Решение от 20 июня 2020 г. по делу № А29-17948/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КОМИ

ул. Орджоникидзе, д. 49а, г. Сыктывкар, 167982

8(8212) 300-800, 300-810, http://komi.arbitr.ru, е-mail: info@komi.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А29-17948/2019
20 июня 2020 года
г. Сыктывкар


Резолютивная часть решения объявлена 17 июня 2020 года,

решение в полном объёме изготовлено 20 июня 2020 года.

Арбитражный суд Республики Коми в составе судьи Босова А. Е.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1,

с участием представителей

от истца: ФИО2 по доверенности от 09.01.2020 № 01,

ФИО3 по доверенности от 27.01.2020 № 13,

от ответчика: ФИО4 по доверенности от 30.10.2017,

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по иску

государственного казённого учреждения Республики Коми

«Служба единого заказчика Республики Коми»

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Промресурс-М»

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

о взыскании пеней

и установил:

государственное казённое учреждение Республики Коми «Служба единого заказчика Республики Коми» (Учреждение) обратилось в Арбитражный суд Республик Коми с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Промресурс-М» (Общество) о взыскании 1 262 538 рублей 52 копеек неустойки по контракту от 28.12.2016 № 0107200002716001954-0032180-02 (90/16) на выполнение работ по организации строительства объекта «Физкультурно-оздоровительный комплекс с бассейном в г. Сосногорске Республики Коми» (Контракт).

Исковые требования основаны на статьях 329, 330 и 708 Гражданского кодекса Российской Федерации (Кодекс), нормах Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (Законо контрактной системе) и мотивированы следующим. Обязавшись выполнить работы до 15.12.2017, Общество (подрядчик) допустило просрочку (акт приёмки законченного строительством объекта подписан лишь 05.10.2018). Учреждение (заказчик) учло, что из-за непригодности строительной площадки подрядчикс 28.12.2016 по 30.03.2017 (93 дня) не по его вине не смог своевременно приступить к работам, поэтому истец, предложив Обществу заплатить неустойку, добровольно исключил указанный период из её расчёта. Подрядчик уплатил заказчику 1 831 032 рубля 55 копеек пеней, а от перечисления остальной суммы отказался, что и послужило основанием для обращенияза судебной защитой.

Сославшись на часть 9 статьи 34 Закона о контрактной системе, пункт 2 статьи 328, пункт 1 статьи 401, пункт 3 статьи 405, статью 719 Кодекса, постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.07.2014 № 5467/14, Общество в отзыве от 25.02.2020 (т. 1, л. д. 105 — 110) полностью отклонило предъявленный к нему иск. По мнению ответчика, проектно-сметная документация, вопреки пункту 4.2 Контракт, была передана в полном объёме лишь 23.06.2017, что привело к переносу сроковна шесть месяцев. Общество выявило многочисленные и значительные недоработки и несоответствия в проектной документации, а также расхождения сметной документации с проектной. Так, из-за выявленного недостатка объёмов ограждающих конструкций (сэндвич-панелей), отсутствия в смете объёмовпо монолитным конструкциям лестницы и объёмов по армированию цокольных стен было невозможно закрыть тепловой контур здания. Недостаткив устройстве кровельного покрытия над лестничной клеткой привелик невозможности обеспечить гидроизоляцию кровли для производства внутренних работ. Работы по благоустройству не могли быть завершены ещёи потому, что сметная документация не предусматривала дополнительных дренажных колодцев. Изложенные недостатки были урегулированы после заключения дополнительного соглашения от 04.12.2017 (срок приостановки работ по Контракту составил 208 дней), которое, однако, не предусматривало продления сроков. Общество самостоятельно скорректировало несколько разделов документации (ПС1, АТП, АУВ, ОС. ОСКУД), при этом исправленная документация, направленная заказчику с письмом от 09.01.2018 № 1,не утверждалась вплоть до завершения работ 30.05.2018. Кроме того, в связис выявленной необходимостью осуществить неучтённые работы,без выполнения которых было невозможно реализовать Контракт, стороны заключили ряд дополнительных соглашений. Наконец, подрядчику поручались дополнительные работы, которые были согласованы уже за пределами срока исполнения Контракта. Изложенное, по мнению ответчика, свидетельствуетоб отсутствии его вины за просрочку.

В возражениях от 11.03.2020 (т. 2, л. д. 25 — 26) на отзыв Учреждениесо ссылкой на пункт 5.5 строительных правил 48.13330.2011 указало, чтопри наличии положительного заключения государственной экспертизы от 03.10.2014 подрядчик должен был установить наличие ошибок и неточностейв проектной документации на стадии входного контроля, следовательно, доводо переносе сроков на шесть месяцев не обоснован. Между тем замечанияв связи с дефектами документации поступали от ответчика на протяжении всего периода строительства, что также свидетельствует о нарушении Обществом названных строительных правил. Несостоятелен и довод подрядчикао непосредственном влиянии на сроки выполнения работ отсутствия проектных решений по разделам ПС1, АТП, АУВ, ОС. ОСКУД, так как соответствующие проектные решения отражены в рабочей документации, которая передана ответчику по ведомости от 29.12.2016.

Установлено, что Контракт (т. 1, л. д. 10 — 31) заключён сторонамипо результатам торгов на электронной площадке и на условиях твёрдой цены (пункт 2.1), поименованный объект должен был быть возведён согласно графику производства работ (приложение № 7) и в соответствии с техническим заданием (приложение № 1) на специально отведённом земельном участке, который расположен на улице 65-лет Победы (пункт 1.3).

Результатом работ, согласно абзацу 3 пункта 3.3 и пункту 9.4 Контракта, является объект, в отношении которого получено заключение органа государственного строительного надзора о соответствии требованиях технических регламентов и проектной документации.

На основании пунктов 4.1 и 4.2 Контракта Учреждение (заказчик)в течение пяти рабочих дней с момента заключения Контракта обязано передать Обществу (генеральному подрядчику) по акту (приложение № 2) строительную площадку, пригодную для производства работ, а также выдать ему один комплект проектно-сметной документации.

К обязанностям генподрядчика, в частности, отнесена сдача объектапо актам КС-11 и КС-14 (пункт 3.9) в срок до 15.12.2017 (пункт 5.2).

В соответствии с пунктом 12.2 Контракта пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения генподрядчиком обязательств и устанавливаетсяв размере не менее одной трёхсотой действующей на дату уплаты пеней ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму контракта, пропорциональную объёму обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных генподрядчиком. Калькуляция осуществляется по правилам, утверждённымв постановлении Правительства Российской Федерации от 25.11.2013 № 1063.

С объяснениями от 08.06.2020 истец приобщил к делу копию положительного заключения государственной экспертизы на объект от 03.10.2014 № 11-1-5-0095-14.

Контракт действует до 31.12.2017 (пункт 15.2).

В дополнительном соглашении от 04.12.2017 № 1 (т. 1, л. д. 32 — 36) Учреждение и Общество согласовали объём и стоимость дополнительных работ (5 605 757 рублей) и скорректировали цену Контракта до 136 005 757 рублей.

Затем в дополнительном соглашении от 28.08.2018 № 5 (т. 1, л. д. 40 — 53) объём дополнительных работ оценён суммой 7 395 658 рублей 52 копейки,а также определено, что выявлены отпавшие работы стоимостью 8 197 764 рубля 41 копейка; новая цена Контракта — 135 203 651 рубль 11 копеек.

Акт № 1 приёмки законченного строительством объекта по форме КС-11 подписан заказчиком и генподрядчиком 05.10.2018 на сумму 135 203 651 рубль 11 копеек (т. 1, л. д. 54 — 55). В дело также предоставлены согласующиесяс названным актом справки КС-3 (т. 1, л. д. 56 — 76).

В претензии от 19.01.2018 № 01-01/18 (т. 1, л. д. 85 — 86) Учреждение потребовало от Общества уплатить 1 831 032 рубля 55 копеек пенейза просрочку с 16.12.2017 по 18.01.2018; требование исполнено генподрядчиком добровольно на основании поручения от 25.0.2018 № 73 (т. 1, л. д. 87).

Впоследствии заказчик обратился к Обществу со второй претензией от 14.12.2018 № 02-01/561 (т. 1, л. д. 77 — 80), в которой предъявил требование об уплате оставшейся суммы пеней (2 004 371 рубля 71 копейки), которая исчислена до 05.10.2018. При этом Учреждение, согласившись с возражением Общества, признало свою вину в просрочке передачи генподрядчику строительной площадки, пригодной для выполнения работ, и добровольно исключило 93 дня из общего периода просрочки.

Непригодность строительной площадки подтверждается актом приёма-передачи от 11.01.2017 и актом осмотра от 23.01.2017, в котором отражено,что участок не был освобождён от лесопорубочных остатков и пней (т. 1, л. д. 111 — 112).

В связи с вопросом суда представители сторон пояснили, что возникший между ними спор возможно разрешить без назначения экспертизы.

При рассмотрении дела суд исходил из полного признания сторонами описанных выше фактических обстоятельств. Истец и ответчик расходятсяпо сути, лишь в оценке того, приостанавливались ли работы вследствие неисправности заказчика и виновен ли генподрядчик в допущенной просрочке.

Правоотношения сторон регулируются нормами гражданского законодательства о подряде, а также Законом о контрактной системе.

Согласно пункту 1 статьи 740 Кодекса по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построитьпо заданию заказчика определённый объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условиядля выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.

Из пункта 1 статьи 716 Кодекса следует, что подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении непригодности или недоброкачественности технической документации и иных не зависящихот подрядчика обстоятельств, которые создают невозможность её завершенияв срок.

На основании статьи 763 Кодекса подрядные строительные работы, предназначенные для удовлетворения государственных или муниципальных нужд, осуществляются на основе соответствующего контракта.

В силу статьи 708 Кодекса подрядчик несёт ответственностьза нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

По общему правилу, исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, в том числе и законной (статьи 329, 330 и 332 Кодекса), при этом условие об ответственности подрядчика, на основании части 4 статьи 34 Законао контрактной системе, должно включаться в контракт: за просрочку подрядчиком исполнения обязательства устанавливаются пени, за иные случаи неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств, определённыхв контракте, — штраф в виде фиксированной суммы, размер которой определяется в порядке, установленном Правительством Российской Федерации (части 6 — 8 статьи 34 Закона о контрактной системе).

То обстоятельство, что Общество допустило просрочку, подтверждается актом от 05.10.2018 № 1 по форме КС-11 и фактически самим генподрядчиком.

В результате приблизительных расчётов, отражённых в отзыве, письменных (от 11.06.2020) и устных объяснениях, сторона ответчика, ссылаясь на имеющуюся в деле переписку с Учреждением (т. 1, л. д. 118 — 150; т. 2, л. д. 1 — 11), заявила о том, что общее время, в течение которого работыне могли полноценно проводиться, составляет более четырёх с половиной лет. На вопрос суда о том, почему арифметически предполагаемый простой столь существенно превышает не только контрактный, но и фактический срок выполнения работ, представитель Общества пояснил, что объект никогдане замораживался полностью, строительство велось на тех участках, где это было возможно, то есть произведённые вычисления относятся к различным участкам деятельности генподрядчика в рамках контрактных обязательств,а не к работам в целом.

Суд проанализировал письма заказчика и генподрядчика и установил, что в дело не представлено документов, которые бы могли быть признаны относимыми, допустимыми, достоверными и достаточными доказательствами предупреждения заказчика о невозможности выполнить работы в срок (статья 716 Кодекса). На наличие таких документов не указывает и сам ответчик. Единственное похожее упоминание («вынуждены остановить работы по монтажу оборудования» — написано в отношении электрооборудования, обеспечивающего работу системы видеонаблюдения) заключено в письме Общества от 01.02.2018 № 46 (т. 1, л. д. 145), однако это письмо подготовлено не только за пределами срока, к наступлению которого работы должны были быть завершены, но и за пределами срока действия Контракта.

Более того, при отсутствии доказательств того, что генподрядчик действовал с пороком воли, добровольная (а не на основании требованияпо банковской гарантии, как утверждал представитель истца) оплата неустойки за период с 16.12.2017 по 18.01.2018 свидетельствует о согласии Обществас предъявленной к нему претензией (пункт 79 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерацииоб ответственности за нарушение обязательств»; далее — Постановление № 7). Таким образом, генподрядчик не вправе утверждать обратное постфактум, опираясь на переписку, имевшую место до 18.01.2018.

Вопросы, процесс решения которых отражён в письмах контрагентов,нельзя отнести к выходящим за пределы стандартных хозяйственных отношений, связанных с исполнением договора строительного подряда. Общество как генподрядчик является профессиональным участником рынка, поэтому оно не могло не учитывать обычные для себя риски.

Так, целью государственной строительной экспертизы в силу статьи 49 Градостроительного кодекса Российской Федерации является оценка соответствия проектной документации требованиям технических регламентов, санитарно-эпидемиологическим требованиям, требованиям в области охраны окружающей среды, требованиям государственной охраны объектов культурного наследия, требованиям промышленной безопасности, требованиям к надежности, безопасности и антитеррористической защищенности объекта, заданию застройщика или технического заказчика на проектирование, результатам инженерных изысканий.

Положительное заключение главгосэкспертизы по проектной документации дано в 2014 году, между тем строительство планировалось начать двумя годами позднее. Генеральный подрядчик был обязан отдавать себе отчёт в том, что нормативные документы, которые действовали в 2014 году и ранееи на соответствие которым проверялся проект, менялись, а это неминуемо привело к необходимости проектных изменений.

Обстоятельств, которые бы повлекли уменьшение размера имущественной ответственности Общества по основаниями, предусмотренным в статьях 404 и 406 Кодекса, не установлено.

Таким образом, взыскание с ответчика пеней правомерно. Калькуляция неустойки проверена судом и признана верной, согласующейся с материалами дела, условиями Контракта и Законом о контрактной системе.

Суд счёл необходимым отметить, что обстоятельства, связанныес появлением и фактическим выполнением дополнительных работ и признанием части изначально согласованных работ отпавшими, могли бы послужить основанием для уменьшения размера имущественной ответственностипо правилам, предусмотренным статьёй 333 Кодекса. Однако представитель Общества последовательно (как в отзыве, письменных возражениях, так ив устных выступлениях) признавал предъявленные требования полностью неправомерными. Вопреки неоднократным уточняющим вопросам суда о том, желает ли сторона ответчика заявить в связи со своими возражениями по искукакое-либо ходатайство и обеспечить аргументированный контррасчёт, представитель генподрядчика неизменно отвечал, что ходатайств не имеет,а все документы, позволяющие рассмотреть дело по существу, собраны, иных доказательств нет.

В первом абзаце пункта 71 Постановления № 7 разъяснено: если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 Кодекса).

О снижении пеней ответчик не заявил ни письменно, ни устно,тогда как Учреждение полностью поддержало иск. С учётом изложенного снижение пеней по инициативе суда (в отсутствие заявления Общества) означало бы произвольный выход за пределы дискреционных полномочий, что недопустимо, поэтому исковое требование подлежит полному удовлетворению с отнесением судебных расходов по государственной пошлине на ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167 — 171, 176 и 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

1.Исковые требования удовлетворить полностью.

2.Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Промресурс-М» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) в пользу государственного казённого учреждения Республики Коми «Служба единого заказчика Республики Коми» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) 1 262 538 рублей 52 копейки пеней и 25 625 рублей судебных расходовпо государственной пошлине.

3.Исполнительный лист выдать по ходатайству взыскателя после вступления решения в законную силу.

4.Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во Второй арбитражный апелляционный суд с подачей жалобы через Арбитражный суд Республики Коми в месячный срок со дня изготовленияв полном объёме.

Кассационная жалоба на решение может быть подана в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья А. Е. Босов