Решение от 1 августа 2022 г. по делу № А19-2790/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

664025, г. Иркутск, бульвар Гагарина, д. 70, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99.

дополнительное здание суда

ул. Дзержинского, д. 36А, 664011, Иркутск; тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761.

Е-mail: info@irkutsk.arbitr.ru; http://www.irkutsk.arbitr.ru


Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е

г. Иркутск Дело № А19-2790/2022

«01» августа 2022 года

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании «25» июля 2022 года.

Решение в полном объеме изготовлено «01» августа 2022 года.


Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Коломиновой Н.Ю., при ведении протокола секретарем судебного заседания помощником судьи Кокориным Г.В., рассмотрев в судебном заседании дело по иску межрегионального потребительского кооператива по улучшению качества жизни "БЕСТ ВЕЙ" (адрес: 197349, Россия, город Санкт-Петербург, муниципальный округ Озеро Долгое, пр-кт Испытателей, д. 37, литера А, помещение С-3-7К, ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью "СЕВЕРНАЯ АЗИЯ" (адрес: 664003, <...>, ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

о защите деловой репутации

при участии в судебном заседании представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, действующих на основании доверенностей

установил:

Межрегиональный потребительский кооператив по улучшению качества жизни "БЕСТ ВЕЙ" обратился в Арбитражный суд Иркутской области к ООО "СЕВЕРНАЯ АЗИЯ" с требованиями, уточненными в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми просит суд:

Признать несоответствующими действительности и порочащими деловую репутацию ПК «Бест Вей», следующие утверждения и сведения, содержащиеся в статье «Life уже не good. Часть 1», опубликованные на веб-странице, размещенной по адресу: https://www.chita.ru/articles/170637/:

-«А вот уголовное дело - это уже куда серьёзнее, чем просто список. Но о нём почему-то в «Бест Вей» предпочитают публично не вспоминать»,

-«Но если рассматривать её как часть большой схемы, коей она на самом деле и является, то уши, вытянутые из шляпы агрессивным сетевым маркетингом и политикой «чем больше, тем лучше», видно издалека»,

-«Из кооператива (ПК «Бест Вей») начинает выходить всё больше пайщиков, опасаясь, что не успеют вывести накопленные деньги».

Обязать Ответчика ООО «Северная Азия» в течение 10 календарных дней удалитьиз статьи «Life уже не good. Часть 1», опубликованной на веб-странице, размещенной по адресу: https://www.chita.ru/articles/170637/, указанные выше сведения.

Обязать Ответчика ООО «Северная Азия» удалить новость о статье «Life уже не good. Часть 1», опубликованную в ленте новостей на страницах «Информационного агентства Чита.Ру» в социальных сетях на сайтах: «Одноклассники» (OK.ru), «ВКонтакте», Facebook (Фейсбук) по адресам: https://ok.ru/chitaru;https://vk.com/vk chita ru; https://www.facebook.com/www.chita.ru.

Истец в судебном заседании заявленные требования поддержал.

Ответчик иск не признал, в представленном отзыве, дополнениях на отзыв указал, что информация о возбуждении в отношении ответчика уголовного дела является достоверной, изложенная в статье информация относится к мнению автора и не может быть предметом судебной защиты. Полагает, что фразы вырваны из контекста и оценке подлежит статья в совокупности. Дополнительно указал, что истец внесен Центральным банком РФ в список лиц, чья деятельность содержит признаки финансовой пирамиды, данный факт также подтверждён решением суда по делу А40-282116/2021.

Истец доводы ответчика оспорил, в представленных возражениях указал, что доводы ответчика о том, что изложенная в статье информация относится к мнению автора не соответствуют действительности, указанные обстоятельства опровергаются заключением эксперта-лингвиста ФИО3, подготовленным по запросу истца. Как указал истец, ответчиком не представлено доказательств достоверности изложенных в статье сведений, информацией о возбуждении в отношении него уголовного дела истец не располагает.

Исследовав материалы дела, заслушав представителей межрегионального потребительского кооператива по улучшению качества жизни "БЕСТ ВЕЙ", общества с ограниченной ответственностью "СЕВЕРНАЯ АЗИЯ", суд приходит к следующему.

Как следует из представленного в материалы дела выкопировки с интернет-сайта https://www.chita.ru/ на странице по адресу: https://www.chita.ru/articles/170637/ опубликована статья «Life уже не good. Часть 1», содержащая сведения о деятельности истца.

Истец полагает, что сведения, содержащиеся в статье, имеют негативную информацию, порочащую деловую репутацию межрегионального потребительского кооператива по улучшению качества жизни "БЕСТ ВЕЙ".

Данные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

Оценив представленные доказательства каждое в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заслушав доводы и возражения лиц, участвующих в деле, суд пришел к следующим выводам.

Проанализировав материалы дела, суд пришел к выводу о том, что правоотношения сторон в рассматриваемом случае регулируются положениями главы 8 «Нематериальные блага и их защита» Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В статье 152 ГК РФ указано, что гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

Если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, оказались после их распространения доступными в сети "Интернет", гражданин вправе требовать удаления соответствующей информации, а также опровержения указанных сведений способом, обеспечивающим доведение опровержения до пользователей сети "Интернет".

Порядок опровержения сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, в иных случаях, кроме указанных в пунктах 2 - 5 настоящей статьи, устанавливается судом.

В силу пункта 11 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации правила о защите деловой репутации гражданина соответственно применяются и к защите деловой репутации юридического лица.

С учетом этого юридические лица и индивидуальные предприниматели как субъекты предпринимательской деятельности вправе защищать свою деловую репутацию путем опровержения порочащих их сведений или опубликования своего ответа в печати, а также заявлять требования о возмещении убытков, причиненных распространением таких сведений.

Право граждан на защиту чести, достоинства и деловой репутации является их конституционным правом, а деловая репутация юридических лиц - одним из условий их успешной деятельности.

Верховным судом Российской Федерации выработана правовая позиция, нашедшая свое отражение в "Обзоре практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.03.2016), в соответствии с которой надлежащими ответчиками по делам анализируемой категории являются авторы не соответствующих действительности сведений, а также лица, распространившие эти сведения, например, средства массовой информации.

Решение об удовлетворении иска о защите чести, достоинства и деловой репутации выносится судом в случае установления совокупности трех условий: сведения должны носить порочащий характер, быть распространены и не соответствовать действительности. При этом заявитель обязан доказывать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, и порочащий характер этих сведений. На ответчика же возложена обязанность доказать, что распространенные им сведения соответствуют действительности.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 15 июня 2010 г. N 16 "О практике применения судами Закона Российской Федерации "О средствах массовой информации" (пункт 7) указал на то, что федеральными законами не предусмотрено каких-либо ограничений в способах доказывания факта распространения сведений через телекоммуникационные сети (в том числе, через сайты в сети "Интернет"), поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.

Факт распространения сведений о деятельности межрегионального потребительского кооператива по улучшению качества жизни "БЕСТ ВЕЙ" в статье Life уже не good. Часть 1» размещенной на странице в сети Интернет по адресу: https://www.chita.ru/articles/170637/ ответчиком не оспаривается и подтверждается материалами дела.

В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» разъяснено, что под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Пунктом 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» разъяснено, что в силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Деловая репутация наряду с честью, достоинством и добрым именем является неотъемлемым элементом правового статуса юридического лица. Поэтому ее не нужно доказывать, предъявляя требование о признании сведений порочащими и их опровержении.

Таким образом, в силу положений ст. 152 ГК РФ, ст. 65 АПК РФ и указанных выше разъяснений Пленума Верховного суда РФ бремя доказывания соответствия действительности распространенных сведений возложено на лицо, распространившее такие сведения, то есть на ответчика по настоящему делу.

Ответчик, возражая против заявленных требований указал, что распространенные им сведения соответствуют действительности, подтверждены документально, деловая репутация истца испорчена осуществляемой им деятельностью, а сами сведения относится к мнению автора и не могут быть предметом судебной защиты.

Для решения вопроса о том, носят ли оспариваемые истцом сведения порочащий характер и выражены ли они в форме утверждений о фактах и событиях, суд предлагал сторонам рассмотреть вопрос о назначении по делу экспертизы.

Ответчик данным правом не воспользовался, более того, пояснил, что вопрос относятся ли к утверждениям о фактах либо мнению автора, сведения распространенные в статье, является вопросом, находящимся к компетенции суда, а не эксперта.

Истец, опровергая доводы ответчика о том, что распространенные в статье сведения являются мнением автора представил в суд заключение эксперта ФИО3, имеющей образование по специальности «филолог-преподаватель», проведенное во внесудебном порядке.

Ответчик оспорил представленное экспертное заключение, указав, что эксперт ответил на правовые вопросы, а не на лингвистические. Полагает данное заключение недопустимым доказательством по делу.

В соответствии с пунктом 13 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе" заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу.

Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 АПК РФ.

Суд не соглашается с доводами ответчика об отсутствии необходимости в проведения лингвистического исследования. Разрешение вопроса о том, является ли указанная в статье информация мнением автора, которое не может быть предметом судебной защиты в суде, либо оспариваемые истцом сведения носят порочащий характер и они выражены в форме утверждений о фактах и событиях, которые, как раз, являются предметом судебной защиты требует специальных познаний в области лингвистики, которыми как раз и обладает эксперт. Суд отмечает, что эксперт не давал оценки правовым вопросам. Представленная внесудебная экспертиза проведена по тексту оспариваемой статьи как филологическое исследование.

Исходя из вышеизложенного, представленное истцом заключение эксперта принимается судом в качестве доказательства по делу, а бремя оспаривания данного документа, исходя из положений ст. 65 АПК РФ, возлагается на ответчика.

В рамках проведенного заключения экспертом дан ответ на вопрос: Содержат ли исследуемые материалы сведения негативного характера в отношении ПК «Бест Вей» и/или сведения, способствующие формированию негативного отношения к ПК «Бест Вей»; сведения, порочащие деловую репутацию ПК «Бест Вей»? Если сведения содержатся, то в какой форме они выражены: утверждения о фактах, мнения, оценки, предположения либо в иной форме?

Экспертом отмечено, что в исследуемых материалах присутствуют выражения, семантика которых имеет негативный характер и/или способствует формированию негативного впечатления у адресатов (читателей), а именно:

(1) А вот уголовное дело - это уже куда серьёзнее, чем просто список. Но о нём почему-то в «Вест Вей» предпочитают публично не вспоминать;

(2) ...если рассматривать организацию отдельно, то она хоть и не идеальна, но всё равно работает в правовом поле. Но если рассматривать её как часть большой схемы, коей она на самом деле и является, то уши, вытянутые из шляпы агрессивным сетевым маркетингом и политикой «чем больше, тем лучше», видно издалека;

(3) сейчас, по данным источника ИА «Чита.Ру», из кооператива начинает выходить всё больше пайщиков, опасаясь, что не успеют вывести накопленные деньги.

Как указал эксперт, в отношении фразы (1) оценочность присутствует в семантике прилагательного «серьезный», употребленного в аналитической форме сравнительной степени. Отметил, что значение форм сравнения прилагательных связано с указанием присутствия большего объема признака в том или ином явлении, предмете или лице по сравнению с другим/ми. Усилительная частица «куда» служит для усиления оценки. Коннотации (дополнительный компонент смысла) выражения «уголовное дело» носят негативный характер, если речь идет об упоминании его в связи с той или иной организацией или лицом, поскольку подобные упоминания актуализируют ассоциации, связанные с недобросовестным или мошенническим или иным подлежащим уголовному преследованию поведением или действиям.

В отношении фразы (2) эксперт отметил, что в тексте присутствуют логические пропозиции обусловленности и со/противопоставления, объединяющие 4 событийные пропозиции: «отдельно работающая организация», «организация работает в правовом поле», «организация является частью большой организации», «организация представляет собой часть агрессивного сетевого маркетинга». В семантике фрагмента выявляются смыслы принадлежности субъекта-организации к другой, более крупной организации, в качестве составляющей и наличия характерных для всей общей «схемы» признаков агрессивного маркетинга. Выражение «криминальная схема» отличается высокой частотностью употребления: так, по запросу в поисковой системе Google обнаруживается 4 820 000 упоминаний, что говорит не только о распространенности данного выражения, но и о том, что само значение и сопутствующие коннотации (незаконный характер) хорошо известны широкому адресату и легко идентифицируются.

Тем самым, семантика указанных фрагментов позволяет выявить образ организации, ведущей противозаконную деятельность.

В отношении фразы (3) экспертом указано, что выход значительного числа пайщиков из организации воспринимается как признак неблагополучного положения дел, тем самым распространение подобных сведений может иметь негативные последствия.

В отношении фраз (1), (2), (3) в заключении отмечено, что семантический анализ употребленной в текстах лексики и сферы ее применения показывает, что она используется для квалификации отдельных действий, устройства и профессионального состояния дел субъекта как социально осуждаемых, для выражения негативного отношения. Указанные выше высказывания содержат утверждения о недобросовестности при ведении предпринимательской деятельности и деятельности иного рода.

По вопросу в какой форме сведения выражены: утверждения о фактах, мнения, оценки, предположения либо в иной форме, эксперт указал, что анализ высказываний и фрагментов (1) - (3) исследуемых материалов показал следующее.

В высказываниях (1а) Но о нём почему-то в «Бест Вей» предпочитают публично не вспоминать; (2)...если рассматривать организацию отдельно, то она хоть и не идеальна, но всё равно работает в правовом поле. Но если рассматривать её как часть большой схемы, коей она на самом деле и является, то уши, вытянутые из шляпы агрессивным сетевым маркетингом и политикой «чем больше, тем лучше», видно издалека. не обнаружено лексических или грамматических маркеров (вводных слов со значением персуазивности, изъяснительных конструкций со значением источника информации и т.д.), указывающих на то, что указанные фрагменты являются выражением мнения. Все приведенные в этом блоке выражения содержат сообщение сведений и являются утверждениями о том, что: 1) Руководители и/или сотрудники ПК «Бест Вей» избегают публичных упоминаний о возбужденном уголовном деле; 2) отсутствие подобных упоминаний - их осознанный выбор; 3) организацию «Бест Вей» можно рассматривать как отдельную организацию; 4) возможность работы в правовом /неправовом поле напрямую зависит от самостоятельности организации; 5) как отдельная автономная организация «Бест Вей» работает в рамках правового поля; 6) при этом указанная организация не отвечает представлениям об идеале; 7) организация «Бест Вей» может быть рассмотрена как часть более крупного устройства/организации; 8) в этом случае упомянутая организация оказывается составной частью «схемы», т.е. плана осуществления чего-либо; 9) организация «Бест Вей» действительно является частью этого плана/структуры; 10) данный план носит противозаконный характер; 11) противозаконность связана с принадлежностью данного плана к системе агрессивного сетевого маркетинга.

Высказывание «А вот уголовное дело это уже куда серьёзнее, чем просто список» является оценкой.

Высказывание «сейчас, по данным источника ИА «Чита.Ру», из кооператива начинает выходить всё больше пайщиков, опасаясь, что не успеют вывести накопленные деньги» мнением другого лица.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" в соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьей 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 ГК РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Поскольку в заключении эксперт пришла к выводу, что фраза «Но если рассматривать её как часть большой схемы, коей она на самом деле и является, то уши вытянутые из шляпы агрессивным сетевым маркетингом и политикой «чем больше, тем лучше», видно из далека», «А вот уголовное дело - это уже куда серьёзнее, чем просто список. Но о нём почему-то в «Бест Вей» предпочитают публично не вспоминать» относятся к утверждениям автора, следовательно, являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 ГК РФ в соответствии с вышеуказанными разъяснениями.

При этом судом отклоняются доводы ответчика о том, что что фразы вырваны из контекста и оценке подлежит статья в совокупности. Как уже указывал суд, бремя доказывания порочащего характера распространенных ответчиком сведений возложено на истца в соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 № 3. Истец в качестве способа доказывания указанных обстоятельств провел внесудебную лингвистическую экспертизу, которая принята судом в качестве письменного доказательства. Бремя опровержения обстоятельств, установленных в заключении эксперта, в силу ст. 65 АПК РФ, при таких обстоятельствах, возлагается на ответчика. От представления доказательств, опровергающих выводы эксперта, ответчик отказался, указав на необходимость оценки судом и отсутствии надобности в проведении по делу лингвистической экспертизы. Таким образом, ответчик, в данном случае в силу ст. 9 АПК РФ несет риск несовершения им процессуальных действий по опровержению доводов и доказательств, представленных истцом.

Как уже указано выше, согласно пункту 7 названного Постановления, не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Пунктом 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» разъяснено, что в силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Ответчик, доказывая, что утверждения о фактах, изложенные им имеют место в реальности ссылался на наличие пресс-релиза Генеральной прокуратуры РФ о наличии факта возбужденного уголовного дела в отношении представителей кооператива, а также на включение организации Центральным банком РФ в список лиц, чья деятельность содержит признаки финансовой пирамиды и подтверждение данного факта решением суда по делу № А40-282116/2021.

Суд, проверяя доводы ответчика, установил, что на момент публикации спорной статьи Генеральной прокуратурой РФ в сети Интернет на странице https://epp.genproc.gov.ru/web/gprf/search?article=67637046 действительно, 17.12.2021 размещена информация о том, что по итогам процессуальных проверок деятельности межрегионального потребительского кооператива «Бест Вей» и аффилированных ему организаций по факту создания «финансовой пирамиды» после вмешательства Генеральной прокуратуры Российской Федерации возбуждено и расследуется уголовное дело по части 2 статьи 172.2 (организация деятельности по привлечению денежных средств и (или) иного имущества) Уголовного кодекса Российской Федерации.

Принимая во внимание, что сведения о возбуждении уголовного дела размещены на официальном сайте Генеральной прокуратуры РФ, доводы истца о несоответствии действительности указанных сведений подлежат отклонению.

Ссылки истца на тот факт, что ему неизвестно о возбуждении уголовного дела не опровергают сведений, изложенных генеральной прокуратурой. При этом, сам истец представляет письмо (т. д. 1., л.д. 81) Прокуратуры города Санкт-Петербурга от 30.12.2021 о направлении в ГСУ ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области материалов из Генеральной прокуратуры РФ по вопросу возбуждения уголовного дела. Информации о том, что ГСУ ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела материалы дела не содержат.

Касаемо информации о том, что ПК «БЕСТ ВЕЙ» внесен в опубликованный на официальном сайте Банка России (https://cbr.ru/inside/warning-list/) список компаний с выявленными признаками нелегальной деятельности на финансовом рынке (как содержащий «признаки финансовой пирамиды»), то в данном случае суд отмечает следующее.

Действительно, 17.11.2021 Банк России включил ПК «БЕСТ ВЕЙ» в опубликованный на официальном сайте Банка России (https://cbr.ru/inside/warning-list/) список компаний с выявленными признаками нелегальной деятельности на финансовом рынке (как содержащий «признаки финансовой пирамиды»).

Однако, как указал суд в рамках рассмотрения дела № А40-282116/21 о признании незаконными действий Центрального Банка Российской Федерации в данной части и с чем соглашается суд при рассмотрении настоящего дела, ведение Списка обусловлено целями деятельности Банка России и выполняемыми им функциями и осуществляется в соответствии с нормами законодательства Российской Федерации. При этом само по себе нахождение в Списке не влечет для организации (проекта) каких-либо правовых последствий.

В соответствии со ст. 172.2 Уголовного кодекса Российской Федерации Организация деятельности по привлечению денежных средств и (или) иного имущества физических лиц и (или) юридических лиц в крупном размере, при которой выплата дохода и (или) предоставление иной выгоды лицам, чьи денежные средства и (или) иное имущество привлечены ранее, осуществляются за счет привлеченных денежных средств и (или) иного имущества иных физических лиц и (или) юридических лиц при отсутствии инвестиционной и (или) иной законной предпринимательской или иной деятельности, связанной с использованием привлеченных денежных средств и (или) иного имущества, в объеме, сопоставимом с объемом привлеченных денежных средств и (или) иного имущества является преступлением.

Вместе с тем, в материалах дела отсутствует информация о привлечении в рамках расследуемого уголовного дела, лиц, являющихся организаторами потребительского кооператива к уголовной ответственности. В рамках проведенной истцом внесудебной экспертизы экспертом определено, что фраза Но если рассматривать её как часть большой схемы, коей она на самом деле и является, то уши вытянутые из шляпы агрессивным сетевым маркетингом и политикой «чем больше, тем лучше», видно из далека» относится к утверждениям автора, то есть подлежит судебной защите, при этом семантика указанного фрагмента позволяет выявить образ организации, ведущей противозаконную деятельность, что, как уже указывал суд, в настоящий момент не доказано. Следовательно, данные сведения нельзя признать соответствующими действительности.

Семантический анализ фразы «сейчас, по данным источника ИА «Чита.Ру», из кооператива начинает выходить всё больше пайщиков, опасаясь, что не успеют вывести накопленные деньги.» (3), проведенный экспертом показал, что данная фраза в совокупности с иными, оспариваемыми в рамках настоящего дела фразами используется для квалификации отдельных действий, устройства и профессионального состояния дел субъекта как социально осуждаемых, для выражения негативного отношения. Указанные выше высказывания содержат утверждения о недобросовестности при ведении предпринимательской деятельности и деятельности иного рода. В отношении фразы (3) экспертом дополнительного указано, что выход значительного числа пайщиков из организации воспринимается как признак неблагополучного положения дел, тем самым распространение подобных сведений может иметь негативные последствия.

Данное высказывание является мнением другого лица.

Ответчиком не подтверждено на основании каких именно сведений им сделан вывод о выходе все большего числа пайщиков, не представлено доказательств, что данное обстоятельство имеет место в реальности. При этом истцом, данные обстоятельства оспариваются.

Как полагает суд, в указанном случае, выстраивая предложение таким образом, ответчиком сделан не субъективный вывод, основанный на мнении автора, а дана информация о незаконном и недобросовестном поведении истца, следствием которой является уменьшение количества членов кооператива, сформулированная в форме утверждения.

При таких обстоятельствах, учитывая выводы суда о несоответствии действительности сведений о ведении истцом противозаконной деятельности, а также при отсутствии доказательств подтвержденного факта выхода все большего числа членов из кооператива, суд находит не соответствующими действительности сведений, изложенных ответчиком в тексте спорной статьи, в фразе «сейчас, по данным источника ИА «Чита.Ру», из кооператива начинает выходить всё больше пайщиков, опасаясь, что не успеют вывести накопленные деньги.»

Суд первой инстанции, оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сведения, распространенные обществом с ограниченной ответственностью "СЕВЕРНАЯ АЗИЯ"(ИНН: <***>) в статье «Life уже не good. Часть 1», опубликованной в сети Интернет по адресу: https://www.chita.ru/articles/170637/, применив положения статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, ссылаясь на толкование норм права, изложенное в пунктах 7 и 10 Постановления № 3, пришел к выводу, что опубликованные ответчиком сведения в части фраз «Но если рассматривать её как часть большой схемы, коей она на самом деле и является, то уши вытянутые из шляпы агрессивным сетевым маркетингом и политикой «чем больше, тем лучше», видно из далека», «Из кооператива (ПК «Бест Вей») начинает выходить всё больше пайщиков, опасаясь, что не успеют вывести накопленные деньги» представляют собой не выражения субъективного мнения автора, а являются утверждением о фактах. Порочат деловую репутацию истца, поскольку оспариваемые сведения формируют у третьих лиц негативное мнение о деятельности истца, его недобросовестности, нарушении им норм действующего законодательства при осуществлении хозяйственной деятельности. Оспариваемое утверждение порочит деловую репутацию истца, поскольку создает у потенциальных и действующих членов кооператива ложное представление о том, что истец, будучи субъектом хозяйственной деятельности, осуществляет ее недобросовестно, с грубейшими нарушениями действующего законодательства, что может служить причиной возникновения отрицательных последствий в его хозяйственной деятельности.

С учетом изложенного, требования истца о признании распространенной ответчиком информации не соответствующей действительности и порочащей деловую репутацию истца, а также об опровержении распространенной информации являются обоснованными и подлежащими удовлетворению в части утверждений «Но если рассматривать её как часть большой схемы, коей она на самом деле и является, то уши вытянутые из шляпы агрессивным сетевым маркетингом и политикой «чем больше, тем лучше», видно из далека», «Из кооператива (ПК «Бест Вей» начинает выходить всё больше пайщиков, опасаясь, что не успеют вывести накопленные деньги»

Поскольку информация о возбуждении по факту деятельности межрегионального потребительского кооператива по улучшению качества жизни "БЕСТ ВЕЙ" уголовного дела признана судом достоверной, то утверждение «А вот уголовное дело - это уже куда серьёзнее, чем просто список. Но о нём почему-то в «Бест Вей» предпочитают публично не вспоминать» нельзя признать порочащим деловую репутацию истца.

Требование истца об обязании ООО «Северная Азия» удалить новость о статье «Life уже не good. Часть 1», опубликованную в ленте новостей на страницах «Информационного агентства Чита.Ру» в социальных сетях на сайтах: «Одноклассники» (OK.ru), «ВКонтакте», Facebook (Фейсбук) по адресам: https://ok.ru/chitaru;https://vk.com/vk chita ru; https://www.facebook.com/www.chita.ru. не может быть удовлетворено, поскольку, по мнению суда, не направлено на защиту деловой репутации истца.

Поскольку ответчиком из статьи Life уже не good. Часть 1 при исполнении решения суда будут удалены фрагменты, признанные судом не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию, оснований для ограничения доступа к данной статье путем перехода к ней по ссылкам из социальных сетей не имеется. Иное бы свидетельствовало об ограничении права ответчика, как средства массовой информации на свободу массовой информации, данной статьей 29 Конституции РФ и положениями Закона РФ «О средствах массовой информации», что недопустимо.

В части 1 статьи 174 АПК РФ указано, что при принятии решения, обязывающего ответчика совершить определенные действия, не связанные со взысканием денежных средств или с передачей имущества, арбитражный суд в резолютивной части решения указывает лицо, обязанное совершить эти действия, а также место и срок их совершения.

При таких обстоятельствах, суд считает необходимым установить ответчику срок для удаления сведений из статьи в течение 10 календарных дней со дня вступления решения в законную силу.

Истцом при подаче настоящего иска оплачена государственная пошлина в размере 24 000 руб., что подтверждается чеком-ордером от 11.02.2022.

Вместе с тем, размер государственной пошлины при заявленном иске неимущественного характера составляет 6 000 руб.

Пунктом 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" предусмотрено, что положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Таким образом государственная пошлина в сумме 6 000 рублей относится на ответчика и подлежит взысканию с последнего в пользу истца, государственная пошлина в размере 18 000 руб. подлежит возвращению истцу из федерального бюджета как излишне оплаченная на основании подпункта 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить частично.

Признать сведения «Но если рассматривать её как часть большой схемы, коей она на самом деле и является, то уши вытянутые из шляпы агрессивным сетевым маркетингом и политикой «чем больше, тем лучше», видно из далека», «Из кооператива (ПК «Бест Вей» начинает выходить всё больше пайщиков, опасаясь, что не успеют вывести накопленные деньги», распространенные обществом с ограниченной ответственностью "СЕВЕРНАЯ АЗИЯ"(ИНН: <***>) в статье «Life уже не good. Часть 1», опубликованной в сети Интернет по адресу: https://www.chita.ru/articles/170637/ не соответствующими действительности, порочащими деловую репутацию межрегионального потребительского кооператива по улучшению качества жизни "БЕСТ ВЕЙ" (ИНН: <***>).

Обязать общество с ограниченной ответственностью "СЕВЕРНАЯ АЗИЯ" (ИНН: <***>) в течение 10 календарных дней с даты вступления решения суда в законную силу удалить из статьи Life уже не good. Часть 1», опубликованной в сети Интернет по адресу: https://www.chita.ru/articles/170637/ сведения: «Но если рассматривать её как часть большой схемы, коей она на самом деле и является, то уши вытянутые из шляпы агрессивным сетевым маркетингом и политикой «чем больше, тем лучше», видно из далека», «Из кооператива (ПК «Бест Вей» начинает выходить всё больше пайщиков, опасаясь, что не успеют вывести накопленные деньги».

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "СЕВЕРНАЯ АЗИЯ" (ИНН: <***>) в пользу межрегионального потребительского кооператива по улучшению качества жизни "БЕСТ ВЕЙ" (ИНН: <***>) судебные издержки, связанные с оплатой государственной пошлины в размере 6 000 руб.

Возвратить межрегиональному потребительскому кооперативу по улучшению качества жизни "БЕСТ ВЕЙ" (ИНН: <***>) излишне оплаченную государственную пошлину в размере 18 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Иркутской области в течение одного месяца со дня его принятия.


Судья Н.Ю. Коломинова