Решение от 9 апреля 2018 г. по делу № А45-1691/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

г. Новосибирск Дело № А45-1691/2018

Резолютивная часть решения объявлена 05.04.2018 года

Полный текст решения изготовлен 10.04.2018 года

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Зюзина С.Г., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Краевой А.Г., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Линжери» к обществу с ограниченной ответственностью «Гласс Фэктори» о взыскании 871905,37 рублей неустойки,

при участии в судебном заседании представителей

истца: ФИО1 по доверенности от 02.04.2018, ФИО2 по доверенности от 02.04.2018, ФИО3 по доверенности от 19.01.2018, ФИО4 по доверенности от 02.04.2018,

ответчика: ФИО5 по доверенности от 06.07.2017,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Линжери» (ОГРН <***>, далее по тексту – истец) обратилось с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Гласс Фэктори» (ОГРН <***>, далее по тексту – ответчик) о взыскании 871905,37 рублей неустойки.

В соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец завил об увеличении суммы иска, просил взыскать 871905,37 рублей неустойки, 2255511,90 рублей убытков и 238426,56 рублей неосновательного обогащения.

Ответчик возражал против удовлетворения указанного заявления, поскольку полагал, что в случае удовлетворения заявления будет изменен предмет и основание иска одновременно, что недопустимо по правилам статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судом установлено, что первоначально истец обратился с заявлением о взыскании неустойки за нарушение сроков выполнения работ в рамках договора №48/17 от 26.10.2017 года. В подтверждение соблюдения обязательного досудебного порядка урегулирования спора истцом представлена претензии от 19.12.2017, 22.121.2017 и 27.12.2017 года, согласно которым истец требовал ответчика оплатить неустойку за нарушение сроков выполнения работ и упущенную выгоду в виде неполученной валовой прибыли.

В соответствии с заявлением об увеличении цены иска ответчик дополнительно заявил требование о взыскании неосновательного обогащения в сумме 597303,53 рублей. Доказательств соблюдения претензионного прядка в этой части истцом не представлено и данное требование не является дополнительным к требованию о взыскании неустойки за нарушение сроков выполнения работ.

Также истцом заявлено требование о взыскании убытков в виде упущенной выгоды, которое также не является дополнительным к требованию о взыскании неустойки за нарушение сроков выполнения работ. При этом требование о взыскании убытков заявлено на сумму 2255511,90 рублей, в то время как в претензии от 19.12.2017 сумма упущенной выгоды определена в размере 1484726 рублей, что меньше указанной в заявлении об увеличении цены иска. Согласно претензии от 19.12.2017 года истец требовал убытки в виде упущенной выгоды (потеря валовой выручки), а согласно заявлению об увеличении цены иска истец предъявил в составе убытков также и прямые расходы на оплату работ, выполненных иными лицами.

С учетом изложенного суд полагает, что истцом не соблюден обязательный претензионный порядок в отношении требований, указанных в заявлении об увеличении цены иска в части взыскания неосновательного обогащения и убытков, что является основанием для отказа в удовлетворении заявления. Также суд принимает во внимание, что требования о взыскании убытков и неосновательного обогащения являются новыми и их принятие повлечет изменение предмета и основания иска одновременно, что недопустимо по правилам статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В связи с изложенным судом заявление об увеличении цены иска удовлетворено частично в части увеличения суммы неустойки, в удовлетворении остальной части заявления отказано.

Истец в судебном заседании требования поддержал по основаниям, изложенным в иске.

Ответчик в судебном заседании иск не признал по основаниям, изложенным в отзыве.

Рассмотрев материалы дела, проверив обстоятельства дела в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражным судом установлено следующее.

Истцом (заказчик) и ответчиком (подрядчик) заключен договор подряда №48/17, по условиям которого ответчик обязуется выполнить работы по изготовлению и установке фасада на объекте «Магазин Milavista» по адресу <...>, СТЦ МЕГА» в соответствии с условиями договора и проектной документацией, а ответчик обязуется принять работы и оплатить их стоимость.

Пунктом 2.1 договора стороны определили, что перечень, объем, наименование работ и материалов определяются сторонами в спецификации на изготовление и установку витринной конструкции (приложение №1 к договору).

Согласно пункту 2.1 и приложению №1 к договору общая стоимость работ составила 853290,76 рублей.

Пунктом 3.1 договора стороны установил срок начала и окончания работ: 01.11.2017 и 30.11.2017 года соответственно.

При этом пунктом 3.2 договора стороны определили, что срок начала работ – не позднее 2 дней с момента оплаты авансового платежа и подписания приложения №2 к договору, являющегося неотъемлемой частью договора.

Платежным поручением от 02.11.2017 года истец оплатил ответчику аванс в соответствии с условиями договора в размере 597303,53 рублей.

20.11.2017 года стороны подписали дополнительное соглашение к договору, согласно которому изменили пункт 2.1 в части стоимости работ, определив ее в размере 908234,76 рублей.

В судебном заседании стороны пояснили, что истец направил на согласование своему арендодателю технические решения по устройству и монтажу фасада. Арендодатель (ТРЦ «МЕГА») отказала в согласовании технического решения, которым было предусмотрено крепление фасадных стекол на клей.

После этого стороны согласовали иное техническое решение крепления – с использованием «монет» (специальная фурнитура для крепления стекол).

Указанное обстоятельство также подтверждается представленной в материалы дела электронной перепиской сторон, наличие которой сторонами не оспаривается.

Судом установлено, что пунктом 3.2 определены условия, устанавливающие срок начала работ, в число которых входит условие о подписании сторонами приложения №2 к договору.

Судом установлено, что приложение №2 к договору сторонами не заключено.

В судебном заседании стороны пояснили, что приложение №2 должно было включать в себя техническое описание работ, подлежащих выполнению ответчиком, что, по сути, является техническим заданием, так как должно было определять конкретные способы и технические решения выполнения работ, в том числе, способ крепления стекол фасада.

Отсутствие такого согласованного технического задания делало невозможным начала производства работ.

При этом из переписки сторон, как на бумажном носителе, так и в электронной форме не следует, что одна из сторон требовала от второй стороны представить приложение №2 для рассмотрения и подписания.

Из условий договора не представляется возможным определить, к обязательствам какой стороны по договору относилось составление приложения №2 к договору и его согласование со второй стороной.

Также судом установлено, что условия договора не содержат сведений о том, что технические решения по устройству фасада, согласованные сторонами, должны быть согласованы истцом с арендодателем (ТРЦ «МЕГА»).

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что на момент подписания договора хотя стороны и достигли соглашения о способе выполнения работ и ее стоимости, данное условие нельзя признать согласованным, так как согласованное техническое решение о креплении фасада не было согласовано истцом с арендодателем, а данное согласование, как показало дальнейшее исполнение договора, являлось существенным условием, поскольку в его отсутствие приступить к началу работ было невозможно.

Суд полагает, что истец необоснованно скрыл от ответчика необходимость согласования технических решений со своим арендодателем, поскольку тем самым лишил ответчика возможности реально оценивать возможность исполнения договора в установленные сроки.

Также суд принимает во внимание, что пунктом 1.1 договора предусмотрено выполнение работ в соответствии с приложением №2 (графическое приложение). Исходя из пояснений сторон о предполагаемом содержании приложении №2 (графическая часть технического задания – чертежи, схемы) суд полагает, что оно должно было представлять собой своего рода «проектную документацию», согласно которой подлежали выполнению работы.

Проектная документация согласно статье 743 Гражданского кодекса Российской Федерации представляется заказчиком, если условиями договора не предусмотрена обязанность подрядчика разработать такую проектную документацию.

Спорный договор и приложения к нему не содержат обязательства ответчика о разработке проектной документации. Исходя из того, что условие о выполнении работ в соответствии с приложением №2 было включено в договор уже в момент его подписания, суд приходит к выводу, что стороны осознавали отсутствие согласованности по существенным условиям при заключении договора, так как подписали договор в отсутствие его неотъемлемой части.

Поскольку в обязательства ответчика по договору не входило согласование технической документации, суд полагает, что это было обязанностью истца (предварительное согласование способа выполнения работ либо определение допустимых способов выполнения работ).

При этом суд также учитывает, что ответчика как специальный субъект по договору, являющийся специализированой подрядной организацией, обязан был при заключении договора выяснить все существенные условия выполнения работ, в том числе технические решения.

С учетом изложенного суд полагает, что такое поведение сторон возлагает на каждую из них соответствующие риски, связанные с последующим согласованием или несогласованием приложения №2.

Дальнейшее исполнение договора показало, что первоначально принятые технические решения подлежали корректировке с учетом замечаний арендодателя, обязательных для исполнения сторонами.

Согласно представленной электронной переписке сторон вопрос об изменении технического решения по креплению фасада обсуждался сторонами в период 12-14 ноября 2017 года.

Ответчик указал, что изменение способа крепления фасада существенным образом изменило сроки выполнения работ, так как изменилась технология изготовления фасадных стекол (потребовалось дополнительно сверление отверстий для креплений, рассматривался вопрос об изменении толщины стекла, возможности использовать закаленное или незакаленное стекло). Данные обстоятельства препятствовали своевременно приступить к началу работ.

Письмом от 13.12.2017 года ответчик сообщил истцу об увеличении сроков изготовления стеклоизделий в связи с загруженностью стекольных заводов.

В ответе на претензию ответчик гарантировал истцу выполнение работ в срок до 16.01.2018 года, однако в указанные сроки работы не выполнил.

Поскольку ответчик в установленные договором сроки не выполнил, а также нарушил дополнительно установленные сроки выполнения работ, истец уведомлением от 05.03.2018 года оказался от исполнения договора и его расторжении в одностороннем порядке по правилам статьи 715 Гражданского кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что ответчиком были нарушены условия договора в части сроков окончания работ.

Истцом начислена неустойка за период с 01.12.2017 по 05.03.2018 года в сумме 871905,37 рублей.

Судом расчет неустойки проверен и признан неверным.

Согласно заявлению истца об увеличении суммы иска судом установлено, что 06.02.2018 года истец заключил договор на выполнение тех же самых работ, что должен был выполнить ответчик, с ООО «Строймир».

Указанное обстоятельство свидетельствует о том, что истец с 06.02.2018 года утратил фактический интерес в исполнении договора ответчиком, поскольку поручил выполнение работ иному лицу.

Предъявление требование о взыскании неустойки как способа обеспечения обязательства, к которому лицо фактически утратило интерес, является злоупотреблением правом, и, в соответствии со статьей 329 Гражданского кодекса Российской Федерации, не подлежит удовлетворению.

Указанный вывод суда согласуется с правовой позицией, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 09.12.2014 по делу №305-ЭС14-3435.

Истцом начислена неустойка с 01.12.2017 года, то есть со следующего дня после 30.11.2017 (дата окончания работ по условиям договора).

При подписании дополнительного соглашения ответчику было достоверно известно, что изменилось техническое решение крепления фасада, однако ответчик подписал дополнительное соглашение без изменения сроков выполнения работ. В дальнейшем ответчик не обращался к истцу с предложением изменить срок окончания работ. Следовательно, истец обосновано начислил неустойку с 01.12.2017 года.

В связи с изложенным суд приходит к выводу, что неустойка подлежит начислению за период с 01.12.2017 года по 05.02.2018 года.

Пунктами 7.2, 7.2.1 и 7.2.3 договора установлена неустойка за нарушение сроков выполнения работ в размере 1% от стоимости работ за каждый день просрочки.

Размер неустойки за период с 01.12.2017 по 05.02.2018 года составит 584176,60 рублей.

Ответчик заявил об уменьшении неустойки по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с ее чрезмерностью – высокая ставка.

В соответствии с пунктами 73-77 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 Гражданского кодекса Российской Федерации) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период.

По условиям договора размер неустойки составляет 1% в день от стоимости работ, что составляет 365% годовых.

Сопоставляя условия договора с представленной справочной информацией, судом установлено, что договорная неустойка превышает среднею ставку по кредитам (20%-30%) более чем 10-15 раз.

Неустойка должна влечь за собой негативные последствия для должника, поскольку неисполнение договора не должно быть более выгодным, чем его надлежащее исполнение и возможные расходы в связи с этим. Однако неустойка не может являться средством обогащения кредитора.

В связи с этим суд полагает возможным снизить размер неустойки до 0,5% от стоимости работ за каждый день просрочки. При этом суд учитывает особые условия объекта, где подлежали выполнению работы – торговый павильон в крупном торгово-развлекательном центре. Нарушение сроков выполнения работ связано с невозможностью осуществления истцом торговой деятельности и получения прибыли, а также связано с неудобствами, доставляемым посетителям торгового центра на период проведения ремонтных работ.

С учетом изложенного суд полагает, что размер неустойки 0,5% от стоимости работ хотя и превышает наиболее распространенный в деловом обороте размере (0,1%), но является эквивалентным применительно к отношениям сторон с учетом конкретных условий договора и места проведения работ.

Размер неустойки по расчету суда составит 292088,30 рублей.

Судебные расходы подлежат распределению в соответствии с требованиями статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пропорционально удовлетворенным требованиям с учетом правил распределения государственной пошлины при уменьшении неустойки.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176, 181, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Гласс Фэктори» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Линжери» 292088,30 рублей неустойки, а также 13693 рублей судебных расходов по оплате государственной пошлины.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Гласс Фэктори» в доход федерального бюджета 5449 рублей государственной пошлины.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в течение месяца со дня его принятия в Седьмой Арбитражный апелляционный суд (г.Томск).

Решение может быть обжаловано в арбитражный суд Западно-Сибирского округа (г.Тюмень) в срок, не превышающий двух месяцев со дня его вступления в законную силу, при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Арбитражный суд разъясняет лицам, участвующим в деле, что настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа, подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через арбитражный суд Новосибирской области.

Судья С.Г. Зюзин