Решение от 16 июля 2020 г. по делу № А55-30304/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД Самарской области

443045, г. Самара, ул. Авроры,148, тел. (846) 226-56-17

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

16 июля 2020 года

Дело №

А55-30304/2019

Резолютивная часть решения объявлена 15 июля 2020 года.

Арбитражный суд Самарской области

в составе

судьи Гордеевой С.Д.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Шестало С.С.

рассмотрев в судебном заседании 15 июля 2020 года дело по иску

Общества с ограниченной ответственностью «Макстон-Процессинг»

к Акционерному обществу «Мордовавтодор»

о взыскании 4 355 019 руб. 85 коп.

при участии в заседании представителей:

от истца – ФИО1

от ответчика – ФИО2

Установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Макстон-Процессинг» (истец) обратилось в Арбитражный суд Самарской области с иском (с учетом уточнений исковых требований от 04.06.2020, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) к Акционерному обществу «Мордовавтодор» (ответчик) о взыскании 4 355 019 руб. 85 коп., из которых: 1 853 217 руб. 93 коп. - основной долг, 324 313 руб. 14 коп. - проценты за пользование денежными средствами, 2 177 488 руб. 78 коп. - неустойка.

Представитель истца в судебном заседании исковые требования поддержал по доводам уточненного искового заявления.

Представитель ответчика возражал относительно удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление, ходатайствовал об уменьшении размера неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ).

Исследовав материалы дела, заслушав объяснения представителей сторон, суд пришел к выводу, что исковые требования подлежат удовлетворению в части.

Как следует из материалов дела, Общество с ограниченной ответственностью «Макстон-Процессинг» (Поставщик) в соответствии с условиями договора № 2905-МП/18 поставки нефтепродуктов от 23.05.2018 (далее по тексту - «Договор поставки») и спецификаций №№1 - 7 к Договору (далее по тексту - «Спецификации») поставило АО «Мордовавтодор» (Покупателю) Дизельное топливо на сумму 13 749 075,60 руб. (Тринадцать миллионов семьсот сорок девять тысяч семьдесят пять рублей 60 коп.), НДС 18% в том числе, что подтверждается: товарной накладной №573 от 25.05.2018г., транспортной накладной №288 от 25.05.2018г.; товарной накладной №576 от 27.05.2018г., транспортной накладной №292 от 27.05.2018г.; товарной накладной №858 от 26.06.2018г., транспортной накладной №442 от 26.06.2018г.; товарной накладной №1481 от 30.08.2018г., транспортной накладной №834 от 30.08.2018г.; товарной накладной №1501 от 31.08.2018г., транспортной накладной №850 от 31.08.2018г.; товарной накладной №1789 от 05.10.2018г., транспортной накладной №1039 от 05.10.2018г.; товарной накладной №2511 от 29.12.2018г., транспортной накладной №1498 от 29.12.2018г.; товарной накладной №2549 от 29.12.2018г., транспортной накладной №1501 от 29.12.2018г.

В соответствии с п.3.1. Спецификаций оплата поставленного товара должна быть произведена в течение 30 (Тридцати) календарных дней от даты получения товара.

Пунктом 6.7. Договора поставки предусмотрено, что Покупатель с момента получения товара и до полной его оплаты пользуется коммерческим кредитом, предоставленным в форме отсрочки платежа, с уплатой вознаграждения за использование кредитных ресурсов, которое взимается на условиях:

- 0,00001% от суммы кредита за каждый день пользования кредитом с даты следующей за датой передачи товара Поставщиком до предпоследнего дня отсрочки/рассрочки оплаты;

- 0,1% от суммы кредита за каждый день пользования кредитом в течение последующего времени.

При этом суммой кредита является остаток денежных средств, которые Покупатель должен уплатить за товар.

Ответчик допустил нарушение условий договора. До настоящего времени задолженность по договору ответчиком полностью не погашена.

По утверждению истца задолженность ответчика по оплате поставленного товара составляет 1 853 217 руб. 93 коп.

Представленная в материалы дела претензия истца оставлена ответчиком без удовлетворения.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в Арбитражный суд Самарской области с рассматриваемым иском.

Как указал истец, Общество с ограниченной ответственностью «Макстон-Процессинг» в соответствии со статьей 319 ГК РФ частично поступившую оплату по договору зачел в счет погашения процентов за пользование коммерческим кредитом, остальную сумму - в счет погашения основного долга.

Ответчик в обоснование возражений на иск ссылается на то, что в соответствии п.1.1, п. 1.2. Договора № 2905 - МП/18 от 23.05.2018 года, заключенного между ООО «Макстон - Процессинг» и АО «Мордовавтодор» (Далее -Договор) Поставщик обязуется передать в собственность, а Покупатель обязуется принять и оплатить нефтепродукты, продукты нефтехимии и/или химии (Далее - Товар). Наименование Товара, количество Товара, цена за единицу Товара, стоимость партии Товара, срок и условия поставки партии Товара, согласовываются Сторонами в спецификациях, для каждого периода поставки Товара, содержащихся в Приложении к настоящему договору, являющемся неотъемлемой его частью (далее - «Приложение»). Периодом поставки считается один календарный месяц, если иное не установлено в Приложении.

С учетом предмета Договора (поставка товаров для использования в предпринимательской деятельности и в иных целях, не связанных с личным, семейным и другим подобным использованием), заключенный между Истцом и Ответчиком договор по своей правовой природе является договором поставки, отношения по которому регулируются главой 30 ГК РФ, если иное не предусмотрено правилами данного Кодекса о договоре поставки. Договор поставки является разновидностью договора купли-продажи.

В соответствии с пунктом 1 статьи 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки, производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В силу статьи 516 ГК РФ покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.

Ответчик обосновал возражения тем, что в соответствии п.7.4. Договора при наличии за Покупателем задолженности по настоящему Договору вне зависимости от оснований ее возникновения, поступившие денежные средства, засчитываются, в первую очередь, в погашение имеющегося долга Покупателя по хронологии его возникновения. При этом назначение платежа, указанное в платежном поручении, во внимание не принимается.

Таким образом, Стороны Договора определили, что все поступающие денежные средства засчитываются Поставщиком в счет оплаты суммы долга, а не процентов за пользование коммерческим кредитом.

Согласно разъяснениям, изложенным в информационном письме Президиума ВАС РФ от 20.10.2010 № 141 положения ст. 319 ГК РФ не регулируют отношения, связанные с привлечением должника к ответственности за нарушение обязательства (глава 25 ГК РФ), а определяет порядок исполнения денежного обязательства, которое должник принял на себя при заключении договора.

С учетом изложенного, ответчик посчитал ссылки истца на зачет поступающих от Покупателя платежей в счет уплаты процентов за пользование коммерческим кредитом, неустойки являются неправомерными, представленный расчет неверным.

Так, в соответствии с товарными накладными: № 573 от 25.05.2018 г., № 576 от 27.05.2018 г., № 858 от 26.06.2018 г., № 1481 от 30.08.2018 г., № 1501 от 31.08.2018 г., № 1789 от 05.10.2018 г., № 2549 от 29.12.2018 г., № 2511 от 29.12.2018 г. (копии товарных накладных представлены в материалы дела Истцом) Поставщиком поставлено Покупателю дизельное топливо на общую сумму 13 749 075,60 рублей.

Платежными поручениями: № 1916 от 29.08.2018 г., № 2035 от 04.10.2018 г., № 2085 от 04.10.2018 г., № 2181 от 31.10.2018 г., № 2237 от 02.11.2018 г., № 2300 от 26.11.2018 г., № 2415 от 21.12.2018 г., №2534 от 28.12.2018 г., № 44 от 15.02.2019 г., № 5918 от 23.10.2019 г. Ответчиком оплачено за поставленный по Договору Товар 11 046 863,59 рублей.

Как указал ответчик, с учетом зачета, произведенного сторонами Договора 31.12.2018 г. на сумму 2 702 212,01 руб. согласно акту взаимозачета № 160, у ответчика отсутствует задолженность по оплате товара, поставленного истцом в соответствии с Договором (11 046 863,59 руб. + 2 702 212,01 руб. = 13 749 075,60 руб.).

Суд, оценив доводы и возражения сторон, а также доказательства, представленные сторонами в обоснование своих требований и возражений, в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на предмет их относимости, допустимости, достоверности в отдельности, а также достаточности и взаимной связи в их совокупности, на основе правильного установления фактических обстоятельств по делу, что заявленные исковые требования подлежат удовлетворению в части, по следующим основаниям.

Согласно статье 465 ГК РФ количество товара, подлежащего передаче покупателю, предусматривается договором купли-продажи в соответствующих единицах измерения или в денежном выражении. Условие о количестве товара может быть согласовано путем установления в договоре порядка его определения. Если договор купли-продажи не позволяет определить количество подлежащего передаче товара, договор считается не заключенным.

В силу ст. ст. 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства, требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

В соответствии с п. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Пунктом 1 ст. 486 ГК РФ установлена обязанность покупателя оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено ГК РФ, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

Согласно ст. 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием. Покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки (п. 1 ст. 516 ГК РФ).

Факт поставки товара подтверждается материалами дела и ответчиком не оспаривается.

Согласно п.2 ст. 307 ГК РФ обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

В силу ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

В пункте 6.7. Договора поставки стороны согласовали, что Покупатель с момента получения товара и до полной его оплаты пользуется коммерческим кредитом, предоставленным в форме отсрочки платежа, с уплатой вознаграждения за использование кредитных ресурсов. При этом суммой кредита является остаток денежных средств, которые покупатель должен уплатить за товар.

Судом отклоняются доводы ответчика в указанной части, поскольку договором предусмотрена поставка товара на условиях коммерческого кредита, следовательно обязательство оплатить стоимость поставленного товара и обязательство уплатить проценты по коммерческому кредиту возникают одновременно (с момента получения товара), т.к. по сути, являются одним обязательством.

Указание в п. 7.4. на то, что обязательства погашаются денежными средствами, говорит о том, что эти обязательства однородные и денежные.

Следовательно, п. 7.4. договора устанавливает порядок исполнения нескольких одновременно существующих денежных обязательств (сумма основного долга, неустойка, штрафы) по хронологии возникновения этих обязательств, при этом датой возникновения таких обязательств является или дата заключения спецификации (обязательство возникло из договора), и (или) дата расторжения спецификации при невозвращении аванса или неоплате поставленного товара (обязательство возникло вследствие неосновательного обогащения), и (или) другие даты в соответствии со ст. 307 ГК РФ.

Статья 319 ГК РФ устанавливает очередность погашения требований по денежному обязательству, т.е. очередность погашения частей одного обязательства (издержки по получению исполнения, основная сумма долга, проценты за пользование коммерческим кредитом). Исходя из формулировок, применённых законодателем, частями обязательства являются издержки кредитора по получению исполнения обязательства, проценты и основная сумма долга (а не сумма основного долга).

Следовательно, положения п. 7.4. не противоречат ст. 319 ГК РФ, т.к. содержащиеся в них положения регулируют различные отношения сторон: п. 7.4. - очередность исполнения нескольких обязательств; ст. 319 ГК РФ - очерёдность погашения частей одного обязательства.

Если понимать проценты и основную сумму долга, как разные обязательства, то ст.319.1 ГК РФ исключает применение ст. 319 ГК РФ.

При этом очередность погашения требований по денежному обязательству определена ст. 319 ГК РФ, согласно которой сумма произведенного платежа, недостаточная для исполнения денежного обязательства полностью, при отсутствии иного соглашения погашает прежде всего издержки кредитора по получению исполнения, затем - проценты, а в оставшейся части - основную сумму долга.

Согласно п. 49 Постановлении Пленума Верховного суда РФ от 24.03.2016г. № 17 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса РФ об ответственности за нарушение обязательств», что исходя из положений статьи 319 ГК РФ об очередности погашения требований по денежному обязательству, при недостаточности суммы произведенного платежа, судам следует учитывать, что под процентами, погашаемыми ранее основной суммы долга, понимаются проценты за пользование денежными средствами.

Стороны самостоятельно определили условия договора. Договор подписан ответчиком без разногласий. Доказательств совершения истцом действий, направленных на причинение вреда другому лицу, злоупотребления истцом имеющимися у него правами, суду не представлено.

В этой связи, поступившие от АО «Мордовавтодор» платежи, правомерно засчитывались ООО «Макстон-Процессинг» в первую очередь в погашение процентов за пользование коммерческим кредитом, а в оставшейся части - в погашение основного долга, что не противоречит статье 319 ГК РФ и пункту 7.4. договора поставки.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Материалами настоящего дела подтверждается факт поставки товара истцом в адрес ответчика, наличие спорной задолженности.

Ответчик факт получения от истца товара на спорную сумму не опроверг, доказательств оплаты поставленного товара на спорную сумму не представил. Возражений относительно объема и стоимости товара не оспорил.

Оценка требований и возражений сторон осуществлена судом с учетом положений ст. ст. 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о бремени доказывания исходя из принципа состязательности сторон, согласно которому риск наступления последствий не совершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле.

Принимая во внимание изложенное, требование истца о взыскании с ответчика основного долга в сумме 1 853 217 руб. 93 коп. подлежит удовлетворению в полном объеме.

Истец также просит взыскать с ответчика проценты за пользование коммерческим кредитом в сумме 324 313 руб. 14 коп, процентов за пользование коммерческим кредитом, начисленных в размере 0,1% от суммы коммерческого кредита за каждый день пользования за период с 16.04.2020 по день фактической оплаты долга.

Согласно ст. 823 ГК РФ договорами, исполнение которых связано с передачей в собственность другой стороне денежных сумм или других вещей, определяемых родовыми признаками, может предусматриваться предоставление кредита, в том числе в виде аванса, предварительной оплаты, отсрочки и рассрочки оплаты товаров, работ или услуг (коммерческий кредит), если иное не установлено законом.

Если иное не предусмотрено правилами о договоре, из которого возникло соответствующее обязательство, и не противоречит существу такого обязательства, к коммерческому кредиту применяются нормы о договоре займа (п. 2 ст. 823 ГК РФ).

По договору коммерческого кредита возникает обязанность одной из сторон оплатить поставленные товары с условием, в силу которого одна сторона предоставляет другой стороне отсрочку или рассрочку исполнения какой-либо обязанности (уплатить деньги либо передать имущество, выполнить работы или услуги). Предоставление подобного кредита неразрывно связано с тем договором, условием которого является.

Коммерческим кредитованием может считаться всякое несовпадение во времени встречных обязанностей по заключенному договору, когда товары поставляются ранее их оплаты, либо платеж производится ранее передачи товаров.

При этом договором может быть предусмотрена обязанность покупателя уплачивать проценты на сумму, соответствующую цене товара, начиная со дня передачи товара продавцом, что прямо вытекает из абз. 2 п. 4 ст. 488 ГК РФ.

Указанные проценты, начисляемые (если иное не установлено договором) до дня, когда оплата товара была произведена, являются платой за коммерческий кредит, что соответствует правовой позиции, изложенной в п. 12 постановления Пленума ВС РФ и ВАС РФ от 08.10.1998 г. N 13/14 «О практике применения положений ГК РФ о процентах за пользование чужими денежными средствами» (далее - постановление N 13/14).

В возражениях ответчик ссылается на п. 14 Постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 08.10.1998г. № 13/14, в котором суды рассматривают два варианта процентов, первый в виде меры ответственности за нарушение обязательств по оплате товара (ст. 395 ГК РФ) и коммерческий кредит (ст. 823 ГК РФ) который является платой за предоставления отсрочки оплаты за поставленный товар. Суды намеренно в одном пункте (14) разделяют два варианта процентов, чтобы участники гражданских отношений, заключая договор поставки (купли-продажи) имели понимание того, какие проценты начисляются в каждом конкретном случае.

В п. 12 и 14 постановления N 13/14 разъяснено, что проценты, взимаемые за пользование коммерческим кредитом, являются платой за пользование денежными средствами и подлежат уплате с момента, определенного законом или договором. Обязанность по уплате коммерческого кредита прекращается при исполнении стороной, получившей кредит, своих обязательств, если иное не предусмотрено законом или договором.

Разница между указанными процентами заключается в том, что проценты за пользование коммерческим кредитом не является ответственностью за нарушение обязательства по оплате товара, а являются платой за пользование денежными средствами, кроме того, обязательства коммерческого кредита не возникают автоматически, а только при достижении сторонами соглашения об этом (Постановление ФАС ПО от 15.04.2014г. по делу А65-17705/2013).

Таким образом, учитывая, что проценты по коммерческому кредиту - это плата за пользование денежными средствами, а не мера ответственности за нарушение обязательств, одновременное взыскание процентов по кредиту и неустойки не нарушает принцип недопустимости двойной ответственности за нарушение одного обязательства. Об этом же говорится в Постановлении Президиума ВАС РФ от 12.02.2013г. № 14798/12, в котором Суд разъяснил, что квалификация процентов, предусмотренных спорным договором, как меры ответственности не согласуется с действительной волей сторона при заключении договора и принципом свободы договора, т.к. если договором установлена обязанность продавца уплачивать проценты за поставленный товар, проценты взимаются как плата за предоставленный коммерческий кредит согласно статье 823 ГК РФ.

Истец и ответчик своей волей и в своем интересе (п.2 ст.1 ГК РФ) включили в Договор поставки условие о коммерческом кредите и определили размер процентов.

В рассматриваемом случае, поскольку условие об уплате процентов за пользование коммерческим кредитом согласовано сторонами в п. 6.7 договора, требование истца о взыскании с ответчика процентов за период с 16.04.2020 по день фактической оплаты долга подлежит удовлетворению в полном объеме.

Пунктом 6.7. Договора поставки предусмотрено, что Покупатель с момента получения товара и до полной его оплаты пользуется коммерческим кредитом, предоставленным в форме отсрочки платежа, с уплатой вознаграждения за использование кредитных ресурсов, которое взимается на условиях:

- 0,00001% от суммы кредита за каждый день пользования кредитом с даты следующей за датой передачи товара Поставщиком до предпоследнего дня отсрочки/рассрочки оплаты;

- 0,1% от суммы кредита за каждый день пользования кредитом в течение последующего времени.

При этом суммой кредита является остаток денежных средств, которые покупатель должен уплатить за товар.

Принимая во внимание изложенное, платежи по платежным поручениям погашали в первую очередь проценты за пользование коммерческим кредитом, а в остальной части относились на основной долг, что соответствует ст. 319 ГК РФ и п. 7.4 договора.

В рассматриваемом случае, поскольку условие об уплате процентов за пользование коммерческим кредитом согласовано сторонами в п. 6.7 договора, требование истца о взыскании с ответчика процентов за пользование коммерческим кредитом за период с 16.04.2020 по день фактического исполнения обязательства подлежит полному удовлетворению.

При этом сумма процентов за пользование коммерческим кредитом, подлежащая взысканию с ответчика в пользу истца за период с 25.06.2018 по 15.04.2020 составил 324 313 руб. 14 коп. согласно расчету истца, представленного с уточнением исковых требований от 04.06.2020, проверенного судом.

Заявленная сумма процентов в размере 324 313 руб. 14 коп. признается судом обоснованной, не превышающей расчет процентов, в соответствие с условиями договора и заявленному периоду начисления.

Согласно ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Каких-либо доказательств, опровергающих доводы истца ответчиком в материалы дела не представлено.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 15.10.2013 г. N 8127/13 по делу N А46-12382/2012, суд не может исполнять обязанность ответчика по опровержению представленных доказательств.

При таких обстоятельствах исковые требования в указанной части являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Истец также просит взыскать с ответчика неустойку в размере 2 177 488 руб. 78 коп., начисленной в размере 0,1 % от стоимости несвоевременно оплаченного товара за каждый день просрочки за период с 16.04.2020 по день фактического исполнения обязательства.

В соответствии с п. 1 ст. 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В силу п. 1 ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Согласно ст. ст. 330 - 331 ГК РФ стороны вправе предусмотреть в договоре обязанность одной стороны уплатить другой стороне неустойку (штраф, пени) за несвоевременное исполнение обязательства.

Пунктом 8.3 договора установлено, что покупатель в случае нарушения сроков осуществления платежа в соответствии с договором и приложением обязуется уплатить поставщику пени в размере 0,1 % от стоимости несвоевременно оплаченного товара и/или от суммы задолженности по возмещению (уплате) транспортных и иных расходов за каждый день просрочки.

Истцом с учетом указанных положений закона и договора произведен расчет неустойки за нарушение сроков оплаты товара в размере 2 177 488 руб. 78 коп. по состоянию на 15.04.2020, а также предъявлено требование о взыскании неустойки за нарушение сроков оплаты товара по день фактической оплаты суммы долга, исходя из ставки 0,1 % от суммы основного долга за каждый день просрочки.

Согласно разъяснениям ВС РФ, содержащимся в п. 65 постановления Пленума от 24.03.2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление Пленума № 7), по смыслу ст. 330 ГК РФ, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ). Присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию, а также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства.

Расчет неустойки, произведенный истцом, проверен судом и признан арифметически верным и соответствующим условиям обязательства и закону.

Представленный ответчиком расчет неустойки судом не принимается, поскольку основан на ошибочном толковании условий договора относительно начисления процентов за пользование коммерческим кредитом.

Кроме того, контррасчет неустойки, приведенный ответчиком, составлен без учета новых периодов, включенных истцом в расчет неустойки от 15.04.2020.

Ответчиком в ходе рассмотрения дела заявлено ходатайство о снижении размера неустойки в соответствии со ст. 333 ГК РФ.

Возражения ответчика мотивированы следующими обстоятельствами.

Ответчик считает, что истцом начислена неустойка с процентной ставкой значительно (более чем в 5 раз) превышающей размер ключевой ставки (ставки рефинансирования) ЦБ РФ. Заявленная сумма неустойки рассчитана на основании чрезмерно высокого процента неустойки на фоне отсутствия убытков (в соответствии с п.6.7 Договора товар отпускался истцом ответчику в кредит под 36,5% годовых, при том что согласно информации размещенной на официальной страницы ЦБ РФ средневзвешенные процентные ставки кредитных организаций по кредитным и депозитным операциям в рублях ПАО Сбербанк (% годовых) в период с июня 2018 по март 2020 по краткосрочным кредитам не превышают 9,25%). Она не носит компенсаторного характера, а фактически направлена на извлечение дополнительного дохода сверх получаемого при аналогичных хозяйственных операциях.

Ответчик считает, что в данном случае имеется явная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства, и просит суд уменьшить ее в соответствии со ст. 333 ГК РФ.

Ответчик считает, что данный подход соответствует правовой позиции, сформулированной в постановлении Президиума ВАС РФ от 15.07.2014 г. № 5467/14, согласно которой превращение института неустойки в способ обогащения кредитора недопустимо и противоречит ее компенсационной функции.

В 2018 - 2019 г. учетная ставка банковского процента в РФ составляла 7,2 - 7,5 % годовых.

С учетом вышеизложенного ответчик счел размером неустойки, соразмерным допущенному нарушению условий Договора, ставку 13,7 % годовых, что составляет 0,04 % от суммы долга за каждый день просрочки.

Таким образом, по мнению ответчика, неустойка превышает средневзвешенные процентные ставки по кредитам, предоставленным кредитными организациями нефинансовым организациям в спорный период, что свидетельствует о её явной несоразмерности и необоснованности выгоды истца (кредитора). Взыскание неустойки в заявленном истцом размере явно приведет к получению истцом необоснованной выгоды. Превращение института неустойки в способ обогащения кредитора недопустимо и противоречит ее компенсационной функции.

Истец считает, что основания для удовлетворения ходатайства ответчика и применения ст. 333 ГК РФ отсутствуют по следующим основаниям.

Процентная ставка для начисления неустойки согласована сторонами в договоре поставки нефтепродуктов. При этом, договор подписан сторонами добровольно без протокола разногласий по данному условию. Пункт 8.3 договора, устанавливающий размер процентной ставки для исчисления неустойки, ответчиком не оспорен, и доказательств обратного в материалы дела не представлено. Следовательно, с учетом положений ст. 421 ГК РФ договор поставки нефтепродуктов имеет силу закона для сторон и должен исполняться надлежащим образом.

По мнению истца каких-либо доказательств, подтверждающих явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств в материалы дела ответчиком не представлены, ввиду чего снижение размера ответственности будет являться необоснованным.

В материалах дела имеются доказательства длительного немотивированного неисполнения ответчиком своих договорных обязательств, в результате чего истец в значительной мере лишается того, на что он мог рассчитывать при заключении договора, начисленная истцом сумма неустойки соразмерна последствиям просрочки исполнения обязательства, основания для применения положений ст. 333 ГК РФ отсутствуют.

Оценивая указанные доводы сторон, суд пришел к следующему выводу.

Статья 333 ГК РФ предоставила суду право уменьшить неустойку в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства.

Согласно п. 71 постановления Пленума № 7 невозможность исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличие задолженности перед другими кредиторами, наложение ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствие бюджетного финансирования, неисполнение обязательств контрагентами, добровольное погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнение ответчиком социально значимых функций, наличие у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании ст. ст. 317.1, 809, 823 ГК РФ) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

Кредитор по требованию об уплате неустойки не обязан доказывать причинение ему убытков (ст. 330 ГК РФ).

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Пленума № 7, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (п. 71 постановления Пленума).

Из п. 77 постановления Пленума № 7 следует, что снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды.

Согласно правовой позиции ВС РФ, изложенной в п. 73, 75 постановления Пленума № 7, бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, ч. 1 ст. 65 АПК РФ).

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства ГК РФ предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

В этой связи суд соглашается с позицией ответчика, что поскольку период просрочки не являлся столь значительным (более значительный период просрочки имел место по небольшой оставшейся сумме основного долга, которую ответчик необоснованно считал погашенной, поскольку полагал, что не должен уплачивать проценты за пользование коммерческим кредитом), то исчисленная и заявленная истцом неустойка в размере 0,1 % в день (или 36,5 % годовых), в совокупности с представленными ответчиком данными о средневзвешенных процентных ставках по кредитам, данных о ключевой ставке Банка России, свидетельствует о явной несоразмерности взыскиваемой неустойки последствиям нарушения ответчиком обязательств.

Применительно к периодам просрочки, указанным в расчете истца, несоразмерность заявленной истцом размера неустойки подтверждается сведениями о средневзвешенных процентных ставках по кредитам, предоставленным кредитными организациями нефинансовым организациям в рублях (как в целом по РФ, так и по 30 крупнейшим Банкам), размещенной на сайте Центрального Банка РФ, расположенного в сети интернет.

Неустойка 0,1 % в день значительно (более чем в 5 раз) превышает средневзвешенные процентные ставки по кредитам, предоставленным кредитными организациями нефинансовым организациям в спорный период, что свидетельствует о ее явной несоразмерности и необоснованности выгоды истца (кредитора).

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 г. № 81 (ред. от 24.03.2016 г.) «О некоторых вопросах применения ст. 333 ГК РФ», разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и, с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения.

Суд считает, что в рассматриваемом случае, взыскание неустойки, в заявленном истцом размере 0,1 % в день или 36,5 % годовых, явно приведет к получению истцом необоснованной выгоды.

Также заявленная истцом к взысканию неустойка, исходя из размера 0,1 % в день значительно (в 5 раз) превышает размер ключевой ставки ЦБ РФ (7,25 % годовых - ставка в спорный период).

В силу п. 3, 4 ст. 1 ГК РФ при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования.

Согласно публичным сведениям, размещенным на сайте центрального Банка России в сети Интернет, приведенным ответчиком в отзыве, неустойка 0,1 % в день (или 36,5 % годовых) значительно (более чем в три с половиной раза превышает средневзвешенные процентные ставки по кредитам, предоставленным кредитными организациями нефинансовым организациям в спорный период, что свидетельствует о ее явной несоразмерности и необоснованности выгоды истца (кредитора).

В соответствии с определениями Конституционного Суда РФ от 22.03.2012 № 424-0-0 и от 26.05.2011 г. № 683-0-0 п. 1 ст. 333 ГК РФ закрепляет право суда уменьшить размер подлежащей уплате неустойки, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, и, по существу, предписывает суду устанавливать баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и размером действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения, что согласуется с положением ст. 17 Конституции РФ, в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Доводы истца о том, что размер ответственности и ставка пени согласованы сторонами в договоре, разногласий в данной части ответчиком при заключении договора не представлялось, правильно отклонены судом, поскольку установление размера неустойки в договоре или даже законе, исходя из положений ст. 333 ГК РФ и постановления Пленума № 7, а также установление её ограничения, не является препятствием для уменьшения неустойки с учетом конкретных обстоятельств дела.

Согласно п. 2 постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 г. № 81 (ред. от 24.03.2016) «О некоторых вопросах применения ст. 333 ГК РФ», разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения.

Вместе с тем для обоснования иной величины неустойки, соразмерной последствиям нарушения обязательства, каждая из сторон вправе представить доказательства того, что средний размер платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями субъектам предпринимательской деятельности в месте нахождения должника в период нарушения обязательства, выше или ниже двукратной учетной ставки Банка России, существовавшей в тот же период.

В п. 73 постановления Пленума № 7 разъяснено, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, ч. 1 ст. 65 АПК РФ).

Согласно п. 74 постановления Пленума № 7, возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (п. 1 ст. 330 ГК РФ), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.).

Однако истец не обосновал в своих возражениях наличие последствий просрочки оплаты товара, соразмерных предъявленной к взысканию неустойки с учетом погашения ответчиком большей части основного долга ещё до подачи иска в суд и не столь значительный период просрочки и представленных ответчиком сведений о средневзвешенных процентных ставках по кредитам.

При решении вопроса о размере подлежащей взысканию неустойки суд в настоящем случае, с учетом имеющихся в деле доказательств и обстоятельств дела, установил наличие оснований для уменьшения заявленного размера неустойки за просрочку поставки товара в связи с ее явной несоразмерностью последствиям нарушения обязательства, в связи с чем, считает необходимым применить ст. 333 ГК РФ.

Истец необоснованно посчитал, что каких-либо доказательств, подтверждающих явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств в материалы дела ответчиком не представлены.

То обстоятельство, что несвоевременное исполнение ответчиком своих договорных обязательств привело к тому, что истец в значительной мере лишается того, на что он мог рассчитывать при заключении договора, не свидетельствует о соразмерности заявленной неустойки последствиям нарушенного ответчиком обязательства.

Согласно определениям Конституционного Суда РФ от 21.12.2000 г. № 263-О и от 14.10.2004 № 293-О применение положений ст. 333 ГК РФ по существу является не правом, а обязанностью суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения, что не нарушает положений ст. 35 Конституции РФ.

При таких обстоятельствах, учитывая, что неустойка носит компенсационный характер, период нарушения (просрочки) исполнения обязательства по поставке товара ответчиком не оспаривается, в материалах дела не имеется доказательств того, что из-за просрочки исполнения обязательства по поставке товара со стороны ответчика у истца возникли убытки, соразмерные начисленной неустойке, принимая во внимание разъяснения, изложенные в постановлении Пленума № 7, постановлении Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 г. № 81 «О некоторых вопросах применения ст. 333 ГК РФ», суд пришел к правильному выводу, что размер установленной сторонами в договоре ответственности значительно превышает ответственность, предусмотренную законом за данный вид правонарушения (ст. 395 ГК РФ), а также средневзвешенные процентные ставках по кредитам, что может привести к неосновательному обогащению истца, и ввиду чрезмерной процентной ставки пени применительно к конкретным обстоятельствам дела, подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна характеру и последствиям нарушения ответчиком обязательства по оплате товара.

Руководствуясь положениями ст. 333 ГК РФ суд, принимая во внимание восстановительный принцип гражданско-правовой ответственности, специфику деятельности ответчика, при этом соблюдая баланс интересов сторон, считает возможным уменьшить подлежащую взысканию с ответчика по договору неустойку до размера 1 088 744 руб. 39 коп., исчисленную исходя из ставки 0,05%, а также взыскать с ответчика неустойку за период с 16.04.2020 по день фактического исполнения обязательства, исходя из ставки 0,05 % от суммы основного долга за каждый день просрочки.

Суд считает, что такой размер ответственности достаточен для восстановления нарушенных прав истца и соответствует принципам добросовестности и разумности, достаточен для восстановления нарушенных прав истца.

Доказательств того, что убытки истца в связи с ненадлежащим исполнением обязательств по договору составили большую сумму, в материалах дела не имеется.

В то же время снижение неустойки в большем размере, как просит ответчик в своем отзыве (до ставки, равной 0,04%), суд находит необоснованным с учетом конкретных обстоятельств дела, в том числе с учетом периода просрочки, составившего в отдельных случаях более месяца.

В соответствии с п. 75 постановления Пленума № 7 при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (п. 3, 4 ст. 1 ГК РФ).

В удовлетворении остальной части исковых требований надлежит отказать.

В соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины подлежат отнесению на ответчика пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований и с учетом предоставленной истцу при подаче искового заявления отсрочки по уплате государственной пошлины.

Выводы суда согласуются со сложившейся в арбитражных судах правоприменительной практикой (Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2020 по делу № А55-17877/2019).

Руководствуясь ст. 110, 167-170, 180-181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить в части.

Взыскать с Акционерного общества «Мордовавтодор» в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Макстон-Процессинг» основной долг в размере 1 853 217 руб. 93 коп., проценты за пользование коммерческим кредитом в размере 324 313 руб. 14 коп., неустойку в размере 1 088 744 руб. 39 коп., всего – 3 266 275 руб. 46 коп.

Взыскать с Акционерного общества «Мордовавтодор» в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Макстон-Процессинг» проценты за пользование коммерческим кредитом, начисленные на сумму основного долга в размере 1 853 217 руб. 93 коп., начиная с 16.04.2020 по день фактического исполнения обязательства.

Взыскать с Акционерного общества «Мордовавтодор» в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Макстон-Процессинг» неустойку, начисленную на сумму основного долга в размере 1 853 217 руб. 93 коп., начиная с 16.04.2020 по день фактического исполнения обязательства исходя из ставки 0,05% за каждый день просрочки.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с Акционерного общества «Мордовавтодор» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 39 331 рубль.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, г. Самара в течение месяца со дня его принятия с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.

Судья

/
С.Д. Гордеева