Решение от 29 января 2026 г. АС Ставропольского края

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ

Дело № А63-10757/2025
г. Ставрополь
30 января 2026 года
Резолютивная часть решения объявлена 29 января 2026 года

Решение изготовлено в полном объеме 30 января 2026 года

Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Гапоновой В.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Маликовой В.А., рассмотрел в судебном заседании дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1, Ставропольский край, г. Невинномысск, ОГРНИП <***>,

к главному управлению Федеральной службы судебных приставов по Ставропольскому краю, г. Ставрополь, ОГРН <***>,

к ФССП России, г. Москва, ОГРН <***>,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Торгово-Строительное Управление-7», Ставропольский край, р-н ФИО2, г. Михайловск, ОГРН <***>, конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Торгово-Строительное Управление-7» - ФИО3, ФИО4 районное отделение судебных приставов ГУ ФССП России по Ставропольскому краю, начальник этого отдела – старший судебный-пристав ФИО5, судебные приставы-исполнители этого отдела ФИО6 и ФИО7, Промышленный районный отдел судебных приставов г. Ставрополя ГУ ФССП России по Ставропольскому краю, начальник этого отдела ФИО8, судебные приставы исполнители этого отдела ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, начальник Невинномысского ГОСП ГУ ФССП России по Ставропольскому краю (ранее судебный пристав-исполнитель Промышленного РОСП г. Ставрополя) ФИО14, Министерство финансов Российской Федерации, г. Москва, ОГРН <***>,

о взыскании возмещения вреда, причиненного судебными приставами-исполнителями в сумме 462 700 рублей, и расходов по уплате государственной пошлины в размере 28 135 рублей,

при участии представителя истца – ФИО15, по доверенности от 24.06.2025, представителя ответчиков ФИО16 по доверенностям от 22.04.2025

№ Д-28907/25/365 и № Д-28907/25/364, судебных приставов-исполнителей Шпаковского РОСП ГУ ФССП России по Ставропольскому краю ФИО6 и ФИО7 начальника Шпаковского РОСП ГУ ФССП России по Ставропольскому краю – старшего судебного-пристава ФИО5, в отсутствие иных участников процесса,

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – индивидуальный предприниматель ФИО1) обратился в Арбитражный суд Ставропольского края с исковым заявлением к Главному управлению Федеральной службы судебных приставов по Ставропольскому краю (далее – ГУ ФССП России по Ставропольскому краю) о взыскании возмещения вреда, причиненного судебными приставами-исполнителями в сумме 462 700 рублей, и расходов по уплате государственной пошлины в размере 28 135 рублей 70 копеек.

Определением суда от 23.09.2025 к участию в деле в качестве соответчика привлечено ФССП России.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены общество с ограниченной ответственностью «Торгово-Строительное Управление-7» (далее – ООО «ТСУ-7»), конкурсный управляющий ООО «ТСУ-7» - ФИО3, бывший руководитель ООО «ТСУ-7» - ФИО17, ФИО4 районное отделение судебных приставов ГУ ФССП России по Ставропольскому краю (далее – ФИО4 РОСП ГУ ФССП России по Ставропольскому краю), начальник этого отдела – старший судебный-пристав ФИО5, судебные приставы-исполнители этого отдела ФИО6 и ФИО7, Промышленный районный отдел судебных приставов г. Ставрополя ГУ ФССП России по Ставропольскому краю (далее – Прмышленный РОСП по г. Ставрополю ГУ ФССП России по Ставропольскому краю), начальник этого отдела ФИО8, судебные приставы исполнители этого отдела ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, начальник Невинномысского ГОСП ГУ ФССП России по Ставропольскому краю (ранее судебный пристав-исполнитель Промышленного РОСП г. Ставрополя) ФИО14, Министерство финансов Российской Федерации, г. Москва.

В обоснование заявленных требований индивидуальный предприниматель указал, что вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Ставропольского края от 05.03.2022 на ООО «ТСУ-7» возложена обязанность передать индивидуальному предпринимателю ФИО1 строительное оборудование (строительные леса) стоимостью 462 700,00 рублей, на принудительное исполнение судебного акта выдан исполнительный лист серии ФС № 036296395 на основании которого возбуждено исполнительное производство № 360653/22/26035-ИП. Местонахождение имущества было

достоверно известно: <...> (территория университета ФГАОУ ВО «Северо-Кавказский федеральный университет», далее - ФГАОУ ВО «СКФУ»), что подтверждено условиями договора аренды и материалами проверки. Несмотря на это, судебные приставы-исполнители (первоначально Шпаковского РОСП ГУ ФССП России по Ставропольскому краю, затем Промышленного РОСП г. Ставрополя ГУ ФССП России по Ставропольскому краю) в нарушение статей 64, 77 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» не приняли надлежащих мер по описи и изъятию оборудования, в результате чего исполнение судебного акта стало невозможным. 12.05.2025 исполнительное производство прекращено, а ответ из ФГАОУ ВО «СКФУ» от 11.03.2025 подтвердил фактическое отсутствие спорного оборудования по указанному адресу. Таким образом, убытки индивидуального предпринимателя ФИО1 в размере 462 700 рублей, возникшие по вине судебных приставов, подлежат полному возмещению Российской Федерацией в лице ГУ ФССП России по Ставропольскому краю.

ФССП России и ГУ ФССП России по Ставропольскому краю возражая доводам истца, в представленных отзывах указали, что должностными лицами службы судебных приставов в рамках исполнительного производства № 360653/22/26035-ИП своевременно и в полном объёме совершены все предусмотренные законом действия: вручены постановления и требования должнику, проведены выезды по месту нахождения имущества, истребованы документы, должник привлечён к административной ответственности по части 1 статьи 17.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ), вынесены предупреждения по статье 315 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ). При этом невозможность изъятия строительных лесов обусловлена отказом представителя университета ФГАОУ ВО «СКФУ» допустить приставов и стороны исполнительного производства на территорию университета, поскольку университет не заключал договоров с должником и не располагал документами, подтверждающими принадлежность спорного имущества ООО «ТСУ-7». Ни взыскатель, ни должник не предоставили доказательств права собственности на леса, что исключило возможность их идентификации и передачи. Вместе с тем, для возмещения вреда по статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации необходима совокупность условий: противоправность действий, вина, причинная связь и доказанный размер убытков. Полагает, что истцом не доказана ни противоправность поведения пристава, ни прямая причинно-следственная связь между его действиями и возникшими убытками. Отсутствие реального исполнения само по себе не влечёт ответственности государства, если результат зависел от обстоятельств, связанных с должником. Решением Арбитражного суда Ставропольского края от 09.07.2024 по делу № А63-4252/2023 ООО «ТСУ-7» признано банкротом, в отношении

него открыто конкурсное производство, при этом истец не лишён права заявить требования в реестр кредиторов. Кроме того, спорные отношения вытекают из договора аренды, по которому вопросы сохранности и возврата имущества регулируются нормами ГК РФ (статьи 309, 310, 622), что предполагает возможность предъявления требований непосредственно к арендатору. Предметом исполнения являлось требование неимущественного характера, не имеющее цены иска. Взыскание убытков в размере стоимости оборудования, по мнению ответчиков, подменяет собой механизм исполнения первоначального судебного акта и не соответствует принципам соразмерности и справедливости.

ФИО4 РОСП ГУ ФССП России по Ставропольскому краю в представленном отзыве на иск в обоснование доводов о необоснованности требований истца указал, что судебными приставами-исполнителями (ФИО18, ФИО7) был реализован полный комплекс мер принудительного исполнения: возбуждено исполнительное производство, должник привлечен к административной ответственности по статье 17.15 КоАП РФ, предупрежден об уголовной ответственности, произведены выезды по месту нахождения имущества. В настоящее время должник (ООО «ТСУ-7») признан банкротом, а спорное оборудование вывезено с территории ФГАОУ ВО «СКФУ» третьим лицом еще в июне 2024 года, вместе с тем в настоящее время исполнительное производство не прекращено, возможность исполнения не утрачена: направлены запросы конкурсному управляющему и третьим лицам для установления местонахождения лесов. Подчеркивает, что двухмесячный срок исполнения носит организационный характер и не освобождает пристава от продолжения действий. Поскольку доказательства незаконного бездействия отсутствуют, а неисполнение обусловлено объективными обстоятельствами, зависящими от должника и третьих лиц, основания для возмещения убытков за счет казны не усматриваются.

Конкурсный управляющий ООО «ТСУ-7» в представленном отзыве указал, что имущество (строительные леса), являющееся предметом спора, в ведение конкурсного управляющего от бывшего руководителя ООО «ТСУ-7» ФИО17 не передавалось. Сведений о наличии указанного имущества у третьих лиц не предоставлялось. В связи с этим конкурсный управляющий лишен возможности предоставить информацию об обстоятельствах утраты имущества, его эксплуатации и выбытия из пользования должника. По мнению конкурсного управляющего, для установления обстоятельств принятия обязательств по возврату имущества и его последующей утраты к участию в деле подлежит привлечению бывший руководитель должника ФИО17 в качестве соответчика. Полагает, что ответственность за утрату имущества при отсутствии вины иных лиц может лежать на органах ФССП. В части рассмотрения спора по существу конкурсный управляющий оставляет решение на усмотрение суда.

Определением суда от 09.12.2025 отказано в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего ООО «ТСУ-7» - ФИО3 о привлечении к участию в деле в качестве соответчика бывшего руководителя ООО «ТСУ-7» - ФИО17, указанное лицо привлечено к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Иные участники процесса письменных отзывов суду не представили.

Судебное заседание по делу начато 15 января 2026 года при участии представителя истца – ФИО15, по доверенности от 24.06.2025, представителя ответчиков ФИО19, по доверенности от 29.12.2025 № 6-26907/25/392-АА, от 27.01.2025 № Д-26908/25/299, по доверенности от 24.02.2025 № Д-26907/25/347, начальника Шпаковского РОСП ГУ ФССП России по Ставропольскому краю – старшего судебного-пристава ФИО5

В результате возникновения технических неполадок при использовании технических средств аудиозаписи (сбой в программе), протоколирование с использованием средств аудиозаписи в судебном заседании не велось, с учетом положений статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса российской Федерации (далее – АПК РФ) в судебном заедании объявлен перерыв до 16 часов 00 минут 22 января 2026 года.

Судебное заседание после перерыва продолжено 22 января 2026 года в том же составе суда, при участии представителя истца – ФИО15, по доверенности от 24.06.2025, представителя ответчиков ФИО19, по доверенности от 29.12.2025 № 6-26907/25/392-АА, от 27.01.2025 № Д-26908/25/299, начальника Шпаковского РОСП ГУ ФССП России по Ставропольскому краю – старшего судебного-пристава ФИО5

С учетом разъяснений, содержащихся в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции» объявлен перерыв до 09 часов 30 минут 29 января 2026 года.

29 января 2026 года судебное заседание продолжено в том же составе суда при участии при участии представителя истца – ФИО15, по доверенности от 24.06.2025, представителя ответчиков ФИО16 по доверенностям от 22.04.2025 № Д-28907/25/365 и № Д-28907/25/364, судебных приставов-исполнителей Шпаковского РОСП ГУ ФССП России по Ставропольскому краю ФИО6 и ФИО7 начальника Шпаковского РОСП ГУ ФССП России по Ставропольскому краю – старшего судебного-пристава ФИО5, в отсутствие иных представителей третьих лиц.

Судебное заседание после перерывов 22.01.2026 и 29.01.2026 проводилось с использованием средств аудиопротоколирования.

В судебном заседании до и после перерывов представитель истца поддержал заявленные требования, просил удовлетворить их в полном объёме.

Представители ответчиков, поддержав доводы представленного отзыва, просили об отказе в удовлетворении иска.

Начальник Шпаковского РОСП ГУ ФССП России по Ставропольскому краю старший судебный-пристав ФИО5 и судебные приставы исполнители этого отдела ФИО6 и ФИО7, поддержав позицию ответчиков, а также доводы ранее представленного отзыва, полагали исковые требования не подлежащими удовлетворению.

Выслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд пришел к следующему выводу.

Из материалов дела следует, что между индивидуальным предпринимателем ФИО1 (арендодатель) и ООО «ТСУ-7» (арендатор) заключен договор аренды строительных лесов от 28.05.2021 № 437, в соответствии с которым арендодатель предоставил арендатору во временное владение и пользование за плату на срок до 01.07.2021 в соответствии со спецификацией компоненты строительных лесов, а арендатор принял на себя обязанность своевременно возвратить леса в исправном состоянии с учетом нормального износа (пункты 1.1, 2.1 договора).

В соответствии с пунктом 1.2 договора арендатору переданы в аренду строительные леса в количестве 2800 кв. м согласно приложению № 1 (спецификация от 28.05.2021 № 437: рама с лестницей в количестве 174 шт., рама проходная – 343 шт., диагональ – 340 шт., горизонталь 340 – 340 шт., балка настил – 669 шт., настил – 692 шт.) и приложению № 2 (акт передачи строительных лесов в аренду от 29.05.2021), которые будут использоваться по следующему адресу: <...>.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Ставропольского края от 05.03.2022 по делу № А63-16069/2021 на ООО «ТСУ-7» возложена обязанность передать индивидуальному предпринимателю ФИО1 строительное оборудование (строительные леса) стоимостью 462 700,00 рублей.

На принудительное исполнение судебного акта выдан исполнительный лист серии ФС № 036296395, на основании которого постановлением судебного пристава-исполнителя Шпаковского РОСП ГУ ФССП России по Ставропольскому краю ФИО6 от 01.09.2022 возбуждено исполнительное производство № 360653/22/26035-ИП установлен пятидневный срок добровольного исполнения.

В этот же день должнику предъявлено требование о добровольном исполнении судебного решения, с предупреждением об административной ответственности по статье 17.15 КоАП РФ и статье 315 УК РФ, а также получено объяснение.

07 октября 2022 года получено объяснение должника с указанием на отсутствие доступа к спорному оборудованию, расположенному на территории третьего лица.

Постановлениями судебного пристава-исполнителя Шпаковского РОСП ГУ ФССП

России по Ставропольскому краю от 12.09.2022 с должника взыскан исполнительский сбор в размере 50 000 рублей, назначен новый срок исполнения требований до 20.09.2022, объявлено повторное предупреждение по статье 315 УК РФ.

Постановлением судебного пристава-исполнителя Шпаковского РОСП ГУ ФССП России по Ставропольскому краю от 22.09.2022 должник привлечен к административной ответственности по части 1 статьи 17.15 КоАП РФ с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей.

В этот же день должнику назначен новый срок исполнения требований до 17.10.2022, объявлено повторное предупреждение по статье 315 УК РФ, составлен акт о неисполнении требований судебного акта, предъявлено требование предоставить договор, заключенный между ООО «Техстрой» и ООО «ТСУ-7» о выполнении работ на территории ФГАОУ ВО «СКФУ», отобрано объяснение у директора ООО «ТСУ-7» с указанием на отсутствие доступа на строительную площадку.

03 ноября 2022 года судебным приставом-исполнителем Шпаковского РОСП ГУ ФССП России по Ставропольскому краю составлен акт об отсутствии доступа на территорию ФГАОУ ВО «СКФУ», а также невозможности идентифицировать размещенные на территории университета строительные леса, при этом представитель взыскателя и директор ООО «ТСУ-7» подтвердили размещение предмета исполнения по адресу совершения исполнительных действий: <...>.

Постановлением судебного пристава-исполнителя Шпаковского РОСП ГУ ФССП России по Ставропольскому краю от 21.04.2023 место совершения исполнительных действий изменено, исполнительный документ направлен в Промышленный РОСП г. Ставрополя ГУ ФССП России по Ставропольскому краю.

Согласно сведениям государственной информационной системы «АИС ФССП», судебным приставом-исполнителем Промышленного РОСП ГУ ФССП России по Ставропольскому краю ФИО14 принято к исполнению исполнительное производство, поступившее из Шпаковского РОСП ГУ ФССП России по Ставропольскому краю, присвоен № 139609/23/26039-ИП.

В период с 2023 по 2025 год данное производство также находилось на исполнении у должностных лиц указанного отдела: ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13 (пояснения представителей управления в ходе судебного разбирательтсва).

30 июня 2025 года судебным приставом-исполнителем Промышленного РОСП ГУ ФССП России по Ставропольскому краю ФИО10 составлен акт совершения исполнительных действий по адресу: <...>, в котором зафиксировано, что на территории ФГАОУ ВО «СКФУ» находились строительные леса,

использовавшиеся ООО «Техстрой» в рамках заключенного с университетом контракта. Объект, на котором производились строительные работы в июне 2024 года введен в эксплуатацию, работы завершены, оборудование вывезено ООО «Техстрой». На дату составления акта спорное оборудование по адресу: <...> отсутствует.

Постановлением судебного пристава-исполнителя Промышленного РОСП ГУ ФССП России по Ставропольскому краю от 14.07.2025 исполнительное производство № 139609/23/26039-ИП передано на исполнение в ФИО4 РОСП ГУ ФССП России по Ставропольскому краю.

Постановлением судебного пристава-исполнителя Шпаковского РОСП ГУ ФССП России по Ставропольскому краю ФИО7 от 30.07.2025 указанное исполнительное производство принято к исполнению, присвоен номер № 189940/25/26035-ИП.

04 августа 2025 года судебным приставом-исполнителем Шпаковского РОСП ГУ ФССП России по Ставропольскому краю составлен акт о совершении исполнительных действий, которым зафиксировано отсутствие должника по адресу: <...>.

В ходе дачи объяснений 13 октября 2025 года директор ООО «ТСУ-7» пояснил, что в отношении общества введена процедура банкротства, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 Должностному лицу разъяснена ответственность, предусмотренная статьей 315 УК РФ, вынесено требование об исполнении исполнительного документа, установлен новый срок исполнения - до 24 октября 2025 года.

Впоследствии в адрес ООО «Техстрой» направлялись требования о предоставлении сведений о местонахождении спорных лесных участков, однако они остались неисполненными.

Указывая на фактическое отсутствие спорного оборудования, а также убытки индивидуального предпринимателя в размере 462 700 рублей (стоимость оборудования), возникшие по вине судебных приставов, ФИО1 обратился с рассматриваемым иском в суд.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из анализа положений пунктов 2, 3 статьи 19 Федерального закона от 21.07.1997 № 118-ФЗ «Об органах принудительного исполнения» (далее - Закон № 118-ФЗ), статей 16, 1069 ГК РФ, постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» (далее - Постановление № 50), следует, что убытки, возникшие в результате неправомерных действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя, подлежат взысканию с Российской Федерации в лице ФССП России за счет казны Российской Федерации и применительно к рассматриваемому спору необходимым условием для удовлетворения требований заявителя является наличие и доказанность факта причинения вреда, вина причинителя вреда и причинно-следственная связь между незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя и возникновением у истца убытков.

В силу части 2 статьи 5 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее - Закон № 229-ФЗ, Закон об исполнительном производстве) непосредственное осуществление функций по принудительному исполнению судебных актов, актов других органов и должностных лиц возлагается на судебных приставов-исполнителей структурных подразделений территориальных органов Федеральной службы судебных приставов.

Согласно пункту 85 Постановления № 50, если в ходе исполнительного производства судебный пристав-исполнитель не осуществил необходимые исполнительные действия по исполнению исполнительного документа за счет имевшихся у должника денежных средств или другого имущества, оказавшихся впоследствии утраченными, то на истца по иску о возмещении вреда, причиненного незаконным бездействием судебного пристава- исполнителя, не может быть возложена обязанность по доказыванию того обстоятельства, что должник не владеет иным имуществом, на которое можно обратить взыскание. В то же время отсутствие реального исполнения само по себе не является основанием для возложения на государство обязанности по возмещению не полученных от должника сумм по исполнительному документу, поскольку ответственность государства в сфере исполнения судебных актов, вынесенных в отношении частных лиц, ограничивается надлежащей организацией принудительного исполнения этих судебных актов и не подразумевает обязательности положительного результата, если таковой обусловлен объективными обстоятельствами, зависящими от должника.

В данном случае требования исполнительного документа носят неимущественный характер, поэтому порядок их исполнения регламентирован статьей 105 Закона об исполнительном производстве.

В частности, в случаях неисполнения должником требований, содержащихся в

исполнительном документе, в срок, установленный для добровольного исполнения, а также неисполнения им исполнительного документа, подлежащего немедленному исполнению, в течение суток с момента получения копии постановления судебного пристава-исполнителя о возбуждении исполнительного производства судебный пристав-исполнитель выносит постановление о взыскании исполнительского сбора и устанавливает должнику новый срок для исполнения (пункт 1). При неисполнении должником требований, содержащихся в исполнительном документе, без уважительных причин во вновь установленный срок должностным лицом службы судебных приставов составляется в отношении должника протокол об административном правонарушении в соответствии с Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях и устанавливается новый срок для исполнения (пункт 2).

Истец в обоснование иска ссылался на невозможность исполнения требования судебного акта, ввиду утраты спорного имущества по вине должностных лиц, а также нецелесообразность изменения способа исполнения в виде трансформации неимущественного требования в имущественное, в частности, в денежное обязательство, ввиду несостоятельности (банкротства) должника.

Ответчики, возражая против удовлетворения иска, указывают на отсутствие противоправного поведения должностных лиц и причинно-следственной связи между их действиями и возникшими убытками, полагая, что взыскатель вправе заявить требования в реестр кредиторов должника в рамках процедуры банкротства.

В соответствии с частью 1 статьи 330 АПК РФ и пунктом 3 статьи 19 Федерального закона от 21.07.1997 № 118-ФЗ «Об органах принудительного исполнения» вред, причиненный судебным приставом-исполнителем в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения своих обязанностей по исполнению исполнительного листа, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу статьи 16, статьи 1069 ГК РФ вред, причиненный в результате незаконных действий (бездействий) государственных органов либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению за счет соответствующей казны.

Согласно положениям пункта 3 статьи 125, статьи 1071 ГК РФ, подпункта 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации, пункта 80 и 81 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» (далее – Постановление № 50) иск о возмещении вреда,

причиненного незаконными постановлением, действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя, предъявляется к Российской Федерации, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств - ФССП России.

Как следует из содержания абзаца 3 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Ответственность за незаконные действия должностных лиц государственных органов наступает при наличии общих (статья 1064 ГК РФ) и специальных (статья 1069 ГК РФ) условий: противоправности властно-распорядительных действий (бездействия) государственного органа или его должностных лиц, наступившего вреда (убытков), причинно-следственной связи между действиями (бездействием) и наступившим вредом, а также вины причинителя вреда.

Таким образом, как указано ранее, по делам о возмещении вреда суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) последнего и причиненным вредом. Вместе с тем, то обстоятельство, что действия (бездействие) судебного пристава-исполнителя не были признаны незаконными в отдельном судебном производстве, не является основанием для отказа в иске о возмещении вреда, причиненного этими действиями (бездействием), и их законность суд оценивает при рассмотрении иска о возмещении вреда (пункт 82 Постановления № 50).

В рассматриваемом случае, исходя из существа заявленных требований и возражений, в предмет доказывания по настоящему делу входят следующие юридически значимые обстоятельства: факт утраты возможности исполнения судебного акта и реальной утраты спорного имущества; противоправность действий (бездействия) должностных лиц органов принудительного исполнения, а также наличие их вины в наступлении указанных последствий; наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) должностных лиц и возникшими у взыскателя убытками; объективная возможность или невозможность изменения способа исполнения судебного акта в условиях процедуры банкротства должника.

Как указано ранее решением Арбитражного суда Ставропольского края от 05.03.2022 по делу № А63-16069/2021 на ООО «ТСУ-7» возложена обязанность передать индивидуальному предпринимателю ФИО1 строительное оборудование (строительные леса) стоимостью 462 700,00 рублей. На принудительное исполнение судебного акта выдан исполнительный лист серии ФС № 036296395, на основании которого постановлением судебного пристава-исполнителя Шпаковского РОСП ГУ ФССП России по Ставропольскому краю от 01.09.2022 возбуждено исполнительное производство № 360653/22/26035-ИП.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что местонахождение спорного имущества было достоверно известно органам принудительного исполнения непосредственно с момента возбуждения исполнительных производств. Адрес размещения строительных лесов (<...>, территория ФГАОУ ВО «СКФУ») был зафиксирован в договоре аренды, подтвержден объяснениями самого должника и отражен в акте исполнительных действий от 03.11.2022. Следовательно, у судебных приставов-исполнителей имелась реальная и документально подтвержденная возможность не только идентифицировать, но и локализовать спорное имущество для последующей передачи взыскателю.

Во исполнение определения суда от 08.12.2025 ФГАОУ ВО «СКФУ» представило сведения, подтверждающие правовые основания нахождения имущества взыскателя на территории университета по адресу: <...>. В частности, установлено, что ООО «Техстрой» выполняло строительные работы в рамках государственного контракта ( № 1263501495519000001) и заключило договор субподряда № 26/2020 на монтаж вентилируемого фасада с ООО «ТСУ-7», арендовавшего строительные леса у индивидуального предпринимателя. Указанные документы, размещенные в единой информационной системе в сфере закупок, свидетельствуют о наличии договорных отношений между должником и генподрядчиком, осуществлявшим деятельность на объекте. При таких обстоятельствах доводы должностных лиц об отсутствии доказательств нахождения имущества взыскателя на территории университета судом оцениваются критически, поскольку информация о правовых основаниях присутствия имущества была общедоступной и могла быть истребована в ходе стандартных исполнительных действий.

В силу пункта 2 части 1 статьи 64 Закона № 229-ФЗ в процессе исполнения требований исполнительных документов судебный пристав-исполнитель вправе запрашивать необходимые сведения у физических лиц, организаций и органов, находящихся на территории Российской Федерации, а также на территориях иностранных государств, в порядке, установленном международным договором Российской Федерации, получать от них объяснения, информацию, справки.

Законные требования сотрудника органов принудительного исполнения подлежат выполнению всеми органами, организациями, должностными лицами и гражданами на территории Российской Федерации. Невыполнение законных требований сотрудника органов принудительного исполнения, в том числе непредоставление информации, предусмотренной пунктом 2 настоящей статьи, или предоставление недостоверной информации, а также 5 действия, препятствующие исполнению служебных обязанностей сотрудником органов принудительного исполнения, влекут ответственность, установленную законодательством Российской Федерации (статья 14 Закона № 118-ФЗ).

Таким образом, право судебного пристава-исполнителя на совершение исполнительных действий, направленных на создание условий для применения мер принудительного исполнения, к которым относится запрос сведений, необходимых для своевременного, полного и правильного исполнения исполнительных документов, предусмотрено статьей 64 Закона № 229-ФЗ и статьей 12 Закона № 118-ФЗ.

Относительно доводов судебных приставов-исполнителей о невозможности идентификации оборудования вследствие отсутствия инвентарных номеров суд учитывает, что отсутствие инвентарных номеров само по себе не является препятствием для идентификации имущества, поскольку в данном случае ключевыми индивидуализирующими признаками выступают место нахождения, количественное соответствие спецификации к договору аренды, а также описание внешних признаков объекта (тип конструкции, габариты, площадь покрытия 2800 кв. м).

В материалы дела не представлено доказательств того, что должник когда-либо оспаривал идентичность строительных лесов, расположенных по адресу: <...>.

Критической оценке также подлежит утверждение должностных лиц о невозможности доступа на территорию университета.

В силу пункта 5 части 1 статьи 64 Закона № 229-ФЗ судебный пристав-исполнитель вправе входить в нежилые помещения и хранилища, занимаемые должником или другими лицами, в целях исполнения требований исполнительных документов.

Кроме того, согласно части 4 пункта 2 статьи 12 Федерального закона № 118-ФЗ, пристав имеет право производить осмотры указанных помещений, а при необходимости - вскрывать их.

Суд принимает во внимание, что территория университета не относится к жилому фонду, а специфика спорного имущества (строительные леса) предполагает их размещение на открытом воздухе, что делает их видимыми и доступными для визуального контроля.

Несмотря на наличие полномочий и известность адреса, в ходе исполнительных производств № 360653/22/26035-ИП и № 139609/23/26039-ИП, ведущихся в период с 2022 по

2025 год, судебными приставами-исполнителями не были предприняты исчерпывающие меры по истребованию информации у ФГАОУ ВО «СКФУ».

Должностные лица службы ограничились констатацией факта отсутствия доступа, не запросив документы, подтверждающие основания нахождения имущества, и не обратились в суд с заявлением об обращении взыскания на имущество, находящееся у третьих лиц, что прямо предусмотрено частью 1 статьи 77 Закона об исполнительном производстве. Бездействие выразилось, в том числе, в неиспользовании всех предусмотренных законом механизмов для получения сведений о контрагентах должника, что напрямую повлияло на невозможность своевременного исполнения судебного акта.

В данном случае хронология событий свидетельствует о наличии критического периода бездействия.

Так, передача исполнительного производства из Шпаковского РОСП ГУ ФССП России по Ставропольскому краю в Промышленный РОСП г. Ставрополя ГУ ФССП России по Ставропольскому краю состоялась 21.04.2023, однако фактическое подтверждение утраты имущества было зафиксировано лишь 30.06.2025.

Согласно акту от 30.06.2025, спорное оборудование было вывезено третьим лицом еще в июне 2024 года. Таким образом, в период с апреля 2023 года по июнь 2024 года имущество физически находилось по известному адресу, однако эффективных мер по его описи и изъятию принято не было. Именно бездействие в указанный промежуток времени, когда исполнение было объективно возможным, привело к последующей утрате имущества.

Доводы ответчиков о невозможности исполнения требований вследствие нахождения имущества во владении третьих лиц и отказа в допуске не могут быть признаны состоятельными. Отсутствие доступа не освобождало должностных лиц от обязанности предпринять все зависящие от них меры, включая получение разрешения на доступ или запрос документации, подтверждающей принадлежность строительных лесов.

Материалами проведенной по жалобе взыскателя проверки прокуратуры Шпаковского района Ставропольского края установлено, что судебным приставом не приняты меры по изъятию лесов и не реализовано полномочие по обращению в суд с соответствующим заявлением, что послужило основанием для внесения представления руководителю ГУ ФССП России по Ставропольскому краю от 17.04.2023 № Прдр-200070035-310-23/-20070035.

Приведённые в ходе судебного разбирательства доводы Шпаковского РОСП ГУ ФССП России по Ставропольскому краю о том, что исполнительное производство не прекращено и возможность исполнения не утрачена, поскольку направлены запросы конкурсному управляющему и третьим лицам для установления местонахождения спорного имущества, суд оценивает критически, поскольку формальные доводы не опровергают факт

реальной утраты возможности исполнения судебного акта.

Требования в адрес ООО «Техстрой» о предоставлении сведений о местонахождении строительных лесов были направлены судебными приставами-исполнителями уже после обращения взыскателя с настоящим иском в суд и, соответственно, после фиксации факта отсутствия имущества по известному адресу (акт от 30.06.2025).

Данные запросы носили характер формального реагирования на предъявление иска, а не реальных мер по обеспечению исполнения судебного акта в период, когда имущество физически находилось по адресу: <...>. Более того, указанные требования остались без удовлетворения, что лишь подтверждает невозможность получения исполнения в разумный срок.

Более того направление запросов после утраты имущества и после возбуждения настоящего дела не может служить доказательством добросовестного исполнения должностными лицами своих обязанностей в период с апреля 2023 года по июнь 2024 года, когда исполнение было объективно возможным. Бездействие приставов в указанный критический период, когда оборудование находилось по известному адресу и могло быть изъято, уже привело к причинению вреда взыскателю, и последующие формальные действия не устраняют причинно-следственную связь между этим бездействием и наступившими негативными последствиями.

В соответствии с пунктом 85 Постановления № 50 отсутствие реального исполнения не влечет ответственности государства только в том случае, если результат зависел от объективных обстоятельств, зависящих от должника.

Вместе с тем в рассматриваемом случае установлено, что утрата возможности исполнения обусловлена не объективными препятствиями, а непринятием судебных приставов-исполнителей мер, которые они были обязаны предпринять при известных обстоятельствах.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что сам по себе факт непрекращения исполнительного производства не свидетельствует о сохранении реальной возможности исполнения, поскольку исполнение обязательства в натуре стало невозможным ввиду утраты индивидуально-определенного имущества по вине органов принудительного исполнения.

При этом взыскатель предпринимал меры по защите своих прав, в том числе посредством обращения в правоохранительные органы с заявлением об оказании содействия в возврате строительных лесов, незаконно удерживаемых третьими лицами. Однако по результатам рассмотрения обращения уполномоченными органами даны разъяснения, что в действиях лиц, препятствующих доступу к имуществу должника, не усматривается признаков состава преступления либо административного правонарушения, в связи с чем,

разъяснено право на защиту своих интересов в порядке гражданского судопроизводства.

Предпринятые взыскателем меры свидетельствуют о том, что со стороны него осуществлялся надлежащий контроль за ходом исполнительного производства и защитой своих имущественных интересов. Это подтверждается обращениями в правоохранительные и надзорные органы, а также непосредственным участием в исполнительных действиях (акт от 03.11.2022), что соответствует требованиям добросовестности и разумности в рамках исполнительного производства.

Оценивая доводы ответчиков о возможности трансформации неимущественного требования в имущественное через процедуру банкротства должника, суд исходит из следующего.

Учитывая, что решением Арбитражного суда Ставропольского края от 09.07.2024 по делу № А63-4252/2023 ООО «ТСУ-7» признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, ответчики полагают, что истец не лишён права заявить требования в реестр кредиторов должника. По мнению ответчиков, взыскание убытков в размере стоимости оборудования подменяет собой механизм исполнения первоначального судебного акта и не соответствует принципам соразмерности и справедливости, поскольку спорные отношения вытекают из договора аренды, по которому вопросы сохранности и возврата имущества регулируются нормами Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 309, 310, 622).

Доказательств передачи строительных лесов в конкурсную массу должника в материалы дела не представлено. Конкурсный управляющий ООО «ТСУ-7» в представленном отзыве указал, что имущество (строительные леса), являющееся предметом спора, в ведение конкурсного управляющего от бывшего руководителя ООО «ТСУ-7» ФИО17 не передавалось.

По смыслу положений статьи 324 АПК РФ и статьи 37 Закона № 229, при наличии обстоятельств, затрудняющих исполнение судебного акта, суд вправе изменить способ и порядок его исполнения, что предполагает замену одного вида исполнения другим. Согласно абзацу 4 пункта 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 № 50, замена передачи имущества в натуре на взыскание его стоимости возможна как в порядке статьи 327 АПК РФ, так и путем предъявления другого имущественного иска.

Вместе с тем требование о возмещении убытков, причиненных незаконным бездействием судебных приставов-исполнителей, и требование в реестр кредиторов должника имеют различную правовую природу и направлены к разным ответчикам: в первом случае ответственность несет Российская Федерация в лице органов ФССП за вред, причиненный государственным органом, во втором - должник в рамках дела о банкротстве за неисполнение договорных обязательств, в связи с чем, эти требования не являются

тождественными и не могут подменять друг друга.

При этом судом учтено, что невозможность исполнения судебного акта в натуре возникла не вследствие объективных обстоятельств банкротства, а в результате противоправного бездействия должностных лиц в период с апреля 2023 года по июнь 2024 года, когда имущество физически находилось по известному адресу.

Предложение ответчиков обратиться с требованием в реестр кредиторов фактически перекладывает последствия бездействия государственных органов на взыскателя, который в процедуре конкурсного производства, как правило, не получает удовлетворения в полном объёме, что противоречит статье 46 Конституции Российской Федерации, а также принципу соблюдения баланса интересов как должника, так и взыскателя.

С учетом изложенных обстоятельств, поскольку размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности, суд пришел к выводу, что с Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов за счет казны Российской Федерации подлежат взысканию убытки в размере 462 700 рублей (за утраченное строительное оборудование – строительные леса).

Стоимость спорного имущества установлена вступившим в законную силу судебным актом по делу № А63-16069/2021.

Доказательств, подтверждающих иную стоимость спорного имущества в материалы дела не представлено (не заявлено ходатайство о назначении оценочной экспертизы, не представлены отчеты об оценке, не приведены расчеты, основанные на рыночных данных).

На основании изложенного, с учётом принципа правовой определённости, суд приходит к выводу, что размер убытков взыскателя достоверно определён в сумме 462 700 рублей.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

При обращении с рассматриваемым иском истцом оплачена государственная пошлина в размере 28 135 рублей (платежное поручение от 23.05.2025 № 102).

С учетом результатов рассмотрения спора, в пользу истца подлежит взысканию государственная пошлина в указанном размере.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Ставропольского края

РЕШИЛ:

исковые требования индивидуального предпринимателя ФИО1, Ставропольский край, г. Невинномысск, ОГРНИП <***> удовлетворить.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов,

г. Москва, ОГРН <***>, за счет казны Российской Федерации в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1, Ставропольский край, г. Невинномысск, ОГРНИП <***>, убытки в размере 462 700 рублей (Четыреста шестьдесят две тысячи семьсот) рублей, а также 28 135 (Двадцать восемь тысяч сто тридцать пять) рублей в счет возмещения расходов по уплате государственной пошлины.

Решение суда может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и в двухмесячный срок в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья В.А. Гапонова