Решение от 25 октября 2019 г. по делу № А53-26564/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А53-26564/18
25 октября 2019 г.
г. Ростов-на-Дону


Резолютивная часть решения объявлена 17 октября 2019 г.

Полный текст решения изготовлен 25 октября 2019 г.

Арбитражный суд Ростовской области в составе: судьи Димитриева М.А, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по иску индивидуального предпринимателя ФИО2 ИНН <***> ОГРНИП 308615416100052

к индивидуальному предпринимателю ФИО3 ИНН <***> ОГРНИП 318619600048902, сельскохозяйственному производственному кооперативу колхоз «Прогресс» ИНН <***> ОГРН <***> о признании ФИО2 добросовестным приобретателем; по иску индивидуального предпринимателя ФИО2 ИНН <***> ОГРНИП 308615416100052 к производственному кооперативу колхоз «Прогресс» ИНН <***> ОГРН <***> о взыскании задолженности по арендной плате в натуральном выражении; по иску Сельскохозяйственного производственного кооператива колхоза «Прогресс» к ФИО2, ФИО4 и ФИО3 о признании договоров недействительными, применении последствий недействительности,

третьи лица: ФИО5, ФИО6, ФИО7,

при участии:

от ФИО2 – ФИО8, представитель по доверенности,

от СПК колхоза «Прогресс» - ФИО9, представитель по доверенности, ФИО10, представитель по доверенности,

от ФИО3 – представитель не явился, извещена надлежащим образом,

от ФИО4 – представитель не явился, извещен надлежащим образом,

от ФИО5 – представитель не явился, извещен надлежащим образом,

от ФИО7 – представитель не явился, извещен надлежащим образом,

от ФИО6 – представитель не явился, извещена надлежащим образом;

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО2 обратился в Арбитражный суд Ростовской области с исковым заявлением к Индивидуальному предпринимателю ФИО3, Сельскохозяйственному производственному кооперативу колхозу «Прогресс» о признании его добросовестным приобретателем земельного участка категории земли сельскохозяйственного назначения для сельскохозяйственного производства площадью 450 000 кв.м. с кадастровым номером 61:26:0600023:493, адрес: Ростовская область, р-н Неклиновский, с. Лакедемоновка, х-во СПК к-з «Прогресс»; земельного участка категории земли сельскохозяйственного назначения для сельскохозяйственного производства площадью 855 000 кв.м. с кадастровым номером 61:26:0600023:224, адрес: Ростовская область, р-н Неклиновский, х. Русский колодец, х-во СПК к-з «Прогресс».

Сельскохозяйственный производственный кооператив колхоз «Прогресс» обратился в суд с встречным исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2, индивидуальному предпринимателю ФИО3, индивидуальному предпринимателю ФИО4 о признании недействительным договора от 05 марта 2018 года, заключенного между ФИО4 и ФИО3 дарения земельных участков с кадастровым номером 61:26:0600023:493, площадью 450 000 кв.м. и с кадастровым номером 61:26:0600023:224, площадью 855 000 кв.м.; о признании недействительным договора от 22 марта 2018 года, заключенного между ФИО2 и ФИО3 купли-продажи земельных участков с кадастровым номером 61:26:0600023:493, площадью 450 000 кв.м. и с кадастровым номером 61:26:0600023:224, площадью 855 000 кв.м.; о признании недействительной регистрации права собственности ФИО2 на земельные участки с кадастровым номером 61:26:0600023:493, площадью 450 000 кв.м. и с кадастровым номером 61:26:0600023:224, площадью 855 000 кв.м.

Определением от 15 октября 2018 года (резолютивная часть объявлена 09 октября 2018 года) встречное исковое заявление СПК колхоза «Прогресс» возвращено.

В рамках дела № А53-30720/18 индивидуальный предприниматель ФИО2 обратился к сельскохозяйственному производственному кооперативу колхозу «Прогресс» с иском о взыскании 56 100 зерновых и 6 600 подсолнечника

В рамках дела № А53-30720/18 истец требования уточнил и просил взыскать с ответчика 56 100 килограмм зерновых и 6 600 килограмм подсолнечника (указал единицу измерения). Уточнения судом были приняты.

В рамках дела № А53-37268/18 Сельскохозяйственный производственный кооператив колхоз «Прогресс» обратился с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2, индивидуальному предпринимателю ФИО3, индивидуальному предпринимателю ФИО4 о признании недействительной сделки, заключенной между ФИО2 и ФИО3 купли-продажи земельных участков с кадастровым номером 61:26:0600023:493, площадью 450 000 кв.м. и с кадастровым номером 61:26:0600023:224, площадью 855 000 кв.м.

Определением от 26 ноября 2018 года суд объединил дело № А53-30720/2018 и дело № А53-37268/18 в одно производство (первое объединение). Объединенному делу присвоен номер А53-30720/2018.

После объединения вышеуказанных дел, истец – ФИО2 уточнил требования в части взыскания и просил взыскать с ответчика – СПК колхоз «Прогресс» 38 912,25 килограмм зерновых и 4 579 ,5 килограмм подсолнечника.

Уточнения судом приняты.

Определением от 24 декабря 2018 года (резолютивная часть от 18 декабря 2018 года) дела № А53-26564/2018 и № А53-30720/2018 объединены в одно производство для их совместного рассмотрения (второе объединение).

Объединенному делу присвоен номер А53-26564/18.

После второго объединения СПК колхозом «Прогресс» исковые требования уточнены.

Согласно уточненной редакции требований СПК колхоза «Прогресс», истец просит признать недействительным договор от 05 марта 2018 года, заключенный между ФИО4 и ФИО3 дарения земельных участков с кадастровым номером 61:26:0600023:493, площадью 450 000 кв.м. и с кадастровым номером 61:26:0600023:224, площадью 855 000 кв.м.; признать недействительным договор от 22 марта 2018 года, заключенный между ФИО2 и ФИО3 купли-продажи земельных участков с кадастровым номером 61:26:0600023:493, площадью 450 000 кв.м. и с кадастровым номером 61:26:0600023:224, площадью 855 000 кв.м.

Применить последствия недействительности сделок, признать отсутствующим право собственности ИП ФИО2 на земельные участки с кадастровым номером 61:26:0600023:493, площадью 450 000 кв.м. адрес: Ростовская область, р-н Неклиновский, с. Лакедемоновка, х-во СПК к-з «Прогресс»; и с кадастровым номером 61:26:0600023:224, площадью 855 000 кв.м., адрес: Ростовская область, р-н Неклиновский, х. Русский колодец, х-во СПК к-з «Прогресс».

Уточнения судом приняты. Требования СПК колхоза «Прогресс рассматриваются в уточненной редакции.

Определением от 24 мая 2019 года (резолютивная часть от 22 мая 2019 года) к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен залогодержатель спорных земельных участков - ФИО5.

Определением от 29 августа 2019 года (резолютивная часть от 28 августа 2019 года) к участию в деле в качестве третьих лиц. Не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены: ФИО6, ФИО7.

При рассмотрении дела ФИО2 заявлялось о приостановлении производства по делу до рассмотрения кассационной жалобы по делу А53-384/2019 либо об отложении рассмотрения до вступления в законную силу решения суда по делу А53-41549/201. В удовлетворении данных ходатайств судом отказано. В связи с отсутствием правовых оснований.

Рассмотрев материалы дела, оценив доказательства в их совокупности с точки зрения относимости, допустимости и достаточности, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, защита гражданских прав осуществляется путем: признания права; восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки; признания недействительным решения собрания; признания недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления; самозащиты права; присуждения к исполнению обязанности в натуре; возмещения убытков; взыскания неустойки; компенсации морального вреда; прекращения или изменения правоотношения; неприменения судом акта государственного органа или органа местного самоуправления, противоречащего закону; иными способами, предусмотренными законом.

Разъясняя указанные положения, Верховный Суд Российской Федерации указал, что если при принятии искового заявления суд придет к выводу о том, что избранный истцом способ защиты права не может обеспечить его восстановление, данное обстоятельство не является основанием для отказа в принятии искового заявления, его возвращения либо оставления без движения. В соответствии со статьей 148 ГПК РФ или статьей 133 АПК РФ на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд выносит на обсуждение вопрос о юридической квалификации правоотношения для определения того, какие нормы права подлежат применению при разрешении спора. По смыслу части 1 статьи 196 ГПК РФ или части 1 статьи 168 АПК РФ суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле. В связи с этим ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования (пункт 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Согласно данному правовому подходу, вопросы правовой квалификации заявленных требований являются прерогативой суда. Однако правовая квалификация не должна изменять предмет исковых требований и их основания. Предметом исковых требований является материально-правовое требование, обращенное истцом к ответчику.

В рамках настоящего дела предъявлено и рассматривается несколько исковых требований.

Требование ФИО2, обращенное к Сельскохозяйственному производственному кооперативу колхозу «Прогресс» о взыскании арендной платы в натуральном выражении в размере 38 912,25 килограмм зерновых и 4 579 ,5 килограмм подсолнечника.

Требование ФИО2, обращенное к Индивидуальному предпринимателю ФИО3, Сельскохозяйственному производственному кооперативу колхозу «Прогресс» о признании его добросовестным приобретателем земельного участка площадью 450 000 кв.м. с кадастровым номером 61:26:0600023:493; земельного участка площадью 855 000 кв.м. с кадастровым номером 61:26:0600023:224.

Требование Сельскохозяйственного производственного кооператива колхоза прогресс к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании недействительным договора от 05 марта 2018 года, заключенного между ФИО4 и ФИО3 дарения земельных участков с кадастровым номером 61:26:0600023:493, площадью 450 000 кв.м. и с кадастровым номером 61:26:0600023:224, площадью 855 000 кв.м.; о признании недействительным договора от 22 марта 2018 года, заключенного между ФИО2 и ФИО3 купли-продажи земельных участков с кадастровым номером 61:26:0600023:493, площадью 450 000 кв.м. и с кадастровым номером 61:26:0600023:224, площадью 855 000 кв.м. и применении последствий недействительности данных сделок.

При этом в части применении последствий недействительности истец полагает необходимым, в том числе применить такое последствие как признание отсутствующим зарегистрированное право собственности за ФИО2

При рассмотрении дела, судом установлено, что квалифицировать требования СПК колхоза «Прогресс» как виндикационные (статья 301 ГК РФ), поскольку СПК колхоз «Прогресс» является фактическим владельцем спорных земельных участков на основании договора аренды (опосредованное фактическое владение). С учетом этого СПК колхоз «Прогресс» не может предъявить иск об истребовании спорных земельных участков из чужого (ФИО2) незаконного владения, поскольку во фактическом владении ФИО2 земельные участки не находятся, земельными участками сельскохозяйственного назначения фактически пользуется СПК колхоз «Прогресс».

Таким образом, с учетом фактических обстоятельств, требования СПК колхоза «Прогресс» иным образом, нежели как требования о признании сделок недействительными и применении последствий недействительными быть не могут.

При этом, такая квалификация и рассмотрение требований о применении последствий недействительности сделок не исключает применение правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 21.04.2003 N 6-П "По делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 и ФИО15".

В данном случае с учетом вышеуказанной правовой позиции, судом проверяется добросовестность ФИО2 при удовлетворении реституционного требования.

Судом установлены следующие фактические обстоятельства и сделаны следующие выводы

Как следует из материалов дела, 01.11.2009 между ФИО6 (арендодатель) и СПК колхоз «Прогресс» (арендатор) был заключен договор аренды, по условиям которого арендодатель передал, а арендатор принял в аренду земельный участок общей площадью 855 000 кв.м., в том числе пашни 855 000 кв.м., с кадастровым номером 61:26:0600023:224 для производства сельхозпродукции, расположенный по адресу: Ростовская область, Неклиновский район, х. Русский Колодец, х-во СПК «Прогресс» (пункт 1 договора).

16.07.2013 между ФИО6 (арендодатель) и СПК колхоз «Прогресс» (арендатор) заключен договор аренды, по условиям которого арендодатель передал, а арендатор принял в аренду земельный участок общей площадью 1 026 000 кв.м., в том числе пашни 1 026 000 кв.м., с кадастровым номером 61:26:0600023:240 для производства сельхозпродукции, расположенный по адресу: Ростовская область, Неклиновский район, х. Русский Колодец, х-во СПК «Прогресс».

Решением Неклиновского районного суда Ростовской области от 04.09.2017 удовлетворены требования СПК колхоза «Прогресс» к ФИО6, ФИО7, ФИО4 о переводе прав и обязанностей покупателя земельного участка с кадастровым номером 61:26:0600023:224, земельного участка с кадастровым номером 61:26:0600023:493.

Апелляционным определением от 19.03.2018 по делу № 33-3194/2018 судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда оставила решение Неклиновского районного суда Ростовской области от 04.09.2017 без изменений.

05 марта 2018 года (за 14 дней до вступления в законную силу решения о признании отсутствующим за ФИО4 права собственности на спорные земельные участки), как полагает суд злонамеренно в целях избежать исполнения решения суда общей юрисдикции между ФИО4(даритель) и ФИО16(одаряемый) заключен договор дарения земельных участков с кадастровым номером 61:26:0600023:493, площадью 450 000 кв.м. и с кадастровым номером 61:26:0600023:224, площадью 855 000 кв.м.

22 марта 2018 года (через 17 дней) спорные земельные участки были отчуждены ФИО16 по договору купли-продажи ФИО2

Право собственности на спорные земельные участки зарегистрированы в ЕГРН за ФИО2

ФИО2 в рамках исполнения договора купли-продажи перечислил часть денежной суммы (цена договора 7 000 000 рублей) в размере 1 000 000 рублей ФИО3.

На момент рассмотрения дела и принятия судебного решения часть суммы в размере 3 000 000 рублей погашена через произведение зачета встречных однородных требований ФИО2 к ФИО3; оставшиеся 3 000 000 рублей ФИО2 продавцу не уплачены.

В силу пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса РФ, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 3 статьи 168 Гражданского кодекса РФ, требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо; требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В данном случае СПК колхоз «Прогресс» - как лицо, в пользу которого были переведены права и обязанности покупателя земельного участка с кадастровым номером 61:26:0600023:224, земельного участка с кадастровым номером 61:26:0600023:493, вправе потребовать признание недействительным договора дарения указанных земельных участков, заключенного после принятия решения о переводе на него прав и обязанностей.

Суд квалифицирует договор от 05 марта 2018 года, заключенный между ФИО4 и ФИО3 дарения земельных участков с кадастровым номером 61:26:0600023:493, площадью 450 000 кв.м. и с кадастровым номером 61:26:0600023:224, площадью 855 000 кв.м. как ничтожный по пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса РФ поскольку данный договор заключен после вынесения Решением Неклиновского районного суда Ростовской области от 04.09.2017 в за несколько дней до вынесения определения судом апелляционной инстанции.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Заключение между ФИО4 и ФИО3 договора дарения земельных участков после вынесения решения суда о признании за ФИО4 отсутствующим права собственности на данные участки (даже несмотря на то, что решения к моменту совершения данной сделки не вступило в законную силу) свидетельствует о явно недобросовестном поведении, об обходе закона, об осуществлении права с целью причинить вред СПК колхозу «Прогресс». Данные действия подпадают по понятие шиканы.

Согласно пункту 2 статьи 10 Гражданского кодекса РФ, в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено следующее.

Положения Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

С учетом изложенного договор дарения от 05 марта 2018 года, заключенный между ФИО4 и ФИО3 подлежит признанию недействительным в силу его ничтожности.

Договор от 22 марта 2018 года, заключенный между ФИО2 и ФИО3 купли-продажи земельных участков с кадастровым номером 61:26:0600023:493, площадью 450 000 кв.м. и с кадастровым номером 61:26:0600023:224, площадью 855 000 кв.м. подлежит признанию недействительным на основании положений пункта 1 статьи 168 Гражданского кодекса РФ как заключенный неуправомоченным отчуждателем (лицом не обладающим правом собственности в отношении отчуждаемого имущества).

В силу пункта 2 статьи 209 Гражданского кодекса РФ, собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Отчуждение имущества неуправомоченным отчуждателем противоречит положениям статьи 209 Гражданского кодекса РФ.

В силу пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу абзаца 2 пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса РФ, оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В данном случае заключение оспариваемого договора нарушило право СПК колхоза «Прогресс» быть зарегистрированным в качестве собственника (легитимация собственности).

Представленные в материалы дела представителем ФИО2 нотариальное согласие ФИО17 на отчуждение ФИО6 земельных участков как обосновывающих извещенность СПК колхоза «Прогресс» об отчуждении земельных участков иному, нежели СПК колхоз «Прогресс» лицу судом оценивается критически. Данное согласие не содержит указаний на то, кому будут отчуждены земельные участки и не может подтверждать невозможность оспаривания сделок колхозом. Аналогично является не относимым довод ФИО2 и представленные в его подтверждение доказательства об аффилированности дворник А.А. и СПК колхоза «Прогресс». Данные обстоятельства были предметом оценки суда общей юрисдикции и им дана критическая оценка.

Аналогично ни имеет никакого правового значения представленное письмо №443 от 2016 года, адресованное ФИО7 от имени СПК колхоза «Прогресс», поскольку оно касается отношений 2016 года, при этом никакой роли для настоящего спора не играет.

Поскольку договор дарения, на основании которого ФИО3 могла стать собственником земельных участков является ничтожным и признан судом таковым в рамках настоящего дела, у ФИО3 не возникло права собственности на спорные земельные участки.

С учетом изложенного, договор от 22 марта 2018 года, заключенный между ФИО2 и ФИО3 купли-продажи земельных участков с кадастровым номером 61:26:0600023:493, площадью 450 000 кв.м. и с кадастровым номером 61:26:0600023:224, площадью 855 000 кв.м. подлежит признанию недействительным.

Суд не находит оснований для применения эстоппеля по ходатайству представителя ФИО2

По мнению подателя ходатайства, СПК колхоз «Прогресс» не выразил возражений в отношении недействительности договора от 10.03.2017г., связанной с переходом права собственности с ФИО7 на ФИО4 на спорные земельные участки и выплачивал за них арендную плату в 2017г.

С учетом данного обстоятельства, ФИО2 полагает, что из поведения колхоза явствовало его намерение сохранить арендные правоотношения и не оспариваться отчуждение имущества.

Суд полагает необходимым отклонить данный довод. Принцип эстоппеля предполагает запрет на противоречивое поведение, когда суд усматривая явное отклонение последующего поведения стороны от предшествующего поведения, с учетом принципа добросовестности и последствий его несоблюдения (статьи 1,10 Гражданского кодекса РФ) отказывает стороне в защите права.

В данном случае оснований для применения эстоппеля не имеется. Внесение платы по договору аренды арендодателю до момента оспаривания его титула в судебном порядке не может свидетельствовать об отказе стороны от права на такое оспаривание. Иное противоречит положениям пункта 2 статьи 9 Гражданского кодекса РФ.

В силу пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса РФ, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Действующее гражданское законодательство в качестве генерального правила предусматривает двустороннюю реституцию на случай признании сделки недействительной. Двусторонняя реституция, по общему правило, возвращает стороны сделки в первоначальное положение, восстанавливает положение, существовавшее до момента совершения недействительных сделок (status quo).

В рамках реституции суд полагает необходимым взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 ОРГН 318619600048902 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 ИНН <***> ОГРНИП 308615416100052, уплаченную им по недействительному договору купли-продажи денежную сумму в размере 1 000 000 рублей.

Из материалов дела следует, что между ФИО2 (займодавец) и ФИО3 (заемщик) был заключен договор займа от 10 сентября 2017 года на сумму 3 000 000 рублей. Соглашением от 22.03.2018 стороны произвели взаимозачет, согласно которому в счет цены по договору купли-продажи спорных земельных участков, засчитывается требование ФИО2 по договору займа.

Суд полагает необходимым отметить, что признание вышеуказанного договора купли-продажи недействительным имеет правовой эффект и для обязательства ФИО3 перед ФИО2 по возврату суммы займа в размере 3 000 000 рублей, а произведенный зачет встречного требования ФИО2 из данного договора займа в счет исполнения обязательства по уплате части цены по договору купли-продажи подлежит признанию несостоявшимся.

Особенностью применения реституции в рамках настоящего дела является то, что суд не может применить ее в классическом варианте, предусматривающем необходимость восстановление в правах стороны по сделке – ФИО4

Невозможность такого применения последствий вызвана тем, что право собственности на данные участки признано отсутствующим за ФИО4 на основании вышеприведенного решения суда общей юрисдикции.

Суд не может восстановить в правах стороны по сделке, чьи права уже признаны не отсутствующими, поскольку противное будет противоречить как вступившему в законную силу судебному акту, так и нарушать интересы лица, в пользу которого суд общей юрисдикции перевел права и обязанности покупателя.

В данном случае в рамках реституционных отношений надлежащим видом последствий недействительности совершенных сделок будет приведение правоотношений участников гражданского оборота в то регулятивное состояние, в котором они находились бы, не соверши ФИО4 злонамеренные действия по исключению возможности реального перевода прав и обязанностей покупателя земельных участков на СПК колхоз «Прогресс».

Поскольку на момент отчуждения ФИО4 земельных участков, права и обязанности покупателя были переведены на СПК колхоз «Прогресс», а СПК колхоз «Прогресс» исполнил в полном объеме обязанность по внесению платы за земельные участки (данный факт подтверждается материалами дела и не оспаривается сторонами), для легитимации последнего как собственника земельных участков ему необходимо было лишь зарегистрировать право собственности в ЕГРН. Однако, невозможность такой регистрации была вызвана тем, что на основании цепочки недействительных сделок, право собственности на земельные участки было зарегистрировано за ФИО2

В целях внесения правовой определенности в отношения участников гражданского оборота, в рамках реституции суд полагает необходимым признать отсутствующим право собственности ФИО2 на спорные земельные участки; восстановить в Едином государственном реестре недвижимости записи о праве собственности ФИО4 на спорные земельные участки и произвести государственную регистрацию перехода права собственности на данные земельные участки к сельскохозяйственному производственному кооперативу колхозу «Прогресс» ИНН <***> ОГРН <***>.

При этом суд в данном случае не выходит за пределы заявленных истцом требований, поскольку требования истца – применить последствия недействительности (истец требует реституции), а в чем выражается такая реституция, определяет суд с учетом специфики анализируемого правоотношения.

Признание отсутствующим права собственности ФИО2 на спорные земельные участки основывается на том обстоятельстве, что такое право не могло возникнуть на основании цепочки недействительных сделок

Кроме того, поскольку ФИО3 не являлась собственником отчуждаемых ФИО2 земельных участков, она не могла передать последнему никакого права собственности на соответствующие земельные участки, поскольку Nemo plus iuris ad alium transferre potest, quam ipse haberet.

Требование ФИО2 о признании его добросовестным приобретателем спорных земельных участков, удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.

Во-первых, ни статья 12 Гражданского кодекса РФ, ни иные положения гражданского и земельного законодательства не предусматривают такого способа защиты гражданских прав как признания лица добросовестным приобретателем.

В данном случае ФИО2 моделирует неизвестный российской правовой системе декларативный иск.

Признания или не признания лица добросовестным приобретателем есть основание либо иска о признании права собственности по давности владения (статья 234 ГК РФ), либо основания защиты в рамках противопоставления виндикационному требованию (статья 302 ГК РФ).

Во-вторых, даже если бы действующее российское законодательство допускало подобного рода самостоятельные иски, суд не усматривает в действиях ФИО2 добросовестности.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Как разъяснено в пункте 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.11.2008 N 126, если совершению сделки сопутствовали обстоятельства, которые должны были вызвать у приобретателя имущества сомнения в отношении права продавца на отчуждение спорного имущества (в том числе явно заниженная цена продаваемого имущества), приобретатель не может быть признан добросовестным.

Приобретая земельные участки у ФИО3, ФИО2 должен был осуществить проверку «юридической чистоты» сделки, а также основания возникновения титула у продавца.

Такого рода действия являлись бы разумными с учетом того обстоятельства, что продавцом земельные участки отчуждались покупателю менее чем через месяц после приобретения данных участков продавцом.

ФИО2, действуя разумно и добросовестно, должен был поинтересоваться историей перехода титулов на земельные участки, особенностями и содержанием договора аренды в отношении приобретаемых земельных участков. Кроме того, ФИО2 с учетом его статуса профессионального участника гражданского оборота должен был исследовать открытую информацию о наличии или отсутствии судебных споров в отношении земельных участков, с участием предшествующих правообладателей данных участков.

Действия ФИО2 не отвечают стандарту разумного поведения добросовестного среднестатистического предпринимателя.

С учетом изложенного, в удовлетворении иска ФИО2 о признании его добросовестным приобретателем спорных земельных участков надлежит отказать.

В удовлетворении иска ФИО2 о взыскании сельскохозяйственного производственного кооператива колхоза «Прогресс» 38 912,25 килограмм зерновых и 4 579 ,5 килограмм подсолнечника по следующим основаниям.

В силу статьи 608 Гражданского кодекса РФ, право сдачи имущества в аренду принадлежит его собственнику. Арендодателями могут быть также лица, управомоченные законом или собственником сдавать имущество в аренду.

Как следует из материалов дела, ФИО2 основывает свои требования на заключенных договоре аренды от 01 ноября 2009 года, договоре аренды от 16 июля 2013 года, договоре купли-продажи от 22 марта 2018 года, договоре об уступке права требования от 13.03.2018 и договоре об уступке права требования от 27.03.2018 года.

ФИО2 просит взыскать с ответчика задолженность в натуральном выражении за 2018 года: по договору аренды от 01.11.2009 в размере 25 500 кг. зерновых, 3000 кг подсолнечника; по договору аренды от 16.07.2013 в размере 13 412,25 кг., 1579,5 кг подсолнечника

В силу пункта 1 стать 617 Гражданского кодекса РФ, при смене собственника договор аренды продолжает действовать, новый собственник замещает собой прежнего арендодателя.

В данном случае, поскольку договор купли-продажи 22 марта 2018 года признан недействительным, право собственности к ФИО2 не перешло на спорные земельные участки, ФИО2 не является стороной по договору и не вправе требовать внесения арендной платы ни за какой из периодов.

Более того, договоры об уступке права требования от 13.03.2018 (ФИО4 – цедент, ФИО3 –цессионарий), от 27.03.2018 (ФИО3 – цедент, ФИО2 – цессионарий) не подтверждают перехода права требования арендной платы за 2018 год, поскольку цеденты на момент заключения данных договоров не были управомочены на уступку соответствующего права требования, поскольку на основании решения суда общей юрисдикции права и обязанности покупателя по договорам купли-продажи, заключенным еще в 2016 году были переведены на арендатора и соответствующая обязанность по внесению платы прекратилась в силу положений статьи 413 Гражданского кодекса РФ.

Суд указывает, что установление факта активной легитимации является первостепенным при обращении истца за судебной защитой. Сам факт предъявления иска ненадлежащим истцом исключает возможность удовлетворения иска. Аналогичный правовой подход изложен в Постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.06.2016 N 15АП-6854/2016 по делу N А53-29144/2015.

С учетом изложенного, в иске о взыскании арендной платы в натуральном выражении надлежит отказать.

В заключении суд полагает необходимым отметить следующее.

В рамках настоящего спора сошлись интересы нескольких лиц. С одной стороны интересы приобретателя земельных участков, который однако не смог доказать свою добросовестность. С другой стороны интересы колхоза, в пользу которого было вынесено решения суда общей юрисдикции ,и который вправе был рассчитывать на легитимацию его как собственника земельных участков. Кроме того, косвенно в поле зрения суда попали и интересы, надо отметить неправомерные, участников цепочки сделок по выводу актива в целях воспрепятствования исполнению решения суда общей юрисдикции.

В конечно счете, суд посчитал заслуживающим защиты интерес колхоза, добросовестного арендатора, чье преимущественное право покупки было защищено судом общей юрисдикции, однако реализации права которого (колхоза) воспрепятствовала цепочка незаконных сделок.

С учетом изложенного, судом принято нижеследующее решение.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины распределены в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ и отнесены на ФИО2 Излишне уплаченная государственная пошлина в размере 12 000 рублей по платежному поручению № 1623 от 14.11.2018. подлежат возврату плательщику - СПК колхозу «Прогресс».

Руководствуясь статьями 110,167-176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования сельскохозяйственного производственного кооператива колхоза «Прогресс» удовлетворить.

Признать недействительным договор от 05 марта 2018 года, заключенный между ФИО4 и ФИО3 дарения земельных участков с кадастровым номером 61:26:0600023:493, площадью 450 000 кв.м. и с кадастровым номером 61:26:0600023:224, площадью 855 000 кв.м.

Признать недействительным договор от 22 марта 2018 года, заключенный между ФИО2 и ФИО3 купли-продажи земельных участков с кадастровым номером 61:26:0600023:493, площадью 450 000 кв.м. и с кадастровым номером 61:26:0600023:224, площадью 855 000 кв.м.

Применить последствия недействительности сделок, а именно:

Признать отсутствующим право собственности ФИО2 на земельные участки с кадастровым номером 61:26:0600023:493, площадью 450 000 кв.м. и с кадастровым номером 61:26:0600023:224, площадью 855 000 кв.м.

Восстановить в Едином государственном реестре недвижимости записи о праве собственности ФИО4 на земельные участки с кадастровым номером 61:26:0600023:493, площадью 450 000 кв.м. и с кадастровым номером 61:26:0600023:224, площадью 855 000 кв.м. и произвести государственную регистрацию перехода права собственности на данные земельные участки к сельскохозяйственному производственному кооперативу колхозу «Прогресс» ИНН <***> ОГРН <***>.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 ОРГН 318619600048902 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 ИНН <***> ОГРНИП 308615416100052, уплаченную им по недействительному договору купли-продажи денежную сумму в размере 1 000 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 отказать.

Взыскать с ФИО2 ИНН <***> ОГРНИП 308615416100052 в пользу сельскохозяйственного производственного кооператива колхоза «Прогресс» ИНН <***> ОГРН <***> судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 12 000 рублей.

Возвратить сельскохозяйственному производственному кооперативу колхоза «Прогресс» ИНН <***> ОГРН <***> излишне уплаченную государственную пошлину в размере 12 000 рублей по платежному поручению № 1623 от 14.11.2018.

Решение суда по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения через суд, принявший решение.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня вступления в законную силу решения через суд, принявший решение, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

СудьяДимитриев М. А.