Постановление от 3 апреля 2019 г. по делу № А26-3060/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

03 апреля 2019 года

Дело №

А26-3060/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 27 марта 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 03 апреля 2019 года.

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Троховой М.В., судей Боровой А.А., Кравченко Т.В.,

рассмотрев 27.03.2019 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью ГК «Центральный» на определение Арбитражного суда Республики Карелия от 11.10.2018 (судья Мскалева Е.И.) и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2019 (судьи Тойвонен И.Ю., Казарян К.Г., Копылова Л.С.) по делу № А26-3060/2017,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Республики Карелия от 30.05.2017 по делу № А26-3060/2017 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Красная Калина», место нахождения: 185035, Республика Карелия, город Петрозаводск, Центральный район, Красная улица, дом 34А, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество), введена процедура банкротства – наблюдение. Временным управляющим должника утвержден ФИО1.

Решением от 23.10.2017 Общество признано несостоятельным (банкротом). В отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

В рамках данного дела о банкротстве общество с ограниченной ответственностью «ГК Центральный», место нахождения: 185035, <...> (Центральный район), дом 34/А , ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Фирма), 13.12.2017 обратилось в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о включении в реестр требований кредиторов должника (далее – Реестр) требования в размере 16 949 000 руб.

Определением суда первой инстанции от 11.10.2018, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2019, Фирме отказано в удовлетворении заявления.

В кассационной жалобе Фирма просит отменить определение от 11.10.2018 и постановление от 18.01.2019, и принять новый судебный акт – о включении требования Фирмы в Реестр.

По мнению подателя жалобы, судами первой и апелляционной инстанций не в полной мере исследованы обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения обособленного спора, а выводы судов не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и не основаны на нормах материального права, применяемых к спорным правоотношениям.

Податель жалобы указывает на отсутствие в материалах дела доказательств недобросовестности действий Фирмы при выдаче займов с целью формального наращивания подконтрольной кредиторской задолженности для последующего ущемления интересов кредиторов должника.

Податель жалобы полагает, что вывод судов о корпоративном характере выданных Фирмой займов не подтвержден материалами дела.

В отзыве конкурсный кредитор ФИО3 просит оставить определение от 11.10.2018 и постановление от 18.01.2019 без изменения.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, Общество (заемщик) и Фирма (займодавец) заключили договоры беспроцентного займа от 05.03.2013, от 10.04.2013, от 08.07.2013, от 09.07.2013, от 01.08.2013, от 08.08.2013, от 13.08.2013, от 02.12.2013, от 09.01.2014, от 10.04.2014, от 23.05.2014, от 01.01.2015, от 27.02.2015, от 17.03.2015, от 10.04.2015, от 01.06.2015, от 01.07.2015 и от 01.09.2017.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, Фирма сослалась на неисполнение Обществом обязательств по возврату заемных средств в сумме 16 949 000 руб.

Суд первой инстанции установил, что единственным участником Общества и Фирмы является ФИО4, и, оценив условия договоров займа, пришел к выводу об отсутствии оснований для включения в Реестр внутрикорпоративных требований.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, указав на то, что спорная сделка была заключена с целью создания искусственной кредиторской задолженности и направлена на причинение вреда кредиторам должника.

Проверив законность обжалуемых судебных актов и обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа не находит оснований для ее удовлетворения.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, предусмотренным статьями 71 и 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

В силу части 1 статьи 142 Закона о банкротстве установление размера требований кредиторов в процедуре конкурсного производства осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона.

Согласно статье 100 Закона о банкротстве требования кредиторов направляются в арбитражный суд и управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов. Указанные требования включаются конкурсным управляющим в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов. Требования кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов. По результатам рассмотрения арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе во включении требований кредиторов в реестр требований кредиторов.

Как разъяснено в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона № 127-ФЗ проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В данном случае заявленное Фирмой требование основано на обязательствах должника, вытекающих из договоров займа.

В силу пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа (пункт 1 статьи 810 ГК РФ).

В подтверждение реальности заемных отношений Фирма представила копии платежных поручений о перечислении Обществу денежных средств по договорам займа.

В рамках настоящего дела суды первой и апелляционной инстанций установили, что кредитор и должник в период спорных перечислений контролировались одним конечным бенефициаром.

Применив положения статьи 19 Закона о банкротстве, суды первой и апелляционной инстанций сделали вывод об аффилированности должника и кредитора, указав на непредставление Фирмой доказательств экономической целесообразности предоставления займа.

Согласно правовой позиции, выраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556(2), в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия. К подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы займодавец не участвовал в капитале должника). В случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 ГК РФ) на участника должника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

Исследовав и оценив в порядке статей 65 и 71 АПК РФ представленные в дело доказательства, суды пришли к выводу о наличии в рассматриваемом случае обстоятельств, свидетельствующих о формальности договоров займа, заключенных для создания видимости гражданско-правовых отношений и прикрытия корпоративных отношений.

Вопреки доводам подателя кассационной жалобы фактическое перечисление должнику денежных средств по договорам займа не опровергает вывода судов о мнимости договоров займа.

В рассматриваемом случае суды признали подтвержденным материалами дела факт наличия между Обществом и Фирмой внутригрупповых связей и указали на непредставление Фирмой доказательств экономической целесообразности предоставления займов, приняв во внимание беспроцентный характер займов и экономически неоправданные сроки возврата заемных средств.

Установленные обстоятельства, поскольку они не опровергнуты, могут свидетельствовать о подаче Фирмой заявления о включении требования в реестр требований кредиторов Общества исключительно с целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов, имеющих действительно обоснованные требования к должнику.

Таким образом, вывод судов двух инстанций о ничтожности договоров займа и наличии в действиях аффилированного кредитора признаков злоупотребления правом является правильным.

Доводы подателя кассационной жалобы направлены по своей сути на иную оценку имеющихся в деле доказательств и установленных судами первой и апелляционной инстанций фактических обстоятельств.

Вместе с тем основания для иной имеющихся в деле доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции в силу статьи 286 АПК РФ отсутствуют.

При рассмотрении материалов суды двух инстанций установили все существенные для дела обстоятельства и дали им надлежащую правовую оценку.

Нормы материального права применены судами двух инстанций правильно и нормы процессуального права не нарушены.

В связи с этим у кассационной инстанции отсутствуют основания для удовлетворения жалобы и отмены принятых по делу судебных актов.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Республики Карелия от 11.10.2018 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2019 по делу № А26-3060/2017 оставить без изменения, а кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью ГК «Центральный»– без удовлетворения.

Председательствующий

М.В. Трохова

Судьи

А.А. Боровая

Т.В. Кравченко