Решение от 21 февраля 2018 г. по делу № А40-88776/2015

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А40-88776/15-159-692
22 февраля 2018г.
г. Москва


Резолютивная часть решения объявлена 19 февраля 2018г.

Полный текст решения изготовлен 22 февраля 2018г.

Арбитражный суд г. Москвы в составе:

Судья Константиновская Н.А., единолично,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в судебном заседании дело по иску ООО "БОРНЕФТЕГАЗ"

к ООО "КМ-ОЙЛ"

Третьи лица – ФИО6 Р.Р.О., ФИО2, ЗАО «Ядран-Ойл», МИФНС России № 46 по г. Москве, ФИО3, ФИО4, ООО «Промгеотэк», ООО «Сага Нефть»

о признании решения № 5 от 19.03.2015 г., договор № ЮЛ-47, решение № 6 от 26.03.2015

при участии:

от истца: неявка

от ответчика: ФИО3 по доверенности от 22.06.2015г.

от третьего лица-1: неявка

от третьего лица-2: неявка

от третьего лица-3: неявка

от третьего лица-4: неявка

от третьего лица-5: ФИО3, лично, паспорт

от третьего лица-6: ФИО5 по доверенности от 06.10.2016г.

от третьего лица-7: -ФИО3 по доверенности от 24.02.2014г.

от ООО «Управляющая компания» - ФИО3 по доверенности от 23.11.2015г.

УСТАНОВИЛ:

ООО "БОРНЕФТЕГАЗ" обратилось в арбитражный суд с иском (с учетом ходатайства об уточнении исковых требований, которое судом удовлетворено в порядке ст.49 АПК РФ) к ООО "КМ-ОЙЛ" о признании недействительным Решения №5 единственного участника ООО «КМ-Ойл» от 19.03.2015 г. Договор №ЮЛ-47 на осуществление функций единоличного исполнительного органа ООО «КМ-Ойл»; признании Решения №6 единственного участника ООО «КМ-Ойл» от 26.03.2015 недействительным. Принадлежащую ФИО6 долю в размере 1% в уставном капитале ООО «КМ-Ойл» перевести на Общество - ООО «КМ-Ойл» (п. 18 ст. 21 ФЗ « обществах с ограниченной ответственностью); признании Протокола №7 внеочередного общего собрания ООО «КМ-Ойл» от 02.04.201 недействительным, увеличение уставного капитала несостоявшимся. А так же просит восстановить права Истца на корпоративный контроль над Обществом "KM-OЙЛ" посредством присуждения ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» 99% долей в уставном капитале ООО «КМ-Ойл», а именно: восстановить ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» в составе участников ООО «КМ-Ойл» с долей в уставном капитале в размере 99%, с одновременным лишен? ФИО6 права на долю в уставном капитале ООО «КМ-Ойл» в размере 49% ФИО2 права на долю в уставном капитале ООО «КМ-Ойл» в размере 0.5%.

Исковые требования мотивированы тем, что решения приняты с грубым нарушением закона, и влечет за собой существенное нарушение прав истца.

Ответчик, просит в удовлетворении требований отказать, по основаниям, изложенным в отзыве.

Третьи лица 5-7 так же просят в удовлетворении требований отказать по основаниям, изложенным в письменных пояснениях.

Третьи лица 1-4 в судебное заседание не явились, надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства извещено. Суд рассматривает дело в соответствии со ст.156 АПК РФ в отсутствие не явившихся третьих лиц.

16.02.2018г. посредством электронной почты от ООО «Промгеотэк» поступило ходатайство о прекращении производства по делу.

В обоснование заявленного ходатайства сторона указывает на то, что имеется вступившее в законную силу определение АС Оренбургской области от 03.11.2017 г. по делу №А47-12261/2009 между теми же лицами и о том же предмете по тем же основаниям.

Рассмотрев заявленное ходатайство суд не находит оснований для его удовлетворения.

Согласно абз.2 п.1 ст. 150 АПК РФ, Арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что имеется вступивший в законную силу принятый по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям судебный акт арбитражного суда, суда общей юрисдикции или компетентного суда иностранного государства, за исключением случаев, если арбитражный суд отказал в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда.

Изучив предмет и основания заявленного иска в рамках дела №А47-12261/2009 а так же предмет и основания иска в настоящем деле, суд пришел к выводу о том, что они различны, кроме того, различен и состав лиц, участвующих в указанных выше делах.

При таких обстоятельствах у суда отсутствуют основания для прекращения производства по делу.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 31.08.2015 г. по делу №А40-88776/15 (далее - Решение) Обществу с ограниченной ответственностью «БОРНЕФТЕГАЗ» (далее - Истец) отказано в иске к Ответчикам о признании недействительными решения №5 от 19.03.2015 г., договора №ЮЛ-47, решения №6 от 26.03.2015 г., протокола №7 от 02.04.2015 г., восстановлении права Истца на корпоративный контроль над обществом «КМ-Ойл» посредством присуждения ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» 99% долей в уставном капитале ООО«КМ-Ойл», а именно: восстановлении ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» в составе участников ОС «КМ-Ойл» с долей в уставном капитале в размере 99%.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.02.2016г. Решен Арбитражного суда города Москвы от 31.08.2015 по делу №А40-88776/15 отменено. Суд постановил:

-признать недействительным решение №5 единственного участника ООО «КМ- Ойл» 19.03.2015г.;

-признать недействительным решение №6 единственного участника ООО «КМ- Ойл» 26.03.2015 и перевести принадлежащую ФИО6 долю в размере 1% уставно капитала ООО «КМ-Ойл» на общество - ООО «КМ-Ойл»;

-признать недействительными решения внеочередного общего собрания участников ОС «КМ-Ойл», оформленные протоколом №7 от 02.04.2015г.; восстановить права ОС «БОРНЕФТЕГАЗ» на корпоративный контроль в ООО «КМ- Ойл», признав за ОО «БОРНЕФТЕГАЗ» право на 99% долю в уставном капитале ООО «КМ-Ойл», одновременным лишением ФИО6 права на долю в уставном капитале ООО «КМ-Ойл» в размере 49% и ФИО2 права на долю в уставном капитале ООО «КМ-Ойл» размере 0,5%.

В удовлетворении остальной части иска отказано. Взыскано с ООО «КМ-Ойл» в пользу ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» в возмещение расходов по оплате госпошлины 23000 руб.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 22.06.2016г. Решение Арбитражного суда города Москвы от 31.08.2015 года и Постановление Девятого арбитражного суда от 05.02.2016года по делу №АА40-88776/15-159-692 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При этом суд кассационной инстанции указал суду первой инстанции на необходимость:

-привлечения к участию в деле лиц - бывшего генерального директора ОО «БОРНЕФТЕГАЗ» ФИО3 и второго участника ОО «БОРНЕФТЕГАЗ» ФИО4;

-проверки у кого именно Истец приобрел долю в размере 99 % в уставном капитале ОО «КМ-Ойл», в целях определения надлежащего круга подлежащих привлечению к участию в деле лиц.

ФИО3, ФИО4 были привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора определением от 14.09.2016г.

Рассмотрев материалы дела, выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив представленные сторонами доказательства в совокупности, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, доля ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» в уставном капитале ООО «КМ-Ойл» была приобретена в результате увеличения уставного капитала ООО «КМ-Ойл».

Уставной капитал ООО «КМ-Ойл» до 15.01.2014 года составлял 10 000,00 рублей. Участниками являлись ООО «САГА НЕФТЬ» (49%) и ООО «ПРОМГЕОТЭК» (51%).

15.01.2014г. Общим собранием участников ООО «КМ-Ойл» были приняты следующие решения (Протокол №1/14):

-увеличить уставный капитал Общества до 1 000 000,00 рублей за счет вкладов третьего лица - ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» на сумму 990 000,00 рублей;

-утвердить распределение долей и состав участников Общества после увеличения уставного капитала Общества следующим образом:

-ООО «САГА НЕФТЬ» - доля в размере 0,49% уставного капитала Общества, номинальной стоимостью 4 900,00 рублей;

-ООО «ПРОМГЕОТЭК» - доля в размере 0,51% уставного капитала Общества, номинальной стоимостью 5 100,00 рублей;

-ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» - доля в размере 99% уставного капитала Общества, номинальной стоимостью 990 000,00 рублей;

-в связи с увеличением уставного капитала Общества утвердить Устав в новой редакции.

ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» перечислило на расчетный счет ООО «КМ-Ойл» денежные средства в сумме 990 000,00 рублей, со следующим назначением платежа: «внесение дополнительного вклада третьим лицом в счет увеличения уставного капитала» (Платежное поручение №1 от 16.01.2014г.).

28 марта 2014 года Общее собрание участников ООО «КМ-Ойл» констатировало выход указанных выше участников и переход их долей (1%) Обществу (Протокол общего собрания ООО «КМ-Ойл» №3/14 от 28.03.2014 г.).

ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» является участником ООО «КМ-Ойл», до 01.04.2015 г. владело 99% долей уставного капитала ООО «КМ-Ойл». Участниками ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» являются ЗАО «Ядран-Ойл» (60,75%) и ФИО4 (39,25%), между которыми в марте 2015г. возник корпоративный конфликт.

Директором ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» ФИО3 единолично (без получения согласия участников ООО «БОРНЕФТЕГАЗ») приняты следующие решения:

-Решение №5 от 19.03.2015г. о передаче функций единоличного исполнительного органа управляющей компании и заключении Договора с ООО «Управляющая компания»;

-Решение №6 от 26.03.2015г. о предложении ФИО2 купить долю, принадлежащую Обществу, в размере 1% от уставного капитала Общества номинальной стоимостью 10 000 (Десять тысяч) рублей по цене равной 50 000 рублей. После чего был заключен Договор купли-продажи доли ООО «КМ-Ойл» от 01.04.2015г.;

- Протокол №7 от 02.04.2015 г. об увеличении уставного капитала ООО "КМ-Ойл" до 2 000 000 руб. за счет вклада третьего лица - ФИО6

В судебном заседании 23.11.2015г. в суде апелляционной инстанции представитель ООО «КМ-Ойл» ФИО3 пояснил, что ФИО2, ФИО6 и ФИО4 лично знакомы. Заключение Договора купли-продажи с ФИО2, увеличение уставного капитала ФИО6 произведены по предложению ФИО4

Таким образом, после принятия оспариваемых решений ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» утратило корпоративный контроль над ООО "КМ-Ойл", который через третьих лиц получил ФИО4 (второй участник ООО «БОРНЕФТЕГАЗ»), состав участников распределился следующим образом:

-ФИО6 с долей участия 50 % номинальной стоимостью 1 000 000 руб.;

-ФИО2 с долей участия 0,5% номинальной стоимостью 10 000 руб.;

-ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» - 49,5% номинальной стоимостью 990 000 руб.

Истец считает, что Решение №5 от 19.03.2015г. о передаче функций единоличного исполнительно, органа управляющей компании и Договор №ЮЛ-47, заключенный между ОО «КМ-Ойл», недействительны по следующим основаниям:

До 16.04.2015г. ФИО3 одновременно являлся директором ООО "БОРНЕФТЕГАЗ" (Истец) и генеральным директором ООО «КМ-Ойл» (Ответчик 1). В тоже время находился в трудовой зависимости у ФИО4, являясь работником АНО «ЮНИЦ» в котором ФИО4 осуществляет функции председателя наблюдательного совета.

ЗАО «Ядран-Ойл» (участник ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» с долей 60,75%) в связи недобросовестным исполнением обязанностей ФИО3 своих полномочий приняло решение об его увольнении. 04.03.2015г. ФИО3 было получено требование о созыве внеочередного общего собрания участников для принятия решения о прекращении полномочий ФИО3

19.03.2015г. единственным участником ООО «КМ-Ойл» Обществом с ограничение ответственностью «БОРНЕФТЕГАЗ» в лице директора ФИО3 принято решение:

-назначить с 20.03.2015 г. в качестве единоличного исполнительного органа ООО «KIV Ойл» - ООО «УПРАВЛЯЮЩАЯ КОМПАНИЯ»;

-утвердить и подписать Договора №ЮЛ-47 на осуществление функций единоличного исполнительного органа;

-утвердить Устав ООО «КМ-Ойл» в новой редакции.

Договор №ЮЛ-47 заключен между ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» и ООО «УПРАВЛЯЮЩАЯ КОМПАНИЯ». ФИО4 является участником и ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» (39,25%), ООО «УПРАВЛЯЮЩАЯ КОМПАНИЯ» (100%). Следовательно, Договор №ЮЛ-4 является сделкой, в отношении которой имеется заинтересованность ФИО4 и по отношению к ООО «БОРНЕФТЕГАЗ», ООО «КМ-Ойл», ООО «УПРАВЛЯЮЩА КОМПАНИЯ».

О заключении данного договора Истцу стало известно только 24.04.2015г., после передачи копии листа записи ЕГРЮЛ от 22.04.2015г. прежним руководителем ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» ФИО3 вновь назначенному директору - ФИО7

Следовательно, директор ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» не уполномочен самостоятельно принимать решения по управлению дочерним обществом - ООО «КМ-Ойл».

Устав ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» не является типовым, он разрабатывался специально для защиты интересов его участников.

ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» не одобряло указанную выше сделку, следовательно, она является недействительной.

Таким образом, именно к компетенции общего собрания ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» в лице его участников относятся вопросы о принятии любых решений единственного участника ООО «КМ-Ойл», в том числе о заключении договора с управляющей компанией. Директор ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» ФИО3 не был уполномочен принимать решения, касающиеся участия ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» в ООО «КМ-Ойл».

Решение №6 от 26.03.2015г. о предложении ФИО2 купить 1% доли, принадлежащей ООО «КМ-Ойл», по цене 50 000 рулей, Истец считает недействительным по следующим основаниям:

Доля в размере 0,51 % перешла к обществу ООО «КМ-Ойл» 14.03.2014г., что подтверждается заявлением ООО «ПРОМГЕОТЭК»; в размере 0,49% - 27.03.2014 г., что подтверждается заявлением ООО «САГА НЕФТЬ» (п.3.1 Договора купли-продажи доли от 01.04.2015 г., заключенного между ООО «КМ-Ойл» и ФИО2)

В силу прямого указания закона, доля общества в размере 0,51% в срок до 14.03.2015 г доля в размере 0,49% в срок до 27.03.2015 г. должны были быть распределены между участниками общества либо проданы в тот же срок. Между тем, договор купли-продажи ФИО2 был заключен только 01.04.2015г., т.е. по истечении установленного законом срока.

Таким образом, Общество не вправе было заключать Договор купли-продажи доли после 14.03.2015 г. (0,51%) и 27.03.2015г. (0,49%), т.к. у него ранее возникла обязанность погасить данные доли и уменьшить уставный капитал общества.

Нарушение требований действующего законодательства, является самостоятельным основанием для удовлетворения требований о признании Решения №6 от 26.03.2015 недействительным.

Кроме того, у участников Общества имелось преимущественное право на приобретение доли, принадлежащая Обществу (п.2 ст. 24 ФЗ «Об ООО»). Между тем, она не была предложена участнику - ООО «БОРНЕФТЕГАЗ».

Решением №6 от 26.03.2015 г. единственный участник ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» в лице директора ФИО3 предложил ФИО2 купить долю, принадлежащую Обществу в размере 1% от уставного капитала Общества номинальной стоимостью 10 000 (Десять тысяч) рублей по цене равной 50 000 рублей.

01.04.2015 года между ООО «КМ-Ойл» в лице Генерального директора ООО «Управляющая компания» ФИО8 и ФИО2 был заключен Договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «КМ-Ойл», составляющей 1%, за 50 000 рублей. В тот же день ООО «КМ-Ойл» было получено заявление ФИО6 о принятии его в состав участников и внесении дополнительного вклада в сумме 990 000 рублей.

Необходимо иметь ввиду, что бухгалтерский баланс ООО «КМ-Ойл» за 2014 год является недостоверным, так как в нем отсутствуют сведения о нематериальном активе - лицензии (копия имеется в материалах дела) - в строке баланса 1110 стоит прочерк.

Между тем, в соответствии с протоколом общего собрания участников общества ООО «КМ-Ойл» от 10.12.2008 г. №3 ООО «Промгеотэк» внесло вклад в имущество общества ООО «КМ-Ойл» в виде нематериального актива - лицензии на право пользования недрами Кудряшовского лицензионного участка серии ОРБ №14399 HP балансовой стоимостью 250 115 300 рублей. Данный факт подтверждается Постановлением ФАС УО от 03 мая 2011 г. №Ф09-2226/11-С4 по делу №А47-12261/2009. является преюдициальным.

Учитывая изложенное, в балансе ООО «КМ-Ойл» стоимость нематериального актива - лицензии - должна быть указана в сумме 250 115 300 рублей.

Стоимость 100% долей ООО «КМ-Ойл» с учетом нематериального актива составляет 251 275 300 рублей. Следовательно, 1% долей стоимостью 2 512 753 рублей, ФИО2 она была продана за 50 000 рублей, то есть по заниженной цене.

Кроме того, о наличии явного ущерба свидетельствует также тот факт, что уже на следующий день (02.04.2015г.) ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» в лице директора ФИО3 и ФИО2 приняли решение об увеличении уставного капитала ООО «КМ-Ойл». Номинальная стоимость уставного капитала ООО «КМ-Ойл» 02.04.2015г. была увеличена в 2 раза. Даже если принять довод ООО «КМ-Ойл» о том, что компания нуждалась в пополнении оборотных денежных средств, то при продаже 1% долей после увеличения уставного капитала его цена пропорционально выросла бы и составила 100 000 рублей.

Таким образом, ФИО2, заключая договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «КМ-Ойл» по цене, многократно ниже ее рыночной стоимости, знал о явном ущербе для ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» и ООО «КМ-Ойл», так как приобретал долю в компании, имеющей лицензию на разработку нефтяных месторождений. Данная сделка является убыточной для ООО «КМ-Ойл».

По мнению Истца Протокол №7 от 02.04.2015г. недействителен по следующим основаниям:

Согласно Протокола №7 внеочередного собрания участников ООО «КМ-Ойл» от 02.04.20 г. участники Общества - ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» в лице директора ФИО3 и Роз М.И. - приняли решение об увеличении уставного капитала ООО "КМ-Ойл" до 2 000 000руб. за счет вкладов третьего лица - ФИО6

Протокол №7 об увеличении уставного капитала ООО «КМ-Ойл» и внесении изменений Устав ООО «КМ-Ойл» от имени ООО "БОРНЕФТЕГАЗ", в нарушение действующего законодательства, подписано неуполномоченным лицом - директором ФИО3

Необходимость в увеличении уставного капитала ООО «КМ-Ойл» отсутствовала Общество имело задолженность по договорам займа только перед АНО «ЮНИЦ», которое также контролируеся ФИО4

25.03.2015 г. директор ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» ФИО3 в адрес участников направил письмо с указанием на наличие кредиторской задолженности у ООО «КМ-Ойл» в сумме 545 140,00 рублей.

01.04.2015 г. ЗАО «Ядран-Ойл» письмом (исх. №317) запросило первичные документ подтверждающие факты возникновения задолженности у ООО «КМ-Ойл», пояснения необходимости заключения соответствующих договоров, а также бухгалтерский бала Общества на последнюю отчетную дату.

Запрошенные документы в адрес ЗАО «Ядран-Ойл» были представлены толь 09.04.2015г., то есть после того, как было произведено увеличение уставного капитала и 1 доли в УК продан ФИО2

Необходимость в увеличении уставного капитала ООО «КМ-Ойл» за счет вкладов третьих лиц отсутствовала.

Истец считает, что увеличение уставного капитала прикрывает собой сделку отчуждения (купли-продажи) доли в размере 50 % уставного капитала лицу, контролируемому ФИО4 С принятием вклада ФИО6 в уставной капитал ООО "КМ- Ойл" в размере 1 000 000 руб., ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» утрачено право на долю в размере 49,5% в уставном капитале Общества и причинены реальные убытки Истцу.

Так как доля в имуществе Общества, на которую вправе претендовать ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» (например, при выходе из Общества), после увеличения уставы капитала, уменьшилась вдвое, размер убытков составляет примерно 125 млн. руб.

При принятии решений от имени ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» директор ФИО3 действовал недобросовестно, злоупотребил правом, причинив реальные убытки Истцу.

Активами ООО «БОРНЕФТЕГАЗ» являются доли в уставных капиталах ООО «ПРОМГЕОТЭК» и ООО «КМ-Ойл». ООО «ПРОМГЕОТЭК» признано банкротом в отношении него введено конкурсное производство (дело №А47-12261/2009). Так образом, ООО «КМ-Ойл» является единственным ликвидным активом ООО «БОРНЕФТЕГАЗ».

Решением №5 от 19.03.2015г., Решением №6 от 26.03.2015г., Протоколом №7 от 02.04.2015г., принятыми директором ФИО3 от имени ООО «БОРНЕФТЕГАЗ», нарушено право Истца участвовать в управлении делами Общества в порядке, предусмотренном законом «Об ООО»; нарушен баланс интересов участника Общества при принятии решений, отнесенных к компетенции общего собрания. До принятия оспариваемых решений Истец имел право на распределение прибыли ООО "КМ-Ойл" пропорционально своей доле, т.е. в размере 99 процентов уставного капитала ООО "КМ- Ойл", имел полный контроль над деятельностью ООО "КМ-Ойл", владеющего лицензией разведку и добычу углеводородного сырья.

Таким образом, фактически указанные выше вопросы управления дочерним обществом были решены единоличным исполнительным органом единственного участника, что нарушает баланс интересов участников корпоративных отношений, так как подразумевает возможность без их согласия распоряжаться имуществом нанятому работнику - директору, который мог продать всю долю (99%) третьему лицу.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований суд исходит из следующего.

В соответствии со ст.32 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» высшим органом общества является общее собрание участников общества. Общее собрание участников общества может быть очередным или внеочередным. Все участники общества имеют право присутствовать на общем собрании участников общества, принимать участие в обсуждении вопросов повестки дня и голосовать при принятии решений.

В соответствии с пунктами 1, 2 и 5 статьи 36 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» орган или лица, созывающие общее собрание участников общества, обязаны не позднее чем за тридцать дней до его проведения уведомить об этом каждого участника общества заказным письмом по адресу, указанному в списке участников общества, или иным способом, предусмотренным уставом общества.

В уведомлении должны быть указаны время и место проведения общего собрания участников общества, а также предлагаемая повестка дня.

Любой участник общества вправе вносить предложения о включении в повестку дня общего собрания участников общества дополнительных вопросов не позднее чем за пятнадцать дней до его проведения.

В случае нарушения установленного статьей 36 порядка созыва общего собрания участников общества такое собрание признается правомочным, если в нем участвуют все участники общества.

В соответствии с пунктом 7 статьи 37 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» общее собрание участников общества вправе принимать решения только по вопросам повестки дня, сообщенным участникам общества в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 36 названного Федерального закона, за исключением случаев, если в данном общем собрании участвуют все участники общества.

В собраниях 19.03.2015, 26.03.2015, 02.04.2015 принимали участие все участники Общества в связи с чем общее собрание было вправе принимать решения по вопросам, не включённым в повестку дня.

Согласно пункту 1 статьи 43 Федерального закона от 08.02.1998 г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» решение общего собрания участников общества, принятое с нарушением требований данного Федерального закона, иных правовых актов Российской Федерации, устава общества и нарушающее права и законные интересы участника общества, может быть признано судом недействительным по заявлению участника общества, не принимавшего участия в голосовании или голосовавшего против оспариваемого решения.

При рассмотрении иска о признании решения общего собрания участников общества недействительным по существу суд вправе с учетом всех обстоятельств оставить в силе обжалуемое решение, если голосование участника, подавшего заявление, не могло повлиять на результаты голосования, допущенное нарушение не является существенным и решение не повлекло причинение убытков данному участнику общества (пункт 2 статьи 43 Закона).

Порядок проведения общих собраний участников ООО определен в ст.ст. 34 - 37 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» № 14-ФЗ от 08.02.1998 год (далее - ФЗ об ООО).

В обоснование заявленных требований истец указала не на нарушение порядка созыва, а обжалует решения собраний .

Согласно ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания(ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

В соответствии со ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с п. 5 статьи 45 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» сделка, в совершении которой имеется заинтересованность и которая совершена с нарушением предусмотренных настоящей статьей требований к ней, может быть признана недействительной по иску общества или его участника.

В соответствии со статьей 45 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" сделки (в том числе заем, кредит, залог, поручительство), в совершении которых имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа общества, члена коллегиального исполнительного органа общества или заинтересованность участника общества, имеющего совместно с его аффилированными лицами двадцать и более процентов голосов от общего числа голосов участников общества, а также лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания, совершаются обществом в соответствии с положениями настоящей статьи.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) их аффилированные лица: являются стороной сделки или выступают в интересах третьих лиц в их отношениях с обществом; владеют (каждый в отдельности или в совокупности) двадцатью и более процентами акций (долей, паев) юридического лица, являющегося стороной сделки или выступающего в интересах третьих лиц в их отношениях с обществом; занимают должности в органах управления юридического лица, и являющегося стороной сделки или выступающего в интересах третьих лиц в их отношениях с обществом, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица; в иных случаях, определенных уставом общества.

В соответствии с ч. 3 постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 N 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения сделок с заинтересованностью, обязано доказать:

- наличие признаков, по которым сделка признается сделкой с заинтересованностью, а равно нарушение порядка ее одобрения (ч. 1 ст. 45 ФЗ «Об ООО»);

- нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников, т.е. факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них (ч. 5 ст. 45 ФЗ «Об ООО»).

В данном случае требования о признании решения ООО «Борнефтегаз» № 5 от 19.03.2015 г. и договора № ЮЛ-47 от 20.03.2015 г. недействительными Истец обосновывает отсутствием у директора ООО «Борнефтегаз» соответствующих полномочий на принятие решений и участие в общих собраниях дочернего общества - ООО «КМ-Ойл». По мнению Истца, затронутые в оспариваемом решении вопросы относились к компетенции общего собрания участников ООО «Борнефтегаз», а не ООО «КМ-Ойл».

В свою очередь, принятие оспариваемого решения именно на общем собрании участников ООО «КМ-Ойл», а не ООО «Борнефтегаз» и последующее заключение договора на осуществление функций исполнительного органа с ООО «Управляющая компания» свидетельствуют, по мнению Истца, о нарушении его прав.

Данные доводы отклоняются судом как несостоятельные.

В силу ч. 3 ст. 181.4. ГК РФ, ч. 1 ст. 43 ФЗ «Об ООО» решение общего собрания участников общества, принятое с нарушением требований ФЗ «Об ООО», иных правовых актов РФ, устава общества и нарушающее права и законные интересы участника общества, может быть признано судом недействительным по заявлению участника общества, не принимавшего участия в голосовании или голосовавшего против оспариваемого решения.

Однако Истец принимал участие в голосовании, по результатам которого было принято оспариваемое им решение, и голосовал за его принятие. При этом доводы Истца о том, что со стороны ООО «Борнефтегаз» указанная сделка не одобрялась, опровергаются содержанием оспариваемого решения, из которого следует, что оно было принято единственным участником ООО «КМ-Ойл» - ООО «Борнефтегаз» в лице директора ФИО3, который, вопреки утверждениям Истца, при подписании указанного решения действовал от лица ООО «Борнефтегаз».

По мнению Истца, заинтересованность ФИО4, как одного из участников ООО «Борнефтегаз» в принятии данным обществом оспариваемого решения заключалась в том, что ФИО4 одновременно с этим является также единственным участником ООО «Управляющая компания», на которое указанным решением были возложены функции единоличного исполнительного органа ООО «КМ-Ойл».

Вместе с тем, ООО «Борнефтегаз» не являлось одной из сторон сделки, другой стороной в которой выступал бы сам ФИО4 и (или) аффилированное с ним лицо либо принадлежащее кому-либо из них на 20% юридическое лицо, что является обязательным условием для квалификации совершенной сделки, как сделки с заинтересованностью.

В данном случае для заключения между ООО «КМ-Ойл» и ООО «Управляющая компания» договора № ЮЛ-47 на осуществление функций единоличного исполнительного органа требовалось одобрение общего собрания участников ООО «КМ-Ойл», а не общего собрания участников ООО «Борнефтегаз» и это одобрение было получено с принятием Истцом оспариваемого им решения № 5 от «19» марта 2015 г.

В свою очередь, основания для получения одобрения от участников участника общества, заключающего сделку, законом не предусмотрены.

Кроме того, не усматривается чьей-либо заинтересованности в принятии ООО «Борнефтегаз» решения о приведении устава дочернего общества в соответствие с вступившим в силу Федеральным законом № 99 от 05.05.2014 г.

Согласно п.п. 2 и 4 ч. 2 ст. 33 ФЗ «Об ООО», п.п. 2 и 3 ч. 11.2 Устава ООО «КМ-Ойл» в редакции от «28» января 2014 г. к компетенции общего собрания участников Общества относятся: изменение устава Общества, в том числе изменение размера уставного капитала Общества; образование исполнительных органов Общества и досрочное прекращение их полномочий, а также принятие решения о передаче полномочий единоличного исполнительного органа Общества коммерческой организации или индивидуальному предпринимателю (управляющему), утверждение такого управляющего и условий договора с ним.

Таким образом, оспариваемое решение в части передачи функций единоличного исполнительного органа общества с ограниченной ответственностью «КМ-Ойл» управляющему (ООО «Управляющая компания»), а также в части утверждения новой редакции Устава ООО «КМ- Ойл» в целях приведения его в соответствие с федеральным законом № 99- ФЗ от 05.05.2014 г. «О внесении изменений в главу 4 части первой ГК РФ» было принято ООО «Борнефтегаз» в пределах своей компетенции, установленной федеральным законом, а также уставом общества.

Приведение устава ООО «КМ-Ойл» в соответствие с федеральным законом № 99 от 05.05.2014 г. «О внесении изменений в главу 4 части первой ГК РФ», а также передача функций единоличного исполнительного органа ООО «КМ-Ойл» управляющему не повлекло и не может повлечь за собой причинение убытков ООО «Борнефтегаз» или кому-либо из его участников.

Аналогичным образом Истец не указал, в чем заключалось нарушение прав ООО «Борнефтегаз» принятием решения о передаче функций единоличного исполнительного органа ООО «КМ-Ойл» управляющей компании и заключением соответствующего договора, а также каким образом признание решения и договора недействительными в данной части поможет восстановить предположительно нарушенные права ООО «Борнефтегаз» с учетом того, что Истец не является стороной оспариваемого им договора.

Также не соответствует обстоятельствам дела довод Истца об отсутствии у директора ООО «Борнефтегаз» права принимать решения по управлению дочерним обществом - ООО «КМ-Ойл».

Согласно п.п. 2 и 4 ч. 2 ст. 33 ФЗ «Об ООО», п.п. 2 и 3 ч. 11.2 Устава ООО «КМ-Ойл» в редакции от «28» января 2014 г. к компетенции общего собрания участников Общества относятся:

-изменение устава, Общества, в том числе изменение размера уставного капитала Общества;

-образование исполнительных органов Общества и досрочное прекращение их полномочий, а также принятие решения о передаче полномочий единоличного исполнительного органа Общества коммерческой организации или индивидуальному предпринимателю (управляющему), утверждение такого управляющего и условий договора с ним.

Таким образом, оспариваемое решение в части передачи функций единоличного исполнительного органа общества с ограниченной ответственностью «КМ-Ойл» управляющему (ООО «Управляющая компания»), а также в части утверждения новой редакции Устава ООО «КМ- Ойл» в целях приведения его в соответствие с федеральным законом № 99- ФЗ от 05.05.2014 г. «О внесении изменений в главу 4 части первой ГК РФ» было принято директором ООО «Борнефтегаз» в пределах своей компетенции, установленной федеральным законом, а также уставом общества.

В свою очередь, довод Истца об отсутствии у ФИО3 в качестве директора ООО «Борнефтегаз» права на принятие оспариваемого решения со ссылкой на пункт 12.2. Устава ООО «Борнефтегаз», наделяющий общее собрание участников указанного общества полномочиями на принятие решений о его участии в других юридических лицах, основан на неверном толковании данного положения Устава.

Так, согласно подпункту 13 пункта 12.2. Устава ООО «Борнефтегаз» к компетенции общего собрания участников Общества относится принятие решений о создании Обществом других юридических лиц или об участии Общества в других юридических лицах.

Таким образом, вопреки утверждениям Истца формулировка этого положения Устава не исключала права ФИО3 в качестве директора ООО «Борнефтегаз» принимать участие в общих собраниях участников ООО «КМ-Ойл» и голосовать за принятие оспариваемых решений, поскольку эти решения по своей правовой природе не являлись решениями об участии в юридическом лице, под которым в контексте приведенного положения Устава ООО «Борнефтегаз» понимаются решения, влекущие приобретение или отчуждение долей участия в других юридических лицах.

При этом вне зависимости от содержания устава ООО «Борнефтегаз» вопросы, связанные с внесением изменений в устав ООО «КМ-Ойл», с передачей полномочий единоличного исполнительного органа ООО «КМ- Ойл» управляющему, а также с изменением размера уставного капитала ООО «КМ-Ойл» в силу ст. 33 закона «Об ООО», а также в силу положений ч. 11.2. устава ООО «КМ-Ойл» относятся к компетенции общего собрания участников ООО «КМ-Ойл», а не общего собрания участников ООО «Борнефтегаз».

Кроме того, доводы Истца об отсутствии у бывшего директора ООО «Борнефтегаз» ФИО3 прав на принятие оспариваемых решений опровергаются доводом Истца о злоупотреблении со стороны ФИО3 этими правами.

По смыслу ч. 1 ст. 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права способом, который с учетом смысла и общих начал гражданского законодательства не соответствует социальному назначению этого права и влечет за собой причинение вреда другим лицам.

Таким образом, первым и необходимым условием злоупотребления правом является наличие у лица такого права, которым оно впоследствии сможет злоупотребить.

4. В силу ч. 5 ст. 45 ФЗ «Об ООО», ч. 3 постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 N 28 суд отказывает в удовлетворении требований о признании сделки, в совершении которой имеется заинтересованность и которая совершена с нарушением предусмотренных настоящей статьей требований к ней, недействительной в случае, если не доказано, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или участнику общества, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них.

В нарушение указанных норм, а также ст. 65 АПК РФ Истцом не представлено доказательств того, что принятием оспариваемого решения самому Истцу или ООО «КМ-Ойл» могли быть причинены убытки или иные неблагоприятные последствия.

Обосновывая недействительность принятого ООО «Борнефтегаз» решения № 6 от «26» марта 2015 г. Истец ссылается на то, что указанное решение было принято в нарушение ФЗ «Об ООО». Данные доводы так же не принимаются судом во внимание.

В порядке реализации предусмотренного ч. 2 ст. 24 ФЗ «Об ООО» права, общим собранием участников ООО «КМ-Ойл» в лице единственного участника - ООО «Борнефтегаз» было принято решение предложить принадлежащую ООО «КМ-Ойл» в размере 1% от его уставного капитала к продаже третьему лицу - ФИО2

В данной связи не соответствуют обстоятельствам дела утверждения Истца о том, что им не принималось решение № 6 о предложении доли, принадлежащей ООО «КМ-Ойл», к продаже третьему лицу - ФИО2

Так, из текста указанного решения следует, что оно было принято единственным участником ООО «КМ-Ойл» - ООО «Борнефтегаз» в лице директора ФИО3 При этом вопреки утверждениям Истца, подписывая указанное решение, ФИО3 действовал от лица и в интересах ООО «Борнефтегаз».

Не соответствуют материалам дела доводы Истца об отсутствии у ООО «КМ-Ойл» права на заключение договора купли-продажи доли в размере 1% в своем уставном капитале в связи с истечением одного года со дня перехода указанной доли к самому обществу.

В соответствии с п. 2 ч. 7 ст. 23 ФЗ «Об ООО» доля или часть доли переходит к обществу с даты получения обществом заявления участника общества о выходе из общества.

Таким образом, вопреки утверждениям Истца доли в размере 0,51% и 0,49% в уставном капитале ООО «КМ-Ойл» перешли к самому обществу 28.03.2014 г., что подтверждено заявлениями ООО «Промгеотэк» и ООО «Сага Нефть» от 27.03.2014 о выходе из ООО «КМ-Ойл».

При этом, поскольку оба указанных заявления были получены ООО «КМ- Ойл» 28.03.2014 г., предусмотренный ч. 2 ст. 24 ФЗ «Об ООО» срок начал течь с 29.03.2014 г. (ст. 191 ГК РФ).

Согласно ч. 2 ст. 24 ФЗ «Об ООО» в течение одного года со дня перехода доли или части доли в уставном капитале общества к обществу они должны быть по решению общего собрания участников общества распределены между всеми участниками общества пропорционально их долям в уставном капитале общества или предложены для приобретения всем либо некоторым участникам общества и (или), если это не запрещено уставом общества, третьим лицам.

«27» марта 2015 г., т.е. до истечения одного года со дня перехода доли Обществу, указанная доля была предложена для приобретения ФИО2, что подтверждается копией соответствующего предложения, полученного ФИО2 в этот же день.

При этом доводы Истца о невозможности заключения договора купли- продажи доли, принадлежащей самому обществу, по истечение одного года со дня перехода такой доли обществу основаны на неверном толковании положений ч. 2 ст. 24 ФЗ «Об ООО», которая не содержит пресекательного срока для продажи такой доли третьему лицу при условии своевременного направления ему соответствующего предложения о ее приобретении в течение одного года со дня перехода такой доли обществу.

Довод Истца о наличии у ООО «Борнефтегаз» преимущественного права в отношении доли, принадлежащей ООО «КМ-Ойл», также основан на неверном толковании положений ч. 2 ст. 24 ФЗ «Об ООО».

По мнению Истца, указанная норма предполагает предложение долей, принадлежащих обществу, в приоритетном порядке участникам такого общества и только в случае их отказа третьим лицам.

Вместе с тем, предложенная Истцом трактовка приведенной нормы является ошибочной, поскольку эта норма предполагает альтернативность в выборе способа реализации отчуждения доли в обществе, принадлежащей самому обществу, на что указывает, в том числе, содержащийся в ней союз «или» («...доля должна быть или распределена между участниками или предложена для приобретения... третьим лицам»).

При этом вопрос о выборе такого способа поставлен в зависимость исключительно от усмотрения общего собрания участников общества, доля в котором подлежит распределению или предложению к продаже.

В порядке реализации предусмотренного ч. 2 ст. 24 ФЗ «Об ООО» права, общим собранием участников ООО «КМ-Ойл» в лице единственного участника - ООО «Борнефтегаз» было принято решение предложить принадлежащую ООО «КМ-Ойл» долю в размере 1 %, от его уставного капитала к продаже третьему лицу - ФИО2

В данной связи также не соответствуют обстоятельствам дела утверждения Истца о том, что им не принималось решение № 6 о предложении доли, принадлежащей ООО «КМ-Ойл», к продаже третьему лицу - ФИО2, поскольку указанное решение было принято единственным участником ООО «КМ-Ойл» - ООО «Борнефтегаз» в лице директора ФИО3

Доводы Истца о недействительности договора купли-продажи 1% в уставном капитале ООО «КМ-Ойл» ФИО2 по основанию, предусмотренному ч.2 ст. 174 ГК РФ в связи с причинением ущерба ООО «Борнефтегаз» и ООО «КМ-Ойл», являются несостоятельными в силу следующего:

Согласно п. 93 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ» обязательным условием для признания сделки недействительной по данному основанию является установленный судом факт причинения ущерба представляемому, а также осведомленность об этом другой стороны сделки.

Вместе с тем, Истцом в материалы дела не представлено доказательств причинения ему и/или ООО «КМ-Ойл» ущерба в результате совершения оспариваемой сделки. В частности, Истец не доказал, что рыночная стоимость доли в размере 1% уставного капитала ООО «КМ-Ойл» превышает стоимость полученного обществом от ФИО2 встречного предоставления в размере 50 000 рублей.

При этом довод Истца о стоимости лицензии в размере, превышающем 250 миллионов рублей, в связи с тем, что именно такая сумма была оплачена в 2008 году в качестве разового платежа за пользование недрами, не может быть принят во внимание, поскольку размер лицензионного платежа за право пользование недрами, произведенный в 2008 г., не отражает реальной стоимости такой лицензии на момент принятия Истцом оспариваемых им решений (2015 г.).

Кроме того, согласно абз. 4 п. 93 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1части первой ГК РФ» сделка не может быть признана недействительной по основанию, предусмотренному ч. 2 ст. 174 ГК РФ, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной.

В данном случае продажа 1% доли в уставном капитале ООО «КМ-Ойл», а также последующее увеличение уставного капитала общества за счет вклада ФИО6 были вызваны необходимостью избежать несостоятельности Общества, о чем Истец заранее был поставлен в известность письмом от 25.03.2015 г.

Кроме того, ООО «Борнефтегаз» не относится к числу лиц, обладающих правом оспаривать сделку с долями в ООО «КМ-Ойл», принадлежащими самому Обществу (а не ООО «Борнефтегаз»), по основаниям, предусмотренным ч. 2 ст. 174 ГК РФ.

Согласно указанной норме истцом по такому иску может быть лицо, заключившее сделку, а в случаях, предусмотренных законом, также иное лицо в его интересах. Вместе с тем, стороной оспариваемой сделки являлось ООО «КМ-Ойл», а не ООО «Борнефтегаз», поскольку предметом договора купли-продажи выступала доля в уставном капитале ООО «КМ-Ойл», принадлежащая самому обществу, а не его участнику.

При этом ссылка Истца на п. 18 ст. 21 ФЗ «Об ООО», якобы наделяющий его правом оспаривать в интересах ООО «КМ-Ойл» совершенную им сделку, не может быть принята во внимание, поскольку указанная норма распространяется исключительно на случаи совершения обществом сделок с нарушением порядка получения согласия участников такого общества или в нарушение запрета на отчуждение долей.

В данном случае согласие единственного участника ООО «КМ-Ойл» - ООО «Борнефтегаз» на совершение оспариваемой сделки было получено посредством принятия Истцом оспариваемого им решения № 6 от 26.03.2015 г. При этом довод Истца о том, что ООО «Борнефтегаз» не принимало данное решение противоречит материалам дела, поскольку из текста самого решения следует, что оно было принято единственным участником ООО «КМ-Ойл» - ООО «Борнефтегаз» в лице директора ФИО3

Также является необоснованным и документально не подтвержденным довод Истца о контроле ФИО2 и ФИО6 со стороны ФИО4 В нарушение ст. 65 АПК РФ Истец не представил в материалы дела соответствующих доказательств.

При этом сам по себе факт знакомства ФИО2, ФИО6 и ФИО4 не относится к числу таких доказательств и не свидетельствует о том, что продажа ФИО2 1% доли в уставном капитале ООО «КМ-Ойл» и последующий вход в данное общество ФИО6 были поставлены под условие в дальнейшем согласовывать ими с ФИО4 свои действия в качестве участников общества.

По сути, утверждения Истца о контроле ФИО2 и ФИО6 со стороны ФИО4 и их сговоре с целью причинения вреда интересам ООО «КМ-Ойл» и ООО «Борнефтегаз» являются домыслами Истца и противоречат ст. 10 ГК РФ, а также разъяснениям ВС РФ в постановлении Пленума № 25 от 23.06.2015 г. (п. 1).

По требованиям о признании недействительным протокола общего собрания участников ООО «КМ-Ойл» № 7 от 02.04.2015 г. судом установлено следующее.

Истец не вправе оспаривать указанный протокол, поскольку принимал участие в общем собрании участников ООО «КМ-Ойл» и голосовал за принятие указанных в нем решений, тем самым лишив себя права их последующего оспаривания (ч. 3 ст. 181.4. ГК РФ, а также ч. 1 ст. 43 ФЗ «Об ООО»).

Довод Истца о том, что со стороны ООО «Борнефтегаз» указанный протокол подписан неуполномоченным лицом, документально не подтвержден и опровергается п. 2 ч. 11.2 Устава ООО «КМ-Ойл» в редакции от «28» января 2014 г., согласно которому изменение размера уставного капитала Общества относится к компетенции общего собрания участников Общества.

Являясь директором ООО «Борнефтегаз», ФИО3 в силу закона (п. 2 ч. 2 ст. 33 ФЗ «Об ООО»), а также устава указанного общества обладал правом представлять его интересы на общих собраниях участников дочернего общества, в том числе по вопросам увеличения его уставного капитала.

Учитывая изложенное, также не соответствуют обстоятельствам дела доводы Истца о том, что с его стороны не одобрялись принятые на общем собрании от 02.04.2015 решения, поскольку из текста оспариваемого Истцом протокола следует, что ООО «Борнефтегаз» в лице ФИО3 голосовало за их принятие. При этом ФИО3, вопреки утверждениям Истца, при голосовании на общем собрании участников ООО «КМ-Ойл» и подписании оспариваемого протокола действовал от лица ООО «Борнефтегаз».

В свою очередь, довод Истца об отсутствии необходимости увеличения уставного капитала ООО «КМ-Ойл» опровергается следующими доказательствами:

Из представленной в материалы дела бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО «КМ-Ойл» следует, что у общества отсутствовал собственный источник дохода, который бы позволял ему покрывать неизбежно возникающие в процессе его деятельности расходы.

Являясь при этом владельцем лицензии на добычу углеводородного сырья, ООО «КМ-Ойл», несмотря на то, что соответствующая деятельность им никогда не велась, обязано вносить регулярные платежи за пользование недрами, размер которых в 2015 г. составил 229 320 рублей, что подтверждается находящейся в материалах дела копией лицензионного соглашения к лицензии серии ОРБ № 14687 HP.

Помимо этого, у ООО «КМ-Ойл» по состоянию на даты принятия оспариваемых решений имелась также просроченная задолженность перед АНО «ЮНИЦ» в размере 355 000 рублей, что также подтверждено представленными в материалы дела договорами займа.

При этом вопреки утверждениям Истца о фиктивном характере этой задолженности ввиду того, что одним из учредителей АНО «ЮНИЦ» являлся ФИО4, займы со стороны АНО «ЮНИЦ» предоставлялись ООО «КМ-Ойл» для выполнения Обществом своих обязательств по утвержденному Гагаринским районным судом мировому соглашению с бывшим работником ФИО9, согласно которому ООО «КМ-Ойл» должно было в течение шести месяцев (с мая по октябрь 2014 г.) выплачивать ему по 72 500 рублей, удерживая при этом НДФЛ в размере 10 833 рублей.

Кроме того, ООО «КМ-Ойл» имеет обязательства по оплате услуг ООО «Управляющая компания» в качестве своего единоличного исполнительного органа в размере 20 000 рублей ежемесячно, что было подтверждено копией представленного в материалы дела договора на осуществление функций единоличного исполнительного органа № ЮЛ-47 от 20.03.2015 г.

Помимо вышеперечисленного ООО «КМ-Ойл» несет также регулярные расходы по аренде офиса и оплате абонентского обслуживания в системе электронного документооборота («Такском-Спринтер»).

Таким образом, в условиях отсутствия собственной приносящей доход деятельности ООО «КМ-Ойл» постоянно нуждается в деньгах на покрытие текущих расходов. При этом возможные варианты привлечения Обществом необходимого финансирования ограничены либо вкладами действующих участников, либо инвестициями со стороны третьих лиц.

Участники ООО «Борнефтегаз» - ЗАО «Ядран-Ойл» и ФИО4 неоднократно, в том числе письменно уведомлялись о наличии у ООО «Борнефтегаз», а также у ООО «КМ-Ойл» просроченной задолженности и формальных признаков неспособности исполнить свои обязательства перед каждым из кредиторов. Факт направления указанных обращений подтвержден представленными в материалы дела копиями писем от «25» марта 2015 г. в адрес ФИО4 и ЗАО «Ядран-Ойл», а также письмом от «08» апреля в адрес ЗАО «Ядран-Ойл» с приложением запрошенных им первичных документов, подтверждающих факты возникновения задолженности.

Несмотря на осведомленность о финансовых проблемах ООО «Борнефтегаз» и ООО «КМ-Ойл», а также предоставленные доказательства наличия кредиторской задолженности по обеим компаниям, ни ФИО4, ни ЗАО «Ядран-Ойл» ничего не было сделано для её погашения, а также для поддержания в силе, принадлежащей ООО «КМ-Ойл» лицензии.

Таким образом, учитывая, что собственные средства, необходимые Обществу для оплаты всех вышеперечисленных расходов, на момент принятия оспариваемых решений у ООО «КМ-Ойл» отсутствовали; учитывая факт самоустранения ФИО4 и ЗАО «Ядран-Ойл» от решения финансовых проблем дочерних компаний; учитывая наличие у ООО «КМ- Ойл» формальных признаков банкротства, а также принимая во внимание, что в отношении второй «дочки» ООО «Борнефтегаз» - компании ООО «Промгеотэк», которая также владеет лицензией на добычу углеводородов, вот уже седьмой год рассматривается дело о банкротстве (А47-12261/2009), ООО «КМ-Ойл» было вынуждено прибегнуть к помощи третьих лиц на условиях их принятия в состав участников Общества.

Довод Истца о причинении ему реальных убытков в связи с увеличением уставного капитала ООО «КМ-Ойл» за счет вклада ФИО6 и последующим уменьшением доли Истца с 99% до 49,5% является несостоятельным, поскольку само по себе уменьшение доли участника в уставном капитале дочернего общества не свидетельствует о причинении такому участнику убытков при условии, что не уменьшилась действительная стоимость приходящейся на него доли.

В свою очередь, Истец не доказал, что в результате увеличения уставного капитала ООО «КМ-Ойл» имело место уменьшение действительной стоимости его доли и не представил допустимых и достоверных доказательств того, что по состоянию на дату увеличения уставного капитала стоимость принадлежащей ООО «КМ-Ойл» лицензии действительно составляла более 250 миллионов рублей.

Доводы Истца о причинении убытков Обществу в результате недобросовестных действий директора ФИО3 не принимаются судом во внимание, поскольку, Истец не лишен возможности обратиться в соответствии с действующим законодательством с иском к единоличному исполнительному органу общества о возмещении возможных убытков. В данном деле таких требований Истцом заявлено не было.

При таких обстоятельствах арбитражный суд, проанализировав обстоятельства дела в совокупности с исследованными доказательствами и положениями ст. 45 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», положений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» приходит к выводу, что оспариваемые в настоящем деле решения собраний участников Общества не нарушают права истца как участника общества, соответствует действующему законодательству и заявленный в настоящем деле иск не подлежит удовлетворению.

Расходы по госпошлине в соответствии со ст.110 АПК РФ относятся на истца.

Руководствуясь ст. ст. 2,4, 65, 68, 71, 110, 123, 124, 148, 167-171, 176, 180, 181 АПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Ходатайство ООО «Промгеотэк» о прекращении производства по делу, оставить без удовлетворения.

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Девятый Арбитражный Апелляционный суд в течении месяца со дня принятия.


Судья Н.А. Константиновская