Решение от 15 января 2025 г. по делу № А60-52223/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ

620000, г. Екатеринбург, пер. Вениамина Яковлева, стр. 1,

www.ekaterinburg.arbitr.ru   e-mail: info@ekaterinburg.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А60-52223/2024
16 января 2025 года
г. Екатеринбург



Резолютивная часть решения объявлена 15 января 2025 года

Полный текст решения изготовлен 16 января 2025 года


Арбитражный суд Свердловской области в составе судьи Е.Е. Михайловой при ведении протокола секретарем судебного заседания  А.Г. Кец, рассмотрел в судебном заседании дело №А60-52223/2024 по иску

ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "БРЕНД МОНИТОР ЛИГАЛ" (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к индивидуальному  предпринимателю  ФИО1 (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав в размере 75 000 руб.,

  при участии в судебном заседании

  от истца (онлайн): ФИО2, представитель по доверенности от 25.10.2024,

  от ответчика: не явился.

Отводов суду, ходатайств не заявлено.

Истец просит взыскать с ответчика компенсацию за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 682020, 1002196, 1368334 в размере 75 000 руб., то есть по 25 000 руб. за каждый товарный знак, расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 руб., расходы на приобретение товара в размере 1 290 руб., почтовые расходы в размере 181 руб. 20 коп., расходы на получение выписки из ЕГРИП в размере 200 руб.

Ответчик представил отзыв, просит снизить размер компенсации до 5 000 руб.

Рассмотрев материалы дела, суд

УСТАНОВИЛ:

Компания Wenger S.A. (Венгер С.А.) является обладателем исключительных прав на товарные знаки, зарегистрированные, в том числе, в отношение 18 класса МКТУ: № SWISSGEAR, зарегистрированный в Роспатенте под №682020; знак, зарегистрированный Всемирной организацией интеллектуальной собственности под № 1002196; знак, зарегистрированный Всемирной организацией интеллектуальной собственности под № 1368334.

Истцу стало известно, что в торговой точке «Низкие цены», расположенной по адресу: Г. Тюмень, ул. Федюнинского 7, к.1, предлагается к продаже и реализуется продукция, незаконно индивидуализированная Товарными знаками по свидетельствам № 682020, 1002196, 1368334, а именно рюкзак, что является однородным товарам 18 класса МКТУ.

В указанной торговой точке Истцом была осуществлена покупка товара, незаконно индивидуализированного Товарным знаком, что подтверждается кассовым чеком от 21.04.2024 г.

Исходя из информации, указанной на кассовом чеке, лицом, осуществляющим реализацию незаконно индивидуализированной Товарным знаком продукции, является ИП ФИО1 (ИНН: <***>).

Истец не давал Ответчику своего согласия на использование Товарного знака.

30.10.2023 между Правообладателем и компанией Бренд Монитор Данышманлык Лимитед Ширкети (рег. Номер 403517-5, налоговый номер 1871554597, адрес: Барбарос Мах. Бегония ск. Нидакуле Аташехир, Западный блок № 1, внутренняя дверь № 2, Аташехир/Стамбул, Турция) (далее также – Цессионарий) подписан договор цессии № 20230824-WEN-BMTR, в соответствии с которым Правообладатель уступает Цессионарию свои права требования к ряду ответчиков, нарушающих права Правообладателя в том числе права, возникающие в рамках судебных решений о взыскании компенсаций за нарушение исключительных прав на Товарные знаки и / или объекты авторских прав, достигнутых с ответчиками соглашений, а также в рамках уголовных дел (п. 1.1 Договора цессии № 20230824-WEN-BMTR).

В соответствии с п. 1.2. договора цессии № 20230824-WEN-BMTR, стороны будут индивидуализировать уступаемые права требования путем подписания Дополнительного (- ых) соглашения (-ий) к Договору в форме Реестра (-ов) передаваемых прав требований.

Согласно п. 3.1. договора цессии № 20230824-WEN-BMTR, стоимость уступаемых прав требования составляет 0,1% от размера каждого уступленного права требования.

Во исполнение п. 1.2 договора цессии № 20230824-WEN-BMTR, Правообладатель и Цессионарий 21.08.2024 подписали Дополнительное соглашение № 20230824-WEN-BMTR, в соответствии с которым Цессионарию передано, в том числе право требования к Ответчику в размере 151 290, 00 рублей (строка № 219 реестра).

15.12.2023 между Цессионарием и ООО «Бренд Монитор Лигал» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) (далее также – Истец) заключен договор цессии № 20231215-BML-BMTR, а также Дополнительное соглашение № 20231215-BMTR-BML от 21.08.2024 г., в соответствии с которыми Цессионарий передал права требований, полученные от Правообладателя на основании договора цессии №20230824-WEN-BMTR от 30.10.2023 и Дополнительного соглашения № 20230824-WEN-BMTR от 21.08.2024, Правопреемнику, в том числе и право требования к Ответчику в размере 151 290, 00 рублей (строка № 219 Дополнительного соглашения № 20231215-BMTR-BML от 21.08.2024 г. к договору цессии № 20231215-BML-BMTR).

Ссылаясь на указанные обстоятельства, Истец с соблюдением претензионного порядка урегулирования спора обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Оценив фактические обстоятельства, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, суд полагает, что требования истца удовлетворению не подлежат.

В соответствии со статьей 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права (статья 384 ГК РФ). Согласно пункту 2 статьи 389.1 ГК РФ требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное.

В силу пункта 1 статьи 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, изучив доводы сторон, суд приходит к выводу о том, что договор уступки прав требований заключен в обход установленных действующим законодательством запретов и ограничений, без разумной экономической цели, направлен на изменение порядка исполнения судебного акта.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с п. 1 ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своем) усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские нрава. В целях реализации указанного выше правового принципа абз.1 п.1 ст.10 ГК РФ установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

Исходя из разъяснений Верховного Суда РФ содержащихся в п. 1 Постановления Пленума от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ» (далее - Постановление № 25) добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст.10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

В соответствии с п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В п. 8 Постановления № 25 указано, что к сделке, совершённой в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений ст. 10 и п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ.

Таким образом, реальность обязательств по сделке не исключает право отказать в удовлетворении требований, основанных на сделке, если целью ее совершения являлся обход запретов и ограничений, установленных законодательством о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма; законодательством о банках и банковской деятельности; валютным законодательством и т.п. (п. 9 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 08.07.2020).

Суд принимает во внимание, что распоряжением Правительства Российской Федерации от 05.03.2022 №430-р утвержден перечень иностранных государств, совершающих недружественные действия в отношении Российской Федерации, граждан Российской Федерации или российских юридических лиц, в число которых вошла Швейцария.

Указом Президента РФ от 27.05.2022 №322 «О временном порядке исполнения обязательств перед некоторыми правообладателями» ограничительные (политические и экономические) меры, введённые против Российской Федерации, физических и юридических лиц, в том числе банков.

Одной из таких мер является установление специального порядка резидентами (далее – должники денежных обязательств, связанных с использованием ими результатов интеллектуальной деятельности и (или) средств индивидуализации (далее – обязательства), исключительные права на которые принадлежат, в том числе, иностранным правообладателям, являющимся иностранными лицами, связанными с иностранными государствами, которые совершают в отношении Российской Федерации, российских юридических лиц и физических лиц недружественные действия.

В соответствии с указанным порядком в целях исполнения обязательств перед правообладателями, должник, уплачивает вознаграждение, платежи, связанные с осуществлением и защитой исключительных прав, принадлежащих правообладателю, и другие платежи, в том числе неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции (далее – платежи), путем перечисления средств на специальный рублевый счет типа «О», открытый должником в уполномоченном банке на имя правообладателя и предназначенный для проведения расчетов по обязательствам.

Также суд учитывает, что 09.01.2023 вступил в силу Федеральный закон от 29.12.2022 № 624-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об исполнительном производстве» (далее - Закон № 624-ФЗ), согласно которому статья 30 Закона об исполнительном производстве дополнена частью 2.2, устанавливающей обязанность указывать в заявлении о возбуждении исполнительного производства имущественного характера реквизиты банковского счета взыскателя, открытого в российской кредитной организации, или его казначейского счета, на которые следует перечислить взысканные денежные средства.

Несоответствие заявления взыскателя требованиям части 2.2 статьи 30 Закона об исполнительном производстве согласно пункту 1 части 1 статьи 31 названного Закона является основанием для отказа в возбуждении исполнительного производства.

Сведений о наличии у Wenger S.A. (Венгер С.А.) банковского счета, открытого в российской кредитной организации, или его казначейского счета, на которые следует перечислить взысканные денежные средства, суду не представлено, что с учетом правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 05.09.2024 № 301-ЭС24-9556 по делу №А39-4658/2023, является достаточным основанием для отказа в возбуждении исполнительного производства и исключает возможность принудительного исполнения судебного акта в настоящий момент.

В этой связи суд приходит к выводу, что договоры уступки прав требований между правообладателем (местонахождения – Швейцария), иностранным лицом (Турецкая Республика) и истцом (местонахождения – Российская Федерация) заключены с целью обхода указанных ограничений на совершение платежей должниками-резидентами в пользу правообладателей, относящихся к недружественным государствам, что противоречит основам публичного порядка Российской Федерации.

Такое поведение суд расценивает как злоупотребление правом с целью обхода действующего законодательства.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что переход права требования в материальном правоотношении не может считаться состоявшимся.

В соответствии с п. 3 ст. 10 ГК РФ в случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Соразмерной мерой воздействия на лицо, допустившее злоупотребление правом, с учетом характера допущенного злоупотребления, суд полагает отказ в удовлетворении заявления о процессуальном правопреемстве.

Аналогичная позиция отражена в определении Суда по интеллектуальным правам от 03 октября 2024 года по делу № А56-117593/2023.

Таким образом, общество с ограниченной ответственностью «Бренд Монитор Лигал» является ненадлежащим истцом по делу.

Wenger S.A. (Венгер С.А.), в свою очередь, не лишено права на обращение в суд с самостоятельным иском.

Действующий АПК РФ не содержит института замены ненадлежащего истца. Единственным процессуальным последствием предъявления иска ненадлежащим истцом является вынесение решения об отказе в удовлетворении иска.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

На основании ч. 1 ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Поскольку в удовлетворении исковых требований отказано, судебные расходы относятся на истца.

Руководствуясь ст.110, 167-170, 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

1. В удовлетворении исковых требований отказать.

2. Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

 Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме).

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через арбитражный суд, принявший решение. Апелляционная жалоба также может быть подана посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» http://ekaterinburg.arbitr.ru.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить на интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда http://17aas.arbitr.ru.


Судья                                                                               Е.Е. Михайлова