Решение от 5 октября 2017 г. по делу № А03-9155/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД АЛТАЙСКОГО КРАЯ

656015, Россия, Алтайский край, г. Барнаул, проспект Ленина,76, тел.: (385-2) 29-88-01

http://www.altai-krai.arbitr.ru; е-mail: а03.info@arbitr.ru  

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е


Дело № А03-9155/2017
г. Барнаул
06 октября 2017 года
Резолютивная часть решения объявлена 29 сентября 2017 года.

Полный текст решения изготовлен 06 октября 2017года.


Арбитражный суд Алтайского края в составе судьи Трибуналовой О.В., при  использовании средств аудиозаписи и ведении протокола судебного заседания  секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению  краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Алтайский краевой клинический перинатальный центр» (ИНН <***>, ОГРН <***>), г.Барнаул Алтайского края, к территориальному органу Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Алтайскому краю, г. Барнаул, о  признании недействительным предписания № 33 от 29.03.2017,

с привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц - общество с ограниченной ответственностью «СЕЛФ» и Министерство здравоохранения Алтайского края,

при участии в судебном заседании:

заявитель – ФИО2 (паспорт), ФИО3 (доверенность от 10.05.2017, паспорт),

заинтересованное лицо – ФИО4 (доверенность от 01.04.2017, удостоверение),

ООО «СЕЛФ» – ФИО5 (доверенность от 18.05.2016, паспорт),

Министерство здравоохранения Алтайского края– ФИО6  (доверенность от 15.06.2017, удостоверение), 



УСТАНОВИЛ:

краевое государственное бюджетное учреждение здравоохранение «Алтайский краевой клинический перинатальный центр» (далее по тексту – Учреждение) обратилось в Арбитражный суд Алтайского края с заявлением к территориальному органу Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Алтайскому краю (далее по тексту – Управление, Административный орган)   о признании недействительным предписания №33 от 29.03.2017.

Заявление со ссылкой на положения Федерального закона от 26.12.2008 №294-Фз «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля» (далее по тексту – Закон №294-ФЗ) мотивированы неисполнимостью предписания и неясностью действий для исполнения предписания, поскольку из самого акта проверки следует, что все структуры Учреждения на момент выдачи предписания работали. Кроме того, Учреждение не является стороной государственного контракта, на основании которого осуществлялось строительство и оснащение медицинским оборудованием.

Управление представило отзыв с возражениями на заявление, считает, что  предписание является законным, поскольку фактическое функционирование Учреждения было осуществлено не в соответствии с лицензией.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: общество с ограниченной ответственностью «СЕЛФ», Министерство здравоохранения Алтайского края, Алтайское краевое государственное унитарное предприятие «Алтайстройзаказчик».

В отзывах на заявления третьи лица поддержали позицию заявителя по делу.

Представитель Алтайского краевого государственного унитарного предприятия «Алтайстройзаказчик» в судебное заседание не явился, по правилам статье 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проводится в его отсутствие.

В судебном заседании представители сторон поддержали свои позиции.

В порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в настоящем судебном заседании судом объявлялся перерыв.

Как следует из материалов дела, что 28.10.2014 между Главным Управлением Алтайского края по здравоохранению и фармацевтической деятельности, ныне Министерство здравоохранения Алтайского края (Государственный заказчик) с одной стороны и ООО «СЕЛФ» (Генподрядчик) с другой стороны заключен Государственный Контракт на выполнение подрядных работ для государственных нужд № 6976 (далее по тексту – Контракт).

Согласно пункту 1.1. Контракта Государственный заказчик поручает, а Генподрядчик, принимает на себя обязательства выполнить собственными и привлеченными силами и средствами комплекс строительно-монтажных и пусконаладочных работ, поставку оборудования, в соответствии с условиями настоящего Контракта, проектной документацией, определяющей объем, содержание работ и другие, предъявляемые к ним требования, и сметой, определяющей стоимость работ, перечнем оборудования (далее - Работы) по объекту «КГБУЗ «Перинатальный центр (клинический) Алтайского края» на 190 коек с консультативной поликлиникой на 120 посещений в смену с работой в 2 смены, расположенного по адресу: ул. Фомина, 154 в г. Барнауле» (в т.ч. оборудование, ПНР), далее именуемого «Объект», в соответствии с утвержденной проектно-сметной документацией.

Пунктом 2.1 Контракта (в редакции дополнительного соглашения № 8 от 09.09.2016)  стороны предусмотрели, что работы, предусмотренные настоящим Контрактом, выполняются Генподрядчиком в срок: начало работ - дата подписания Контракта Сторонами, окончание работ - октябрь 2016 г.

Графиком выполнения работ (в редакции приложения № I к дополнительному соглашению № 8 от 09.09.2016) общий срок поставки и монтажа медицинского оборудования установлен в  12 месяцев (май 2015 г. - май 2016 г.).

22.09.2016 между сторонами Контракта подписано дополнительное соглашение № 9 с указанием перечня оборудования, подлежащего корректировке по ТХ 2015 года.

На основании приказа Управления от 28.02.2017 №П22-103/17 в период с 01.03.2017 по 29.03.2017 в отношении Учреждения проведена внеплановая выездная проверка.

Результаты проверки зафиксированы в акте от 29.03.2017 №1035974.

29.03.2017 Учреждению выдано предписание №33, которым в срок до 15.04.2017 Учреждению предписывалось:

- во исполнение требований подпункта «ж» пункта 4 постановления Правительства Российской Федерации от 16.04.2012 №291 «О лицензировании медицинской деятельности (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра «Сколково»)» (далее по тексту – Постановление №291) обеспечить функционирование структурных подразделений медицинской организации, установленных приказом Минздрава России от 01.11.2012 №572н «Об  утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)» (далее по тексту – Положение №572н);

- во исполнение требований подпункта «а» пункта 5 Постановления №291 обеспечить оснащение организации в полном объеме, согласно требованиям положения 11 Положения №571н, приложений 6, 7 приказа Минздрава от 15.11.2012 №921н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «неонатология».

Не согласившись с данным предписанием, Учреждение обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании его недействительным.

В соответствии с нормами процессуального законодательства арбитражный суд рассматривает дело, исходя из заявленных требований и тех обстоятельств, на которые ссылаются стороны в обоснование своих требований и возражений (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Изучив материалы дела, заслушав пояснения участников процесса, арбитражный суд приходит к следующим выводам.

Статьей 123 Конституции Российской Федерации, статьями 7, 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  установлено, что судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равенства сторон. 

Согласно части 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действия (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с частью 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Частью 2 статьи 197 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что заинтересованное лицо вправе обжаловать ненормативный акт государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц путем подачи в суд заявления о признании такого акта недействительным, если полагает, что оспариваемый ненормативный правовой акт не соответствует закону или иному нормативному правовому акту и нарушает его права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагает на него какие-либо обязанности, создает иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Исходя из нормы статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, решение о признании ненормативного правового акта недействительным принимается арбитражным судом в том случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный акт не соответствует закону или иному нормативному правовому акту и нарушает права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с подпунктом 46 пункта 1 статьи 12 Федерального закона от 04.05.2011  №99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» (далее по тексту - Закон о лицензировании) медицинская деятельность (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра «Сколково») подлежит лицензированию.

Пунктом 2 статьи 3 Закона о лицензировании определено понятие лицензии, под которой понимается специальное разрешение на право осуществления юридическим лицом конкретного вида деятельности (выполнения работ, оказания услуг, составляющих лицензируемый вид деятельности), которое подтверждается документом, выданным лицензирующим органом на бумажном носителе или в форме электронного документа, подписанного электронной подписью, в случае, если в заявлении о предоставлении лицензии указывалось на необходимость выдачи такого документа в форме электронного документа.

Лицензионные требования - это совокупность установленных положениями о лицензировании конкретных видов деятельности требований, основанные на соответствующих требованиях законодательства Российской Федерации и направленных на обеспечение достижения целей лицензирования (статья 3 Закона о лицензировании).

Учреждению вменяется нарушение подпункта «ж» пункта 4 Положения №291, в соответствии с которым лицензионными требованиями, предъявляемыми к соискателю лицензии на осуществление медицинской деятельности (далее - лицензия), являются соответствие структуры и штатного расписания соискателя лицензии - юридического лица, входящего в государственную или муниципальную систему здравоохранения, общим требованиям, установленным для соответствующих медицинских организаций.

Таким образом, при нарушении данного пункта у Учреждения структура и штатное расписание не должны соответствовать специальным требованиям.

Из материалов дела следует и подтверждено представителем Управления в судебном заседании, что структура и штатное расписание Учреждения соответствует предъявленным требованиям.

Однако Управлением же предписано Учреждению функционирование структурных подразделений.

Действительно, структура Учреждения заявлена на 190 коек, но на момент проведения проверки было принято лишь 17 родов (с 24.01.2017 по 02.03.2017).

При этом в акте проверки указано, что отсутствие функционирования основных структурных подразделений не позволяет оказывать специализированную стационарную помощь в полном объеме.

В ходе судебного разбирательства, представителем Управления было указано на то, что  отсутствие в родовом отделении с операционными  в 4 индивидуальных родовых и 1 операционной, в гинекологическом отделении с операционными в 1 операционной  многофункциональных хирургических столов с электроприводом или механических с гидроприводом в комплекте, светильников операционных потолочных, не позволяет оказывать Учреждению специализированную стационарную помощь в полном объеме.

При чем, Управлением также не подтверждено, какую именно помощь отсутствие указанного выше оборудования не позволяет оказать Учреждению.

Вместе с тем, в акте проверки указано, что родовое отделение имеет 8 индивидуальных родовых и 3 операционных, гинекологическое  отделение имеет 2 операционных.

В нарушение статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Управлением не представлено в материалы дела доказательств, свидетельствующих о том, что помощь пациентам была оказана не в полном объеме, либо были нарушены стандарты ее оказания, при том, что было принято только 17 родов по состоянию на 02.03.2017 и 21 по состоянию на 29.03.2017, что подтверждается журналом записи родов в стационаре (л.д. 115-124 т. 1).

Далее Учреждению вменяется нарушение требований подпункта «а» пункта 5 Постановления №291 и подпунктов 6, 7 приказа Минздрава  России от 15.11.2012 №921н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «неонатология».

Лицензионными требованиями, предъявляемыми к лицензиату при осуществлении им медицинской деятельности, являются требования, предъявляемые к соискателю лицензии, а также  соблюдение порядков оказания медицинской помощи (подпункт «а» пункта 5 Постановления №291).

Пунктами 6, 7 приказа Минздрава  России от 15.11.2012 №921н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «неонатология» предусмотрено, что специализированная, в том числе высокотехнологичная, медицинская помощь новорожденным оказывается в медицинских организациях акушерского, неонатологического и педиатрического профиля. В случае рождения ребенка в медицинской организации акушерского профиля новорожденному оказывается специализированная, в том числе высокотехнологичная, медицинская помощь.

Вместе с тем, в материалах дела отсутствуют, в нарушение статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлены Управлением и в судебное заседание доказательства, что Учреждением медицинская помощь по профилю «неонатология» не была оказана, либо оказана не в соответствии с порядком ее оказания. В акте проверки также отсутствует указание на изложенное.

Напротив, из акта на стр. 2-3 проверки следует, что отсутствуют нарушения при оказании медицинской помощи 19 женщинам.

Отношения в области организации и осуществления государственного контроля (надзора), муниципального контроля и защиты прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при их проведении регулируются положениями Федерального закона от 26.12.2008 №294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля» (далее - Закон №294-ФЗ).

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 17 Закона №294-ФЗ в случае выявления при проведении проверки нарушений юридическим лицом, индивидуальным предпринимателем обязательных требований или требований, установленных муниципальными правовыми актами, должностные лица органа государственного контроля (надзора), органа муниципального контроля, проводившие проверку, в пределах полномочий, предусмотренных законодательством Российской Федерации, обязаны выдать предписание юридическому лицу, индивидуальному предпринимателю об устранении выявленных нарушений с указанием сроков их устранения и (или) о проведении мероприятий по предотвращению причинения вреда жизни, здоровью людей, вреда животным, растениям, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, безопасности государства, имуществу физических и юридических лиц, государственному или муниципальному имуществу, предупреждению возникновения чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, а также других мероприятий, предусмотренных федеральными законами.

Из анализа данной нормы следует, что предписание как ненормативный правовой акт, содержащий обязательные для исполнения требования властно-распорядительного характера, выносится только в случае установления при проведении контролирующим органом соответствующей проверки нарушений законодательства в целях их устранения. Требования, изложенные в предписании, не могут быть взаимоисключающими, должны быть реально исполнимы, предписание должно содержать конкретные указания, четкие формулировки относительно конкретных действий, которые необходимо совершить исполнителю в целях прекращения и устранения выявленного нарушения, содержащиеся в предписании формулировки должны исключать возможность двоякого толкования, изложение должно быть кратким, четким, ясным, последовательным, доступным для понимания всеми лицами. Оно не должно носить признаки формального выполнения требований.

Исполнимость предписания является важным требованием к данному виду ненормативного акта и одним из элементов законности предписания, поскольку предписание исходит от государственного органа, обладающего властными полномочиями, носит обязательный характер и для его исполнения устанавливается определенный срок, за нарушение которого наступает административная ответственность (статья 19.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

Следовательно, на юридическое лицо может быть возложена обязанность по устранению лишь тех нарушений, соблюдение которых обязательно для них в силу закона, а сами требования должны быть реально исполнимы. Предписание должно быть законным, реально исполнимым, понятным и содержать четкие формулировки относительно конкретных действий, которые необходимо совершить исполнителю.

Неопределенность и неисполнимость оспариваемого предписания является самостоятельным основанием для признания его недействительным.

Данный вывод основан на сложившейся по данному вопросу судебной практике, нашедшей свое выражение, в частности, в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31 мая 2016 г. №305-КГ16-4786, постановлениях Арбитражного суда Поволжского округа от 24 мая 2016 г. №Ф06-8154/2016, от 17 мая 2016 г. №Ф06-8137/2016 и др.

В рассматриваемом случае оспариваемое предписание содержит общие фразы: «обеспечить функционирование структурных подразделений…» и «обеспечить оснащение…». Однако предписание не содержит указания на выявленные нарушения и что именно должно сделать Учреждение для его исполнения.

При этом предписание не содержит конкретных указаний, четких формулировок относительно конкретных действий, которые необходимо совершить исполнителю и которые должны быть направлены на прекращение и устранение выявленных нарушений.

При таких обстоятельствах следует сделать вывод о неопределенности и неисполнимости оспариваемого предписания, что является самостоятельным основанием для признания его недействительным.

Кроме того, при принятии судебного акта арбитражным судом принимается во внимание, что Учреждение не является стороной Государственного контракта и повлиять на какие-либо сроки его исполнения не могло. Данное обстоятельство также не учитывалось Управлением при выдаче предписания.

Таким образом, из предписания не усматривается, что именно должно сделать Учреждение для его исполнения.

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, арбитражный суд приходит к выводу об отсутствии законных оснований для выдачи предписания с теми формулировками, что в нем изложены.

В соответствии с частью 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

При изложенных обстоятельствах оспариваемое предписание подлежит отмене, а требования Учреждения удовлетворению.

Расходы по уплате государственной пошлины подлежат отнесению на заявителя в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 197-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Предписание №33 Территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Алтайскому краю об устранении выявленных нарушений  признать недействительным и отменить.

Взыскать с Территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Алтайскому краю в пользу краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Алтайский краевой клинический перинатальный центр» 3000 руб. в счет возмещения расходов по уплате государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Алтайского края в апелляционную инстанцию – Седьмой арбитражный апелляционный суд,  г. Томск в течение месяца со дня принятия решения, в кассационную инстанцию – Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, если такое решение было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.



Судья                                                                                                   О.В. Трибуналова