Решение от 10 октября 2022 г. по делу № А40-77708/2022

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-77708/22-51-564
город Москва
10 октября 2022 года
Резолютивная часть решения объявлена 29 сентября 2022 года

Решение в полном объеме изготовлено 10 октября 2022 года


Арбитражный суд города Москвы в составе:

Судьи Козленковой О. В., единолично,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Власенко А. В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ПУБЛИЧНОГО АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА «РОССЕТИ МОСКОВСКИЙ РЕГИОН» (ОГРН 1057746555811)

к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ДАЛАН-СТРОЙ» (ОГРН 1027739235237)

о расторжении договора № ИА-20-302-1096(733639) об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям от 13 февраля 2020 года,

по встречному исковому заявлению о понуждении заключить дополнительное соглашение к договору № ИА-20-302-1096(733639) об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям от 13 февраля 2020 года,


при участии:

от истца – Мельников Д. В., по дов. № 77 АГ 5876063 от 18 декабря 2020 года;

от ответчика – Коврова И. В., по дов. № б/н от 11 марта 2019 года;

У С Т А Н О В И Л:

ПУБЛИЧНОЕ АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО «РОССЕТИ МОСКОВСКИЙ РЕГИОН» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ДАЛАН-СТРОЙ» (далее – ответчик) о расторжении договора № ИА-20-302-1096(733639) об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям от 13 февраля 2020 года.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 18 июля 2022 года к производству принято встречное исковое заявление о понуждении заключить дополнительное соглашение к договору № ИА-20-302-1096(733639) об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям от 13 февраля 2020 года (с учетом принятого в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) уточнения встречных исковых требований).

Стороны против удовлетворения первоначальных и встречных исковых требований возражают по доводам, изложенным в письменных отзывах.

Рассмотрев заявленные требования, выслушав представителей сторон, исследовав и оценив в материалах дела доказательства, суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 13 февраля 2020 года между истцом (сетевой организацией, ранее – ПАО «МОЭСК») и ответчиком (заявителем) был заключен договор ИА-20-302-1096(733639) об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям.

В соответствии с пунктом 1.1. договора сетевая организация приняла на себя обязательства по осуществлению технологического присоединения энергопринимающих устройств заявителя комплекса объектов на земельном участке, расположенных по адресу: 141031, Московская обл., р-н Мытищинский, с. о. Сгонниковский, пос. Вешки, земельный участок с кадастровым номером 50:12:0120104:0011, со следующими характеристиками: максимальная мощность: 1 700 (кВт), (изменение категории надежности электроснабжения); категория надежности: П (Вторая); класс напряжения в точках присоединения: 10 (кВ), в том числе по обеспечению готовности объектов электросетевого хозяйства (включая их проектирование, строительство, реконструкцию) к присоединению энергопринимающих устройств заявителя, урегулирования отношений с третьими лицами в случае необходимости строительства (модернизации) такими лицами принадлежащих им энергопринимающих устройств. Заявитель обязался оплатить расходы (плату) на технологическое присоединение в соответствии с условиями договора.

Заключенный между сторонами договор, являясь по своей правовой природе договором технологического присоединения, подпадает под регулирование специальных норм, закрепляющих правила подключения к системам энергоснабжения, таких как статья 26 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» и Правила технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденные Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861, в то же время содержит элементы договоров подряда и возмездного оказания услуг, являясь сложным смешанным договором.

В соответствии с пунктом 3 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) к отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Согласно статье 702 ГК РФ, по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В соответствии со статьей 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В соответствии с положениями статей 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

В обоснование первоначальных исковых требований истец указал, что с его стороны мероприятия за счёт средств платы за технологическое присоединение отсутствуют. Ответчик же в своей части мероприятия не выполнил, чем допустил нарушение пунктов 2.3.1. - 2.3.2. договора и ст. 309 ГК РФ. Выполнение мероприятий со стороны заявителя предусмотрено пунктами 11.1. - 11.7. технических условий № И-19-00-733639/102. После выполнения указанных в технических условиях мероприятий заявитель в соответствии с этим же пунктом 2.3.5. договора обязан письменно уведомить об этом исполнителя. Со стороны сетевой организации в соответствии с установленной пунктом 2.1.3. договора обязанностью является проверка выполнения заявителем технических условий в течение 10 рабочих дней с момента получения соответствующего от него уведомления. По мнению истца, заказчик не исполнил предусмотренных договором обязанностей, исходя из бездействия не заинтересован в его исполнении, что препятствует сетевой организации реализации электрической мощности (в размере 1700 кВт) на оптовом рынке электрической энергии. Срок же действия технических условий истёк 13 февраля 2022 года. Ещё до истечения срока действия технических условий И-19-00-733639/102 истец обратился в суд с иском о расторжении этого же договора. Однако Арбитражный суд города Москвы решением от 17 декабря 2021 года в удовлетворении указанного иска отказал (дело № А40-176664/2021) в связи с тем, что срок действия технических условий не истёк и со стороны сетевой организации нет никаких препятствий для продления срока действия этих технических условий. 17 января 2022 года сетевая организация направила в адрес заказчика подписанное со своей стороны дополнительное соглашение № 1, в котором предусмотрены следующие положения: подтверждается оплата со стороны заявителя в размере 707 145 руб. 60 коп.; подтверждается нарушение заявителем срока осуществления мероприятий по технологическому присоединению в своей части; устанавливается необходимость оплаты заявителем неустойки в размере 645 270 руб. 36 коп. на основании условия о неустойке, предусмотренного пунктом 4.2. договора, и порядком её расчёта; продление срока действия технических условий возможно в случае оплаты заявителем неустойки. Заявитель отказался от подписания дополнительного соглашения.

В связи с чем истец считает, что договор к установленному сроку не будет выполнен со стороны заказчика, следовательно, имеются все основания для расторжения договора в соответствии с п. 2 ст. 450 ГК РФ. Сетевая организация в настоящее время лишена возможности реализовать заявленную ответчиком мощность для других потребителей электрической энергии, однако, вынуждена резервировать её именно для ответчика, в то время как для технологического присоединения объектов иных заявителей истец вынужден вводить новые мощности, что не является целесообразным при наличии невостребованной мощности.

Суд считает, что оснований для удовлетворения первоначальных исковых требований не имеется в связи со следующим.

Согласно пункту 2 статьи 450 ГК РФ, по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда при существенном нарушении договора другой стороной; существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Пунктом 15 Правил № 861 предусмотрено, что договор может быть расторгнут по требованию одной из сторон по основаниям, предусмотренным ГК РФ.

В решении Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-176664/21 от 17 декабря 2021 года по ранее поданному истцом иску указано следующее: «Согласно пункту 24 Правил № 861, срок действия технических условий не может составлять менее двух лет и более пяти лет.

Срок действия технических условий № И19-00-733639/102 от 13.02.2020 (приложение № 1 к договору) составляет менее предельного срока, установленного законом.

Пунктом 27 Правил № 861 установлено, что при невыполнении заявителем технических условий в согласованный срок и наличии на дату окончания срока их действия технической возможности технологического присоединения сетевая организация по обращению заявителя вправе продлить срок действия ранее выданных технических условий.

При этом дополнительная плата не взимается.

Пунктом 16 Правил № 861 установлено, что для заявителей, максимальная мощность энергопринимающих устройств которых составляет не менее 670 кВт, по инициативе (обращению) заявителя договором могут быть установлены иные сроки (но не более 4 лет), таким образом сетевая организация по обращению заявителя вправе продлить срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению, не превышая установленного законом предельного срока осуществления технологического присоединения, т.е. до 13.02.2024.

Как следует из материалов дела, ответчик, максимальная мощность энергопринимающих устройств которого составляет более 670 кВт, интерес в энергоснабжении своих объектов по II категории надежности не утратил, направил истцу обращение о продлении срока действия технических условий и мероприятий по технологическому присоединению до 13.02.2024.

Доказательств, свидетельствующих об отсутствии технической возможности удовлетворения просьбы ответчика о продлении срока действия технических условий и мероприятий по технологическому присоединению до 13.02.2024 или, в крайнем случае, до конца срока действия выданных технических условий № 14-19-00-733639/102 от 13.02.2020 (приложение № 1 к договору), истец в материалы дела не представил…

Договор, с иском о расторжении которого обратился истец, был заключен с ответчиком 13 февраля 2020 года, а 12 марта 2020 года Губернатор Московской области Постановлением № 108-ПГ ввел в Московской области режим повышенной готовности для органов управления и сил Московской областной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций и меры по предотвращению распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-2019) на территории Московской области.

Согласно письму Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от 31 марта 2020 года №12354-ВЯ/07, последствия распространения инфекции коронавируса, вводимые ограничения в целях санитарно-эпидемиологического контроля, безопасности и борьбы с инфекцией COVID-19, привели к перебоям в функционирования отрасли, в которой наблюдается замедление процесса строительства из-за нехватки рабочей силы, удорожание строительства из-за повышения стоимости рабочей силы и, как следствие, увеличение сроков строительства.

В сложившихся обстоятельствах расторжение договора привело бы к существенному нарушению баланса интересов сторон».

Довод истца о том, что ответчик отказался от подписания дополнительного соглашения № 1, не соответствует фактическим обстоятельствам дела, поскольку в ответ на предложение о заключении дополнительного соглашения № 1 в редакции истца ответчик направил истцу предложение рассмотреть вопрос о снижении суммы неустойки по договоренности сторон или передать его на рассмотрение арбитражного суда (с тем, чтобы сумма неустойки соотносилась с размером убытков, понесенных истцом, при наличии таковых).

Общие основания изменения и расторжения гражданско-правового договора предусмотрены ст. 450 ГК РФ. Так, договор может быть изменен или расторгнут по соглашению сторон, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами или договором (п. 1 ст. 450 ГК РФ). В отсутствие такого соглашения одна из сторон может заявить требование об изменении или расторжении договора в судебном порядке при существенном нарушении договора другой стороной, а также в иных случаях, предусмотренных ГК РФ, другими законами или договором (п. 2 ст. 450 ГК РФ).

При этом, существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Существенность нарушения договора должна быть доказана стороной, требующей его изменения или расторжения.

Истец не представил доказательств причинения ему какого-либо ущерба несоблюдением ответчиком установленного договором срока по строительству объектов ответчика. При этом, в отсутствие каких-либо мероприятий, выполняемых сетевой организацией и необходимых для технологического присоединения, истцом в полном объеме получена плата за технологическое присоединение.

Истечение срока действия технических условий, как особого специального разрешения на выполнение определенных действий, само по себе также не является безусловным основанием для расторжения договора технологического присоединения, поскольку заявитель сохраняет право на инициацию продления срока действия технических условий или выдачу новых технических условий, что легитимирует потенциальное выполнение мероприятий по технологическому присоединению.

Истец составлением дополнительного соглашения № 1, которым предусмотрено продление срока действия технических условий и мероприятий по технологическому присоединению до 13.02.2024, фактически подтвердил, что техническая возможность удовлетворения просьбы ответчика о продлении срока действия технических условий и мероприятий по технологическому присоединению имеется.

Пунктом 27 Правил № 861 предусмотрено, что при невыполнении заявителем технических условий в согласованный срок и наличии на дату окончания срока их действия технической возможности технологического присоединения сетевая организация по обращению заявителя вправе продлить срок действия ранее выданных технических условий. При этом дополнительная плата не взимается.

Таким образом, по истечении срока действия технических условий основаниями для отказа в продлении срока их действия может быть только отсутствие технической возможности (мощностей) на данной точке присоединения.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 1 письма Федеральной антимонопольной службы России от 14.12.2011 № АГ/46581 «О рассмотрении обращений» усматривается, что право сетевой организации на продление срока действия ранее выданных технических условий, по своей сути является ее обязанностью, если имеется к тому техническая возможность.

Положениями пункта 24 Правил № 861 установлен лишь предел действия технических условий при их первоначальной выдаче, а далее факт и период продления действия технических условий определяется наличием технической возможности технологического присоединения.

Согласно условиям договора, истец при невыполнении ответчиком технических условий в согласованный срок и наличии на дату окончания срока их действия технической возможности технологического присоединения вправе по обращению ответчика продлить срок действия технических условий (пункт 2.5.5. договора).

Из материалов настоящего дела следует, что 17 января 2022 года истец направил в адрес ответчика подписанное со своей стороны дополнительное соглашение № 1 к договору, которым продление срока действия технических условий и мероприятий по технологическому присоединению до 13.02.2024 поставлено в зависимость от уплаты ответчиком неустойки в размере 645 270,36 руб.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил следующее.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Кроме того, как следует из статьи 10 ГК РФ, отказ в защите права лицу, злоупотребившему правом, означает защиту нарушенных прав лица, в отношении которого допущено злоупотребление. Таким образом, непосредственной целью названной санкции является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления. Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, обосновывающие соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства (пункт 5 Обзора практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127).

Суд считает, что в данном случае основания для расторжения спорного договора в судебном порядке отсутствуют, поскольку истцом не доказано существенное нарушение ответчиком договора, истец злоупотребляет своим правом, в связи с чем первоначальные исковые требования удовлетворению не подлежат.

В рамках встречных исковых требований ответчик просит суд обязать истца внести изменения в договор путем заключения дополнительного соглашения в редакции ответчика.

Суд считает, что иск о понуждении к заключению дополнительного соглашения в редакции заявителя подменяет собой такой способ защиты права, как предъявление иска об изменении договора (статьи 450, 451 ГК РФ).

Однако, несмотря на то, что договор технологического присоединения является публичным, обязательным для заключения со стороны сетевой организации, для заключения дополнительного соглашения, то есть для изменения существенных условий договора, такой обязанности у сетевой организации нет.

В данном случае ответчик также не доказал наличие оснований для изменения условий договора в судебном порядке, что является основанием для отказа в удовлетворении встречных исковых требований.

Расходы сторон по уплате государственной пошлины в соответствии со ст. 110 АПК РФ возлагаются на сторон.

Руководствуясь ст. ст. 9, 65, 110, 123, 156, 167 - 170 АПК РФ,

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении первоначальных и встречных исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца с момента принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


Судья: О.В. Козленкова