Решение от 13 сентября 2021 г. по делу № А32-35306/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ

350063, г. Краснодар, ул. Постовая, 32

Сайт: http://krasnodar.arbitr.ru/,

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А32-35306/2020
г. Краснодар
13 сентября 2021 г.
Резолютивная часть решения изготовлена 26 августа 2021 года.

Полный текст изготовлен 13 сентября 2021 года.

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Григорьевой Ю.С., при ведении протокола помощником судьи Панкратовой О.В., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по исковому заявлению ООО «Деметра Трейдинг» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к ООО «ЗерноЮг», г. Краснодар (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании упущенной выгоды и пеней,

при участии:

от ООО «Мирогрупп Ресурсы» / ООО «Деметра Трейдинг», г. Краснодар – ФИО1 (дов от 11.03.21 г.)

от ООО «ЗерноЮг», г. Краснодар - ФИО2 (дов от 20.10.20 г.), ФИО3 (дов от 14.01.21 г)

УСТАНОВИЛ:

ООО «Мирогрупп Ресурсы» обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к ООО «ЗерноЮг» о взыскании упущенной выгоды в размере 36879435 руб., пеней в размере 25034625 руб., расходов по уплате государственной пошлины.

21.07.2021 г. в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись о смене наименования ООО «Мирогрупп Ресурсы» ООО «Деметра Трейдинг» (ИНН и ОГРН прежние).

Представитель истца в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в отзыве на исковое заявление.

В судебном заседании в порядке ст. 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее- АПК РФ) объявлялся перерыв до 17:45 час. 26.08.2021.

Стороны, извещенные надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте Арбитражного суда Краснодарского края о времени и месте судебного заседания, а также по почте, явку своих представителей в заседание после перерыва не обеспечили. В связи с чем, судебное заседание проведено в соответствии со ст. 123, 156 АПК РФ.

31.07.2019 между ООО «Мирогрупп Ресурсы» (по договору - Покупатель) и ООО «ЗерноЮг» (по договору - Продавец) заключен договор купли-продажи № 0473-07-19/К (далее- договор), в соответствии с которым Продавец принял на себя обязательство передать, а Покупатель принять и оплатить сельскохозяйственную продукцию урожая 2019г.

На основании дополнительного соглашения от 16.03.2020 Продавец обязался передать, а Покупатель принять и оплатить пшеницу 3, 4 класса урожая 2019г. в количестве 25 000 тонн по цене 15895 руб. (с НДС 10%), базис поставки СРТ «перевозка оплачена до» <...>. Согласно п. 2.1. соглашения график поставки товара определен сторонами с 23.03.2020 по 30.04.2020. Срок поставки до 30.04.2020г. включительно. Расчет по договору производится с учетом фактического количества поставленного товара в течение пяти банковских дней с момента поставки.

Ответчик 27.03.2020 направил в адрес истца уведомление о невозможности исполнения обязательств по договору в связи с ограничительными мероприятиями, введенными на территории Краснодарского края, указал о переносе срока исполнения обязательств по договору № 0473-07-19/К соразмерно времени действия указанных ограничений.

Письмом от 18.04.2020 г. истец указал ответчику на необходимость выполнения обязательств по поставке товара в срок, установленный договором.

Письмами от 21.06.2020 г., от 02.07.2020 г. ответчик уведомил истца о готовности исполнить обязательства по договору – поставить товар в связи с прекращением действия форс-мажорных обстоятельств (отменой пропускного режима между муниципальными образованиями Краснодарского края).

09.07.2020 истцом в адрес ответчика направлено уведомление об отказе от исполнения договора в связи с его существенным нарушением со стороны продавца (письмо № 211/1 от 07.07.2020г.).

Претензия истца от 10.07.2020 г. ответчиком в добровольном порядке не удовлетворена.

Полагая, что неисполнение обязательств ответчиком по договору поставки повлекло возникновение у истца убытков в форме упущенной выгоды в виде разницы между ценой договора и ценой заключенных замещающих сделок, истец обратился с настоящими требованиями в арбитражный суд. Также истцом заявлено требование о взыскании пеней в размере 25034625 руб. за период с 01.05.2020 по 02.07.2020.

В обоснование размера упущенной выгоды истец предоставил договоры поставки, заключенные в качестве замещающих сделок: с ООО «Агронефтепродукт» от 11.02.2020 на 211,4 тн по цене 17600 руб./тн; с ООО «АПК АСТ Компани М» от 13.08.2019 на 5100 тн и на 9100 тн по цене 17820 руб./тн; с ООО «ВКС» от 14.06.2019г. на 302,65 тн и на 305,75 тн по цене 16500 руб./тн; с ООО «Зерно-Трейд» от 21.08.2019г. на 111,393 тн по цене 17600 руб./тн; с АО «Избердевский эл-р» от 21.10.2019г. на 3359,01 тн по цене 17270 руб./тн; с ООО Эл. «Коммодити Колодезное» от 23.03.2020г. на 597,35 тн по цене 17270 руб./тн; с ООО «Ново-Трейд» от 31.07.2019г. на 878,75 тн по цене 17930 руб./тн; с ООО «Хлебная база 35» от 18.02.2020 на 491,200 тн по цене17160 руб./тн и с ООО «Южная корона-БКЗ» от 18.03.2020 на 455,35 тн по цене 17600 руб./тн.

Представитель ответчика в материалы дела представил отзыв, в котором в удовлетворении исковых требований просил отказать в силу следующего: ответчик не отказывался от исполнения договора, договор не расторгнут в установленном законом порядке. Согласно п. 5.1 договора, при невозможности выполнения условий договора из-за форс–мажорных обстоятельств, действие договора приостанавливается на время действия этих обстоятельств.

Письмом от 27.03.2020 ООО «ЗерноЮг» уведомило ООО «Мирогрупп Ресурсы» о наступлении обстоятельств непреодолимой силы, в связи с принятием постановления главы администрации (губернатора) Краснодарского края от 13.03.2020 № 129 «О введении режима повышенной готовности на территории Краснодарского края и мерах по предотвращению распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-2019)» сообщило об отсутствии возможности поставки на время действия карантина и предложило продлить срок поставки по договору №0473-07-19/К.

В письмах от 21.06.2020 и от 02.07.2020 ответчик сообщил о готовности к исполнению обязательств по договору и отгрузке пшеницы в количестве 25000 тонн на базисе СРТ «перевозка оплачена до» ООО «НЗТ» <...>.

Таким образом, по мнению ответчика, он не только не отказался от исполнения договора, но и принял меры по его исполнению. Односторонний отказ от исполнения договор, по мнению ответчика, заявляет в данном случае сам истец.

Кроме того, ответчик в отзыве указывает, что истец, заявляя о возмещении убытков, фактически не подтвердил их существование. Ссылаясь на ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств по договору поставки, истец утверждает, что приобрел аналогичный товара у третьих лиц взамен непоставленного ответчиком. Ответчик считает, что на момент заключения договоров с третьими лицами первоначальный договор поставки с ООО «ЗерноЮг» №0473-07-19/К от 31.07.2019 не был расторгнут, в связи с чем, действия истца не могут являться совершением сделки взамен неисполненного обязательства. То обстоятельство, что истец имеет длительные договорные связи с третьими лицами, по мнению ответчика, свидетельствует о том, что поставка пшеницы осуществлялась в процессе обычной хозяйственной деятельности истца и была связана не с замещением непоставленного товара, а с исполнением других самостоятельных договоров истца со своими контрагентами. Сама по себе поставка товара в период, когда ответчик должен был поставить пшеницу, от чего сторона не отказывалась, не свидетельствует о том, что поставки от третьих лиц совершены взамен поставок ответчика. Более того, при анализе документов, представленных истцом в материалы дела усматривается, что им был заключен внешнеторговый контракт, по условиям которого истец отгрузил в адрес покупателя 51 400 тн. пшеницы 11 мая 2020 года. При этом погрузка на корабль указанного товара началась еще 9 мая 2020 года. То есть, в случае заключения истцом замещающих сделок, все они должны быть заключены в период после истечения срока поставки, установленного для ответчика договором – 30.04.2020 г. и предусматривать поставку пшеницы не позднее 11 мая 2020 года.

Однако в числе представленных истцом документов имеется декларация на товары, в которой указано, что выпуск 51 400 тн. пшеницы разрешен истцу еще 24.04.2020.

То есть не только поставки, которые истец указывает в качестве замещающих, но и сами поставки, которые должен был осуществить ответчик до 30.04.2020 априори не имеют никакого отношения к приведенной истцом внешнеторговой сделке.

Все представленные истцом договоры со своими поставщиками, за исключением одного из двух договоров с ООО «Агропромышленная корпорация ACT Компани М», заключены ранее установленной даты поставки товара ответчиком.

Рассматривая исковое заявление, суд исходит из следующего.

В соответствии со статьей 506 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки, производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями (статья 309 ГК РФ).

В силу статьи 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В силу пункта 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 ГК РФ, согласно которой под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Суд учитывает, что денежных средств в оплату непоставленной продукции по договору № 0473-07-19/К истец ответчику не уплачивал.

В случае если неисполнение или ненадлежащее исполнение должником договора повлекло его досрочное прекращение и кредитор заключил взамен аналогичный договор, кредитор вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и ценой на сопоставимые товары, работы или услуги по условиям договора, заключенного взамен прекращенного договора (пункт 1 статьи 393.1 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 524 ГК РФ если в разумный срок после расторжения договора вследствие нарушения обязательства продавцом покупатель купил у другого лица по более высокой, но разумной цене товар взамен предусмотренного договором, покупатель может предъявить продавцу требование о возмещении убытков в виде разницы между установленной в договоре ценой и ценой по совершенной взамен сделке.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснена обязанность истца по делам о возмещении убытков доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

По смыслу названных норм, с учетом правового подхода, сформулированного в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 13443/11, возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать совокупность таких обстоятельств: наличие у него законных прав или интересов, факт нарушения имеющихся у него законных прав или интересов, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками.

Доказыванию подлежит каждый элемент убытков, недоказанность одного из них исключает возможность удовлетворения требований.

При взыскании убытков по замещающей сделке необходимо наличие причинно-следственной связи между неисполнением договора и заключением замещающей сделки, которая устанавливается и доказывается фактическими обстоятельствами дела: покупка аналогичного по наименованию, количеству и ассортименту товара по замещающей сделке и, в случае заключения замещающей сделки до расторжения первоначального договора, заключения замещающей сделки после нарушения условий первоначального договора.

Аналогичная позиция сформулирована в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.09.2019 № 305-ЭС19-7159 по делу № А40-49262/2018.

В соответствии с пунктом 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7) заключение замещающей сделки до прекращения первоначального обязательства не влияет на обязанность должника по осуществлению исполнения в натуре и на обязанность кредитора по принятию такого исполнения (пункт 3 статьи 308 ГК РФ). Кредитор вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценами в первоначальном договоре и такой замещающей сделке при условии, что впоследствии первоначальный договор был прекращен в связи с нарушением обязательства, которое вызвало заключение этой замещающей сделки. Само по себе сохранение первоначального обязательства должника не создает препятствий для совершения кредитором замещающей сделки. Однако в том случае, если кредитор не заявлял отказа от принятия исполнения по просроченному первоначальному обязательству в связи с утратой в нем интереса либо данное обязательство не прекращено по иным основаниям, то за должником сохраняется обязанность по исполнению, а, значит, и право на разумные ожидания на получение встречного предоставления. Такое исполнение, пусть и предоставленное должником с просрочкой, влечет возникновение у кредитора обязанностей по его принятию и предоставлению своей (встречной) части исполнения вне зависимости от того, что к этому моменту кредитор уже совершил замещающую сделку.

Истцом не представлены доказательства, подтверждающие причинно-следственную связь между ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по договору и заключением договоров поставки с указанными поставщиками.

Исходя из смысла ст. 524 ГК РФ замещающая сделка – сделка, совершенная взамен неисполненной сделки и именно в связи с таким неисполнением. Таким образом, замещающая сделка не может быть заключена ранее даты неисполнения должником обязательств по первоначальной сделке.

Срок исполнения ответчиком обязательств по поставке товара по договору № 0473-07-19/К определен сторонами до 30.04.2020. Необходимость заключения замещающих сделок обоснована истцом наличием обязательств по внешнеэкономической сделке, по которой срок погрузки зерна на судно был установлен до 11.05.2020.

Вместе с тем, договор поставки с ООО «Агронефтепродукт» заключен истцом 11.02.2020, до заключения договора № 0473-07-19/К с ответчиком, более чем за два месяца до конечного срока поставки товара по договору № 0473-07-19/К. Дополнительным соглашением № 3 от 08.05.2020 сроки поставки продукции установлены с 08.05.2020 по 15.05.2020, что противоречит доводу истца о необходимости заключать замещающие сделки для соблюдения сроков погрузки продукции на судно 11.05.2020.

Договоры поставки с ООО «АПК АСТ Компани М» заключены истцом 13.08.2019 и 30.04.2020. В материалы дела истцом представлены копии договоров поставки от 30.04.2020, из условий которых следует, что то же самое количество той же продукции (пшеница 2019г. урожая) в том же объеме и по той же цене было отгружено самим истцом в качестве продавца ООО «АПК АСТ Компани М» по договорам, заключенным в один и тот же день с договорами на поставку продукции от указанной компании истцу.

Таким образом, в мае 2020 года истец произвел поставку ООО «Агропромышленная корпорация АСТ Компани М» ровно того же количества продукции и по той же цене, которое ранее получил. Никаких убытков от этих сделок у истца не возникло.

Договор поставки с ООО «ВКС» заключен истцом 14.06.2019. Дополнительным соглашением от 23.03.2020 определено количество поставляемого товара 1000 тн, со сроком поставки 12.04.2020. Дополнительным соглашением от 12.04.2020 срок поставки изменен до 30.04.2020 включительно, дополнительным соглашением от 28.04.2020г. срок поставки изменен до 10.05.2020 включительно. Дополнительным соглашением от 30.04.2020 определено количество поставляемого товара 2500 тн со сроком поставки по 15.05.2020 включительно.

Договор поставки с ООО «Зерно-трейд» заключен истцом 21.08.2019. Дополнительным соглашением № 6 от 08.05.2020 срок поставки продукции определен по 13.05.2020 включительно путем переоформления товара с лицевого счета продавца на лицевой счет покупателя на складе, что также противоречит доводу истца о необходимости заключать замещающие сделки для соблюдения сроков погрузки продукции на судно 11.05.2020.

Договор поставки с АО «Избердевский элеватор» заключен истцом 21.10.2019. Дополнительным соглашением № 21 от 15.04.2020 срок поставки установлен по 15.05.2020 включительно, то есть тоже за пределами сроков отгрузки судна, о которых указывает истец.

Договор поставки с ООО «Коммодити Колодезное» заключен 23.03.2020 (до установленного срока поставки товара ответчиком). Дополнительным соглашением №2 от 10.04.2020, срок поставки установлен с 13.05.2020 по 15.05.2020, также за пределами сроков отгрузки судна, о которых указывает истец.

Договор поставки с ООО «Ново-Трейд» заключен истцом 31.07.2019.

Договор поставки с ООО «Хлебная база 35» заключен 18.02.2020. Срок поставки по 15.05.2020 включительно.

Договор поставки с ООО «Южная корона-БКЗ» также заключен истцом задолго до установленного срока поставки товара ответчиком - 18.03.2020.

Заключение договоров поставки через несколько дней после нарушения отвечтиком сроков поставки аналогичного товара не свидетельствует о том, что приобретение товара у данных контрагентов обусловлено невыполнением договора со стороны ответчка, следовательно, не подтверждает факт причинения убытков в виде разницы между ценой первоначальной сделки и заключенной позднее.

Из представленных ООО «НЗТ» сведений следует, что такие поставщики, как ООО «АПК АСТ Компани М», ООО «ВКС», ООО «Зерно-Трейд», АО «Избердевский элеватор», ООО «Ново-Трейд», ООО «Хлебная база 35» поставляли истцу продукцию на постоянной основе в течение всего апреля 2020 года, а не только в мае 2020 года.

Таким образом, сделки с представленными истцом поставщиками не являются замещающими по отношению к договору № 0473-07-19/К с ответчиком, они заключены ранее.

Из представленных ООО «НЗТ» сведений следует, что в спорный период помимо вышеуказанных поставщиков в адрес истца осуществляли поставки и другие поставщики (ООО «Каменский элеватор», ООО «Ассоциация», АО «Татарстанские зерновые технологии», ООО «Житница», ООО «Фортуна», АО «РУСАГРОТРАНС», ОАО «Хлебная база №3», ОАО «Омская макаронная фабрика» и многие другие). То есть на протяжении всего рассматриваемого периода истец осуществлял текущую хозяйственную деятельность по закупке пшеницы со всеми своими контрагентами. Выборка из общего объема поставок тех, которые совершены истцом по максимальным ценам, не подтверждает, что именно эти, а не иные многочисленные поставки были совершены исключительно взамен задержанной ответчиком поставки.

Независимо от сделки истец совершал другие сделки по приобретению зерна как до нарушения, так и после нарушения обществом обязательства по поставке, они носили самостоятельный характер, их заключение не связано именно с потребностью восполнения объема недопоставленной продукции.

При этом истцом не представлено объективных доказательств, что цена товара, указанная в замещающих договорах, была разумной и соответствовала рыночной.

Должник вправе представить доказательства того, что кредитор действовал недобросовестно и/или неразумно и, заключая замещающую сделку, умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению (пункт 1 статьи 404 ГК РФ). Например, должник вправе представлять доказательства чрезмерного несоответствия цены замещающей сделки текущей цене, определяемой на момент ее заключения по правилам пункта 2 статьи 393.1 ГК РФ (абзац третий пункта 12 Постановления № 7).

Согласно справке Торгово-Промышленной палаты Краснодарского края от 30.10.2020 № 01/1/2020-186 стоимость пшеницы 4 класса составила в апреле 2020 г. – 15874 руб. (НДС включен), в мае 13954,3 (НДС включен). При этом из справки следует, что указанная стоимость сформирована, в том числе, на основании данных, предоставленных ответчиком.

В то же время истец приобрел аналогичный товар у третьих лиц по цене от 16 500 руб. до 17 930 руб. за тонну, что и привело истца к отыскиваемым в данном судебном споре убыткам. Однако, соответствие данной цены товара требованиям п. 2 ст. 393.1 ГК РФ истцом в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах истец не доказал наличие элементного состава для взыскания убытков в соответствии со статьями 520 и 524 ГК РФ. В данном случае сумма, заявленная истцом в качестве убытков, по своему правовому содержанию не является убытками, а представляет собой результат хозяйственной (предпринимательской) деятельности, неблагоприятные последствия которой он несет самостоятельно.

Суд учитывает, что истцом заявлены требования о взыскании убытков и о взыскании пеней. Согласно части 1 ст. 394 ГК РФ если за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства установлена неустойка, то убытки возмещаются в части, не покрытой неустойкой.

На основании изложенного, суд руководствуясь статьями 15, 393 ГК РФ и, отказывает истцу во взыскании убытков в виде упущенной выгоды, ввиду недоказанности истцом совокупности условий, необходимых для возложения на ответчика обязанности по возмещению убытков.

В соответствии с абзацем 2 пункта 60 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» согласно пункту 1 статьи 394 ГК РФ, если за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства установлена неустойка, то убытки возмещаются в части, не покрытой неустойкой (зачетная неустойка). Законом или договором могут быть предусмотрены случаи, когда убытки могут быть взысканы в полной сумме сверх неустойки (штрафная неустойка).

Согласно п. 4.2.3 договора за нарушение сроков поставки товара покупатель вправе предъявить требование об уплате пени в размере 0.1% от суммы договора.

Поскольку положения договора не содержат ссылок на возмещение убытков сверх начисленной неустойки, а устанавливают пределы ответственности в соответствии с заключенным договором и действующим законодательством, основания взыскания убытков также отсутствуют.

Истцом заявлено требование о взыскании неустойки за период с 01.05.2020 по 02.07.2020 в размере 25 034 625 руб.

Стороны в п. 4.2.3 договора установили, что в случае нарушения сроков поставки товара, Покупатель вправе предъявить требовать продавцу об уплате пени в размере 0,1;% от суммы Договора, за каждый день просрочки поставки с даты, следующей за датой окончания срока поставки товара, установленного настоящим договором и/или дополнительными соглашениями к нему.

Согласно пункту 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться, в частности, неустойкой.

В силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. Если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе ее уменьшить (п. 1 ст. 333 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 3 статьи 401 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Проверив расчет истца, суд признает выполненным логически и арифметически верно.

На основании изложенного, требование истца о взыскании с ответчика суммы неустойки за период с 01.05.2020 по 02.07.2020 в размере 25 034 625 руб. подлежит удовлетворению.

Судом отклоняется ссылка ответчика на то, что неисполнение обязательства по поставке пшеницы было вызвано обстоятельством непреодолимой силы (распространением новой коронавирусной инфекции).

Верховным Судом Российской Федерации в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» дано толкование содержащемуся в Гражданского кодекса Российской Федерации понятию обстоятельств непреодолимой силы.

В пункте 8 названного постановления разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный, непредотвратимый при данных условиях и внешний по отношению к деятельности должника характер.

Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях.

Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий.

В Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.04.2020 (вопрос № 7), сделан вывод о том, что еще одной из характеристик обстоятельств непреодолимой силы (наряду с чрезвычайностью и непредотвратимостью) является ее относительный характер, а существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учетом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и т.п.).

Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей.

Также в указанном Обзоре разъяснено, что признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их деятельности, условий ее осуществления, в том числе региона, в котором действует организация, в силу чего существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учетом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и т.д.).

Применительно к нормам статьи 401 ГК РФ обстоятельства, вызванные угрозой распространения новой коронавирусной инфекции, а также принимаемые органами государственной власти и местного самоуправления меры по ограничению ее распространения, в частности, установление обязательных правил поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации, запрет на передвижение транспортных средств, ограничение передвижения физических лиц, приостановление деятельности предприятий и учреждений, отмена и перенос массовых мероприятий, введение режима самоизоляции граждан и т.п., могут быть признаны обстоятельствами непреодолимой силы, если будет установлено их соответствие названным выше критериям таких обстоятельств и причинная связь между этими обстоятельствами и неисполнением обязательства.

Для освобождения от ответственности за неисполнение своих обязательств сторона должна доказать: а) наличие и продолжительность обстоятельств непреодолимой силы; б) наличие причинно-следственной связи между возникшими обстоятельствами непреодолимой силы и невозможностью либо задержкой исполнения обязательств; в) непричастность стороны к созданию обстоятельств непреодолимой силы; г) добросовестное принятие стороной разумно ожидаемых мер для предотвращения (минимизации) возможных рисков.

Ответчик не представил доказательств того, что он входит в перечень лиц, в отношении которых установлен мораторий на взыскание неустойки или установлены особенности начисления и уплаты пени.

Доказательств того, что невозможность исполнения обязательства по поставке товара в мае 2020 г. возникла исключительно в связи с распространением новой коронавирусной инфекции, ответчиком в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлено.

Освобождение ответчика от ответственности за нарушение сроков оплаты товара не согласуется с пунктом 4 статьи 1 ГК РФ и фактически нивелирует условия договора о цене товара, иными словами, создает ситуацию, когда нарушение покупателем существенного условия договора о цене и порядке расчетов не влечет для него наступления каких-либо негативных последствий.

Более того, положения пункта 3 статьи 401 ГК РФ носят диспозитивный характер, то есть не запрещают принятие профессиональным участником гражданского оборота, каковым является ответчик, ответственности за ненадлежащее исполнение своих обязанностей, даже в случае наступления обстоятельств, являющихся непреодолимой силой.

Рассматривая довод ответчика о невозможности перемещения по территории Краснодарского края в связи с введенными ограничения Постановлением главы администрации (губернатора) Краснодарского края от 13.03.2020 № 129 «О введении режима повышенной готовности на территории Краснодарского края и мерах по предотвращению распространения новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV)» (далее - постановление № 129), Постановлением главы администрации (губернатора) Краснодарского края от 31.03.2020 № 185 «О введении ограничительных мероприятий (карантина) на территории Краснодарского края» (далее - постановление № 185), суд исходит из следующего.

Постановлением №185 на территории Краснодарского края введены ограничительные мероприятия (карантин), предусматривающие на период с 18 часов 00 минут 31 марта 2020 г. по 05 апреля 2020 г. (с неоднократным продлением в последующих редакциях): запрет лицам, проживающим (находящимся) на территории Краснодарского края, покидать места проживания (пребывания), за исключением, в том числе осуществления деятельности, которая связана с передвижением по территории Краснодарского края, допустима в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 02.04.2020 № 239 «О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» (далее- Указ №239), не приостановлена постановлением № 129 (в том числе оказание транспортных услуг и услуг доставки), при наличии специальных пропусков.

Как следует из Указа Президента Российской Федерации от 02.04.2020 № 239 «О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)», содержащиеся в нем положения не распространялись на организации, обеспечивающие население продуктами питания и товарами первой необходимости.

В соответствии с пунктом 3 Распоряжения Правительства Российской Федерации от 27.03.2020 № 762-р «Об организациях, обеспечивающих население продуктами питания и товарами первой необходимости в период нерабочих дней, установленных Указом Президента, и утверждении рекомендуемого Перечня непродовольственных товаров первой необходимости» к организациям, обеспечивающим население товарами первой необходимости, указанными в перечне, относятся организации и индивидуальные предприниматели, обеспечивающие всю товаропроводящую цепочку таких товаров от производителя до конечного потребителя, включая производителей, поставщиков, дистрибьюторов, транспортно-логистические организации, логистические комплексы, организации, оказывающие услуги по подготовке, обработке, упаковке товаров и иные подобные услуги, распределительные центры, оптовые рынки, склады, службы доставки, курьерские службы, пункты выдачи заказов, объекты торговли всех форматов (в том числе нестационарные и мобильные объекты), а также управляющие компании, в том числе обеспечивающие функционирование объектов недвижимости, в которых располагаются такие организации.

Из материалов дела усматривается и лицами, участвующими в деле, не оспаривается, что деятельность ООО «ЗерноЮг» в соответствии с ОКВЭД относится разделу «46.21 Торговля оптовая зерном, необработанным табаком, семенами и кормами для сельскохозяйственных животных».

Таким образом, ответчик относится к товаропроводящей цепочке от производителя продуктов питания до потребителя. Следовательно, суд приходит к выводу, что его деятельность была допустима в соответствии с Указом Президента РФ от 25.03.2020г. №206, не приостановлена постановлением губернатора Краснодарского края от 13.03.2020 № 129, от 31.03.2020 № 185, не ограничена постановлениями главного государственного санитарного врача по Краснодарскому краю о введении ограничительных мероприятий в целях предупреждения распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19).

При этом ответчиком не представлено доказательств того, что его деятельность по производству и реализации зерна приостанавливалась в период введения ограничений, связанных с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19), либо для ее осуществления имелись какие-либо объективные препятствия.

Рассматривая довод ответчика о невозможности перемещаться по территории Краснодарского края в спорный период, суд учитывает, что п. 2 ч.1 Постановления №185 установлен запрет транзитного проезда автомобильного транспорта по территориям населенных пунктов Краснодарского края, за исключением проезда по автомобильным дорогам, проходящим через населенные пункты Краснодарского края, в случае отсутствия иных автомобильных дорог в объезд населенных пунктов. Кроме того, исполнительной властью Краснодарского края был разработан порядок выдачи специальных пропусков для транзитного транспорта при перемещении по территории Краснодарского края.

Ответчиком, в нарушение ст. ст. 9, 65 АПК РФ, не представлены доказательства того, что им предпринимались меры к исполнению спорного договора.

Ответчиком заявлено ходатайство о снижении неустойки по правилам ст. 333 ГК РФ до размера ключевой ставки Банка России.

Поскольку неустойка предусмотрена условиями договора, а факт просрочки исполнения обязательства установлен материалами дела, суд считает подлежащим удовлетворению требования истца о взыскании неустойки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Пунктом 71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 7 от 24.03.2016 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление № 7) разъяснено, что если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 333 ГК РФ уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды.

В пункте 69 постановление № 7 разъяснено, что подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Принимая во внимание, что ответчиком не представлено доказательств несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, а также что размер неустойки (0,1%) соответствует обычно применяемой за нарушение обязательства ставке и обычаям делового оборота в аналогичных правоотношениях, суд отказывает в удовлетворении заявленного ходатайства о снижении неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ.

По правилам статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины относятся на стороны пропорционально размеру удовлетворенных требований.

При подаче искового заявления истцом уплачена государственная пошлина в размере 200000 руб. С учетом частичного удовлетворения исковых требований, суд находит подлежащим удовлетворению требования истца о возмещении расходов по уплате госпошлины в размере 80 860 руб.

В соответствии с ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Поскольку исковые требования удовлетворены частично на 40,43 %, расходы по оплате государственной пошлины полежат взысканию с ответчика пропорционально удовлетворенным требованиям.

Руководствуясь ст. ст. 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Отказать ответчику в удовлетворении заявления о применении ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации при взыскании неустойки.

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «ЗерноЮг», г. Краснодар (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ООО «Деметра Трейдинг» (ИНН <***>, ОГРН <***>) неустойку за период с 12.06.2020 по 02.07.2020 в размере 25 034 625 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 80 860 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Настоящее решение вступает в законную силу по истечении одного месяца со дня его изготовления в полном объёме, если не будет подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Краснодарского края в порядке, определенном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судья Ю.С. Григорьева