Постановление от 14 сентября 2025 г. по делу № А50-17065/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000 http://fasuo.arbitr.ru
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е № Ф09-3165/25

Екатеринбург 15 сентября 2025 г. Дело № А50-17065/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 02 сентября 2025 г. Постановление изготовлено в полном объеме 15 сентября 2025 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Кудиновой Ю. В., судей Морозова Д. Н., Кочетовой О. Г.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Сапанцевой Е.Ю., рассмотрел в судебном заседании в режиме веб- конференции кассационную жалобу публичного акционерного общества «Т Плюс» (далее – общество «Т Плюс», заявитель кассационной жалобы) на определение Арбитражного суда Пермского края от 01.04.2025 по делу № А50-17065/2023 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2025 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции принял участие представитель общества «Т Плюс» – ФИО1 (паспорт, доверенность от 09.09.2022), в помещении Арбитражного суда Уральского округа присутствует представитель этого же лица – ФИО2 (паспорт, доверенность от 05.09.2022 № 66 АА 7514454).

Представитель общества с ограниченной ответственностью «Расчетный центр Прикамья» (далее – общество «РЦ «Прикамья»), заявивший ходатайство об участии в судебном заседании путем использования сервиса веб-конференции, не подключился к онлайн-заседанию по причинам, не зависящим от суда.

Установив в судебном заседании, что средства связи суда воспроизводят видео- и аудиосигнал надлежащим образом, технические неполадки отсутствуют, лицам, участвующим в деле обеспечена возможность дистанционного участия в процессе, которая не в полной мере реализована по причинам, находящимся вне сферы контроля суда, суд округа

посчитал возможным продолжить рассмотрение дела в отсутствие представителя общества «РЦ «Прикамья» в силу положений части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ.

Определением суда от 25.03.2024 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Моторостроитель» (далее – должник, общество «УК «Моторостроитель») введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3.

Определением от 04.03.2024 ФИО3 освобожден от исполнения обязанностей, временным управляющим должника утверждена ФИО4.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 07.04.2025 общество «УК «Моторостроитель» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства; конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

Общество «Т Плюс» 14.02.2025 обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным решения первого собрания кредиторов от 29.01.2025 по вопросу № 9 о выборе арбитражного управляющего или саморегулируемой организации, из членов которой арбитражный суд утверждает арбитражного управляющего. Кредитором также заявлено требование о необходимости учета для принятия решения на собрании кредиторов только голосов независимых по отношению к должнику кредиторов и утвердить в качестве конкурсного управляющего ФИО6, члена Ассоциации Региональной саморегулируемой организации профессиональных арбитражных управляющих (с учетом уточнения от 27.02.2025).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 01.04.2025, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2025, заявление общество «Т Плюс» оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с принятым судебным актом, общество «Т Плюс» обратилось в суд округа с кассационной жалобой, в которой просило определение от 01.04.2025 и постановление от 30.05.2025 отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении требований кредитора в полном объеме.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает, что суды необоснованно признали правомочным участие в голосовании кредитора ФИО7, находящегося в статусе банкрота, что противоречит положениям законодательства о банкротстве; обращает внимание, что после признания гражданина несостоятельным (банкротом) все полномочия по распоряжению его имущественными правами, включая участие в собраниях кредиторов, переходят

исключительно к финансовому управляющему, соответственно, голосование представителя ФИО7 следует считать неправомерным.

Помимо изложенного, заявитель кассационной жалобы акцентирует внимание, что суды не провели должного анализа аффилированности кредиторов, что привело к искажению волеизъявления независимых участников процедуры; настаивает, что судами не учтены доказательства, подтверждающие принадлежность кредиторов к единой группе лиц, контролируемой ФИО8, включая общность представителей (ФИО9, ФИО10) и хозяйственные и семейные связи между ними; при этом кредитор ФИО7 являлся руководителем организаций, входящих в группу компаний общества «Союз», подконтрольную ФИО8, что опосредует его связь с должником; ФИО11 выкупает задолженность перед независимыми кредиторами для уменьшения количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, договоры заключаются уже после подачи заявления о банкротстве должника, помимо этого, ФИО11 являлся руководителем общества с ограниченной ответственностью «Ситисервис», участником которого являлся ФИО12 – массовый учредитель иных юридических лиц, связанных с ФИО8; ФИО13 в период с 2013 года по 2015 год получил 29,8 млн. руб. от расчетного центра управляющих компаний, подконтрольных ФИО8 (общество с ограниченной ответственностью «ИРЦ Прикамье»), кроме того, в деле о банкротстве ФИО8 оспаривается сделка по продаже помещений в пользу аффилированного лиц – ФИО14, который указывал, что получил деньги на покупку помещений по договору займа с ФИО15; общество «РЦ Прикамья» является расчетным центром группы компаний «Союз»; суды не применили правовую позицию, изложенную в пункте 12 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020; далее – Обзор от 29.01.2020).

В отзывах на кассационную жалобу ФИО13, ФИО11, общество «РЦ «Прикамья» просят оставить оспариваемые судебные акты без изменения.

Проверив по правилам статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, с учетом приведенных в кассационной жалобе доводов, суд округа приходит к следующему выводу.

Как установлено судами и следует из материалов дела, временный управляющий ФИО3 обратился 24.06.2024 в арбитражный суд с ходатайством об отложении проведения первого собрания кредиторов до рассмотрения требований, заявленных в установленный статьей 71

Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) срок.

Определением суда от 25.06.2024 заявление временного управляющего удовлетворено частично, проведение первого собрания кредиторов должника отложено до рассмотрения по существу требований общества «Т Плюс» о включении в реестр требований кредиторов на общую сумму 4 465 314 руб., ФИО11 о включении в реестр требований кредиторов на общую сумму 3 587 151 руб. 20 коп., общества «РЦ «Прикамья» о включении в реестр требований кредиторов на общую сумму 3 016 071 руб. 10 коп., общества «Пермская энергосбытовая компания» о включении в реестр требований кредиторов на общую сумму 2 415 151 руб. 75 коп., общества «Новая городская инфраструктура Прикамья» о включении в реестр требований кредиторов на общую сумму 1 531 445 руб. 04 коп., Пермского муниципального унитарного предприятия «Городское коммунальное и тепловое хозяйство» о включении в реестр требований кредиторов на общую сумму 6 744 094 руб. 62 коп., ФИО7 о включении в реестр требований кредиторов на общую сумму 5 909 610 руб. 25 коп., ФИО11 о включении в реестр требований кредиторов на общую сумму 7 520 067 руб. 68 коп.

Судебное заседание, назначенное по итогам процедуры наблюдения, неоднократно откладывалось, с учетом последнего отложения до 01.04.2025.

Во исполнение требований Закона о банкротстве временным управляющим ФИО3 29.01.2025 проведено первое собрание кредиторов должника с повесткой дня по вопросам, связанным с результатами управляющего в процедуре наблюдения (вопрос 1), формированием комитета кредиторов (образование, определение количество участников, их избрание и компетенция (вопросы 2, 3, 4, 5), выбором реестродержателя (вопрос 6), определением дальнейшей судьбы процедуры банкротства (вопрос 7), а также утверждением дополнительных требований к кандидатуре арбитражного управляющего (вопрос 8) и выбором арбитражного управляющего или саморегулируемой организации, из членов которой арбитражный суд утвердит управляющего (вопрос 9).

В собрании кредиторов, состоявшемся 29.01.2025, участвовали следующие кредиторы с правом голоса: ФИО11, ФИО7, ФИО16, общество «Геката», ФИО13, общество «РЦ Прикамья», общество «Т Плюс», общество «Новогор-Прикамье», общество «Пермэнергосбыт», предприятие «ГКТХ», обладающие в совокупности 99,19% от общего числа голосов конкурсных кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.

По результатам первого собрания кредиторов должника принято решения об отказе в привлечения реестродержателя для ведения реестра требований, указанные обязанности возложены на арбитражного управляющего; участники проголосовали за обращение в арбитражный суд с ходатайством о признании общества «УК «Моторостроитель» несостоятельным (банкротом) и открытии процедуры конкурсного

производства; дополнительные требования к кандидатуре управляющего принято не утверждать, в качестве кандидатуры для утверждения конкурсным управляющим выбран ФИО5, член ассоциации Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих. Часть вопросов, посвященных формированию комитета кредиторов, осталась без активного обсуждения, голосования по ним не проводилось.

Общество «Т Плюс» полагая, что решение первого собрания кредиторов от 29.01.2025, принятое по вопросу 9, нарушает права и законные интересы независимых кредиторов, поскольку решение по выбору данной кандидатуры приняли аффилированные должнику кредиторы, обратилось в суд с настоящим заявлением о признании его недействительным.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции не усмотрел оснований для признания недействительным решения первого собрания кредиторов от 29.01.2025 по вопросу выбора кандидатуры арбитражного управляющего, исходя из того, что на собрании кредиторов присутствовали кредиторы с правом голоса, обладающие 99,19% от общего числа голосов конкурсных кредиторов, соответственно, собрание являлось правомочным, кворум для принятия решений по предложенным вопросам имелся, а решения приняты большинством голосов (в том числе по вопросу об избрании кандидатуры арбитражного управляющего в рамках исключительной компетенции собрания кредиторов).

Суд первой инстанции также отметил, что обществом «Т Плюс» не представлено доказательств аффилированности иных кредиторов (ФИО7, ФИО13, общества «РЦ Прикамья», ФИО11) с должником, поскольку требования указанных лиц подтверждены вступившими в законную силу судебными актами о включении в реестр и не были субординированы; приобретение ФИО11 прав требований к должнику не является злоупотреблением правом, такое приобретение задолженности не может являться компенсационным финансированием в смысле пункта 6.2 Обзора от 29.01.2020; характер деятельности общества «РЦ Прикамье», даже при наличии определенных гражданско-правовых отношений, не свидетельствует об аффилированности с должником.

Суд первой инстанции также обратил внимание на то, что доказательств заинтересованности выбранного арбитражного управляющего ФИО5 по отношению к кредиторам или должнику – не представлено, а кредитор, при наличии таких сомнений, вправе обратиться с заявлением об отстранении конкурсного управляющего.

Суд апелляционной инстанции поддержал выводы суда первой инстанции, дополнительно указав, что решение собрания кредиторов приято в пределах совей компетенции и не противоречит законодательству о банкротстве (статьи 15, 45 Закона о банкротстве).

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами об отсутствии доказательств аффилированности между кредиторами и должником, а также отсутствии нарушений процедуры проведения собрания, отметив также, что

заявителем не доказано несоответствие кандидатуры арбитражного управляющего ФИО5 для утверждения в качестве конкурсного управляющего должника, а также неспособность ФИО5 к надлежащему ведению процедуры банкротства.

Кроме того, суд апелляционной инстанции, проверив доводы общества «Т Плюс» о том, что на собрании кредиторов 29.01.2025 интересы кредитора ФИО7 представляло неуполномоченное лицо – вместо его финансового управляющего приняла участие представитель по доверенности ФИО9, указал, что признание гражданина банкротом не лишает его возможности самостоятельно участвовать в собрании кредиторов, в том числе и через представителей, поскольку в данном случае представительство финансового управляющего носит не материальный, а процессуальный характер, соответственно, признав, что представитель ФИО7 по доверенности – ФИО9 была допущена к участию в собрании кредиторов правомерно.

Таким образом, суды обеих инстанций пришли к единому выводу о том, что принятые при наличии кворума и в пределах компетенции собрания решения не могут быть признаны нарушающими права заявителя, следовательно, отсутствуют правовые основания для удовлетворения заявления общества «Т Плюс» в части признания недействительным решения по девятому вопросу повестки собрания кредиторов должника от 29.01.2025.

В части доводов кассационной жалобы общества «Т Плюс» аффилированности ряда кредиторов к должнику суд округа отмечает следующее.

Действительно, в пункте 2 статьи 20.2 Закона о банкротстве в качестве одного из обязательных требований к кандидатуре арбитражного управляющего сформулировано правило о недопустимости утверждения в деле о банкротстве арбитражных управляющих, которые являются заинтересованными лицами по отношению к должнику, кредиторам.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 56 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», суд не может допускать ситуации, когда полномочиями арбитражного управляющего обладает лицо, в наличии у которого должной компетентности, добросовестности или независимости у суда имеются существенные и обоснованные сомнения.

Названная правовая позиция получила свое развитие в пункте 27.1 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, где указано, что при подаче заявления как должником, так и аффилированным с ним лицом кандидатура временного управляющего определяется посредством случайного выбора.

Равным образом на основе необходимости обеспечения независимости и беспристрастности в работе арбитражного управляющего базируется и

разъяснение пункта 12 Обзора от 29.01.2020, согласно которому голоса контролирующих должника лиц не учитываются на собрании кредиторов при определении кандидатуры арбитражного управляющего.

Применительно к обстоятельствам настоящего дела суд апелляционной инстанции заключил, что аффилированность между кредитором ФИО11 и бывшим руководителем должника ФИО12 не нашла своего подтверждения в материалах дела.

В частности, как указал суд апелляционной инстанции, ФИО12 был учредителем и руководителем должника 3 месяца в 2016 году; в период с апреля 2017 года по декабрь 2018 года ФИО11 был генеральным директором общества с ограниченной ответственностью «Ситисервис», где в тот же период учредителем был ФИО12; общество «Ситисервис» взаимоотношений с должником – не имело.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отметил, что одним из направлений деятельности ИП ФИО11 является приобретение прав требований к различным организациям, при этом не только к должникам- банкротам, но и к лицам, осуществляющим хозяйственную деятельность; указание общества «Т Плюс» на то обстоятельство, что ИП ФИО11 специально выкупает долги с целью уменьшения количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, признано судом апелляционной инстанции бездоказательным, а такое приобретение прав требования к должнику не признано злоупотреблением.

Оценивая доводы общества «Т Плюс» об аффилированности кредитора ИП ФИО13, мотивированные тем, что последний получил денежные средства от общества с ограниченной ответственностью «ИРЦ Прикамье», руководителем которого являлся ФИО17, входивший в преступную группу с ФИО8, суд апелляционной инстанции признал их несостоятельными.

При этом суд апелляционной инстанции исходил из того, что ИП ФИО13 является IT-специалистом, оказывает услуги по созданию и сопровождению компьютерных программ, в том числе оказывал обществу «ИРЦ Прикамье» услуги по созданию и обслуживанию программного обеспечения, являясь лишь одним из контрагентов указанного общества; в рамках делах о банкротстве общества «ИРЦ Прикамье» оспаривалась сделка между ИП ФИО13 и обществом «ИРЦ Прикамье», в удовлетворении требований было отказано, услуги признаны реально оказанными, цена за них – соответствующей рыночной, какой-либо аффилированности с данным обществом либо с контролирующими данное общество лицами установлено не было.

Отклоняя ссылку общества «Т Плюс» на факт выдачи ИП ФИО13 займа гражданину ФИО14, суд апелляционной инстанции исходил из того, что наличие заемных отношений не делает ФИО13 аффилированным с лицами, с которыми знаком или связан ФИО14

Что касается ссылки общества «Т Плюс» на аффилированность должника и кредитора через представителя, суд апелляционной инстанции отметил, что применительно к положениям части 1 статьи 59 АПК РФ представление одним и тем же представителем интересов не может однозначно, при отсутствии дополнительных доказательств, свидетельствовать об аффилированности доверителей, равно как и указывать с абсолютной определенностью на наличие конфликта интересов.

Оценивая доводы общества «Т Плюс» об аффилированности общества «РЦ Прикамья» по отношению к должнику, со ссылкой на взаимосвязь обществ с ограниченной ответственностью «ИРЦ Прикамье» (ИНН <***>), «ИРЦ Прикамья» (ИНН <***>) и «РЦ Прикамья» (ИНН <***>) (последние две организации через участие ФИО18), а также на определение Арбитражного суда Пермского края от 20.04.2018 по делу № А50-28385/2015, суд апелляционной инстанции отметил следующее.

Определением арбитражного суда от 20.04.2018 по делу № А50-28385/2015 были признаны недействительными сделки по перечислению обществом с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Пермская модель комфорта» денежных средств за период с 12.12.2014 по 31.07.2015, в то время как ФИО18 стал участником общества «ИРЦ Прикамья» (ИНН <***>) только 08.11.2018; при этом все перечисления осуществлялись исключительно по распоряжениям руководителя общества «Управляющая компания «Пермская модель комфорта».

Отклоняя ссылку на тот факт, что общество «РЦ Прикамья» осуществляло перечисления в адрес ФИО19 (матери ФИО8, предполагаемого бенефициара группы компаний «Союз»), суд апелляционной инстанции исходил из того, что общество как расчетный центр работает со многими управляющими компаниями (в текущий момент более двадцати), осуществляет расчет платы за жилищно-коммунальные услуги, формирует квитанции для оплаты таких услуг, по письменному распоряжению управляющей компании может осуществлять перечисления денежных средств, собранных с населения за жилищно-коммунальные услуги, в адрес третьих лиц: подрядчиков, ресурсоснабжающих организаций и иных контрагентов управляющей компании (например, арендодателей, торговых предприятий по закупу строительных материалов, инвентаря, инструментов и расходных материалов и т.п.); у общества «РЦ Прикамья» нет ни договорных, ни внедоговорных взаимоотношений с ФИО19; перечисления в ее адрес возможно только по письменному распоряжению управляющей компании за счет денежных средств этой управляющей компании, по обязательствам, имеющимся между управляющей компанией и ФИО19

Каких-либо аргументов об ошибочности выводов суда в данной части заявителем кассационной жалобы не приведено, а потому оснований для переоценки выводов суда в данной части не имеется.

Между тем, делая вывод о необходимости учета голоса ФИО7, суды первой и апелляционной инстанций не учли следующее.

На основании пункта 1 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) решение собрания может быть признано судом недействительным при нарушении требований закона, в том числе в случае, если:

 допущено существенное нарушение порядка созыва, подготовки и проведения собрания, влияющее на волеизъявление участников собрания;

 у лица, выступавшего от имени участника собрания, отсутствовали полномочия;

 допущено нарушение равенства прав участников собрания при его проведении;

 допущено существенное нарушение правил составления протокола, в том числе правила о письменной форме протокола (пункт 3 статьи 181.2 указанного кодекса).

В соответствии с пунктом 2 статьи 181.1 ГК РФ решение собрания, с которым закон связывает гражданско-правовые последствия, порождает правовые последствия, на которые решение собрания направлено, для всех лиц, имевших право участвовать в данном собрании (участников юридического лица, сособственников, кредиторов при банкротстве и других – участников гражданско-правового сообщества), а также для иных лиц, если это установлено законом или вытекает из существа отношений.

В ходе рассмотрения настоящего спора общество «Т Плюс» последовательно ссылалось на то обстоятельство, что ФИО9 не могла представлять интересы кредитора ФИО7 на собрании кредиторов 29.01.2025, поскольку в отношении ФИО7 с 07.09.2023 введена процедура реализации имущества гражданина, соответственно, все полномочия в отношении управления имущественными активами должен осуществлять финансовый управляющий имуществом ФИО7; при этом управляющий, допустив к голосованию неуправомоченное лицо, сумма требований которого к должнику в процентном выражении составляет 19%, создал правовую ситуацию, при которой в ходе голосования был учтен голос кредитора-банкрота, влияющий на итоговые результаты решения, принятого по результатам первого собрания кредиторов.

Таким образом, общество «Т Плюс» настаивало, что решение первого собрания кредиторов являлось недействительным, поскольку у лица, выступавшего от имени одного из участников собрания – ФИО7, отсутствовали полномочия (подпункт 2 пункта 1 статьи 181.4 ГК РФ).

Как следует из материалов настоящего дела о банкротстве и публичных сведений, размещенных в Картотеке арбитражных дел, решением Арбитражного суда Пермского края от 15.11.2023 по делу № А50-21700/2023 ФИО7 признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина.

Определением суда от 06.12.2024 финансовым управляющим в деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО7 утверждена ФИО20.

В соответствии с пунктом 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве финансовый управляющий в ходе реализации имущества гражданина от имени гражданина, в том числе, ведет в судах дела, касающиеся имущественных прав гражданина, в том числе об истребовании или о передаче имущества гражданина либо в пользу гражданина, о взыскании задолженности третьих лиц перед гражданином. Гражданин также вправе лично участвовать в таких делах.

Как разъяснено в пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» всем имуществом должника, признанного банкротом (за исключением имущества, не входящего в конкурсную массу), распоряжается финансовый управляющий (пункты 5, 6 и 7 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

В соответствии с абзацем 4 пункта 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве) в ходе реализации имущества гражданина финансовый управляющий осуществляет права участника юридического лица, принадлежащие гражданину, в том числе голосует на общем собрании участников.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.05.2018 № 305-ЭС17-20073, в силу того, что финансовый управляющий осуществляет права участника организации, принадлежащие должнику, он имеет безусловное право на выражение волеизъявления относительно кандидатуры единоличного исполнительного органа такой организации (подпункт 4 пункта 2 статьи 33 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Предоставление финансовому управляющему такого объема прав в отношении признанного банкротом гражданина-должника направлено, в том числе на обеспечение защиты имущества последнего и предотвращение ситуаций, когда должник с учетом принадлежащей ему доли в обществе, используя свое право на управление его делами, совершает недобросовестные действия по отчуждению имущества этого общества, направленные на уменьшение конкурсной массы и причинение вреда своим кредиторам.

Аналогичная позиция подлежит применению не только в корпоративных спорах, но и в делах о банкротстве; именно финансовый управляющий осуществляет управление имущественными правами должника.

Однако в настоящем случае от имени ФИО7 в первом собрании кредиторов общества «УК «Моторостроитель» приняла участие его представитель по доверенности – ФИО9, проголосовавшая за

утверждение ФИО5 в качестве кандидатуры конкурсного управляющего.

Сведений о направлении в адрес финансового управляющего имуществом ФИО7 уведомления о проведении первого собрания кредиторов общества «УК «Моторостроитель», а также о том, что голосование представителя ФИО7 фактически выразило волю финансового управляющего его имуществом – ФИО20 в материалах дела не имеется.

Суд апелляционной инстанций, признавая за ФИО7 право на участие в собрании кредиторов через представителя, допустил смешение категорий общей правоспособности гражданина и специального правового статуса должника, накладываемого законодательством о банкротстве. Между тем, пункты 5 и 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве, носящие императивный характер, вводят специальный механизм управления имуществом банкрота (в том числе имущественными правами), исключающий параллельное осуществление полномочий по управлению активами должником и финансовым управляющим.

При этом одной из целей введения в процедуру банкротства независимого управляющего, осуществляющего контроль над имуществом должника, является недопущение конфликта интересов между должником и кредиторским сообществом, а также справедливое управление конкурсной массой в интересах всех кредиторов. Законодатель, передавая финансовому управляющему исключительные полномочия по реализации имущественных прав должника в отношении его активов, исходил из необходимости минимизации рисков дробления воли должника, которое может возникнуть при одновременном участии в процедурах как самого гражданина-банкрота (в том числе в лице его представителя), так и его финансового управляющего. Такая конструкция направлена на предотвращение ситуаций, когда должник, формально сохраняя правоспособность, де-факто утрачивает возможность влиять на имущественные отношения и интересы кредиторов собственными тактическими решениями.

При этом допуск для участия в собрании кредиторов другого лица (дебитора) непосредственно гражданина-банкрота по вопросам управления его имущественной массой, отнесенной к исключительной компетенции финансового управляющего, привел к игнорированию интересов кредиторов самого ФИО7

Таким образом, выводы судов первой и апелляционной инстанций основаны на ошибочном противопоставлении общей правоспособности гражданина-банкрота и специальных ограничений по управлению своими имущественными правами, установленных положениями пунктов 5 и 6 статьи 213.25 Законом о банкротстве.

При этом вывод судов о возможности допуска к голосованию представителя ФИО7 по доверенности, без учета воли его финансового управляющего, не только нарушает баланс интересов кредиторов ФИО7, но и влияет на результаты собрания кредиторов в

настоящем деле, поскольку размер его требований к должнику составляет 19,69% от общего размера реестра требований кредиторов, что является существенным для общего итога голосования по вопросам выбора арбитражного управляющего в настоящем деле (без учета голоса ФИО21 большинство голосов отданы за кандидатуру арбитражного управляющего ФИО6). Более того, из представленных в суд округа пояснений ФИО22 – правопреемника ФИО7, выкупившего задолженность к обществу «УК «Моторостроитель», следует, что ФИО22 доводы кассационной жалобы общества «Т Плюс» поддерживает, полагает, что кандидатура ФИО6 является более подходящей для проведения настоящей процедуры банкротства. Соответственно, допуск к голосованию на собрании кредиторов неуправомочного лица повлиял на общие результаты голосования собрания кредиторов по оспариваемому вопросу.

С учетом изложенного, суд округа не может признать верными и обоснованными выводы судов первой и апелляционной инстанций, сделанные применительно к вопросу о допуске представителя ФИО7 по доверенности к участию в собрании кредиторов должника для целей выбора кандидатуры арбитражного управляющего.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 287 АПК РФ по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе отменить или изменить судебный акт первой инстанции и (или) апелляционной инстанции полностью или в части и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, если в дополнительном исследовании имеющихся в деле доказательств необходимости не имеется, но этим судом неправильно применена норма права.

В связи с тем, что судами первой и апелляционной инстанций установлены все фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, но неверно применены нормы материального права, суд округа, руководствуясь положениями действующего законодательства, считает возможным обжалуемые судебные акты отменить и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт об удовлетворении требований общества «Т Плюс» и признании недействительным решения первого собрания кредиторов общества «УК «Моторостроитель» от 29.01.2025 по вопросу № 9 повестки дня «Выбор арбитражного управляющего или саморегулируемой организации, из членов которой арбитражный суд утверждает арбитражного управляющего».

Руководствуясь статьями 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 01.04.2025 по делу № А50-17065/2023 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2025 по тому же делу отменить.

Заявление публичного акционерного общества «Т Плюс» удовлетворить. Признать недействительным решение первого собрания кредиторов общества с ограниченной ответственностью «УК «Моторостроитель» от 29.01.2025 по вопросу № 9 повестки дня «Выбор арбитражного управляющего или саморегулируемой организации, из членов которой арбитражный суд утверждает арбитражного управляющего».

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Ю.В. Кудинова

Судьи Д.Н. Морозов

О.Г. Кочетова