Решение от 7 июня 2021 г. по делу № А56-98323/2020

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-98323/2020
07 июня 2021 года
г.Санкт-Петербург


Резолютивная часть решения объявлена 19 мая 2021 года.

Полный текст решения изготовлен 07 июня 2021 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи Салтыковой С.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

истец: ФИО2

ответчик: общество с ограниченной ответственностью «Строй-Комплекс СПб» (195213, САНКТ-ПЕТЕРБУРГ ГОРОД, УЛИЦА ЛАТЫШСКИХ СТРЕЛКОВ, ДОМ 23, ЛИТЕР Е, ПОМЕЩЕНИЕ 24, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 24.01.2006, ИНН: <***>)

о взыскании действительной стоимости доли в уставном капитале в размере 8 750 000 руб.

при участии

от истца: ФИО3 по доверенности от 11.08.2020

от ответчика: ФИО4 по доверенности от 14.12.2020

установил:

ФИО2 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Строй-Комплекс СПб» о взыскании 8 750 000 руб. действительной стоимости доли в уставном капитале ООО «Строй-Комплекс СПб».

Определением суда от 09.11.2020 исковое заявление принято к рассмотрению по общим правилам искового производства.

Истцом заявлено ходатайство о назначении по делу экспертизы по определению размера действительной стоимости доли по вопросу: Какова рыночная стоимость доли в размере 50% в ООО «Строй-Комплекс СПБ» на дату выхода ФИО2 из состава участников – 22.12.2017.

В судебном заседании 17.05.2021 суд, с учетом представленных в материалы дела доказательств и пояснений ответчика, не нашел оснований для удовлетворения ходатайства истца о назначении экспертизы по делу. Судом на стадии прений объявлен перерыв до 19.05.2021.

В судебном заседании 19.05.2021 истцом повторно заявлено ходатайство о назначении экспертизы по делу.

Указанное ходатайство отклонено судом как необоснованное, а также как заявленное на стадии прений.

В судебном заседании представитель истца поддержал заявленные требования, представитель ответчика возражал против их удовлетворения, ссылаясь на отсутствие необходимости в назначении экспертизы, поскольку бухгалтерская отчетность велась непосредственно самим истцом, в том числе в 2017 году; вся отчетность за 2017 год составлена новым генеральным директором по имевшимся в бухгалтерской программе данным. Также ответчик возражает против того, что стоимость доли должна определяться по состоянию на 31.12.2016, указывая, что она должна определяться по состоянию на 31.12.2017, поскольку второму участнику Общества уведомление о выходе ситца из Общества направлено в январе 2018 года. Кроме того, представитель Общества указал, что настоящий иск подан в ответ на то, что ранее Общество предъявило иск о взыскании убытков; Общество полагает, что истец злоупотребляет своими правами.

Исследовав материалы дела, оценив собранные по делу доказательства в совокупности и взаимосвязи, суд установил, что заявленные требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям:

Как следует из материалов дела, истец являлся участником общества и владел долей в размере 50 % уставного капитала Общества.

22 декабря 2017 года Истцом направлено заявление о выходе из Общества и выплате действительной стоимости доли в уставном капитале, которое получено ответчиком, что подтверждается материалами дела.

Истец полагает, что ответчик не выполнил свои обязательства по выплате действительной стоимости доли истца в уставном капитале Общества, которая, по мнению истца, составляет 8 750 000 рублей. Истец указывает, что при определении размера действительной стоимости доли истцом в расчет взята рыночная стоимость имущества общества, в том числе права требования по договору участия в долевом строительстве в отношении объекта недвижимости по рыночным ценам на дату формирования баланса общества.

Суд не может согласиться с доводами истца, изложенными в иске по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 26 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества. Заявление участника общества о выходе из общества должно быть нотариально удостоверено по правилам, предусмотренным законодательством о нотариате для удостоверения сделок.

Право участника общества на выход из общества может быть предусмотрено уставом общества при его учреждении или при внесении изменений в его устав по решению общего собрания участников общества, принятому всеми участниками общества единогласно, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Исходя из положений подпункта 2 пункта 7 статьи 23 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, доля или часть доли переходит к обществу с даты получения обществом заявления участника общества о выходе из общества, если право на выход из общества участника предусмотрено уставом общества.

В рассматриваемом случае право выхода участника из Общества предусмотрено в пункте 7.1 Устава Общества.

Заявление истца о выходе из Общества нотариально удостоверено 22.12.2017; поскольку он сам являлся генеральным директором Общества, постольку Общество в лице его генерального директора получило соответствующее заявление о выходе 22.12.2017. Согласно выписке из ЕГРЮЛ на 09.01.2018 сведения о выходе истца из Общества и переходе доли к Обществу внесены в ЕГРЮЛ 09.01.2018 (первый рабочий день в 2018 году).

11.01.2018 истец направил второму участнику Общества ФИО5 заявление об увольнении с должности генерального директора с 30.12.2017 и необходимости ему как единственному участнику Общества назначить нового генерального директора. Согласно отчету об отслеживании почтового отправления данное заявление вручено ФИО5 18.01.2018.

Сведения о новом генеральном директоре Общества ФИО6 внесены в ЕГРЮЛ 12.02.2018.

В соответствии с пунктом 6.1 статьи 23 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, в случае выхода участника общества из общества в соответствии со статьей 26 настоящего Федерального закона, его доля переходит к обществу. Общество обязано выплатить участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли.

Общество обязано выплатить участнику общества действительную стоимость его доли или части доли в уставном капитале общества либо выдать ему в натуре имущество такой же стоимости в течение трех месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности, если иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли или части доли не предусмотрен уставом общества. Положения, устанавливающие иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли или части доли, могут быть предусмотрены уставом общества при его учреждении, при внесении изменений в устав общества по решению общего собрания участников общества, принятому всеми участниками общества единогласно. Исключение из устава общества указанных положений осуществляется по решению общего собрания участников общества, принятому двумя третями голосов от общего числа голосов участников общества.

В рассматриваемом случае в соответствии с п. 7.3 Устава Общество обязано выплатить участнику, подавшему заявление о выходе из Общества, действительную стоимость его доли в уставном капитале в течение шести месяцев с момента окончания финансового года, в течение которого подано заявление о выходе из Общества.

Согласно пункту 4 Порядка определения стоимости чистых активов, утвержденного Приказом Минфина России от 28.08.2014 N 84н, стоимость чистых активов определяется как разность между величиной принимаемых к расчету активов организации и величиной принимаемых к расчету обязательств организации. Объекты бухгалтерского учета, учитываемые организацией на забалансовых счетах, при определении стоимости чистых активов к расчету не принимаются.

По смыслу положений Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" действительная стоимость доли в уставном капитале общества при исключении его участника из состава участников общества/выхода участника из состава участников общества определяется с учетом рыночной стоимости материальных внеоборотных активов общества, отраженных на балансе общества.

Аналогичные разъяснения содержатся в Постановлениях Президиума ВАС РФ от 06.09.2005 года N 5261/05, от 17.04.2012 года N 16191/11.

Согласно представленному МИФНС № 24 по Санкт-Петербургу в ответ на запрос суда бухгалтерскому балансу Общества за 2016 год на 31.12.2016 истец являлся генеральным директором Общества. Он же исполнял функции главного бухгалтера в Обществе.

Из пояснений сторон также следует, что до конца 2017 года истец исполнял обязанности генерального директора и главного бухгалтера Общества.

Согласно бухгалтерскому балансу по состоянию на 31.12.2016 активы Общества на отчетную дату составляли 49 843 000 руб., из которых 5 813 000 руб. – основные средства, 44 030 000 руб. – оборотные активы (4 064 000 руб. – запасы, 605 000 руб. – НДС по приобретенным ценностям, 38 614 000 руб. – дебиторская задолженность, 747 000 руб. – денежные средства и денежные эквиваленты). В свою очередь, размер обязательств Общества на отчетную дату составлял 49 928 000 руб. Таким образом, стоимость чистых активов Общества на 31.12.2016 носит отрицательную величину – 85 000 руб.

Соответственно, исходя из содержания бухгалтерской отчетности, действительная стоимость доли в уставном капитале Общества истцу не подлежит выплате как составляющая отрицательную величину.

Согласно представленному Обществом бухгалтерскому балансу за 2017 год стоимость чистых активов по-прежнему составляет отрицательную величину. Так, активы Общества составляют 30 647 000 руб., кредиторская задолженность составляет 30 728 000 руб., то есть стоимость чистых активов за 2017 год также отрицательная.

Из пояснений сторон и представленной в материалы дела расшифровки основных средств по состоянию на 31.12.2016 следует, что среди основных средств значится офисное помещение, которое является основным активом среди основных средств, его стоимость составляет 5 754 697,22 руб.

Истцом указано о несоответствии отраженной в балансе стоимости указанного имущества его рыночной стоимости, а также о том, что в бухгалтерской отчетности не отражены сведения о наличии права требования по договору участия в долевом строительстве, в связи с чем заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы по вопросу определения действительной стоимости доли в уставном капитале Общества по состоянию на 31.12.2016; судом сделаны запросы в экспертные учреждения о возможности проведения экспертизы.

Вместе с тем, в судебное заседание 17.05.2021 представителем ответчика представлена выписка из ЕГРН от 19.04.2021 на указанное в расшифровке основных средств на 31.12.2016 офисное помещение; в связи с получением данной выписки выявлено, что еще в 2013 году истец, будучи генеральным директором Общества, приобрел расположенное по адресу: <...>, литера А, пом.21-Н,- офисное помещение у Общества, что следует из указания в выписке на договор купли-продажи от 26.07.2013.

После выхода из Общества истец продал данное помещение ФИО7 по договору купли-продажи от 03.05.2018.

Таким образом, в процессе рассмотрения вопроса о назначении судебной экспертизы установлено, что истец, будучи генеральным директором Общества, приобрел соответствующее имущество у Общества, не отразив в бухгалтерском балансе выбытие помещения из собственности Общества.

По утверждению ответчика, информация о выбытии соответствующего офисного помещения из собственности Общества в 2013 году не была доведена до второго участника Общества и нового генерального директора Общества; фактически данное имущество снято самим истцом с бухгалтерского учета в 2017 году перед выходом из Общества и увольнением с должности генерального директора, что подтверждается данными об основных средствах Общества в балансе за 2017 год.

С учетом установленного факта продажи спорного помещения еще в 2013 году суд приходит к выводу о том, что истец злоупотребляет процессуальными правами: будучи осведомленным об отсутствии соответствующего помещения у Общества, истец просит назначить судебную экспертизу оценки стоимости доли, ссылаясь, в том числе, на необходимость определить рыночную стоимость данного имущества.

С учетом изложенного, суд отказал в назначении судебной экспертизы.

В связи с тем, что фактически помещение, балансовая стоимость которого отражена как 5 754 697,22 руб., Обществу не принадлежит, чистые активы Общества по состоянию на 31.12.2016 необходимо уменьшить по сравнению с тем, как они отражены в бухгалтерском балансе, на 5 754 697,22 руб.

Таким образом, чистые активы Общества на 31.12.2016 составляют минус 5 839 697 руб. 22 коп.

Истец указывает на то, что в бухгалтерском учете Общества не отражены права требования к ООО «Питер-Констракшн» по договору участия в долевом строительстве многоквартирного дома.

В подтверждение своих доводов о недостоверности бухгалтерской отчетности Общества истцом представлена справка о действительной стоимости доли от 17.09.2020 № 17/09/20, составленная ИП ФИО8 как оценщиком.

Истцом указано, что при определении указанной в данной справке стоимости в расчет взята рыночная стоимость имущества общества: право требования по договору долевого участия в отношении объекта недвижимости по рыночным ценам на дату формирования баланса общества. Тем не менее, из указанной справки, как не содержащей расчетов, невозможно установить, что исследовалась рыночная стоимость каких-либо прав требования, как и то, что проводились какие-нибудь исследования отчетности Общества.

Истцом представлены в материалы дела платежные поручения от 11.02.2008 № 42, 12.03.2008 № 85, от 20.03.2008 № 105, от 05.05.2008 № 180, согласно которым Общество перечислило в адрес ООО «Балтжилинвест» 7 341 533 руб. в качестве инвестиционного взноса по договору участия в строительстве от 05.02.2008 № 05/02/08-ЗП С2.

01.08.2013 между ООО «Балтжилинвест» и ООО «Питер-Констракшн» заключено соглашение, по которому произведен перевод прав и обязанностей по договору участия в строительстве от 05.02.2008 № 05/02/08-ЗП С2 с ООО «Балтжилинвест» на ООО «Питер-Констракшн».

26.10.2015 Общество и ООО «Питер-Констракшн» заключили соглашение о расторжении договора участия в строительстве от 05.02.2008 № 05/02/08-ЗП С2, заключив в этот же день договор участия в долевом строительстве многоквартирного дома № 15/07/15-К09-С2 и соглашение о прекращении взаимных обязательств (обязательство ООО «Питер-Констракшн» по договору от 05.02.2008 № 05/02/08-ЗП С2 предоставить трехкомнатную квартиру зачтено в счет исполнения Обществом обязательства по оплате по договору участия в долевом строительстве многоквартирного дома от 26.10.2015 № 15/07/15-К09-С2).

По договору от 26.10.2015 № 15/07/15-К09-С2 ООО «Питер-Констракшн» обязалось передать Обществу нежилое помещение общей площадью 119,51 кв.м на 1 этаже многоквартирного дома по адресу: Санкт-Петербург, Большеохтинский пр., участок 21, восточнее дома 15, корпус 1, литера А.

В отношении ООО «Питер-Констракшн» 25.12.2017 введена процедура наблюдения.

В 2018 году в связи с признанием ООО «Питер-Констракшн» банкротом в реестр требований кредиторов данного должника включены требования Общества на сумму 7 341 533 руб. 00 коп.

Таким образом, отсутствуют основания полагать, что на дату 31.12.2016 либо на дату 31.12.2017 рыночная стоимость прав требования по договору участия превышала уплаченную по соответствующему договору сумму.

Также в связи с тем, что оплата по договору происходила по расчетному счету Общества, соответствующие обязательства не могут быть не отраженными в бухгалтерской отчетности Общества.

С учетом изложенного, основания для назначения экспертизы действительной стоимости доли в уставном капитале Общества отсутствуют.

Поскольку стоимость чистых активов Общества представляет собой отрицательную величину как за 2016 год, так и за 2017 год, в удовлетворении иска надлежит отказать.

При этом суд отмечает необоснованным довод Общества о том, что действительную стоимость доли необходимо определять на дату 31.12.2017.

Как было указано выше, в соответствии с пунктом 6.1 статьи 23 Закона об обществах с ограниченной ответственностью (в редакции, действующей в спорный период), в случае выхода участника общества из общества в соответствии со статьей 26 настоящего Федерального закона, его доля переходит к обществу. Общество обязано выплатить участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли.

Заявление истца о выходе из Общества нотариально удостоверено 22.12.2017; поскольку он сам являлся генеральным директором Общества, постольку Общество в лице его генерального директора получило соответствующее заявление о выходе 22.12.2017. Согласно выписке из ЕГРЮЛ на 09.01.2018 сведения о выходе истца из Общества и переходе доли к Обществу внесены в ЕГРЮЛ 09.01.2018 (первый рабочий день в 2018 году).

О своем выходе из Общества истец известил второго участника. Так, например, вторым участником представлено в материалы дела письмо истца, направленное ему 18.01.2018, о необходимости второму участник как единственному участник назначить нового генерального директора Общества.

Каких-либо злоупотреблений в части обязанности известить второго участника о своем выходе из Общества истцом не допущено; факт выхода из Общества им не скрывался.

Закон об обществах с ограниченной ответственностью не содержит особых правил определения дня поступления в Общество извещения о выходе из Общества в случаях, когда в одном лице совпадают лицо, вышедшее из Общества, и генеральный директор Общества.

С учетом изложенного, в рассматриваемом случае действительная стоимость доли должна определяться по состоянию на 31.12.2016.

Государственная пошлина подлежит взысканию с истца в доход федерального бюджета в связи с отсутствием в материалах дела доказательств ее уплаты.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Арбитражный суд решил:

в иске отказать.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета 66 750 руб. госпошлины за рассмотрение иска.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.

Судья С.С.Салтыкова