Решение от 21 октября 2021 г. по делу № А55-29840/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД Самарской области

443001, г.Самара, ул. Самарская,203Б, тел. (846) 207-55-15

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

21 октября 2021 года

Дело №

А55-29840/2020

Резолютивная часть решения оглашена 14 октября 2021 года.

Решение в полном объеме изготовлено 21 октября 2021 года.

Арбитражный суд Самарской области

в составе

судьи Шаруевой Н.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Тикай И.Э.,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску

ФИО1

к 1. ФИО2 2. ФИО3

3. ФИО4

4. ФИО5

5. ФИО4

6. ФИО4

третье лицо: ИФНС по Красноглинскому району г. Самарыо признании недействительной сделкой и применении последствий недействительности

при участии в заседании

от истца – ФИО6 по доверенности от 19.03.2020;

от ответчика 1 – ФИО2 – паспорт;

от ответчика 2 – ФИО3 – паспорт;

от ответчиков 3-6 - ФИО3 (законный представитель);

от третьего лица – не явился, извещен.



Установил:

ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Самарской области с иском к ФИО2 и ФИО7 о признании сделки по отчуждению принадлежащей ФИО2 доли в уставном капитале Общества с ограниченной ответственностью «Ликана» в размере 100 %, в пользу ФИО7, недействительной и применении последствия недействительности сделки в виде возврата ФИО2 доли в уставном капитале Общества с ограниченной ответственностью «Ликана» в размере 100%.

Определением суда от 25.01.2021 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора была привлечена ИФНС по Красноглинскому району г. Самары.

Определением суда от 27.04.2021 в качестве соответчиков по делу, заменив в порядке ст. 47 АПК РФ умершего ФИО7, были привлечены его наследники супруга - ФИО3 и дети: ФИО4, ФИО5, ФИО4 и ФИО4.

Как следует из искового заявления и объяснений представителя истца, 31.01.1981 г. между ФИО1 и ФИО2 был заключен брак, что подтверждается справкой о заключении брака № 1232 от 10.06.2011 г.

24.10.2002 г. брак между супругами расторгнут на основании их совместного заявления от 23.09.2002 года, что подтверждается свидетельством о расторжении брака от 24.10.2002 года серии <...>, выданным Отделом ЗАГС Администрации Центрального района г. Тольятти Самаркой области, актовая запись № 960.

После расторжения брака, раздел имущества между бывшими супругами не производился. Брачный договор супругами не заключался.

Как стало известно ФИО1 в марте 2002 года, в период брака с ФИО2, последним было приобретено право собственности на 100 % доли участия в Обществе с ограниченной ответственностью «Ликана», ИНН <***>, юридический адрес: 445010, <...>.

Об указанных действиях ответчика истец вплоть до марта 2020 года ничего не знала. Ответчик факт приобретения 100% долей участия в указанном обществе скрыл.

Истцом 20.07.2020 г. в Автозаводский районный суд г. Тольятти Самаркой области было подано исковое заявление о разделе совместно нажитого имущества бывших супругов. Указанное исковое заявление было принято судом к своему производству 05.08.2020 г. В судебном заседании 08.09.2020 г. ответчик ФИО8 пояснил, что в результате сделки по купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Ликана», на основании договора от 09.09.2002, 100% долей указанного общества перешли в собственность ФИО7. Об указанной сделке ФИО1 не знала, согласия на отчуждение доли в ООО «Ликана» в установленном законом порядке не давала.

Как следует из листа записи о государственной регистрации изменений, вносимых в учредительные документы юридического лица от 26.09.2002 г. следует, что учредителем (участником) ООО «Ликана» является ФИО7

Истец считает указанный договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Ликана» от 09.09.2002 недействительной сделкой, нарушающей ее права. Указывает, что данный иск направлен на защиту имущественных прав ФИО1, так как применение истребуемых истцом последствий недействительности сделки позволит восстановить ее права, обеспечив возможность раздела совместно нажитого имущества в полном объёме. После раздела совместно нажитого имущества и определения доли супруги, ФИО1 как участник Общества, будет иметь возможность обжаловать решение о его банкротстве, восстановить сведения о деятельности Общества в ЕГРЮЛ, подать заявление в полицию о преднамеренном банкротстве, оспорить сделки по отчуждению имущества ООО, вернуть его на баланс общества, а также потребовать выплаты ей действительной стоимость доли в уставном капитале общества, либо выдать в натуре имущество такой же стоимости.

Ответчик - ФИО2 в судебном заседании иск признал, подтвердил, что при заключении договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Ликана» 09.09.2002 согласие супруги ФИО1 получено не было и, что она не знала об учреждении данного Общества.

Ответчик - ФИО3, являющаяся также законным представителем ответчиков: ФИО4, ФИО5, ФИО4 и ФИО4, возражала против удовлетворения иска сослалась на пропуск истцом срока исковой давности. Также пояснила, что ФИО1 дала свое согласие на продажу доли в ООО «Ликана» ее супругом ФИО2, представив в материалы дела нотариальное согласие ФИО9 датированное 20.11.2002 года, оригинал которого судом обозревался в судебном заседании 30.09.2021 года.

Судебное заседание назначенное на 30.09.2021 в котором было представлено в дело ответчиком ФИО3 нотариальное согласие ФИО1 было отложено на 14.10.2021 года.

В судебном заседании 14.10.2021 представитель ФИО1 представил ее письменные пояснения из которых следует, что она отрицала факт дачи согласия на продажу ООО «Ликана» т.к. с 24.10.2002 их брак был расторгнут и они не общались.

Также представитель ФИО1 заявил письменное ходатайство о признании согласия ФИО1 от 20.11.2002 не относимым доказательством и исключении его из числа доказательств по настоящему делу, мотивировав его тем, что данное Согласие датировано 20.11.2002, в то время как оспариваемая сделка была совершена 09.09.2002, при этом из текста согласия следует, что ФИО1 дает согласие своему супругу, однако, их брак уже был расторгнут и они не являлись уже супругами. Также указывает, что Согласие не содержит идентифицирующих признаков юридического лица (ИНН, ОГРН, адреса), в связи с чем, невозможно достоверно установить, являлось ли данное согласие согласием на продажу доли в ООО «Ликана» (ИНН: <***>), участником которого был ФИО2

Суд, рассмотрев данное ходатайство, отказал в его удовлетворении, поскольку доказательствами по делу являются сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела. В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы. При этом, формирование предмета доказывания в ходе рассмотрения конкретного спора, а также определение источников, методов и способов собирания объективных доказательств, посредством которых устанавливаются фактические обстоятельства дела, является исключительной прерогативой суда, рассматривающего спор по существу. При этом суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Исследовав материалы дела, заслушав объяснения представителей истца и ответчиков, оценив представленные сторонами доказательства, суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно сведений из Единого государственного реестра юридических лиц ООО «Ликана» было зарегистрировано 25.12.1997 года с присвоением ИНН: <***>, ОГРН: <***>. Единственным участником ООО «Ликана» являлся ФИО2.

На основании договора купли-продажи доли уставного капитала от 09.09.2002 ФИО2 продал 100% доли в ООО «Ликана» ФИО7, что подтверждается также Листом записи от 26.09.2002 о внесении записи о государственнойрегистрации изменений, вносимых в учредительные документы юридического лица, ГРН2026301983464.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 12.01.2016 (полный текст) ООО «Ликана» ИНН <***> признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедуру конкурсного производства.

Определением суда от 06.12.2019 процедура конкурсного производства в отношении ООО «Ликана» была завершена, общество исключено из ЕГРЮЛ о чем внесена запись 06.02.2020 о прекращении деятельности юридического лица в связи с его ликвидацией на основании определения арбитражного суда о завершении конкурсного производства.

Согласно ч. 1 ст. 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации только заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов. Заинтересованным в судебной защите является лицо, имеющее законное право или охраняемый законом интерес, а предъявленный этим лицом иск выступает средством защиты его нарушенного права и законных интересов.

Предъявление в арбитражный суд иска о признании сделки недействительной, применении последствий ее недействительности является одним из способов защиты гражданских прав, предусмотренных ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В п. 84 Постановления Пленума Верховного Суда Российской федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что согласно абзацу второму пункта 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации допустимо предъявление исков о признании недействительной ничтожной сделки без заявления требования о применении последствий ее недействительности, если истец имеет законный интерес в признании такой сделки недействительной.

Обращаясь с иском в суд, ФИО1 обосновала свой интерес тем, что он направлен на защиту ее имущественных прав, так как применение истребуемых истцом последствий недействительности сделки позволит восстановить ее права, обеспечив возможность раздела совместно нажитого имущества с ФИО2 в полном объёме.

Пунктом 2 ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что к имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие).

Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Согласно ч. 2 ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга. Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.

При таких обстоятельствах в силу прямого указания закона данная сделка является оспоримой. По смыслу приведенных положений Семейного кодекса, а также статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, супруг, имущественные права которого (гарантированные статьями 34, 35 Семейного кодекса) были нарушены в результате уменьшения размера доли в обществе с ограниченной ответственностью, в результате совершения другим супругом как единственным участником такого общества определенных действий (сделок) и решений, не может быть лишен права на судебную защиту с целью восстановления положения, существовавшего до совершения таких действий (решений).

Данная правовая позиция соответствует правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.01.2014 № 9913/13 по делу № АЗЗ-18938/2011.

В соответствии с п. 3 ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке.

Данной нормой Закона не предусмотрена обязанность супруга, обратившегося в суд, доказывать то, что другая сторона в сделке по распоряжению недвижимостью или в сделке, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, совершенной одним из супругов без нотариального согласия другого супруга, знала или должна была знать об отсутствии такого согласия.

Приведенная норма права направлена на определение правового режима распоряжения имуществом, приобретенным супругами в браке. Требование нотариальной формы согласия позволяет обеспечить подлинность одобряющего лица, а также его действительную волю, направленную на возникновение юридических последствий, предусмотренных сделкой.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, пункт 3 статьи 35 СК РФ, регламентирующий, в частности, распоряжение находящимся в совместной собственности супругов имуществом и устанавливающий среди прочего требование о необходимости получения для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью нотариально удостоверенного согласия другого супруга, направлен на конкретизацию положений статьи 35 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации, обеспечение баланса имущественных интересов, как членов семьи, так и иных участников гражданского оборота и на определение правового режима имущества, приобретенного супругами в браке (Определения от 23 апреля 2013 г. № 639-О, от 15 сентября 2015 г. N 1830-О и др.)

Согласно разъяснениям, данным Верховным Судом Российской Федерации в пункте 55 постановления Пленума от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 25), согласие третьего лица на совершение сделки может быть выражено любым способом, за исключением случаев, когда законом установлена конкретная форма согласия (например, пункт 3 статьи 35 СК РФ).

Таким образом, законодателем императивно определены требования к форме дачи согласия на распоряжение общим недвижимым имуществом супругов, отступление от которой приводят к недействительности соответствующей сделки. При этом законом не предусмотрена обязанность супруга, обратившегося в суд, доказывать то, что другая сторона в сделке по распоряжению недвижимостью или в сделке, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, совершенной одним из супругов без нотариального согласия другого супруга, знала или должна была знать об отсутствии такого согласия.

Судом установлено, что на момент заключения вышеуказанного договора купли-продажи ФИО2 не являлся единоличным собственником отчуждаемого имущества, ему в соответствии с положением пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, необходимо было получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Согласно пункту 3 статьи 157.1 Гражданского кодекса Российской Федерации согласие на совершение сделки может быть как предварительным, так и последующим (одобрение).

На момент заключения спорного договора такое согласие супруги ФИО1 на отчуждение доли в ООО «Лиана» у ФИО2 отсутствовало, однако в последствие ФИО10, дала ФИО2 такое согласие, что подтверждается нотариальным Согласием, датированным 20.11.2002. При этом, получение согласия на отчуждение доли, после расторжения брака между ФИО1 и ФИО2 не имеет правового значения, так как из Согласия следует, что ФИО1 дала согласие своему супругу, т.е. одобрила ранее совершенную сделку.

Довод истца и письменные пояснения о том, что ФИО1 согласие на отчуждение доли в ООО «Ликана» не давала, отклоняется судом, поскольку опровергается материалами дела, заявление о фальсификации представленного ответчиком Согласия от 20.11.2002 истцом не заявлено.

Довод истца о том, что Согласие не содержит идентифицирующих признаков юридического лица (ИНН, ОГРН, адреса), в связи с чем, невозможно достоверно установить, являлось ли данное согласие согласием на продажу доли в ООО «Ликана» (ИНН: <***>), участником которого был ФИО2, отклоняется судом, поскольку, доказательств подтверждающих, что согласие было дано на отчуждение доли в ином Обществе с таким же названием, либо, что ФИО2 являлся участником общества, с аналогичным названием не представлены.

Суд также учитывает, что для сделок по распоряжению общим недвижимым имуществом супругов законные ограничения направлены на защиту интересов супруга, получение согласия которого в определенной законом форме обязательно, такие сделки подпадают под действие пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации - их следует рассматривать как ничтожные. В силу чего сделка, основанная на ничтожной сделке, ничтожна сама.

На основании пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в пункте 101 постановления Пленума № 25, течение срока исковой давности по названным требованиям, предъявленным лицом, не являющимся стороной сделки, начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала ее исполнения.

По смыслу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации если ничтожная сделка не исполнялась, срок исковой давности по требованию о признании ее недействительной не течет.

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В пункте 15 постановления Пленума от 29 сентября 2015 г. N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее - постановление Пленума N 43) Верховный Суд Российской Федерации отметил, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Суд соглашается с доводом ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, поскольку, как следует из даты нотариального Согласия на отчуждение доли в ООО «Ликана» ФИО1 узнала не позже 20.11.2002, а с иском в суд обратилась только, 30.10.2020, что свидетельствует о пропуске истцом срока исковой давности.

На основании изложенного в удовлетворении иска следует отказать.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине в размере 6000 руб. 00 коп. относятся на истца. Поскольку при обращении в суд с иском, государственная пошлина была оплачена в большем размере, излишне уплаченная в сумме 10 488 руб. 00 коп. подлежит возврату истцу из федерального бюджета.

Руководствуясь ст. ст. 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

В иске отказать.

Вернуть ФИО1 из федерального бюджета государственную пошлину в сумме 10 488 руб. 00 коп. уплаченную по чеку от 26.06.2020.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, г.Самара с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.

Судья

/
Н.В. Шаруева