Постановление от 29 марта 2023 г. по делу № А53-17760/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-17760/2020
г. Краснодар
29 марта 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 22 марта 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 марта 2023 года.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Сороколетовой Н.А., судей Андреевой Е.В. и Соловьева Е.Г. при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Пилояном Э.С., при организации видеоконференц-связи Арбитражным судом Ростовской области, при участии в судебном заседании от Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Ростовской области – ФИО1 (доверенность от 25.04.2022), от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Юг-Уголь» (ИНН <***>, ОГРН <***>) ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 15.12.2022), в отсутствие представителей ФИО4, иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Юг-Уголь» ФИО2 и ФИО4 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 03.11.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.12.2022 по делу № А53-17760/2020, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Юг-Уголь» (далее – должник) временный управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности.

Федеральная налоговая служба в лице Управления Федеральной налоговой службы по Ростовской области (далее – уполномоченный орган) обратилась в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности.

Определением суда от 15.06.2021 производства по заявлениям объединены для совместного рассмотрения.

Определением суда от 03.11.2022, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 30.12.2022, заявление уполномоченного органа о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности удовлетворено, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; производство по рассмотрению заявления уполномоченного органа о привлечении ФИО4 субсидиарной ответственности по обязательствам должника приостановлено до окончания расчетов с кредиторами; в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

В кассационной жалобе ФИО4 просит обжалуемые судебные акты отменить, принять новый судебный акт об отказе в привлечении к субсидиарной ответственности. Податель жалобы указывает, что доказательства, предоставленные в рамках настоящего спора о привлечении к субсидиарной ответственности, подлежат самостоятельной судебной оценке; обстоятельства, положенные в основу материалов налоговой проверки, опровергаются документами, имеющимися в данном деле; образование задолженности по обязательным платежам в бюджет не связано с действиями (бездействием) контролирующих лиц общества; решение Арбитражного суда Ростовской области от 31.01.2022 по делу № А53-31998/202 не носит преюдициальный характер для данного обособленного спора; приобщенные ФИО4 в апелляционный суд документы, не получили надлежащую оценку; сделки должника и операции по ним с ООО «Гранта», ООО «ДорВертСтрой», с индивидуальным предпринимателем ФИО4, вменяемые ответчику в качестве совершения правонарушения, заключены на рыночных условиях и исполнены в рамках обычной хозяйственной деятельности; суды не установили дату объективного банкротства должника, а также причинно-следственную связь между объективным банкротством и действиями (бездействием) ответчика; по состоянию на 01.01.2020 предприятие стало более финансово устойчиво, стабильно и менее зависимо от внешних кредиторов, предприятию достаточно собственных средств для обеспечения текущей деятельности; должник в 2016-2019 годах являлся платежеспособным, осуществлял нормальную хозяйственную деятельность, в основе несостоятельности ООО «Юг-Уголь» лежат иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий должника ФИО2 (далее – конкурсный управляющий) просит обжалуемые судебные акты отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение. Податель жалобы указывает, что конкурсный управляющий удовлетворен исходом спора о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, однако считает свои права нарушенными в части полного отказа в удовлетворении заявленных требований; суд первой инстанции не исследовал все доводы и доказательства, представленные конкурсным управляющим; суды первой и апелляционной инстанций отдали предпочтение доводам уполномоченного органа, которые по смыслу не отличаются от доводов конкурсного управляющего; суды не дали оценки доводу временного управляющего должника, о том, что ФИО4 искажены сведения о хозяйственной деятельности ООО «Юг-Уголь», об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и бухгалтерском учете, а также налоговой отчетности, что является налоговым правонарушением; апелляционный суд, приобщив к материалам дела документы, представленные ФИО4 не учел мнение сторон, чем нарушил процессуальные права лиц, участвующих в деле; судом апелляционной инстанции не проведено исследование доказательств перед вынесением итогового решения; в постановлении апелляционного суда документы, приобщенные ФИО4, не проанализированы.

В отзыве на кассационные жалобы уполномоченный орган указал на законность и обоснованность принятых по делу судебных актов, просил в удовлетворении кассационных жалоб отказать.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал свою кассационную жалобу, возражал против доводов кассационной жалобы ФИО4

Представитель уполномоченного органа возражал против доводов кассационных жалоб по основаниям, изложенным в отзыве, просил судебные акты оставить в силе.

Кассационные жалобы рассмотрены на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), в отсутствие привлекаемого к субсидиарной ответственности лица, иных лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 35 вышеназванного Кодекса.

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационных жалоб, выслушав участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалобы не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела и установили суды, определением суда от 21.03.2021 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2 Решением суда от 17.11.2021 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введено конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Полагая, что имеются основания для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательства должника, конкурсный управляющий и уполномоченный орган обратились в суд с заявлениями.

При принятии обжалуемых судебных актов, суды руководствовались статьями 65, 69, 71 и 223 Кодекса, статьями 9, 61.10, 61.11, 61.12, 126 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), правовой позицией, указанной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713 по делу № А50-4524/2013.

Суды первой и апелляционной инстанций обоснованно исходили из следующего.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) внесены изменения в Закон о банкротстве, положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили силу. Закон № 266-ФЗ вступил в силу со дня его официального опубликования – 30.07.2017.

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ предусмотрено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

Применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время статей 61.11, 61.12 Закона о банкротстве) в части норм материального права зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности, а не от того, когда было подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности. Нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Суды установили, что согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц ООО «Юг-Уголь» зарегистрировано в качестве юридического лица 21.02.2014; основной вид деятельности - торговля оптовая твердым топливом (ОКВЭД 46.71; руководителем и единственным учредителем (участником) общества с даты регистрации должника является ФИО4, ведение бухгалтерского учета должника также осуществлял ФИО4

Применительно к такому основанию привлечения к субсидиарной ответственности, как неподача заявления о признании должника банкротом (статья 61.12 Закона о банкротстве), исследуя обстоятельства дела, суды пришли к следующему.

Основания для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, ранее содержавшиеся в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ (далее – Закон № 134-ФЗ) не устранены и в настоящее время содержатся в статье 61.12 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности за неподачу заявления о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно общим положениям пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

Из разъяснений, приведенных в пункте 9 постановления Пленума № 53 следует, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Суды, проанализировав финансово-хозяйственную деятельность должника, установили, что за период с 01.01.2018 по 01.01.2020 предприятие увеличило свою платежеспособность и было в состоянии выполнить свои текущие обязательства за счет денежных средств на счетах на 23,7%, в 01.01.2020 на 69,7%; значение коэффициента текущей ликвидности на 01.01.2020 увеличилось на 1.183 и составило 1.572, т.е. платежеспособность возросла; предприятие стало более финансово устойчиво, стабильно и менее зависимо от внешних кредиторов, предприятию достаточно собственных средств для обеспечения текущей деятельности; за период с 01.01.2018 по 01.01.2020 доля просроченной кредиторской задолженности в пассивах предприятия снизилась на 32,401% и составила 52,6%, т.е. улучшилось состояние расчетов с кредиторами; за анализируемый период предприятие погасило часть своей просроченной задолженности.

Доказательств того, что с учетом размера задолженности и специфики деятельности по итогам 2018 года должник находился в состоянии объективного банкротства, конкурсный управляющий суду не представил, равно как и доказательств возникновения этих признаков в 2016 году. Конкурсный управляющий также не указал и не обосновал, какие новые обязательства возникли после 01.01.2018 (с даты, с которой управляющий связывает обязанность по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

При изложенных обстоятельствах, суды пришли к выводу, что совокупность обстоятельств, влекущих субсидиарную ответственность ответчика по обязательствам должника, возникшим в связи с несвоевременным исполнением руководителем обязанности по подаче в арбитражный суд заявления должника о собственном банкротстве, не доказана, а потому отказали в привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основанию, предусмотренному пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования по основанию, предусмотренному подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве судами учтено следующее.

В силу абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии, в том числе следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно части 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон о бухгалтерском учете) ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта, т.е. лицом, являющимся единоличным исполнительным органом экономического субъекта.

В соответствии с частью 1 статьи 9 Закона о бухгалтерском учете каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом, на основании которых формируются регистры бухгалтерского учета.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума № 53 лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

– невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

– невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

– невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Учитывая, что определением суда от 08.10.2021 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего об истребовании документов у руководителя ООО «Юг-Уголь» отказано, в связи с их фактической передачей, суды не усмотрели оснований для удовлетворения заявленных требований по указанному основанию.

Как отметили суды, неуказание в налоговых декларациях по НДС за 4 квартал 2019 года и за 1 квартал 2020 года реализации автомобилей в результате чего произошло очередное намеренное занижение налоговой базы, являются незначительными, не повлияли и не затруднили проведение процедуры банкротства должника, в том числе не повлияли на формирование конкурсной массы, поскольку все документы (сведения) необходимые для проведения процедуры банкротства наличествуют в распоряжении конкурсного управляющего ввиду их фактической передачи ответчиком.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В силу разъяснений, данных в пункте 16 постановления Пленума № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В отношении довода управляющего о совершении сделок с ООО «Донугольснаб» по перечислению денежных средств, с ООО «Ростуглемет» по зачету требований, с ФИО4 по выплате дивидендов и продаже автомобиля, суды исходили из недоказанности оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по указанному основанию. Суды указали, что оснований полагать, что совершение вышеуказанных сделок значительно повлияло на деятельность должника и явилось необходимой причиной объективного банкротства должника, конкурсным управляющим не представлено, равно как и оснований полагать, что применительно к масштабам деятельности должника, указанные в заявлении конкурсного управляющего сделки, действительно являлись для должника значимыми и существенно убыточными. Конкурсным управляющим не представлено доказательств, очевидно свидетельствующих о том, что совершение соответствующих сделок повлекло объективное банкротство должника.

Рассматривая заявление уполномоченного органа суды руководствовались следующим.

В соответствии с пунктом 26 постановления Пленума № 53 и согласно подпункту 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств:

– должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия);

– доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

По результатам анализа банковских выписок движения денежных средств по расчетным счетам индивидуального предпринимателя ФИО4 установлено, что его основным контрагентом (заказчиком транспортных услуг в соответствии с назначением платежей) с 2016 года по 2019 год являлось ООО «Юг-Уголь» с долей до 98% от всех поступлений на расчетный счет индивидуального предпринимателя.

Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службой № 12 по Ростовской области в отношении должника с 24.06.2019 по 21.01.2020 проведена выездная налоговая проверка, по результатам которой доначислен налог на добавленную стоимость в сумме 12 111 500 рублей 25 копеек, в том числе недоимка – 8 697 054 рубля, пени в сумме 3 414 071 рубля 25 копеек, штрафные санкции в сумме 375 рублей, вследствие неполной уплаты налога на добавленную стоимость в третьем квартале 2016 года и неправомерных действий в первом и четвертом кварталах 2017 года, в том числе по периодам:

– 3 квартал 2016 года, на сумму 1 341 339 рублей, по срокам уплаты: 25.10.2016 в сумме 447 113 рублей, 25.11.2016 в сумме 447 113 рублей, 26.12.2016 в сумме 447 113 рублей;

– 1 квартал 2017 года на сумму 2 681 898 рублей, по срокам уплаты: 25.04.2017 в сумме 893 966 рублей, 25.05.2017 в сумме 893 966 рублей, 26.06.2017 в сумме 893 966 рублей;

– 4 квартал 2017 года на сумму 4 673 817 рублей, по срокам уплаты: 25.01.2018 в сумме 1 557 939 рублей, 26.02.2018 в сумме 1 557 939 рублей, 26.03.2018 в сумме 1 557 939 рублей.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 31.01.2022 по делу № А53-31998/2021 в удовлетворении требований о признании недействительным решения налогового органа от 09.04.2021 № 1423 отказано.

Определением суда от 23.09.2021 по данному делу задолженность, доначисленная по результатам налогового контроля в размере 12 111 500 рублей 25 копеек, в том числе недоимка – 8 697 054 рублей, включена в третью очередь реестра требований кредиторов должника и составляет более 58% совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения. Включенная в реестр задолженность обеспечивает 61,75% голосов.

В решении Арбитражного суда Ростовской области от 31.01.2022 по делу № А53-31998/2021 подтвержден установленный в решении от 09.04.2021 № 1423 факт умышленных действий, выразившихся в сознательном искажении ФИО4 сведений о хозяйственной деятельности ООО «Юг-Уголь», об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и бухгалтерском учете, а также в налоговой отчетности, неправомерном принятии к вычету суммы налога на добавленную стоимость в размере 8 697 054 рублей с исключительной целью уклонения от уплаты налогов и получения необоснованной налоговой выгоды.

Неправомерные действия должника привели к привлечению юридического лица к налоговой ответственности и, соответственно, к возникновению дополнительной обязанности должника по уплате штрафов и начисленных пеней. Материалами налоговой проверки подтверждается, что фактически имел место целый комплекс нарушений, в рамках которых обществом умышленно предоставлялась в налоговый орган недостоверная информация об объектах налогообложения, что привело к занижению обществом налоговой базы и неуплаты налога.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Кодекса имеющиеся в материалах дела доказательства, принимая во внимание условия возникновения, характер и размер задолженности должника, образование задолженности в связи с совершением должником налоговых правонарушений, суды пришли к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности, установленных подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Поскольку из материалов дела следует, что в настоящее время окончательный размер субсидиарной ответственности невозможно установить, расчеты с кредиторами не произведены и возможно увеличение размера текущей задолженности, а наличие оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности признаны доказанными, суды правомерно приостановили производство по установлению размера ответственности по обязательствам должника до окончания расчетов с кредиторами.

Оснований не согласиться с указанными выводами судов первой и апелляционной инстанций у суда кассационной инстанции не имеется.

Приведенные в кассационных жалобах доводы подлежат отклонению, так как выводов судов не опровергают, не свидетельствуют о допущении судами нарушений норм материального и (или) процессуального права и не могут служить основаниями для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку по своей сути касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, основаны на ином толковании норм права, подлежащих применению при рассмотрении спора; доводы заявителей кассационных жалоб тождественны доводам, являвшимся предметом исследования суда первой и апелляционной инстанции и получившим надлежащую правовую оценку с подробным изложением мотивов их отклонения.

Нормы права при разрешении спора применены правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Кодекса безусловным основанием для отмены судебных актов, судом округа не установлено.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения кассационных жалоб и отмены судебных актов.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 03.11.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.12.2022 по делу № А53-17760/2020 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий Н.А. Сороколетова

Судьи Е.В. Андреева

Е.Г. Соловьев