Решение от 28 августа 2019 г. по делу № А70-14211/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ

Хохрякова д.77, г.Тюмень, 625052,тел (3452) 25-81-13, ф.(3452) 45-02-07, http://tumen.arbitr.ru, E-mail: info@tumen.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело №

А70-14211/2018
г. Тюмень
28 августа 2019 года
Резолютивная часть решения оглашена 21 августа 2019 года.

Решение в полном объеме изготовлено 28 августа 2019 года.

Арбитражный суд Тюменской области в составе судьи Авдеевой Я.В., рассмотрев единолично в открытом судебном заседании дело по иску

ООО «Аристей»

к ООО «НПП Инновации ТЭК»

о взыскании денежных средств,

и по встречному иску

ООО «НПП Инновации ТЭК»

к ООО «Аристей»

о взыскании денежных средств,

при ведении протокола секретарем ФИО1

при участии в заседании:

от ООО «Аристей»: ФИО2, личность установлена по паспорту, по доверенности от 20.12.2018 № 20,

от ООО «НПП Инновации ТЭК»: не явились, извещены,

установил:

ООО «Аристей» обратилось в арбитражный суд с иском к ООО «НПП Инновации ТЭК» о взыскании задолженности по арендной плате по договору аренды нежилых помещений, строений, площадок № 20 от 01.08.2016г. за период с 01.06.2018г. по 05.08.2018г.в сумме 238 333 рубля 30 копеек и неустойки за просрочку исполнения обязательств по оплате в размере 7 241 рубль 66 копеек (л.д.3-4, 47 т.1).

ООО «НПП Инновации ТЭК» обратилось в суд со встречным исковым заявлением к ООО «Аристей» о взыскании с ООО «Аристей» в пользу ООО «НПП Инновации ТЭК» 101 411 рублей 00 копеек ущерба, причиненного ООО «НПП Инновации ТЭК» хищением имущества арендатора.

Определением суда от 06.11.2018 встречное исковое заявление было принято судом к рассмотрению совместно с первоначальным иском.

В судебное заседание представитель ООО «НПП Инновации ТЭК» не явился, извещен о месте и времени слушания дела надлежащим образом, что позволяет суду рассмотреть спор в отсутствие представителя ответчика.

В судебном заседании представитель ООО «Аристей» поддержал заявленные им по первоначальному иску требования в полном объеме, против удовлетворения встречного иска возразил по доводам письменного отзыва.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований.

Исследовав письменные доказательства, имеющиеся в деле, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, суд установил следующее.

Фактические обстоятельства дела свидетельствуют, что 01.08.2016 года между ООО «Аристей» (арендодатель) и ООО «НПП Инновации ТЭК» (арендатор) был подписан договор аренды нежилых помещений, строений, площадок № 20 (л.д.9-11 т.1 далее - договор).

Согласно положениям раздела 1 договора Арендодатель обязуется предоставить по настоящему договору Арендатору в аренду открытую охраняемую площадку общей площадью (1300 ) кВ.м., расположенные по адресу: <...> : открытая охраняемая площадка (1300) кв.м. принадлежит Арендодателю на праве собственности и находится на его балансе.

Арендатор не имеет права сдавать площадку, помещение в субаренду или иным способом передавать их в пользование третьим лицам, а равно выступать стороной в сделке, результатом которой может явиться возникновение имущественных прав третьих лиц в отношении указанного помещения.

Как определено пунктом 2.1 договора срок аренды установлен сторонами в одиннадцать месяцев с «1» августа 2016 г. по «31» июля 2017 г.

В соответствии с пунктами 3.2 и 3.3 договора размер арендной платы устанавливается сторонами в размере 60 000,00 (Шестьдесят тысяч) рублей.

Арендная плата за пользование открытой охраняемой площадкой, указанной в п.3.2. настоящего договора, вносится Арендатором авансовым платежом до 5 числа текущего месяца. За первый месяц арендная плата уплачивается Арендатором в течении 5 (Пяти) рабочих дней с момента подписания договора аренды.

Пунктом 4.2.1 договора установлено, что Арендатор вправе расторгнуть настоящий договор, за месяц письменно уведомив Арендодателя о расторжении настоящего договора.

Как определено разделом пунктом 4.3 договора в обязанности арендодателя входит: Арендодатель обязуется: - в течении трех рабочих дней с момента подписания настоящего договора передать Арендатору открытую охраняемую площадку по акту приема-передачи; - при досрочном расторжении договора не менее чем за один месяц письменно уведомить об этом Арендатора; - по окончании действия настоящего договора или при его досрочном расторжении принять от Арендатора открытую охраняемую площадку в состоянии, соответствующем на момент передачи его в аренду по акту приема-передачи, с учетом нормального износа; - Арендодатель поддерживает нормальное санитарное состояние прилегающей территории.

Пунктом 6.2 договора также установлено, что в случае не внесения арендной платы в сроки, установленные в разделе 3 настоящего договора, Арендатор уплачивает Арендодателю неустойку в размере 0,1 процента от неуплаченной суммы за каждый день просрочки.

Передаточным актом от 01.08.2016 года «Арендодатель» сдал, а «Арендатор» принял открытую площадку по адресу: <...> общей площадью 1300 (Одна тысяча триста) кв.м. (л.д.13 т.1). Также этим актом стороны зафиксировали, что на момент сдачи открытая площадка находится в состоянии пригодном для эксплуатации в соответствии с договором аренды, площадка обеспечена освещением, полностью огорожена, находится под охраной.

Кроме того материалы дела содержат подписанное контрагентами дополнительное соглашение от 01.09.2017 года к договору (л.д.12 т.1), согласно которому стороны договорились принять пункт договора 1.1 в следующей редакции: «Арендодатель обязуется предоставить по настоящему договору Арендатору в аренду открытую охраняемую площадку общей площадью 2 000 кв.м». Принять пункт договора 3.2 в следующей редакции: «Ежемесячный платеж (арендная плата) устанавливается сторонами в размере 110 000.00 (Сто десять тысяч) рублей». Принять пункт договора 2.1 в следующей редакции: «Срок аренды составляет одиннадцать месяцев с 02 июля 2017 г. по 31 мая 2018 г.». Настоящее соглашение распространяется на отношения, возникшие после 01 сентября 202017 года.

Договор аренды не был оспорен, не был признан недействительным. Правоотношения, возникшие на основании Договора аренды, регулируются параграфом 1 главы 34 Гражданского кодекса Российской Федерации. Суд считает, что Договор по форме и содержанию соответствует требованиям гражданского законодательства Российской Федерации.

В соответствии со статьей 606 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование. Плоды, продукция и доходы, полученные арендатором в результате использования арендованного имущества в соответствии с договором, являются его собственностью.

По неоспоренному утверждению ООО «Аристей», 06 июля 2018г. им от ООО «НПП Инновации ТЭК» было получено уведомление о досрочном расторжении договора, где было указано, что договор считается расторгнутым с момента освобождения арендуемой площадки от имущества Арендатора (ориентировочно 27 июля 2018г.).

Между тем, как следует из позиции истца, на момент обращения с первоначальным иском, площадка от имущества не освобождена, от внесения арендной платы Арендатор отказывается.

Письмом № 33 от 06.07.2018 года и претензией № 15 от 30.07.2018 года арендодатель согласился с расторжением договора с 05.08.2018 года в соответствии с положениями пункта 4.2.1 договора и потребовал погашения задолженности по арендной плате и неустойки за просрочку внесения арендных платежей, рассчитанную по состоянию на день расторжения договора – 05.08.2018 года (л.д.19-20 т.1).

Оставление претензии арендодателя без удовлетворения явилось основанием для обращения со встречным иском.

По утверждению истца, арендная плата за период с 01.06.2018г. по 05.08.2018г. в размере 238 333 рублей 30 копеек арендатором не внесена, имущество в спорный период арендодателю не возвращено.

Исследовав представленные сторонами в материалы дела доказательства, заслушав пояснения сторон, изучив заключение судебной экспертизы, суд пришел к выводу, что Арендатор в нарушение статьи 309, пункта 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации и условий договора не исполнил надлежащим образом принятые им на себя обязательства по оплате аренды имущества.

Изучив представленный истцом в материалы дела расчет, в сопоставлении его с условиями договора и обстоятельствами дела, суд установил, что за период с 01.06.2018г. по 05.08.2018г. плата за пользование имуществом должна составить 237 741 рубль 94 копейки, поскольку плата за пользование имуществом арендодателя за 5 дней августа 2018 года составит 17 741 рубль 94 копейки (110 000 / 31 х 5) и арендная плата за два полных месяца пользования составит 220 000 рублей.

Принимая во внимание отсутствие доказательств оплаты арендатором указанной суммы за спорный период пользования, равно как и доказательств возврата имущества из аренды до окончания спорного периода, суд пришел к выводу, что первоначальные исковые требования в части взыскания основного долга подлежат удовлетворению на сумму 237 741 рубль 94 копейки.

Прийти к выводам об обоснованности вышеуказанных требований первоначального иска суду позволило отклонение возражений ответчика по следующим мотивам.

Оспаривая требования первоначального иска, арендатор ссылается на тот факт, что стороны не приступили к исполнению дополнительного соглашения от 01.09.2017 года, акт приема передачи контрагентами не составлен, площадь арендуемой территории осталась прежней и стоимость вознаграждения арендодателя была необоснованно завышена.

При этом, факт неисполнения договора в части предоставления территории, по мнению арендатора, подтверждается актами, которые арендодатель выставлял каждый месяц начиная с 01 сентября 2017 года, где площадь охраняемой территории составляет 1 300 квадратных метров, однако стоимость оказалась завышенной (л.д.л.д.7-15 т.2).

Таким образом, по мнению арендатора, ежемесячно, начиная с 01 сентября 2017 года на стороне арендодателя возникало неосновательное обогащение в размере разницы между 110 000 рублей и 60 000 рублей, то есть на 50 000 рублей, сумма неосновательного обогащения за период с сентября 2017 года по май 2018 года (девять месяцев) составила 50 000 * 9 = 450 000 рублей, с учётом изложенного, арендатор приходит к выводу, что с учетом переплаты задолженности по арендной плате у арендатора не имеется.

Оценивая вышеуказанные доводы арендатора, суд учел следующее. Действительно, материалы дела не содержат подписанного между сторонами акта приема-передачи в аренду площадки, большей чем 1 300 кв.м., арендодателем также не оспаривается факт неподписания между сторонами договора акта приема-передачи во исполнение условий дополнительного соглашения к договору от 01.09.2017 года.

Между тем, в пользу того, что арендатором фактически занималась арендуемая площадь в размере, соответствующем условиям дополнительного соглашения от 01.09.2017 года, по мнению суда, свидетельствуют следующие обстоятельства.

Вопреки утверждению арендатора в актах от 30.09.2017 года и от 31.10.2017 года, которые арендодатель выставил к оплате арендатору, площадь охраняемой территории указана 2 000 квадратных метров и стоимость в соответствии с условиями дополнительного соглашения составила 110 000 рублей (л.д.л.д.7-8 т.2).

Суд отдельно отмечает, что данный акты представлены в материалы дела арендатором, также подписаны со стороны арендатора и не оспорены по признаку фальсификации.

Тот факт, что последующие акты, выставляемые арендодателем арендатору в указании площади арендуемого участка стали содержать прежние размеры 1 300 кв.м., при том, что стоимость платы за пользование им указывалась в соответствии с условиями дополнительного соглашения, ООО «Аристей» объяснено как техническая ошибка работника бухгалтерии.

В пользу указанного объяснения арендодателя, по мнению суда, указывает и тот факт, что арендатором данные акты подписывались без замечаний и длительный период с сентября 2017 года по май 2018 года оплачивались из расчета 110 000 рублей в месяц.

Оценивая изложенные обстоятельства, суд критически относится к возможности наличия ситуации, при которой хозяйствующий субъект, осуществляя предпринимательскую деятельность с целью извлечения прибыли, действуя разумно и осмотрительно, на протяжении 9 месяцев оплачивает повышенную арендную плату (увеличенную почти в два раза) без фактического встречного предоставления.

Кроме того, судом отмечается, что арендатором в материалы дела не представлено каких-либо доказательств того, что в период с сентября 2017 года по май 2018 года арендатор обращался к арендодателю с претензиями, требованиями о перерасчете либо о предоставлении имущества в пользование.

Помимо указанного, по ходатайству ООО «Аристей» судом была назначена судебная экспертиза для определения того, какую площадь могло занимать указанное в описи имущества арендатора, сданного на хранение от 07.06.2018 года (на момент до хищения имущества арендатора), оборудование, исходя из норм по складированию крупногабаритного имущества, с учетом свободного ввоза и вывоза оборудования с арендуемой территории, погрузки и разгрузки оборудования большегрузным транспортом с сентября 2017 года.

Согласно заключению экспертного учреждения Союз «Торгово-промышленная палата Тюменской области», эксперт ФИО3, оборудование, указанное в описи (согласно определению суда о назначении экспертизы с учетом мнения сторон как наиболее соответствующая действительности - для исследования эксперту направлялась копия описи имущества, сданного на хранение от 07.06.2018 года л.д.157 т.1) по дополнительному соглашению от 10.09.2017 к договору аренды от 01.08.2016, исходя из норм по складированию крупногабаритного имущества, с учетом свободного ввоза и вывоза оборудования с арендуемой территории, погрузки и разгрузки оборудования большегрузным транспортом могло занимать участок площадью 2 519, 34 кв.м. (л.д.66 т.3).

Также экспертом в примечаниях указано, что площадь 2 519, 34 кв.м. – это минимальная площадь, которую могло занимать оборудование с учетом площадей, которые необходимы для безопасности труда при складировании материалов, проезда большегрузного транспорта к складируемому оборудованию и проведения погрузочно-разгрузочных работ, выполняемых специализированным транспортом (краном).

ООО «НПП Инновации ТЭК» к судебному заседанию 21.08.2019 года в материалы дела представлены письменные пояснения относительно выводов, сделанных в судебной экспертизе, а также ходатайство о допросе эксперта, явку самого представителя в судебное заседание 21.08.2019 года ООО «НПП Инновации ТЭК» не обеспечило.

Ознакомившись с указанными пояснениями и ходатайством ООО «НПП Инновации ТЭК» о допросе эксперта, суд пришел к выводу о том, что изложенные в нем доводы ответчика по первоначальному иску свидетельствуют о несогласии с выводами эксперта и не содержат доказательств того, что экспертное заключение является недостаточно ясным или не полным, не указывают на наличие сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в его выводах.

В этой связи суд также отмечает, что согласно экспертному заключению при осмотре экспертом земельного участка, представитель ООО «НПП Инновации ТЭК» участие принимал, мог следить за ходом визуального осмотра и давать необходимые пояснения.

Ответы на вопросы, поставленные представителем ООО «НПП Инновации ТЭК» перед экспертом, имеются в экспертном заключении, так, например, на вопрос ходатайства «оборудована ли осмотренная территория для хранения грузов (проезды, места для складирования, тупик и т.д.) имеется ответ в разделе экспертного заключения «В ходе натурного обследования Объекта экспертизы» (л.4); на вопрос, по какой причине невозможно было замерить реальные размеры имеющихся на территории подъездных путей, также имеется ответ в экспертном заключении в разделе экспертного заключения «В ходе натурного обследования Объекта экспертизы» - их не имелось (и т.д.).

С учетом изложенного, судом протокольным определением было отказано ООО «НПП Инновации ТЭК» в удовлетворении ходатайства о допросе эксперта.

С учетом изложенного, судом принимается в качестве допустимого доказательства представленная в материалы дела судебная экспертиза, а выводы эксперта, свидетельствуют о фактическом использовании арендатором земельного участка арендодателя, площадью, не менее, чем согласовали стороны при подписании дополнительного соглашения 01.09.2017 года, то есть 2 000 кв.м.

ООО «Аристей» также заявлено требование о взыскании с ответчика 7 241 рубля 66 копеек неустойки за просрочку исполнения обязательств за период с 05.06.2018 года по 05.08.2018 года при ставке неустойки 0,1%.

Согласно пункту 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Пунктом 6.2 договора также установлено, что в случае не внесения арендной платы в сроки, установленные в разделе 3 настоящего договора, Арендатор уплачивает Арендодателю неустойку в размере 0,1 процента от неуплаченной суммы за каждый день просрочки.

Поскольку наличие у арендатора задолженности перед арендодателем установлено, следовательно, требование последнего о взыскании неустойки за ненадлежащее исполнение обязательств имеет под собой правовое обоснование.

Суд, осуществив самостоятельный расчет неустойки за просрочку внесения арендных платежей, с учетом установленной судом суммы задолженности и положений пункта 3.3 договора, пришел к выводу, что сумма договорной неустойки заявлена арендодателем в пределах обоснованного размера, полученного судом, следовательно, требования арендодателя в данной части являются состоятельными и подлежат удовлетворению.

В этой связи суд также отмечает, что утверждение арендатора о наличии у него права на отказ от договора по факту заявления об этом и без соблюдения установленного пунктом 4.2.1 договора месячного срока по причине нарушения арендодателем обязательств по осуществлению охраны имущества арендатора, подлежат отклонению, как не основанные на условиях договора или требованиях закона. С учетом изложенного, судом принимаются как состоятельные доводы арендодателя о расторжении договора по инициативе арендатора в соответствии с положениями пункта 4.2.1 договора по истечении месяца со дня уведомления арендодателя об его расторжении, то есть с 05.08.2018 года.

Согласно ст. 309, 310 обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.

В соответствии со ст. 330 ГК РФ в случае ненадлежащего исполнения обязательств должник обязан уплатить кредитору определенную законом или договором неустойку (пеню).

Заявления арендатора о снижении неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации материалы дела не содержат.

Таким образом, поскольку материалы дела свидетельствуют об обоснованности первоначальных исковых требований в определенном судом размере, они подлежат в данной части удовлетворению.

Требования встречного иска о возмещении арендодателем причиненного арендатору ущерба в связи с двумя фактами кражи имущества, случившимися по причине ненадлежащего исполнения арендодателем своих обязательств по осуществлению охраны имущества арендатора, суд полагает не подлежащими удовлетворению ввиду отсутствия доказательств наличия у арендодателя обязательств по охране имущества арендатора.

Согласно позиции истца по встречному иску, несмотря на то, что договор поименован как договор аренды, между сторонами сложились взаимоотношения, связанные именно с хранением имущества арендатора и плата взималась не просто за пользование территорией, а за охрану расположенного на данной территории имущества, то есть договор со смешанным предметом, поскольку согласно п. 1.1. предметом договора является открытая охраняемая площадка. По мнению ООО «НПП Инновации ТЭК», из фактических действий сторон следует, что между ними сложились отношения, связанные также с хранением имущества. Как следует из позиции ООО «НПП Инновации ТЭК», 30 января 2018 года арендатор передал арендодателю на хранение имущество, что подтверждается соответствующим актом приёма передачи. В период времени с 04 по 06 июня 2018 года часть оборудования арендатора была похищена.

Между тем, суд отмечает следующее.

В соответствии с пунктом 1 ст. 886 ГК РФ по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

В силу положений пункта 2 ст. 887 ГК РФ простая письменная форма договора хранения считается соблюденной, если принятие вещи на хранение удостоверено хранителем выдачей поклажедателю: сохранной расписки, квитанции, свидетельства или иного документа, подписанного хранителем; номерного жетона (номера), иного знака, удостоверяющего прием вещей на хранение, если такая форма подтверждения приема вещей на хранение предусмотрена законом или иным правовым актом либо обычна для данного вида хранения.

Статьей 889 ГК РФ определено, что по истечении обусловленного срока хранения или срока, предоставленного хранителем для обратного получения вещи на основании пункта 3 статьи 889 настоящего Кодекса, поклажедатель обязан немедленно забрать переданную на хранение вещь.

При неисполнении поклажедателем своей обязанности взять обратно вещь, переданную на хранение, в том числе при его уклонении от получения вещи, хранитель вправе, если иное не предусмотрено договором хранения, после письменного предупреждения поклажедателя самостоятельно продать вещь по цене, сложившейся в месте хранения, а если стоимость вещи по оценке превышает сто установленных законом минимальных размеров оплаты труда, продать ее с аукциона в порядке, предусмотренном статьями 447 - 449 настоящего Кодекса.

Сумма, вырученная от продажи вещи, передается поклажедателю за вычетом сумм, причитающихся хранителю, в том числе его расходов на продажу вещи.

Пунктами 1 и 2 ст. 900 ГК РФ предусмотрено, что хранитель обязан возвратить поклажедателю или лицу, указанному им в качестве получателя, ту самую вещь, которая была передана на хранение, если договором не предусмотрено хранение с обезличением (статья 890). Вещь должна быть возвращена хранителем в том состоянии, в каком она была принята на хранение, с учетом ее естественного ухудшения, естественной убыли или иного изменения вследствие ее естественных свойств.

Согласно положениям ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

С учетом указанной нормы права, после сопоставления содержания условий договора с требованиями, предъявляемыми законодательством к договору хранения, суд приходит к выводу, что доводы арендатора о том, что заключенный с арендодателем договор носит признаки договора хранения, противоречат фактическим обстоятельствам дела.

Так, как следует из позиции истца по встречному иску, договор изначально 01.08.2016 года заключен с элементами хранения, однако первый документ, которым арендатор обосновывает наличие между сторонами отношений, связанных с хранением имущества, датирован 30 января 2018 года (л.д.51 т.1). Истец по встречному иску настаивает, что по данному документу арендодатель принял, а арендатор передал ему на хранение имущество.

Между тем, данный документ не содержит никаких отсылок к реквизитам договора, доказательств наличия у лица его подписавшего в качестве лица, которое «ответственное за сохранность имущества», полномочий на совершение каких-либо действий в рамках договора не имеется. Факт принятия имущества от арендатора по данному акту на хранение ответчиком по встречному иску оспорен.

Кроме того, каких-либо условий, позволяющих сделать вывод, что сторонами согласованы условия на передачу имущества арендатору на хранение, такие как форма расписки, квитанции о приеме; срок хранения; вознаграждение за хранение и т.д. - договор не содержит.

Доказательств того, что при каждом случае вывоза арендатором с территории арендодателя своего имущества, арендодатель выдавал имущество арендатору по каким-либо документам, материалы дела не содержат.

Сам факт свободного доступа арендатора к месту размещения своего имущества, свидетельствует об отсутствии у арендодателя обязанностей хранителя.

Если рассматривать утверждение арендатора о наличии обязанности арендодателя по обеспечению сохранности его имущества как заключение сторонами договора с элементами оказания услуг по охранной деятельности, суд также относится критически к обоснованности данных доводов.

В соответствии со статьей 3 Закона РФ "О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации" частная детективная и охранная деятельность осуществляется для сыска и охраны. В целях охраны разрешается предоставление в числе прочих и услуг по охране объектов и (или) имущества (в том числе при его транспортировке), находящихся в собственности, во владении, в пользовании, хозяйственном ведении, оперативном управлении или доверительном управлении, за исключением объектов и (или) имущества, предусмотренных пунктом 7 настоящей части.

Однако, этой же нормой установлено правило, согласно которому физическим и юридическим лицам, не имеющим правового статуса частного детектива, частного охранника или частной охранной организации, запрещается оказывать услуги, предусмотренные настоящей статьей.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о недоказанности истцом по встречному иску наличия у арендодателя по договору обязательств по осуществлению охраны либо хранения имущества арендатора, что свидетельствует об отсутствии подтверждения наличия таких обязательных к доказыванию фактов, как противоправность в действиях нарушителя и причинно-следственная связь между указанными действиями и наступлением убытков (ущерба).

Само по себе указание в договоре в наименовании объекта аренды такой характеристики, как «охраняемая» площадка, свидетельствует только о том, что объект аренды обеспечен ограждением и находится под визуальным наблюдением работников арендодателя. Наличие таких характеристик у арендуемой истцом по встречному иску площадки, по сравнению с аналогичным имуществом, но не обеспеченным ограждением и наблюдением работниками арендодателя, объективно делает предмет аренды более привлекательным и повышает спрос на его аренду, поскольку само по себе наличие ограждения и дежурных, понижает риски проникновения на арендуемый земельный участок лиц с противоправными целями.

Наличие в материалах дела описи имущества арендатора, поименованных как «Опись имущества сданного на хранение», подписанных в июне 2018 года, ФИО4, при установленных судом обстоятельствах дела, также не могут, по мнению суда, свидетельствовать о включении в условия договора обязательств арендодателя по хранению имущества, поскольку данные описи не содержат ссылок на реквизиты договора, подпись ФИО4 не содержит указание на его должность руководителя организации арендодателя. Кроме того, суд отмечает, что претензий в отношении имущества, указанного в данных описях, арендатор к арендодателю не имеет.

При указанных обстоятельствах, суд полагает, что заявленные требования встречного иска о взыскании с ООО «Аристей» суммы 101 411 рублей 00 копеек в качестве возмещения ущерба от хищения имущества удовлетворены быть не могут.

Истцом по первоначальному иску при подаче искового заявления была оплачена государственная пошлина в меньшем размере.

Учитывая частичное удовлетворение первоначального иска, судебные расходы в силу ст. 110 АПК РФ подлежат отнесению на стороны пропорционально удовлетворенным требованиям.

Истцом по встречному иску государственная пошлина была оплачена в большем, в связи с чем, по основаниям положений ст. 333.40. НК РФ излишне оплаченная истцом по встречному иску государственная пошлина будет учтена в качестве и определена после ее зачета (в соответствии с положениями ст. 170 АПК РФ) в счет подлежащей взысканию государственной пошлины с ООО «НПП Инновации ТЭК» как с ответчика по первоначальному иску.

Ввиду отказа в удовлетворении встречного иска, государственная пошлина за его рассмотрение в соответствии с положениями ст. 110 АПК РФ подлежат отнесению на истца.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 16, 101, 106, 110, 167-170, 176, 177, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Первоначальные исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «НПП Инновации ТЭК» в пользу ООО «Аристей» 244 983 рубля 60 копеек, в том числе: 237 741 рубль 94 копейки основного долга, 7 241 рубль 66 копеек неустойки за просрочку исполнения обязательств, а также 7 748 рублей 00 копеек расходов на оплату государственной пошлины.

Взыскать с ООО «НПП Инновации ТЭК» в доход федерального бюджета 113 рублей 00 копеек государственной пошлины.

В остальной части первоначального иска отказать.

В удовлетворении встречного иска отказать.

Выдать исполнительные листы после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня его принятия в Восьмой арбитражный апелляционный суд.


Судья


Авдеева Я.В.