Постановление от 11 апреля 2019 г. по делу № А13-4678/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


11 апреля 2019 года

Дело №

А13-4678/2017

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковца А.В., судей Зарочинцевой Е.В., Мирошниченко В.В.,

при участии от ФИО1 представителя ФИО2 (доверенность от 07.06.2018),

рассмотрев 08.04.2019 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 26.10.2018 (судья Коротышев Е.Н.) и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.01.2019 (судьи Шумилова Л.Ф., Журавлев А.В., Писарева О.Г.) по делу № А13-4678/2017,

у с т а н о в и л:

Решением Арбитражного суда Вологодской области от 20.06.2017 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

Сообщение об этом 01.07.2017 опубликовано в издании «Коммерсантъ».

ФИО3 18.08.2017 обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ФИО4 (далее – Реестр) требования в размере 1 000 000 руб. основного долга и 74 206,36 руб. процентов.

Определением суда первой инстанции от 26.10.2018 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.01.2019 определение от 26.10.2018 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО3, ссылаясь на допущенные судами первой и апелляционной инстанций нарушения норм материального и процессуального права, просит отменить определение от 26.10.2018, постановление от 17.01.2019 и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт – об удовлетворении заявления о включении требования в Реестр.

Податель жалобы считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии у ФИО3 финансовой возможности предоставить заем должнику, а также о том, что 2 790 000 руб., вырученные заявителем в результате продажи квартиры по договору от 26.05.2014, израсходованы при расчетах по договору долевого участия в строительстве от 29.04.2014 являются ошибочными и не соответствуют совокупности представленных доказательств.

По мнению ФИО3, суды не учли не учли то, что задолженность перед ним отражена ФИО4 в заявлении о признании себя банкротом.

Как полагает податель жалобы, суд первой инстанции, сделав вывод о недостоверности представленных ФИО3 в обоснование заявленного требования договора и расписки должника только лишь исходя из даты их подписания, нарушил закрепленный в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) принцип презумпции добросовестности.

Поскольку действующим законодательством Российской Федерации не предусмотрена обязанность физического лица, не обладающего статусом индивидуального предпринимателя, по ведению бухгалтерского учета, составлению бухгалтерской и налоговой отчетности, вывод судов первой и апелляционной инстанций о недоказанности расходования должником заемных денежных средств, по мнению ФИО3, является необоснованным.

В представленном в электронном виде отзыве ФИО1, являющийся конкурсным кредитором должника, возражает против удовлетворения кассационной жалобы.

В представленном в электронном виде отзыве финансовый управляющий ФИО5 оставляет принятие решения по существу кассационной жалобы на усмотрение суда кассационной инстанции.

В судебном заседании представитель ФИО1 возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии со статьей 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, в обоснование заявленного требования ФИО3 сослался на то, что 18.01.2016 заключил с ФИО4 (заемщиком) договор займа, по условиям которого передал заемщику 1 000 000 руб. на срок до 01.07.2016.

Согласно пункту 2.2 договора датой предоставления займа считается дата получения заемщиком денежных средств, о чем заемщик обязался составить расписку.

Так как ФИО4 не исполнил обязательства по возврату займа, ФИО3 просил включить в Реестр 1 000 000 руб. задолженности по возврату займа и 74 206,36 руб. задолженности по уплате процентов.

Суд первой инстанции пришел признал недоказанными наличие у ФИО3 финансовой возможности предоставить заем ФИО4 в заявленной сумме и факт передачи заемных средств должнику, в связи с чем определением от 26.10.2018 отказал во включении заявленного требования в Реестр.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции и постановлением от 17.01.2019 оставил указанное определение без изменения.

Проверив законность обжалуемых судебных актов и обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 названного Закона. Пропущенный кредитором по уважительной причине срок закрытия реестра может быть восстановлен арбитражным судом.

Как следует из пункта 3 статьи 100 Закона о банкротстве возражения относительно требований кредиторов могут быть предъявлены в арбитражный суд внешним управляющим, представителем учредителей (участников) должника или представителем собственника имущества должника - унитарного предприятия, а также кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов. Такие возражения предъявляются в течение тридцати дней с даты включения в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве сведений о получении требований соответствующего кредитора. Лица, участвующие в деле о банкротстве, вправе заявлять о пропуске срока исковой давности по предъявленным к должнику требованиям кредиторов.

При наличии возражений относительно требований кредиторов арбитражный суд проверяет обоснованность соответствующих требований кредиторов. По результатам рассмотрения выносится определение арбитражного суда о включении или об отказе во включении указанных требований в реестр требований кредиторов. В определении арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов указываются размер и очередность удовлетворения указанных требований (пункт 4 указанной статьи).

Согласно пункту 5 статьи 100 Закона о банкротстве требования кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов. По результатам рассмотрения арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе во включении требований кредиторов в реестр требований кредиторов.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35), в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В данном случае в обоснование заявленного требования ФИО3 сослался на обязательства ФИО4 из заключенного сторонами 18.01.2016 договора займа.

В соответствии со статьей 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В подтверждение факта передачи денежных средств должнику ФИО3 представил расписку от 18.01.2016.

Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце третьем пункта 26 Постановления № 35, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

В результате исследования договора купли-продажи квартиры от 26.05.2014, представленного ФИО3 в подтверждение того, что его финансовое положение позволяло предоставить заем должнику, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что данный договор не относится к периоду предоставления спорного займа.

Суды учли, что с даты продажи квартиры (26.05.2014) до даты заключения договора займа (18.01.2016) ФИО3 оплатил 1 430 000 руб. по договору 29.04.2014 долевого участия в строительстве № 110, заключенному обществом с ограниченной ответственностью «Строительное управление-12» и ФИО6; 485 000 руб. передал ФИО4 по договору займа от 20.01.2015.

Так как доказательства поступления денежных средств из иных источников за период, истекший с даты продажи квартиры, ФИО3 не представлены, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что финансовое положение кредитора не позволяло ему предоставить заем должнику в заявленной сумме.

При этом суды не приняли во внимание представленные ФИО3 выписки о движении денежных средств по счетам в публичном акционерном обществе «Банк СГБ» исходя из того, что движение денежных средств по указанным счетам имело место с июня 2014 по ноябрь 2015 года; поступившие на счет ФИО7 денежные средства были полностью израсходованы, сведений о наличии на указанных счетах по состоянию на 18.01.2016 остатка в сумме 1 000 000 руб. не имеется.

Ссылки ФИО3 о наличии 1 500 000 руб. на счете № 40817810812000032588 в публичном акционерном обществе «Сбербанк России» (далее – ПАО «Сбербанк России»), также не признаны судами достаточным доказательством наличия у кредитора собственных денежных средств на дату выдачи займа, поскольку денежные средства в указанной сумме 14.01.2016 зачислены на указанный счет и в этот же день сняты со счета.

Доказательства расходования ФИО4 полученных от ФИО3 денежных средств при рассмотрении настоящего обособленного спора также не были представлены.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.10.2011 по делу № 6616/2011, при наличии сомнений в реальности договора займа исследованию подлежат доказательства, свидетельствующие об операциях должника с этими денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета должника), в том числе об их расходовании. Также в предмет доказывания в указанных случаях входит изучение обстоятельств, подтверждающих фактическое наличие у заимодавца денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки; сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его; о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные (помимо расписки) доказательства передачи денег должнику.

Установление указанных обстоятельств обусловлено необходимостью исключения при заключении договора займа недобросовестного поведения сторон данного договора (злоупотребления правом), которое направлено на искусственное увеличение кредиторской задолженности должника-банкрота.

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ доказательства, представленные участвующими в рассмотрении настоящего обособленного спора лицами в обоснование своих требований и возражений, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об отсутствии правовых оснований для включения в Реестр заявленного ФИО3 требования.

Отказывая во включении заявленного ФИО3 требования в Реестр, суды исходили из отсутствия в материалах настоящего обособленного спора доказательств, подтверждающих реальность заемных отношений, использования полученных заемных должником и наличия у ФИО3 финансовой возможности предоставить заем ФИО4

По мнению суда кассационной инстанции, выводы судов первой и апелляционной инстанций, послужившие основанием для принятия обжалуемых судебных актов, соответствует фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

Приведенные в кассационной жалобе ФИО3 доводы сводятся к несогласию с оценкой судами первой и апелляционной инстанций доказательств, представленных при рассмотрении настоящего обособленного спора.

Поскольку основания для иной оценки названных доказательств у суда кассационной инстанции отсутствуют, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Вологодской области от 26.10.2018 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.01.2019 по делу № А13-4678/2017 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО3 - без удовлетворения.


Председательствующий

А.В. Яковец

Судьи


Е.В. Зарочинцева

В.В. Мирошниченко