01 от 11 мая 2017 года (далее - Соглашение о прекращении договора). Окончательное сальдо взаиморасчетов при этом определено не было.

Письмом от 13 декабря 2017 года в ответ на соответствующую претензию о возврате предварительного платежа (аванса) АО «Сбербанк Лизинг» уведомило ООО «ТрансПоставка» о том, что утрата предмета лизинга Лизингополучателем в процессе владения и пользования не является основанием для возврата ранее произведенных платежей, включая аванс, так как ответственность и риски утраты предмета лизинга переходят на Лизингополучателя с даты принятия предмета лизинга в лизинг.

22 января 2018 года Лизингодатель перечислил на расчетный счет ООО «ТрансПоставка» сумму в размере 1 515 114, 40 руб., в основание платежа указав - «возврат денежных средств по договору № ОВ/Ф-23 777-02-01 от 11 мая 2017 года, согласна письму и акту сверки платежей от 18.01.2018 г.».

Как указывает истец, так как договором лизинга не определен порядок расчета сальдо встречных обязательств и условия урегулирования убытков в части недополученной выгоды в случае получения страхового возмещения (это обстоятельство ответчиком не оспаривается), этот расчет следует производить руководствуясь нормами действующего законодательства, регулирующего правоотношения сторон. При этом, определение окончательного сальдо взаиморасчетов сторон расчетным путем осуществляется постольку, поскольку необходимо восполнить пробел договорного урегулирования, когда в договоре лизинга не предусмотрено, каким образом распределять последствия частичного исполнения договора лизинга после его прекращения.

Как установлено п. 4 ст. 453 ГК РФ в случае, когда до расторжения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (гл. 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

Из п. 1 ст. 28 Федерального закона от 29 октября 1998 г. № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге) и разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, данных в п. 2 постановления от 14 марта 2014 г. № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», следует, что денежное обязательство лизингополучателя в договоре выкупного лизинга состоит в возмещении затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю (возврат вложенного лизингодателем финансирования) и выплате причитающегося лизингодателю дохода (платы за финансирование).

По смыслу пунктов 3.1, 3.2, 3.3 постановления Пленума ВАС от 14 марта 2014 года, расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой. Согласно определенным ВС РФ правилам, правовое значение имеет время фактического возврата финансирования, после которого прекращается право Лизингодателя получать доход от такого финансирования.

Пунктом 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 марта 2014 года № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» разъяснено, что если погибший или поврежденный предмет лизинга был застрахован в пользу лизингодателя, он обязан предпринять разумные усилия для получения страхового возмещения. При этом сумма полученного лизингодателем страхового возмещения идет в зачет требований лизингодателя к лизингополучателю об уплате лизинговых платежей или при расчете сальдо встречных обязательств.

После хищения предмета лизинга (наступления страхового случая) Лизингодатель получил от страховой организации страховое возмещение в размере полной стоимости предмета лизинга 6 600 000 руб., из которых денежные средства предварительного платежа в размере 1 980 000 руб. являются денежными средствами Лизингополучателя, денежные средства в размере 4 620 000 руб. являются денежными средствами Лизингодателя, предоставленными в качестве финансирования.

В силу ч. 1 ст. 28 Федерального закона «О финансовой аренде (лизинге) от 29 октября 1998 года № 164-ФЗ (далее - Закон о лизинге) в состав лизинговых платежей входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю (сумма финансирования), а также доход лизингодателя (плата за финансирование).

Истец указывает, что поскольку до момента получения страхового возмещения лизинговые платежи, включая сумму возврата финансирования и плату за финансирование оплачивались согласно графику (в течение 7 лизинговых периодов) и составили 1 326 145, 20 руб., а предмет лизинга в собственность Лизингополучателя не перешел, в связи с чем, часть финансирования в составе уже выплаченного страхового возмещения, риски потери которого были возмещены, подлежит возврату Лизингополучателю по основаниям, предусмотренным ст. 1102 ГК РФ.

Таким образом, полагая соглашение от 12.01.2018 года о передаче Лизингодателем права собственности на утраченное имущество и правильность определения завершающей обязанности сторон из заключенного договора лизинга недействительным, а конечное сальдо денежных средств подлежащим возврату, истец обратился в суд с рассматриваемым иском.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд исходит из следующего.

Правоотношения сторон, возникающие в связи с заключением, исполнением, расторжением договора лизинга, регулируются общими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) о договорах, параграфом 6 главы 34 ГК РФ «О финансовой аренде (лизинге»), Федеральным законом от 29 октября 98 №164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)», Закон РФ от 27 ноября 1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в РФ».

Как указывает истец, проект Соглашения о досрочном прекращении договора лизинга от 12 января 2018 года № ОВ/Ф-23 777-02-01 от 11 мая 2017 года (далее - Соглашение о прекращении договора) был подготовлен Лизингодателем, им же были предложены условия и формулировки урегулирования отношений сторон, возникших из договора лизинга.

Предметом указанного Соглашения является досрочное прекращение и расторжение Договора лизинга, досрочный выкуп автомобиля и переход права собственности на автомобиль по Договору к Лизингополучателю.

Пунктом 1 Соглашения о прекращении договора стороны подтвердили, что страховая организация констатировала наступление страхового случая (конструктивная гибель) транспортного средства и сумму страхового возмещения, подлежащую выплате Лизингодателю, в размере 6 600 000 руб.

Согласно пункту 3 спорного Соглашения Договор лизинга считается расторгнутым и прекратившим действие при получении Лизингодателем суммы от Страховой компании, указанной в п. 2 Соглашения в срок до 25 января 2018 года (в размере 5 084 885 руб. 60 коп., в т.ч. НДС 18%).

Пунктом 4 указанного Соглашения о прекращении определено, что право собственности на автомобиль (идентификационные данные приведены в тексте документа), переданный в лизинг и находящийся у Лизингополучателя по Договору, перейдет к Лизингополучателю с даты поступления суммы оплаты Договора при его досрочном прекращении в полном объеме, на расчетный счет Лизингодателя.

Согласно п. 1 ст. 407 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В силу пункта 1 статьи 416 ГК РФ обязательства прекращаются невозможностью исполнения, если она вызвана обстоятельством, за которое ни одна из сторон не отвечает.

Как следует из материалов дела, утрата предмета лизинга согласно постановлению о возбуждении уголовного дела по факту события преступления, ответственность за которое предусмотрена ч. 4 ст. 158 УК РФ, произошла в результате хищения.

Примечанием к ст. 158 УК РФ установлено, что под хищением в статьях УК РФ понимаются совершенные с корыстной целью виновное противоправное безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

Как указывает истец, описанное в постановлении о возбуждении уголовного дела № И 701450051000471 от 02 июля 2017 года событие (тайное хищение чужого имущества) не позволяет утверждать, что утрата автомобиля произошла по вине Лизингополучателя, предпринявшего надлежащие меры по обеспечению сохранности автомобиля (из постановления о возбуждении у/д и постановления о приостановлении предварительного следствия от 02 октября 2017 года следует, что он находился на охраняемой стоянке).

С связи с чем, по мнению истца, с момента признания страховой компанией страховым случаем - конструктивной гибелью предмета лизинга в результате хищения Договор лизинга фактически был прекращен по основаниям, предусмотренным п.1 ст. 416 ГК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 22 ФЗ «О финансовой аренде (лизинге) ответственность за сохранность предмета лизинга от всех видов имущественного ущерба, а также за риски, связанные с его гибелью, утратой, порчей, хищением, преждевременной поломкой, ошибкой, допущенной при его монтаже или эксплуатации, и иные имущественные риски с момента фактической приемки предмета лизинга несет лизингополучатель, если иное не предусмотрено договором лизинга.

Договором лизинга предусмотрена обязанность заключить договор страхования, который в силу п. 1 ст. 929 ГК РФ при наступлении предусмотренного события (страхового случая) обязывал страховую компанию возместить другой стороне (в данном случае -выгодоприобретателю) убытки в застрахованном имуществе.

При этом, частью 5 ст. 10 Закона РФ от 27.11.1992 N 4015-1 (ред. от 03.08.2018) «Об организации страхового дела в Российской Федерации» определено, что в случае утраты, гибели застрахованного имущества страхователь, выгодоприобретатель вправе отказаться от своих прав на него в пользу страховщика в целях получения от него страховой выплаты (страхового возмещения) в размере полной страховой суммы.

В рассматриваемом случае выгодоприобретателем в Договоре страхования транспортного средства значилось АО «Сбербанк Лизинг».

Истец указал, что получив страховую выплату, Выгодоприобретатель (Лизингодатель) отказался от своих прав в пользу страховщика, что исключает возможность передачи этого права другому лицу по договору купли-продажи.

В силу п. 3 ст. 421 ГК РФ, ст. 624 ГК РФ и ст. 19 Закона о финансовой аренде (лизинге), договор лизинга, предусматривающий условие о переходе права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю следует рассматривать как смешанный договор, содержащий в себе элементы договора финансовой аренды и договора купли-продажи и, соответственно, к отношениям сторон по выкупу предмета лизинга применяются нормы ГК РФ, регулирующие куплю-продажу.

В силу п. 1 ст. 420 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Вместе с тем, согласно п. 1 ст. 421 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения. В п. 4 ст. 1 и ст. 10 ГК РФ установлен императивный запрет злоупотребления правом: никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Как разъяснено в п. 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 14 марта 2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», поскольку согласно пункту 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании статьи 10 ГК РФ. Под слабой стороной при этом понимается контрагент, который был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора, а под несправедливыми условиями договора - явно обременительные и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон.

Пунктом 1 ст. 454 ГК РФ установлены обязательные условия договора купли-продажи, согласно которым одна сторона (продавец) обязуется передать вещь в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять эту вещь и уплатить за нее определенную денежную сумму.

Истец полагает, что это существенное условие договора купли-продажи (о предмете лизинга) в момент заключения спорного Соглашения было неисполнимым ввиду конструктивной гибели транспортного средства, исключающего его использование по назначению, что при оплате суммы сделки, указанной в Соглашении, влечет неравноценность встречного исполнения.

Из содержания спорного Соглашения о прекращении договора лизинга, следует, что договор расторгается и прекращает свое действие с момента получения суммы, указанной в Соглашении от страховой компании.

В обоснование исковых требований истец указал, что поскольку законодательство не предусматривает возможности расторжения договора, действие которого прекращено, Соглашение о прекращении договора лизинга подлежит признанию недействительным по основаниям, предусмотренным ст. 168 ГК РФ, как сделка нарушающая требования закона.

Признание недействительным Соглашения о прекращении договора лизинга прекращает все правовые последствия, связанные с таким Соглашением, в том числе, обязанность Лизингополучателя уплатить сумму, указанную в Соглашении.

В соответствии с ч. 1 ст. 22 ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» ответственность за сохранность предмета лизинга от всех видов имущественного ущерба, а также за риски, связанные с его гибелью, утратой, порчей, хищением, преждевременной поломкой, ошибкой, допущенной при его монтаже или эксплуатации, и иные имущественные риски с момента фактической приемки предмета лизинга несет лизингополучатель, если иное не предусмотрено договором лизинга.

Ст. 669 ГК РФ предусматривает, что риск случайной гибели или случайной порчи арендованного имущества переходит к арендатору в момент передачи ему арендованного имущества, если иное не предусмотрено договором.

В соответствии с п. 2.13 Правил предоставления имущества в лизинг с момента подписания Акта приемки-передачи и имущества в лизинг к Договору лизинга и в течение всего срока действия Договора лизинга Лизингополучатель принимает на себя все риски, связанные с гибелью, утратой, повреждением, хищением, поломкой, преждевременным износом Предмета лизинга.

Согласно ст. 26 ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» утрата предмета лизинга или утрата предметом лизинга своих функций по вине лизингополучателя не освобождает лизингополучателя от обязательств по договору лизинга, если договором лизинга не установлено иное.

Пунктом 4.3 Договора лизинга предусмотрено, что Лизингополучатель обязуется уплачивать Лизингодателю платежи, в размере и в сроки, предусмотренные графиком платежей, в рублях.

Указанное обязательство не обусловлено наступлением момента передачи предмета лизинга Лизингополучателю, а также моментом начала использования Лизингополучателем предмета лизинга, т.е. не является встречным обязательством.

В соответствии с п. 3.5 Правил обязательства Лизингополучателя по уплате платежей возникают с даты подписания договора лизинга, независимо от фактического использования Предмета лизинга.

Кроме того, пунктом 1.2 Правил определено понятие Сумма закрытия сделки - денежная сумма, подлежащая уплате Лизингополучателем Лизингодателю в случае досрочного расторжения Договора лизинга.

В соответствии Дополнительным соглашением № 1 к Договору лизинга от 20.11.2017 г. при наступлении событий: угон, хищение либо повреждение Предмета лизинга, несовместимых с возможностью его дальнейшего использования по назначению, Лизингополучатель должен по своему усмотрению предпринять следующее:

А) единовременно оплатить оставшуюся сумму неуплаченных платежей (в том числе, которые подлежали бы оплате по Графику платежей при исполнении договора лизинга в отсутствии угона, хищения либо повреждения Предмета лизинга, несовместимых с возможностью его дальнейшего использования по назначению) и иных обязательств Лизингополучателя перед Лизингодателем.

Б) Лизингодатель получает страховое возмещение. После получения Лизингодателем страхового возмещения часть страхового возмещения, по состоянию на дату платежа равная сумме закрытия сделки по Договору лизинга, направляется Лизингодателем на закрытие Договора лизинга, а Стороны оформляют все необходимые документы для досрочного прекращения Договора лизинга. Оставшаяся часть страхового возмещения, превышающая сумму закрытия сделки по Договору лизинга, направляется Лизингодателем за вычетом банковских расходов и налогов на счет Лизингополучателя. До момента прекращения Договора лизинга лизинговые платежи к оплате Лизингополучатель должен осуществлять независимо от фактического состояния отсутствующего имущества. В случае, если по Договору лизинга имеется задолженность, Лизингополучатель обязан самостоятельно ликвидировать образовавшуюся задолженность по лизинговым платежам, а также погасить пени.

С учетом ответственности Лизингополучателя за сохранность Предмета лизинга, такое последствие расторжения Договора лизинга, как досрочная оплата Лизингодателю суммы закрытия сделки, соответствует положениям действующего законодательства и не нарушает баланс интересов сторон.

Условия Соглашения о последствиях расторжения Договора лизинга не являются обременительными и не нарушают баланс интересов сторон (интерес Лизингодателя получить в полном объеме лизинговые платежи, интерес Лизингополучателя получить в собственность Предмет лизинга), следовательно, отсутствуют основания для признания недействительным, как отдельного пункта Соглашения, так и Соглашения в целом.

Учитывая, что стороны в Общих условиях договора лизинга предусмотрели механизм расчета убытков при возникновении соответствующего страхового события, а в силу положении статьи 669 ГК РФ и статьи 22 Закона о лизинге риск гибели предмета лизинга по общему правилу лежит на лизингополучателе и в момент гибели предмет лизинга находился в сфере имущественной ответственности лизингополучателя (предпринимателя), такое распределение убытков при прекращении договора, в результате которого ответчик получает от предпринимателя те имущественные предоставления, как если бы договор лизинга был исполнен надлежащим образом, не может рассматриваться как нарушающее баланс интересов сторон и ущемляющее интересы слабого контрагента (предпринимателя), в силу чего обязательство, установленное Общими условиями договора лизинга подлежит исполнению на основании статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, условия Соглашения не могут рассматриваться как существенным образом нарушающие баланс интересов сторон или обременительные для Истца.

Отклоняя доводы истца об обременительности Соглашения о досрочном прекращении Договора лизинга, суд также принимает во внимание следующее.

В п. 1, 2 Постановления Пленума ВАС РФ № 16 от 14.03.2014 г. «О свободе Договора и ее пределах» указано, что в соответствии с пунктом 2 статьи 1 и статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) граждане и юридические лица свободны в установлении своих нрав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно пункту 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано обязательными для сторон правилами, установленными законом или иными правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его заключения (статья 422 ГК РФ). В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диапозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диапозитивной нормой.

Норма, определяющая права и обязанности сторон договора, является императивной, если она содержит явно выраженный запрет на установление соглашением сторон условия договора, отличного от предусмотренного этой нормой правила (например, в ней предусмотрено, что такое соглашение ничтожно, запрещено или не допускается, либо указано на право сторон отступить от содержащегося в норме правила только в ту или иную сторону, либо названный запрет иным образом недвусмысленно выражен в тексте нормы).

В соответствии с п. 9 указанного Постановления при рассмотрении споров, возникающих из договоров, включая те, исполнение которых связано с осуществлением всеми его сторонами предпринимательской деятельности, судам следует принимать во внимание следующее.

В тех случаях, когда будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора), суд вправе применить к такому договору положения пункта 2 статьи 428 ГК РФ о договорах присоединения, изменив или расторгнув соответствующий договор по требованию такого контрагента.

В то же время, поскольку согласно пункту 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании статьи 10 ГК РФ или о ничтожности таких условий по статье 169 ГК РФ».

Согласно положениям, ст. 428 ГК РФ договором присоединения признается договор, условия которого определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах и могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом.

Присоединившаяся к договору сторона вправе потребовать расторжения или изменения договора, если договор присоединения хотя и не противоречит закону и иным правовым актам, но лишает эту сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, исключает или ограничивает ответственность другой стороны за нарушение обязательств либо содержит другие явно обременительные для присоединившейся стороны условия, которые она исходя из своих разумно понимаемых интересов не приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении условий договора.

Для ограничения свободы договора, при отсутствии каких- либо признаков неравенства переговорных возможностей сторон, должны иметься не просто несправедливые, а действительно аномальные условия, не составляющие никаких сомнений в том, что разумные участники оборота в отсутствие каких-либо пороков воли такие условия никогда бы не приняли.

При этом истец должен доказать, что условия договора являются явно обременительными для истца; существенным образом нарушают баланс интересов сторон; истец не мог участвовать в согласовании условий договора либо был поставлен в положение, затрудняющее согласование договора.

Кроме того, сам факт того, что один контрагент представлял собой крупную организацию, а другой - небольшую фирму, недостаточен для признания явного неравенства переговорных возможностей, если на рынке наблюдается конкуренция, отсутствует фактор чрезвычайности обстоятельств заключения договора.

Таким образом, для признания Договора недействительным на основании ст. 428 ГК РФ, должна быть доказана совокупность следующих обстоятельств:

- условия договора являются явно обременительными (аномальными) для стороны;

- условия договора существенным образом нарушают баланс интересов сторон;

- сторона не могла участвовать в согласовании условий договора либо была поставлена в положение, затрудняющее согласование договора.

В нарушение ст. 65 АПК РФ истцом не представлены доказательства, подтверждающие наличие указанных выше обстоятельств.

Кроме того, в соответствии с п. 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда РФ № 35 от 06.06.2014 г. «О последствиях расторжения договора» определено, что судам следует учитывать, что последствия расторжения договора, отличающиеся от тех, которые установлены в статье 453 ГК РФ, могут содержаться в положениях об отдельных видах договоров. Правила статьи 453 Кодекса в указанных случаях применяются в той мере, в какой они не противоречат положениям специальных норм.

Соглашение о досрочном прекращении договора лизинга по своей природе является Соглашением о последствиях расторжения договора лизинга и в совокупности с положениями Договора лизинга (с учетом Дополнительного соглашения № 1) определяет последствия его расторжения.

Так, Стороны фактически договорились о том, что в связи с хищением Предмета лизинга расчеты между Сторонами осуществляются так, как если бы Лизингополучатель оплатил лизинговые платежи в полном объеме и право собственности на Предмет лизинга перешло бы к Лизингополучателю.

Пунктом 1.2 Правил определено понятие Сумма закрытия сделки - денежная сумма, подлежащая уплате Лизингополучателем Лизингодателю в случае досрочного расторжения Договора лизинга в размере, определенном в Графике платежей на соответствующую дату (с учетом иных особенностей, установленных Договором).

Пункт 5.4 Договора лизинга предусматривает, что истечение срока действия договора лизинга, а равно расторжение (изменение) договора лизинга не влечет прекращения прав и обязанностей сторон до момента их полного исполнения сторонами, только если иное прямо не предусмотрено договором лизинга.

20.11.2017 г. между АО «Сбербанк Лизинг» и ООО «ТрансПоставка» было заключено Дополнительное соглашение № 1 к Договору лизинга, в соответствии с которым Стороны определили порядок действий на случай наступления страхового случая.

В соответствии с указанным Дополнительным соглашением при наступлении событий: угон, хищение либо повреждение Предмета лизинга, несовместимых с возможностью его дальнейшего использования по назначению, Лизингополучатель должен по своему усмотрению предпринять следующее:

А) единовременно оплатить оставшуюся сумму неуплаченных платежей (в том числе, которые подлежали бы оплате по Графику платежей при исполнении договора лизинга в отсутствии угона, хищения либо повреждения Предмета лизинга, несовместимых с возможностью его дальнейшего использования по назначению) и иных обязательств Лизингополучателя перед Лизингодателем.

Б) Лизингодатель получает страховое возмещение. После получения Лизингодателем страхового возмещения часть страхового возмещения, по состоянию на дату платежа равная сумме закрытия сделки по Договору лизинга, направляется Лизингодателем на закрытие Договора лизинга, а Стороны оформляют все необходимые документы для досрочного прекращения Договора лизинга. Оставшаяся часть страхового возмещения, превышающая сумму закрытия сделки по Договору лизинга, направляется Лизингодателем за вычетом банковских расходов и налогов на счет Лизингополучателя. До момента прекращения Договора лизинга лизинговые платежи к оплате Лизингополучатель должен осуществлять независимо от фактического состояния отсутствующего имущества. В случае, если по Договору лизинга имеется задолженность. Лизингополучатель обязан самостоятельно ликвидировать образовавшуюся задолженность по лизинговым платежам, а также погасить пени.

Далее, пунктом 2 Соглашения Стороны согласовали Сумму закрытия сделки в измененном размере, а именно 5 084 885,60 рублей.

Положения действующего законодательства не содержат запрета изменять общий размер платежей или отдельный платеж по Договору.

Пунктом 1 ст. 450 ГК РФ предусмотрено, что изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором, соответственно Стороны вправе вносить любые изменения в График платежей по договору.

Таким образом, заключенное сторонами соглашение фактически является соглашением, в котором предусмотрены последствия расторжения договора лизинга в связи с утратой его предмета.

Действующее законодательство не устанавливает каких-либо ограничений для Сторон в определении последствия расторжения договора, прекращенного на основании ст. 416 ГК РФ.

Риски, связанные с гибелью, утратой, порчей, хищением предмета лизинга несет лизингополучатель и, кроме того, в данном случае последствия утраты предмета лизинга предусмотрены договором лизинга и подписанным сторонами от 12.01.2018 года соглашением о прекращении договора лизинга.

При этом определение завершающей обязанности лизингодателя было осуществлено не в соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 3- 3.6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», что однако не противоречит принципу свободы договора, потому что данные разъяснения не относятся к императивным нормам.

В связи с этим отличие условий соглашения от содержания данных разъяснений само по себе не может служить основанием для неприменения достигнутых сторонами договоренностей.

Поскольку в данном конкретном случае договор лизинга прекращен на основании статьи 416 Гражданского кодекса Российской Федерации, последствия прекращения обязательств предусмотрены как в названном договоре, так и в подписанном к нему соглашении о прекращении, ссылка истца на положения, содержащиеся в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 №17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», подлежит отклонению по мотиву неосновательности.

Подлежат отклонению также доводы истца о невозможности передачи права собственности на похищенное транспортное средство.

В соответствии с ч. 5 ст. 10 ФЗ «Об организации страхового дела в Российской Федерации» в случае утраты, гибели застрахованного имущества страхователь, выгодоприобретатель вправе отказаться от своих прав на него в пользу страховщика в целях получения от него страховой выплаты (страхового возмещения) в размере полной страховой суммы.

Часть 4 ст. 422 ГК РФ предусматривает, что в случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

Истец указывает, что, получив от Страховщика страховое возмещение, АО «Сбербанк Лизинг» отказалось от прав на застрахованное имущество, и, соответственно, не может передать право собственности Истцу.

06.12.2017 г. между Истцом, Ответчиком и Третьим лицом было подписано Дополнительное соглашение к Договору страхования наземного транспорта № 17280С5001447 от 12.05.2017 г., в котором Стороны определили порядок действия Сторон, в случае обнаружения Предмета лизинга.

Так, в соответствии с указанным Соглашением, в случае обнаружения похищенного Предмета лизинга Собственник ТС на момент обнаружения ТС уведомляет Страховщика о выполнении одного из следующих действий:

- страхователь (ООО «ТрансПоставка») обязуется вернуть Страховщику, выплаченное САО «ВСК» страховое возмещение с оставлением ТС в своем распоряжении;

- Собственник ТС отказывается от застрахованного имущества в пользу Страховщика, либо в пользу лица, указанного Страховщиком.

ООО «ТрансПоставка», как собственник имущества, в случае его обнаружения, будет вправе либо оставить ТС в своём распоряжении и возвратить страховое возмещение, либо отказаться от прав на ТС.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Согласно ч.1 ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Арбитражный суд в силу ч.3 ст. 9 АПК РФ, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом и создает условия для установления фактических обстоятельств, что является необходимым для достижения главной задачи судопроизводства в арбитражных судах - защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность (ст. 2 АПК РФ).

С учётом вышеуказанных выводов суда, в материалах дела отсутствуют доказательства обстоятельств, подлежащих доказыванию в рамках настоящего спора, позволяющие суду удовлетворить заявленные требования.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 110, 167-170, 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении искового заявления отказать.

Решение может быть обжаловано в Десятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца через Арбитражный суд Московской области.

Судья Ж.П. Борсова