Постановление от 3 июня 2020 г. ФАС СЗО (ФАС Северо-Западного округа)

900/2020-31349(1)


АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


04 июня 2020 года Дело № А13-268/2018

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Казарян К.Г., Мирошниченко В.В.,

при участии от акционерного общества коммерческий банк «Северный кредит» в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» ФИО1 (доверенность от 05.03.2020), от ФИО2 - ФИО3 (доверенность от 20.05.2020),

рассмотрев 28.05.2020 в открытом судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества коммерческий банк «Северный кредит» в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» на определение Арбитражного суда Вологодской области от 26.08.2019 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2020 по делу № А13-268/2018,

у с т а н о в и л:

Центральный банк Российской Федерации обратился в Арбитражный суд Вологодской области с заявлением о признании акционерного общества коммерческий банк «Северный Кредит», адрес: <...>, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Банк), несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 26.01.2018 заявление принято к производству, возбуждено производство по делу о банкротстве Банка.

Решением суда от 27.02.2018 Банк признан несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов», адрес: 127055, Москва, Лесная ул., д. 59, стр. 2. (далее – Агентство).

Агентство 10.12.2018 обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделками следующих взаимосвязанных банковских операций:

- банковской операции от 14.12.2017 по выдаче ФИО2 наличных денежных средств в размере 25 550 долларов США и 692 000 руб.

- банковской операции от 14.12.2017 по переводу денежных средств в размере 1 455 714 руб. 85 коп. с депозитного счета № 42307840900000000184 на текущий расчетный счет № <***>, открытых в Банке.

В порядке применения последствий недействительности оспариваемых сделок заявитель просил взыскать с ФИО2 указанные суммы и восстановить остаток денежных средств на счетах ФИО2

Определением суда первой инстанции от 26.08.2019, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2020, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе Агентство, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права и неверное определение ими


обстоятельств, имеющих значение для дела, просит отменить определение от 26.08.2019 и постановление от 21.02.2020, направить обособленный спор на новое рассмотрение.

По мнению подателя жалобы, суды не приняли во внимание, что на дату совершения оспариваемых сделок у Банка имелись неисполненные требования клиентов от 11.12.2017 и 14.12.2017.

Агентство полагает, что в результате совершения сделок по снятию денежных средств ФИО4 оказано предпочтение перед требования иных клиентов, так как обязательства Банка перед ним были исполнены без учета пункта 3 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Кроме того, по мнению Агентства, судами необоснованно сделан вывод о том, что факт аффилированности ФИО2 с Банком через его мать, ФИО5, являющуюся председателем Правления Банка, членом Совета директоров и акционером Банка, не имеет значения при оспаривании сделок в рамках данного обособленного спора, поскольку вывод о неотносимости факта аффилированности между указанными лицами нарушает норму пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В кассационной жалобе Агентство просит обратить внимание, что с 06.12.2017 в Банке проходила внеплановая проверка Центральным Банком Российской Федерации, по результатам которой у него и была отозвана лицензия на осуществление банковской деятельности. В связи с этим, ФИО2 как взаимосвязанное лицо с Банком в момент совершения спорных операций знал о сложившейся в Банке неблагоприятной финансовой ситуации.

В отзыве ФИО6 просит оставить судебные акты без изменения, поскольку Агентством не доказана как совокупность обстоятельств, образующих презумпции, закрепленные в пункте 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве применительно к оспариваемым сделкам, так и выход данных сделок за пределы обычной хозяйственной деятельности должника, в том числе недобросовестность клиента Банка.

В судебном заседании представитель Агентства поддержал доводы, изложенные в жалобе, а представитель ФИО2 просила в удовлетворении жалобы отказать.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили; их отсутствие в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.


Как следует из материалов дела и установлено судами, 28.01.2015 между ФИО2 (вкладчиком) и Банком заключен договор № 3275-СВ/15 (далее - Договор) банковского вклада «Валютный-VIP», по условиям которого Банк обязался принимать поступающие от вкладчика денежные средства, зачислять их во вклад, обеспечивать возврат с начислением и выплатой процентов по вкладу на условиях, предусмотренных Договором, на срок по 19.02.2018; в день подписания Договора Банк обязался открыть вкладчику счет № 42307840900000000184 в иностранной валюте для учета сумм, поступивших на срочный вклад, и выплачивать вкладчику проценты на сумму вклада из расчета 5% годовых.

Сумма денежных средств, внесенных вкладчиком на вклад на дату заключения Договора составляла 50 878 долларов США.

Пунктом 2.2.2 Договора предусмотрено право вкладчика досрочно истребовать


вклад или часть вклада в любое время, получив по нему проценты, начисляемые в соответствии с пунктами 4.3 и 4.4 Договора.

Согласно выписке с депозитного счета № 42307840900000000184 ФИО2 05.12.2017 произведена конвертация валюты – 25 661,19 долларов США на основании поручения клиента (по курсу 58, 500 руб. за 1 доллар), что составило 1 455 714 руб. 85 коп. Данная сумма переведена с указанного депозитного счета № 42307840900000000184 на текущий счет ФИО2 № <***>, открытый в Банке.

После чего, 14.12.2017, ФИО2 досрочно закрыл вклад и расторг Договор.

Впоследствии, 14.12.2017, со счета № <***> ФИО2 были сняты денежные средства в размере 500 000 руб., факт снятия 500 000 руб. из кассы Банка подтверждается расходным кассовым ордером от 14.12.2017 № 30.

Кроме того, ФИО2 14.12.2017 с депозитного счета № 42307840900000000184 снято 25 550 долларов США, что подтверждается расходным кассовым ордером от 14.12.2017 № 2.

В соответствии с выпиской по счету № 40817810900001010954 ФИО2 произведено снятие наличных денежных средств в сумме 192 000 руб., расходный кассовый ордер на сумму 192 000 руб. в материалы дела не представлен.

Приказом Центрального банка Российской Федерации от 29.12.2017 № ОД 3754 у Банка отозвана лицензия на осуществление банковских операций от 01.06.2015 № 2398.

Приказом Центрального банка Российской Федерации от 29.12.2017 № ОД 3755 назначена временная администрация по управлению Банком.

Как указано выше, решением суда от 27.02.2018 Банк признан несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, Агентство как конкурсный управляющий Банком сослалось на то, что оспариваемые сделки совершены без предоставления встречного исполнения и повлекли предпочтительное удовлетворение требований ФИО2 по сравнению с требованиями других клиентов Банка, а также с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. В связи с этим, по мнению Агентства, имеются предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 и статьи 61.3 Закона о банкротстве основания для признания указанных сделок недействительными.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что заявителем не доказано предпочтительное удовлетворение требований ФИО2 по сравнению с требованиями других клиентов Банка в результате совершения оспариваемых банковских операций; факт аффилированности ФИО2 и ФИО5 в рассматриваемом случае не имеет значения, так как факт нахождения указанных лиц в родственных отношениях с ФИО5 безусловно не свидетельствует об осведомленности ФИО2 о финансовом состоянии Банка, на основании этого суд отказал в удовлетворении заявленных Агентством требований.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

Проверив законность обжалуемых судебных актов и обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

Согласно положениям статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).


Поскольку должник является кредитной организацией, дело о его банкротстве рассматривается в соответствии с правилами, предусмотренными параграфом 4.1 главы IX Закона о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 189.40 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, совершенная кредитной организацией (или иными лицами за счет кредитной организации) до даты назначения временной администрации по управлению кредитной организацией либо после такой даты, может быть признана недействительной по заявлению руководителя такой администрации в порядке и по основаниям, которые предусмотрены данным Федеральным законом, а также Гражданским кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами, с учетом особенностей, установленных параграфом 4.1 главы IX Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований.

Пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве установлено, что такая сделка может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

В силу пункта 3 статьи 189.40 Закона о банкротстве периоды, в течение которых совершены сделки, которые могут быть признаны недействительными, или возникли обязательства кредитной организации, указанные в статьях 61.2, 61.3 названного Закона, исчисляются с даты назначения Банком России временной администрации по управлению кредитной организацией.

В данном случае оспариваемые банковские операции осуществлены 14.12.2017, то есть в течение одного месяца до даты назначения временной администрации по управлению Банком (29.12.2017), таким образом, указанные сделки могут быть признаны недействительными по основаниям, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности недобросовестности контрагента), не требуется.

Таким образом, необходимым элементом доказывания является наличие денежных обязательств Банка перед иными (помимо получившего имущество) кредиторами, в частности, кредиторами по вкладам, банковским счетам и др.

Вместе с тем судами перовой и апелляционной инстанций установлено, что конкурсный управляющий должника не указал и не представил доказательства наличия на момент совершения оспариваемых сделок иных платежных поручений клиентов - физических лиц либо требований физических лиц относительно договоров банковских счетов и вкладов, которые не были исполнены и требования которых впоследствии включены в реестр требований кредиторов первой очереди.

Согласно пункту 1 статьи 848 Гражданского кодекса Российской Федерации


(далее - ГК РФ) банк обязан совершить для клиента операции, предусмотренные для счетов данного вида законом, установленным в соответствии с ним банковскими правилами, и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота, если договором банковского счета не предусмотрено иное.

Списание денежных средств со счета осуществляется банком на основании распоряжения клиента (пункт 1 статьи 854 ГК РФ).

Таким образом, ФИО2, являясь клиентом Банка, с целью реализации принадлежащего ему наравне с другими клиентами Банка права по договору банковского вклада (депозита) (статья 834 ГК РФ), дал распоряжение Банку 14.12.2017 на снятие наличных денежных средств со своего депозитного счета № 42307840900000000184 открытого в Банке в размере 25 550 долларов США.

Кроме того, 14.12.2017 ФИО7 также произвел снятие денежных средств со своего текущего счета № <***> открытого в Банке в сумме 500 000 руб. и 192 000 руб.

В соответствии со статьей 189.92 Закона о банкротстве исполнение обязательств перед кредиторами кредитной организации в ходе конкурсного производства осуществляется в установленной Законом о банкротстве очередности, с учетом особенностей, установленных указанной статьей.

Как предусмотрено подпунктом 2 пункта 3 статьи 189.92 Закона о банкротстве, требование гражданина, являющегося вкладчиком банка, относится к первой очереди.

Согласно пункту 3 статьи 61.1, абзацу пятому пункта 1, пункту 2 статьи 61.3, статье 189.40 Закона о банкротстве банковская операция, совершенная банком- должником в течение одного месяца до назначения временной администрации по управлению кредитной организацией, может быть признана недействительной, если ее совершение привело к тому, что отдельному кредитору оказано предпочтение по отношению к другим кредиторам.

По общему правилу, ответчик по заявлению о признании предпочтительной сделки недействительной имеет право возражать по мотиву совершения данной сделки в рамках обычной хозяйственной деятельности (пункт 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве).

Особенность оспаривания сделок при банкротстве кредитных организаций заключается в том, что, помимо признаков предпочтения, обязанность доказать выход сделки за пределы обычной хозяйственной деятельности (нетипичность сделки) по общему правилу изначально возлагается на истца, в рассматриваемом случае - на конкурсного управляющего (пункт 4 статьи 189.40 Закона о банкротстве).

Такое регулирование обусловлено тем, что появление у банка в предбанкротный период финансовых затруднений не исключает возможности осуществления им до определенного момента обычной хозяйственной деятельности. При этом на стороне ответчика, являющегося контрагентом банка, всегда будут возникать объективные сложности в представлении доказательств, подтверждающих соответствующий критический момент приостановки операций из- за недостатка ликвидности.

Пунктом 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве предусмотрены опровержимые презумпции выхода сделки за пределы обычной хозяйственной деятельности. По смыслу указанной нормы бремя доказывания совокупности условий, составляющих любую из презумпций, лежит на оспаривающем сделку лице. Бремя опровержения данных презумпций и доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки.

Согласно указанной норме предполагается (пока не доказано иное), что


сделка вышла за пределы обычной хозяйственной деятельности при наличии хотя бы одного из следующих условий:

1) оспариваемый платеж был осуществлен кредитной организацией через корреспондентский счет (субсчет) с нарушением очередности, установленной Гражданским кодексом Российской Федерации, при наличии других распоряжений клиентов, номинированных в той же валюте и не исполненных в срок из-за недостаточности денежных средств на указанном корреспондентском счете (субсчете) этой кредитной организации, либо если доказано, что клиент, осуществивший оспариваемый платеж, или получатель платежа знал о наличии других таких неисполненных распоряжений по иному корреспондентскому счету (субсчету) этой кредитной организации;

2) клиент или получатель платежа является заинтересованным либо контролирующим лицом по отношению к кредитной организации;

3) назначение либо размер оспариваемого платежа существенно отличается от ранее осуществленных клиентом платежей с учетом его предшествующих отношений с кредитной организацией, и клиент не может представить разумные убедительные обоснования этого платежа, и размер платежа или совокупность платежей клиента, совершенных в течение одного операционного дня, превысили один миллион рублей, а для платежей, совершенных в иностранной валюте, превысили сумму, эквивалентную одному миллиону рублей по курсу Центрального банка Российской Федерации, установленному на дату платежа.

Исходя из буквального толкования положений пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве, указанные в нем презумпции подлежат применению только в случае оспаривания расчетных и других платежей, а не любых операций с учетом того, что Закон о банкротстве четко разделяет данные виды операций (например, в пункте 4 данной статьи).

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату доли в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии иного из указанных в данной норме условий.

Отклоняя требования Агентства, суды первой и апелляционной инстанций верно отметили, что им управляющим не доказана как совокупность обстоятельств, образующих презумпции, закрепленные в пункте 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве применительно к оспариваемым сделкам, так и выход данных сделок за пределы обычной хозяйственной деятельности, в том числе недобросовестность клиента Банка.

В отсутствие в материалах дела доказательств наличия у должника неисполненных поручений кредиторов первой очереди, а также доказательств


недостаточности денежных средств на корреспондентском счете Банка для исполнения таких поручений суды первой и апелляционной инстанций сделали правомерный вывод об отсутствии оснований для признания сделки по снятию Петровым М.Л., являющимся клиентом Банка, денежных средств в размере 25 550 долларов США, как сделки с предпочтением.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Федерального закона от 23.12.2003 № 177-ФЗ «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации» (далее - Закон о страховании вкладов) для целей названного Федерального закона страховым случаем признается одно из следующих обстоятельств:

1) отзыв (аннулирование) у банка лицензии Банка России на осуществление банковских операций (далее - лицензия Банка России) в соответствии с Федеральным законом «О банках и банковской деятельности», если не реализован план участия Агентства в урегулировании обязательств банка в соответствии с Законом о банкротстве;

2) введение Банком России в соответствии с законодательством Российской Федерации моратория на удовлетворение требований кредиторов банка.

Пунктом 2 статьи 8 Закона о страховании вкладов установлено, что страховой случай считается наступившим со дня отзыва (аннулирования) у банка лицензии Банка России либо со дня введения моратория на удовлетворение требований кредиторов банка.

Пунктом 6 статьи 11 Закона о страховании вкладов определено, что в случае, если обязательство банка, в отношении которого наступил страховой случай, перед вкладчиком выражено в иностранной валюте, сумма возмещения по вкладам рассчитывается в валюте Российской Федерации по курсу, установленному Банком России на день наступления страхового случая.

С учетом даты наступления страхового случая (отзыва лицензии у Банка29.12.2017) требование кредитора Банка (ФИО2) составляло 1 472 191 руб. (по курсу 57,62 руб. за один доллар США * 25 550).

В связи с этим, указанная сумма выданных средств ФИО2 в иностранной валюте могла оспариваться Агентством с суммы, превышающей предел страховой выплаты, предусмотренной Законом о страховании вкладов.

Конкурсный управляющий должника, заявляя о предпочтительности удовлетворения требований ФИО2 по суммам 192 000 руб. и 500 000 руб., указывает на неисполнение по состоянию на день совершения спорных сделок Банком своих обязательств перед такими кредиторами, как ФИО8 (платежное поручение от 11.12.2017 на сумму 19 496 руб. 10 коп.), ФИО9 (платежное поручение от 14.12.2017 на сумму 70 500 руб.), общество с ограниченной ответственностью «Теплоснаб» (платежное поручение от 14.12.2017 на сумму 6500 руб.).

Вместе с тем, как обоснованно установлено судами, в материалах дела отсутствуют надлежащие доказательства, подтверждающие указанные обстоятельства.

Так, в материалы дела не представлены доказательства того, что требования указанных кредиторов были включены в реестр требований кредиторов Банка.

Однако без доказательств того, что платежные поручения указанных физических и юридического лица не были исполнены в последующие дни, без доказательств того, что они были включены в дальнейшем в реестр требований кредиторов, и без разъяснения, почему они не были исполнены у судов отсутствовали основания для признания установленным факта предпочтительности удовлетворения требований ФИО2

Кроме того, суды установили, что картотека платежных поручений клиентов


должника, неоплаченных из-за недостаточности денежных средств на его корреспондентском счете (47418), начала отражаться в балансе Банка с 22.12.2017.

Как пояснил в судебном заседании кассационной инстанции представитель Агентства, скрытой картотеки в Банке не имелось и временной администрацией установлено не было.

При таких обстоятельствах довод Агентства о том, что оспариваемые сделки совершены за пределами обычной хозяйственной деятельности должника, подлежит отклонению.

Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что по состоянию на 14.12.2017 у Банка-должника на корреспондентском счете было недостаточно денежных средств для исполнения поручений кредитора первой очереди, в связи с чем оспариваемые сделки не могут быть квалифицированы как сделки, совершенные с целью причинения имущественного вреда кредиторам (первой очереди) по статье 61.2 Закона о банкротстве.

Как пояснила в заседании кассационной инстанции представитель ФИО2, договор банковского вклада был открыт ее доверителем 28.01.2015, то есть за два года до отзыва у Банка лицензии, помимо этого, как следует из выписки по счету клиента, на протяжении всего периода времени ФИО2 снимал денежные средства со счета до суммы неснижаемого остатка (10 000 долларов США), а впоследствии также и свой счет пополнял. В декабре 2017 из-за курсовой разницы ФИО2 были нарушены условия по снятию денежных средств в части остатка суммы неснижаемого остатка на счете, и Банк закрыл счет по своей инициативе.

В ходе рассмотрения спора судами на основании материалов дела установлено, что получение денежных средств было осуществлено клиентом - физическим лицом при отсутствии прямого запрета Центрального банка Российской Федерации на выдачу денежных средств и до отзыва лицензии у Банка.

Предписание Центрального банка Российской Федерации от 24.10.2017 № Т249-41-15-1-12/7244 дсп (том дела 53, листы 109-114) о введении ряда ограничений на осуществление Банком финансовой деятельности не содержит указаний на запрет в выдаче Банком денежных средств клиентам-физическим лицам.

Выводы судов соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, в том числе касающиеся заинтересованности ответчика, судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку сводятся к переоценке установленных по делу обстоятельств.

Так, суды указали, что на основании установленных обстоятельств в рассматриваемом случае не имеет значения факт аффилированности ФИО2 по отношению к Банку.

В данном случае ответчик опроверг презумпцию, указанную в подпункте 3 пункта 5 статьи 186.40 Закона о банкротстве о выходе сделок за пределы обычной хозяйственной деятельности должника, указывая на разумность причин для снятия им денежных средств, в обоснование чего представил подтверждающие документы, которые были оценены судами.

Установив, что сумма оспариваемых сделок (25 550 долларов США, 500 000 руб. и 192 000 руб.) не превышает один процент стоимости активов должника, принимая во внимание, что по состоянию на 14.12.2017 в Банке отсутствовала как текущая, так и постоянная картотека неисполненных платежей,


учитываемых на балансовом счете № 47418 «Средства, списанные со счетов клиентов, но не проведенные по корреспондентскому счету кредитной организации из-за недостаточности средств», а также что в период, предшествовавший совершению оспариваемых сделок, ответчик также производил как частичное снятие денежных средств с вклада, так и его пополнение, суды пришли к обоснованному выводу о квалификации оспариваемых сделок от 14.12.2017 как сделок, совершенных должником в процессе его обычной хозяйственной деятельности.

Суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения ими норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта (часть 1 статьи 286 АПК РФ) и не наделен полномочиями по рассмотрению новых доводов.

Согласно части 2 статьи 287 АПК РФ арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции.

Таким образом, доводы Агентства не подлежат исследованию судом кассационной инстанции, а наличие (отсутствие) названных обстоятельств - установлению.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы судов первой и апелляционной инстанций, послужившие основанием для принятия обжалуемых судебных актов, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении перечисленных норм Закона о банкротстве.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.


Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Вологодской области от 26.08.2019 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2020 по делу № А13-268/2018 оставить без изменения, а кассационную жалобу акционерного общества коммерческий банк «Северный кредит» в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – без удовлетворения.

Председательствующий Н.Ю. Богаткина

Судьи К.Г. Казарян


В.В. Мирошниченко