Постановление от 21 сентября 2023 г. по делу № А25-1737/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А25-1737/2021
г. Краснодар
21 сентября 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 19 сентября 2023 года

Постановление в полном объеме изготовлено 21 сентября 2023 года


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Артамкиной Е.В., судей Афониной Е.И. и Рассказова О.Л., в отсутствие в судебном заседании истца – ФИО1, ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Элитстрой» (ИНН <***>, ОГРН <***>), третьих лиц: межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 3 по Карачаево-Черкесской Республике (ИНН <***>, ОГРН <***>), Управления Федеральной налоговой службы по Ставропольскому краю (ИНН <***>, ОГРН <***>), прокуратуры Карачаево-Черкесской Республики (ИНН <***>, ОГРН <***>), ФИО2, ФИО3, ФИО4, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу ФИО1 на решение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 31.01.2023 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.07.2023 по делу № А25-1737/2021, установил следующее.

ФИО1 обратилась в арбитражный суд с исковым заявлением к ООО «Элитстрой» (далее – общество) о признании ничтожными:

– решения внеочередного общего собрания участников общества, оформленного протоколом № 1 внеочередного общего собрания участников от 29.04.2015;

– устава, утвержденного решением внеочередного общего собрания участников общества, оформленного протоколом № 1 внеочередного общего собрания участников от 29.04.2015;

– решения внеочередного общего собрания участников общества, оформленного протоколом № 2 внеочередного общего собрания участников от 01.06.2015;

– устава, утвержденного решением внеочередного общего собрания участников общества, оформленного протоколом № 2 внеочередного общего собрания участников от 01.06.2015;

– решения внеочередного общего собрания участников общества, оформленного протоколом № 1 внеочередного общего собраний участников от 22.08.2018;

– устава, утвержденного решением внеочередного общего собрания участников ООО «Элитстрой», протоколом № 1 внеочередного общего собрания участников от 22.08.2018.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 3 по Карачаево-Черкесской Республике, Управление Федеральной налоговой службы по Ставропольскому краю, прокуратура Карачаево-Черкесской Республики, ФИО2, ФИО3 и ФИО4

Решением от 31.01.2023, оставленным без изменения постановлением от 10.07.2023, в удовлетворении исковых требований отказано ввиду пропуска истцом срока исковой давности, о применении которого заявил ответчик. Пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске. Суд указал, что объективных препятствий к получению сведений о решениях общества и его уставе в порядке положений Федерального закона № 14-ФЗ от 08.02.1998 «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) у истца не имелось.

В кассационной жалобе истец просит отменить решение от 31.01.2023 и постановление от 10.07.2023. Истец считает, что она не пропустила срок исковой давности, поскольку не знала и не могла знать о том, что спорные решения являются ничтожными. Истец просила общество выплатить стоимость доли, поскольку исходила из положений устава общества о том, что наследник участника общества не приобретает автоматически прав участника общества. Один из участников общества в 2019 году отказал истцу в приобретении прав участника общества, именно поэтому истец выразила волю на получение стоимости доли. Истец добросовестно полагала, что устав общества и записи в ЕГРЮЛ о размере доли умершего супруга истца внесены на основании достоверных документов, у истца не имелось предположений, что документы составлены с подделыванием подписи ее супруга. Истец получила доступ к документам 25.06.2021, из которых усмотрела ничтожность оспариваемых решений, поэтому только с указанного периода могла узнать об основаниях недействительности решений. Истец указывает, что пункт 15.14 устава о порядке перехода к наследникам долей в общества изменен в отсутствие принятого общим собранием решения. Ранее корреспондирующий пункт 8 устава предусматривал переход доли к наследникам без согласия остальных участников общества. Выявленные истцом нарушения свидетельствуют о том, что истец является наследником 45% доли, а не 28%, кроме того, истец приобрела права участника общества, поскольку при вступлении ее в наследство после смерти ФИО5 ей не требовалось согласие остальных участников общества (устав общества в редакции от 28.01.2010). Истец была намеренно введена в заблуждение как относительно размера доли умершего супруга, так и в отношении порядка приобретения корпоративных прав в обществе. В протоколе от 29.04.2015 № 1 нет указания на то, что голосование участников общества осуществлялось по изменению редакции пункта 8 устава общества от 28.01.2010. Выводы судов о том, что в рамках гражданского дела № 2-191/18 истцу предоставлена редакция устава от 01.06.2015 как на факт осведомленности истца о внесенных изменениях в пункт 8 устава общества от 28.01.2010, несостоятельны. Истец не знала и не могла узнать из представленных обществом документов, что изменения пункта 8 устава общества от 28.01.2010 совершены на основании протокола от 29.04.2015 № 1. Суды неправомерно вменили в обязанности истца предполагать, что документы, на основании которых внесены изменения в учредительные документы общества, могут быть поддельными.

В отзыве на кассационную жалобу общество просило оставить судебные акты без изменения.

ФИО4 заявил ходатайство об отложении судебного разбирательства, мотивированное тем, что ему не поступала копия кассационной жалобы.

Ходатайство рассмотрено и оставлено без удовлетворения. К кассационной жалобе приложена квитанция о направлении 15.08.2023 ФИО4 копии кассационной жалобы (почтовое отправление 35770362001903), которая ожидает получение адресатом с 25.08.2023. Таким образом, ФИО4 не организовал получение копии кассационной жалобы, которую истец направил в установленном порядке. Кроме того, ФИО4 не воспользовался правом на ознакомление с материалами дела, поэтому несет риск несовершения процессуальных действий.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что судебные акты подлежат отмене по следующим основаниям.

Как установили суды, общество создано 07.11.2007, основной государственный регистрационный номер <***>.

Согласно учредительному договору от 01.11.2007, уставной капитал общества составлял 10 тыс. рублей и был разделен на доли номинальной стоимостью равной размеру вклада каждого из участников следующим образом: ФИО3 – доля 5%, номинальной стоимостью 500 рублей; ФИО4 – доля 50%, номинальной стоимостью 5 тыс. рублей; ФИО6 – доля 23%, номинальной стоимостью 2300 рублей; ФИО5 – доля 22%, номинальной стоимостью 2200 рублей.

17 сентября 2008 года ФИО6 уступила свою долю в уставном капитале общества ФИО5, вследствие чего, доля его в уставном капитале общества составила 45%, номинальной стоимостью 4500 рублей.

12 мая 2015 года зарегистрировано увеличение уставного капитала общества до 17 500 рублей, доли в уставном капитале общества распределены следующим образом: ФИО4 – 62%, номинальная стоимость 10 850 рублей, ФИО5 – 28%, номинальная стоимость 4900 рублей, ФИО3 – 10%, номинальная стоимость 1750 рублей.

Участник общества ФИО5 умер 13.07.2015.

В состав наследственного имущества входила, в том числе, доля в уставном капитале общества в размере 28%, в отношении которого выданы следующие свидетельства:

– на 1/2 долю ФИО1, являющейся пережившей супругой наследодателя, в общем совместном имуществе супругов, приобретенном супругами в период брака, выдано свидетельство о праве собственности;

– на 2/3 доли ФИО1, являющейся наследницей, выдано свидетельство о праве на наследство;

– на 1/3 (одну третью) долю ФИО2, являющейся наследницей, выдано свидетельство о праве на наследство.

Выданные свидетельства от 20.02.2017 содержат примечания о том, что согласно пункту 15.14 устава общества, утвержденного решением внеочередного общего собрания участников общества по протоколу от 01.06.2015 № 2, доля в уставном капитале общества переходит к наследникам граждан и к правопреемникам юридических лиц, являющихся участниками общества, с согласия всех участников.

10 октября 2019 года участник общества ФИО4 направил в адрес ФИО1 письмо, в котором сообщил, что отказывает в даче согласия на переход части доли в уставном капитале общества.

14 октября 2019 года общество направило в адрес ФИО1 письмо, в котором указало о поступлении заявления участника общества ФИО4 об отказе в даче согласия на переход доли в уставном капитале общества умершего участника общества ФИО5 его наследникам, в связи с чем, после определения размера действительной стоимости части доли в уставном капитале, в адрес ФИО1 будет направлено уведомление о готовности выплаты действительной стоимости доли в сроки, предусмотренные действующим законодательством.

Поскольку ФИО1 не согласилась с размером действительной стоимости доли, определенной обществом, она обратилась в Кисловодский городской суд Ставропольского края с соответствующим иском. В ходе рассмотрения дела данным судом, как поясняет истец, общество уклонялось от предоставления документов о деятельности общества, необходимые для расчета действительной стоимости доли, и данные документы были предоставлены в суд 25.06.2021 по требованию суда. Таким образом, истец смогла ознакомиться с содержанием спорных решений и устава после предоставления обществом данных документов в суд.

ФИО1, ссылаясь на то, что оспариваемые решения участников общества приняты с нарушениями действующего законодательства, выполнены с подделыванием подписи ее умершего супруга, являются ничтожными, обратилась с иском в арбитражный суд.

Возражая против иска, общество заявило о применении срока исковой давности.

Отказывая в иске по мотиву истечения срока исковой давности, суды указали, что истцом оспариваются решения об увеличении уставного капитала общества и утверждении новой редакции устава общества, принятые обществом 29.04.2015, 01.06.2015. Судами установлено, что ФИО1 20.02.2017 получила свидетельства о праве на наследство, в которых содержится указание на долю в уставном капитале общества в размере 28%, и о том, что доли в уставном капитале общества переходят к наследникам с согласия остальных участников общества. Поэтому с указанного периода могла и должна была узнать об основаниях недействительности оспариваемых решений. Суды отклонили довод подателя жалобы о том, что о нарушении своих материальных и корпоративных прав истцу стало известно после получения 27.06.2021 заключения специалиста № 60/2021, которым установлена поддельность подписи умершего супруга в заявлении от 19.04.2015 об увеличении уставного капитала общества, а также в протоколах № 1 и 2, указав, что истец не обосновала, что мешало ей провести такую экспертизу сразу после получения свидетельств на наследство.

Проверив выводы судов, суд кассационной инстанции полагает, что они являются преждевременными.

Статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает такой способ защиты гражданских прав, как восстановление положения, существовавшего до нарушения права.

В области корпоративных отношений реализация данного способа защиты прав может выражаться в виде присуждения истцу соответствующей доли участия в уставном капитале хозяйственного товарищества или общества, исходя из того, что он имеет право на такое участие в хозяйственном товариществе или обществе, которое он имел бы при соблюдении требований действующего законодательства.

Суды не учли, что требования, заявленные истцом по настоящему делу, направлены на восстановление прав истца на долю в уставном капитале общества, которая ранее принадлежала умершему супругу истца – ФИО5 до принятия участниками общества оспариваемых решений. Обращаясь с данным иском, истец защищает свое материальное право на долю, выражающуюся в ее размере 45%, а не 28%, а также данным иском истец восстанавливает корпоративный контроль над обществом, который она утратила в результате неправомерных и недобросовестных действий общества и его участников.

На требование о восстановлении корпоративного контроля распространяется общий трехлетний срок исковой давности, при этом он исчисляется с момента, когда лицо, обращающееся за защитой, узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2019 № 305-ЭС18-15149, от 03.09.2020 № 307-ЭС20-209).

При определении момента начала исчисления срока исковой давности суды первой и апелляционной инстанций, констатировав, что истец должна была узнать о перераспределении долей в уставном капитале общества, в результате которого доля ее умершего супруга уменьшилась с 45% до 28% и о необходимости получения согласия остальных участников общества на вступление в общество наследников участников общества с даты получения свидетельств на наследство, не дали оценку ее доводам о том, что об обстоятельствах, являющихся основанием для признания решений недействительными истец не знала и не должна была знать, поскольку как информация о перераспределенных долях в обществе между его участниками, так и о внесении изменений в устав общества внесены в ЕГРЮЛ, то есть, данные документы проверены государственным органом и по ним приняты решения. Истец не могла предполагать о том, что спорные решения имеют поддельную подпись ее супруга, что влечет ничтожность таких решений. Истец не имела доступа к корпоративным документам, общество данные документы предоставило только по требованию Кисловодского городского суда Ставропольского края.

Суды сослались на постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.01.2014 № 9913/13, согласно которому принятие супругом решения об увеличении уставного капитала общества с ограниченной ответственностью с внесением другими его участниками дополнительного вклада в уставный капитал такого общества является сделкой, направленной на распоряжение общим имуществом супругов, влекущим уменьшение действительной стоимости доли супруга в обществе. Поэтому, в случае несогласия супруга участника общества на изменение доли в уставном капитале общества, соответствующая сделка может быть оспорена. Срок исковой давности по оспоримой сделке составляет один год со дня, когда юридическое лицо либо его учредители (участники) узнали или должны были узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания подобного рода сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса).

При этом суды не учли, что доводы истца сводятся не к оспариванию сделки, которую супруг совершил, а указывают на ничтожность сделки по мотиву несовершения ее супругом – подделки его подписи на протоколе общего собрания участников, отсутствие доказательств, выражающих его волю на совершение сделки.

Ссылку судов на то, что ФИО1 не представила суду доказательств свидетельствующих о том, что действуя добросовестна и разумно, она не могла узнать об оспариваемых решениях с момента внесения указанных сведений в ЕГРЮЛ, как на основание отказа в иске, следует признать несостоятельной.

По смыслу статьи 200 Гражданского кодекса и части 4 статьи 43 Закона № 14-ФЗ, начало срока для оспаривания в судебном порядке решения общего собрания участников общества следует исчислять с момента, когда участник общества узнал или должен был узнать о принятом решении и об обстоятельствах, являющихся основанием для признания его недействительным.

В данном деле истец не отрицала того, что сведения в отношении общества, зарегистрированные в ЕГРЮЛ, ей были известны, однако ссылалась на то, что обстоятельства, являющиеся основанием для признания решений ничтожными, ей не были известны и не должны были быть известны, поскольку она как супруга участника общества не обладала корпоративными правами. Как указывает истец, вступая в наследство, истец добросовестно полагала, что устав общества, содержащий ограничения в части приобретения корпоративных прав в обществе наследниками участников общества, и записи в ЕГРЮЛ о размере доли умершего супруга истца, внесены на основании достоверных документов; у истца не имелось предположений, что документы составлены с подделыванием подписи ее супруга.

Приведенные доводы истца суды не проверили, добросовестность действий лиц, в результате которых возник спор, не оценили.

Суд кассационной инстанции полагает, что суды неправомерно возложили на истца обязанность по оспариванию решений общего собрания участников общества с момента когда он узнал о спорных решениях, в отсутствие у истца (наследника участника общества) обоснованных сомнений в их действительности и доступа к ознакомлению с их содержанием. Также, суды необоснованно освободили ответчика от доказывания факта того, что об основаниях ничтожности решений общего собрания и устава общества истец должен был узнать ранее даты, на которую истец ссылалась.

С учетом приведенных нарушений, судебные акты нельзя признать законными и обоснованными, а решение принятым с соблюдением баланса интересов участвующих в деле лиц.

При таких обстоятельствах выводы судов о том, что требования об оспаривании решений внеочередного общего собрания участников общества, оформленных протоколом от 22.08.2018 № 1, предъявлены ФИО1, которая не является участником общества, что свидетельствует об отсутствии соответствующего материального права на иск, также следует признать преждевременными.

Суд кассационной инстанции считает, что выводы судов сделаны без исследования и оценки всех обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного, полного, всестороннего и объективного рассмотрения спора по существу. Устранение выявленных нарушений невозможно в суде кассационной инстанции в силу ограниченности его полномочий (статьи 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), в связи с чем, суд кассационной инстанции приходит к выводу о наличии правовых оснований для отмены судебных актов с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции на основании пункта 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При новом рассмотрении дела суду надлежит устранить отмеченные недостатки, установить все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, дать надлежащую правовую оценку, в том числе, всем доводам сторон и разрешить спор в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Руководствуясь статьями 274, 286 ? 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа



ПОСТАНОВИЛ:

ходатайство об отложении судебного разбирательства оставить без удовлетворения.

Решение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 31.01.2023 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.07.2023 по делу № А25-1737/2021 отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Карачаево-Черкесской Республики.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.


Председательствующий Е.В. Артамкина

Судьи Е.И. Афонина

О. Л. Рассказов