Решение от 20 февраля 2024 г. по делу № А13-3507/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВОЛОГОДСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Герцена, д. 1 «а», Вологда, 160000

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А13-3507/2023
город Вологда
20 февраля 2024 года



Резолютивная часть решения объявлена 06 февраля 2024 года.

Полный текст решения изготовлен 20 февраля 2024 года.


Арбитражный суд Вологодской области в составе судьи Фадеевой А.А. при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Управление механизации» к обществу с ограниченной ответственностью «Базис ЛТД» о взыскании 805 608 руб.,

с участием в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, муниципального казенного учреждения «Спецавтотранс»,

при участии от истца ФИО2 по доверенности от 03.04.2023, от ответчика ФИО3 по доверенности от 27.03.2021,



у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Управление механизации» (ОГРН <***>, далее – Управление) обратилось в Арбитражный суд Вологодской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Базис ЛТД» (ОГРН <***>, далее – Общество) о взыскании 805 608 руб., из них: 346 000 руб. основного долга по оплате доставки и вывоза штрафа, 16 740 руб. штрафа за неисполнение обязательств по оплате монтажа крана, 89 268 руб. штрафа за неисполнение обязательств по оплате доставки и вывоза крана, 353 600 руб. оплаты простоя крана.

Исковые требования указаны с учетом принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) уточнения иска.

В обоснование заявленных исковых требований Управление сослалось на ненадлежащее исполнение Обществом обязательств по договору, а также статьи 158, 432 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Определением суда от 09 октября 2023 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено муниципальное казенное учреждение «Спецавтотранс».

Представитель Управления в судебном заседании уточненные исковые требования поддержал.

Представитель Общества в судебном заседании поддержал доводы отзыва, в удовлетворении иска просил отказать.

Третье лицо, надлежащим образом извещенное судом о времени и месте рассмотрения дела, представителя в судебное заседание не направило.

Дело рассмотрено по правилам статьи 156 АПК РФ при имеющейся явке.

Исследовав материалы дела, заслушав объяснения представителей сторон, оценив собранные по делу доказательства, арбитражный суд считает, что уточненные исковые требования не подлежат удовлетворению.

Как следует из материалов дела, 10.01.2023 Управление направило в адрес Общества коммерческое предложение на услуги по аренде башенного крана КБ 408.21 на территории г. Череповца (т. 1, л. 71), согласно которому стоимость доставки крана до объекта заказчика составляла 182 000 руб., вывоз крана – 182 000 руб., монтаж крана – 175 000 руб., демонтаж крана – 210 000 руб., стоимость аренды – 1700 руб. в час.

Письмом от 11.01.2023 Общество просило Управление предоставить в аренду башенный кран КБ 408.21 на объект: «Детский сад в мкр 5.5» в г. Череповце ориентировочно с февраля по август 2023 года, просило предоставить договор согласно условиям коммерческого предложения, а также для ускорения монтажа крана привезти 24 м.п. подкрановых путей в комплекте до 13.01.2023.

Управление 16.01.2023 направило в адрес Общества приложение № 1 к договору и счет № 2 на оплату доставки крана и его вывоза, монтажа крана и авансовый платеж по договору (т. 1, л. 72 – 75). В приложении № 1 и счете указаны: стоимость аренды крана – 1700 руб. в час, доставка крана и вывоз его с объекта – 346 000 руб., монтаж и демонтаж крана – 385 000 руб. Оплата доставки и вывоза крана, монтажа и демонтажа крана предусмотрена в течение 3 дней после подписания договора.

С 16.01.2023 на строительную площадку истец начал завозить элементы крана.

20.01.2023 Управление направило Обществу договор аренды подъемного сооружения (грузоподъемного крана) (т. 1, л. 76 – 83). Договор не был подписан со стороны истца и представлял из себя документ в формате World. Стоимость услуг и порядок их оплаты соответствовали содержанию приложения № 1, направленному истцом ответчику 16.01.2023.

24.01.2023 ответчик направил истцу откорректированный вариант договора, предложив переквалифицировать договор аренды на договор оказания услуг (т. 1, л. 84 – 88), а также изменить порядок оплаты (доставка и вывоз в течение 3 дней после подписания договора, монтаж, наладка, демонтаж - в течение 3 дней после постановки крана на учет в Северо-Западном Управлении Ростехнадзора.

25.01.2023 замечания ответчика были оформления в протокол разногласий и направлены истцу (т. 1, л. 89 – 90).

25.01.2023 Управление направило Обществу свою редакцию договора (т. 1, л. 91 – 98), предусматривающую срок оплаты доставки (вывоза), монтажа (демонтажа) в течение 3 дней после подписания договора.

Общество 25.01.2023 предложило организовать встречу для урегулирования разногласий по договору.

01.02.2023 Управление направило иную редакцию договора (т. 1, л. 100 – 105), предусматривающую срок оплаты доставки (вывоза) крана – в течение 3 дней после подписания договора, монтаж (демонтаж) – в течение 3 дней после подписания акта о доставке крана на объект.

03.02.2023 Общество подготовило протокол разногласий и направило его истцу (т. 1, л. 106 – 108).

03.02.2023 подписан акт оказания услуг по доставке крана, в котором отражено, что арендодатель оказал услуги по перевозке полного комплекта грузоподъемного крана на объект.

13.02.2023 Общество направило Управлению вариант договора на согласование, подписанный ответчиком (т. 1, л. 109 – 114).

Поскольку условия договора аренды стороны не согласовали, 21.02.2023 Общество направило Управлению уведомление с требованием убрать элементы крана со строительной площадки (т. 1, л. 115 – 116).

Управление, ссылаясь на ненадлежащее исполнение Обществом обязательств по оплате, предусмотренных договором, а также вынужденный простой крана, в претензии потребовало оплаты задолженности, неустойки и возмещения стоимости вынужденного простоя крана. Оставление требований претензии без удовлетворения послужило основанием обращения в суд с настоящим иском.

Согласно пункту 2 статьи 432 ГК РФ договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной.

Пункт 3 статьи 434 ГК РФ устанавливает, что письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 438 ГК РФ.

В силу пункта 3 статьи 438 ГК РФ совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (далее – Пленум № 49), в силу пункта 3 статьи 154 и пункта 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Соглашение сторон может быть достигнуто путем принятия (акцепта) одной стороной предложения заключить договор (оферты) другой стороны (пункт 2 статьи 432 ГК РФ), путем совместной разработки и согласования условий договора в переговорах, иным способом, например, договор считается заключенным и в том случае, когда из поведения сторон явствует их воля на заключение договора (пункт 2 статьи 158, пункт 3 статьи 432 ГК РФ).

По общему правилу, оферта должна содержать существенные условия договора, а также выражать намерение лица, сделавшего предложение (оферента), считать себя заключившим договор с адресатом, которым будет принято предложение (абзац второй пункта 1 статьи 432, пункт 1 статьи 435 ГК РФ) (пункт 7 Пленума № 49).

Акцепт должен прямо выражать согласие направившего его лица на заключение договора на предложенных в оферте условиях (абзац второй пункта 1 статьи 438 ГК РФ). Ответ о согласии заключить договор на предложенных в оферте условиях, содержащий уточнение реквизитов сторон, исправление опечаток и т.п., следует рассматривать как акцепт. Ответ на оферту, который содержит иные условия, чем в ней предложено, считается новой офертой, если он соответствует предъявляемым к оферте статьей 435 ГК РФ требованиям (статья 443 ГК РФ). Если после получения оферентом акцепта на иных условиях адресат первоначальной оферты предлагает заключить договор на первоначальных условиях, такое предложение также считается новой офертой, если оно отвечает требованиям, предъявляемым к оферте (статьи 443, 435 ГК РФ) (пункт 12 Пленума № 49).

Акцепт, в частности, может быть выражен путем совершения конклюдентных действий до истечения срока, установленного для акцепта. В этом случае договор считается заключенным с момента, когда оферент узнал о совершении соответствующих действий, если иной момент заключения договора не указан в оферте и не установлен обычаем или практикой взаимоотношений сторон (пункт 1 статьи 433, пункт 3 статьи 438 ГК РФ). По смыслу пункта 3 статьи 438 ГК РФ для целей квалификации конклюдентных действий в качестве акцепта достаточно того, что лицо, которому была направлена оферта, приступило к исполнению предложенного договора на условиях, указанных в оферте, и в установленный для ее акцепта срок. При этом не требуется выполнения всех условий оферты в полном объеме (пункт 1 Пленума № 49).

В рассматриваемом случае из материалов дела следует, что между сторонами не было достигнуто соглашения относительно существенных для них условий договора. Переписка сторон относительно условий договора имела место уже в процессе фактического привоза крана на объект.

Как следствие, у суда, вопреки позиции истца, отсутствуют основания для вывода о том, что своими конклюдентными действиями по подписанию акта о доставке крана на объект ответчик согласовал какую-либо из редакций договора.

Фактически между сторонами велись переговоры относительно условий предполагаемого к заключению договора. При этом из материалов дела и представленной переписки определенно следует цель ведения переговоров – предоставления ответчику крана для использования его по назначению.

Сам по себе факт доставки крана на объект строительства потребительской ценности для ответчика не имел, такую услугу как самостоятельную Общество у Управления не заказывало.

В рассматриваемом случае действия истца по перевозке крана при отсутствии заключенного договора и урегулирования сторонами разногласий по его условиям следует квалифицировать как подготовку к заключению договора.

Между тем в силу пункта 1 статьи 434.1 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, граждане и юридические лица свободны в проведении переговоров о заключении договора, самостоятельно несут расходы, связанные с их проведением, и не отвечают за то, что соглашение не достигнуто.

Истец, осуществляя в рамках предпринимательской деятельности доставку крана при неурегулировании с ответчиком существенных для себя условий договора, взял на себя риск незаключения в последующем договора аренды либо возмездного пользования крана и несения в связи с этим убытков.

При этом перевозить кран истец начал еще до момента направления ответчику какой-либо редакции договора.

В силу пункта 2 статьи 434.1 ГК РФ при вступлении в переговоры о заключении договора, в ходе их проведения и по их завершении стороны обязаны действовать добросовестно, в частности не допускать вступление в переговоры о заключении договора или их продолжение при заведомом отсутствии намерения достичь соглашения с другой стороной. Недобросовестными действиями при проведении переговоров предполагаются:

1) предоставление стороне неполной или недостоверной информации, в том числе умолчание об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны быть доведены до сведения другой стороны;

2) внезапное и неоправданное прекращение переговоров о заключении договора при таких обстоятельствах, при которых другая сторона переговоров не могла разумно этого ожидать.

Как разъяснено в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», предполагается, что каждая из сторон переговоров действует добросовестно и само по себе прекращение переговоров без указания мотивов отказа не свидетельствует о недобросовестности соответствующей стороны. На истце лежит бремя доказывания того, что, вступая в переговоры, ответчик действовал недобросовестно с целью причинения вреда истцу. При этом правило пункта 2 статьи 1064 ГК РФ не применяется.

Вместе с тем недобросовестность действий ответчика предполагается, если имеются обстоятельства, предусмотренные подпунктами 1 и 2 статьи 434.1 ГК РФ. В этих случаях ответчик должен доказать добросовестность своих действий.

Согласно пункту 3 статьи 434.1 ГК РФ сторона, которая ведет или прерывает переговоры о заключении договора недобросовестно, обязана возместить другой стороне причиненные этим убытки. Убытками, подлежащими возмещению недобросовестной стороной, признаются расходы, понесенные другой стороной в связи с ведением переговоров о заключении договора, а также в связи с утратой возможности заключить договор с третьим лицом.

Материалами дела не подтверждено, что ответчик внезапно и неоправданно прекратил ведение переговоров о заключении договора. Позиция Общества относительно условий договора о моменте оплаты, регистрации крана в органах гостехнадзора прослеживается с начала ведения переговорного процесса.

При этом само по себе наличие различной позиции сторон относительно тех или иных условий договора не означает злоупотребление правами.

Как следствие, истцом не доказано недобросовестное поведение Общества при ведении переговоров о заключении договора.

Более того, кран не был смонтирован, что не позволяет оценить в каком состоянии объект был привезен на объект, имел ли он техническую готовность для использования по назначению.

Как пояснил представитель истца в судебном заседании, монтаж крана не был произведен Управлением, поскольку Обществом не была оплачена доставка крана.

В такой ситуации истец самостоятельно фактически отказался от дальнейшего заключения и исполнения договора.

Как следствие, оснований для взыскания с ответчика в пользу истца стоимости услуг по доставке крана и его вывозу с объекта не имеется.

Поскольку не установлено оснований для взыскания основного долга, то отсутствуют и основания для удовлетворения акцессорного требования о взыскании неустойки за просрочку оплаты доставки крана и вывоза его с объекта в сумме 89 268 руб.

Более того, в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что соглашение о неустойке должно быть заключено в письменной форме по правилам, установленным пунктами 2, 3 статьи 434 ГК РФ, независимо от формы основного обязательства (статья 331 ГК РФ).

Таким образом, соглашение о неустойке само по себе является договором, имеющим свои существенные условия (основания для взимания неустойки и порядок ее исчисления).

Поскольку договор между сторонами не заключен, то и вывода о согласовании в письменной форме соглашения о неустойке у суда не имеется.

Истец также просит взыскать неустойку за просрочку оплаты монтажа крана в сумме 16 740 руб.

Поскольку в письменной форме соглашение о неустойке не достигнуто сторонами, равным образом как не согласовано условие о сроке оплаты монтажа крана; истцом не осуществлен сам монтаж крана, а, соответственно, отсутствует просрочка в исполнении обязательства по оплате, за которую может быть начислена взыскиваемая истцом неустойка, в удовлетворении рассматриваемого требования надлежит отказать.

Управление просит взыскать 353 600 руб. в качестве оплаты простоя крана.

Фактически истцом заявлено требование о взыскании упущенной выгоды.

Исходя из положений пункта 2 статьи 15 ГК РФ упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

В соответствии с разъяснениями пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 ГК РФ).

В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

Должник не лишен права представить доказательства того, что упущенная выгода не была бы получена кредитором.

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действия (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Таким образом, возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения обязательства либо противоправного поведения со стороны ответчика, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением обязательства (противоправным поведением) и возникшими убытками. Между ненадлежащим исполнением обязательства (противоправным поведением) одним лицом и убытками, возникшими у другого лица, чье право нарушено, должна существовать прямая (непосредственная) причинная связь.

Недоказанность хотя бы одного из элементов, образующих состав правонарушения, влекущего применение к лицу, допустившему ненадлежащее исполнение обязательства, меры гражданско-правовой ответственности в виде обязанности возместить причиненные убытки, является основанием для отказа в иске о возмещении убытков.

Поскольку в рассматриваемом случае судом не установлено как ненадлежащего исполнения ответчиком обязательств по договору, так и его противоправного поведения, а, соответственно, отсутствует состав, необходимый для взыскания убытков, оснований для взыскания стоимости простоя крана не имеется.

В удовлетворении рассматриваемого требования надлежит отказать.

С учетом уточнения иска размер государственной пошлины по делу составил 19 112 руб.

В связи с отказом в удовлетворении исковых требований понесенные истцом судебные расходы на уплату государственной пошлины по правилам статьи 110 АПК РФ отнесению на ответчика не подлежат.

Излишне уплаченная сумма государственной пошлины подлежит возврату истцу из федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Вологодской области



р е ш и л:

в удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью «Управление механизации» к обществу с ограниченной ответственностью «Базис ЛТД» отказать в полном объеме.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Управление механизации» из федерального бюджета государственную пошлину в сумме 3434 руб., уплаченную по платежному поручению от 23.03.2023 № 88.

Решение может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.



Судья А.А. Фадеева