Решение от 10 апреля 2024 г. по делу № А40-260471/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-260471/23-170-2942
г. Москва
10 апреля 2024 г.
Резолютивная часть решения объявлена 27 марта 2024 года

Полный текст решения изготовлен 10 апреля 2024 года


Арбитражный суд в составе судьи Ереминой И. И.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению

ПАО "ТРАНСКОНТЕЙНЕР" (141402, РОССИЯ, МОСКОВСКАЯ ОБЛ., ХИМКИ Г.О., ХИМКИ Г., ХИМКИ Г., ЛЕНИНГРАДСКАЯ УЛ., ВЛД. 39, СТР. 6, ОФИС 3 (ЭТАЖ 6), ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 04.03.2006, ИНН: <***>)

к ответчикам:

ОАО "РЖД" (107174, РОССИЯ, Г. МОСКВА, ВН.ТЕР.Г. МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОКРУГ БАСМАННЫЙ, НОВАЯ БАСМАННАЯ УЛ., Д. 2/1, СТР. 1, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 23.09.2003, ИНН: <***>),

СПАО «Ингосстрах» (115035, <...>, СТР.2, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 11.10.2002, ИНН: <***>)

о взыскании 100 000 долларов США, 10 201,93 Евро и 486 842,20 руб.

в заседании приняли участие: согласно протоколу.



УСТАНОВИЛ:

ПАО «Трансконтейнер» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском о взыскании с ОАО «РЖД» убытков в размере 100 000,00 долларов США, возникших в связи с уничтожением груза, 10 201,93 евро транспортных расходов за перевозку уничтоженного груза по территории иностранных государств, 486 482,20 рублей транспортных расходов за перевозку груза по территории РФ и таможенного сбора.

К участию в деле в качестве соответчика в порядке ст. 46 АПК РФ привлечено СПАО «Ингосстрах».

29.01.2024 судом, в ходе судебного разбирательства, рассмотрено и в соответствии со ст. 51 АПК РФ отклонено ходатайство истца о привлечении к участию в дело третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Смоленскую таможню. Истец заявил ходатайство об истребовании дополнительных доказательств. Суд частично удовлетворил ходатайство истца в соответствии со ст. 66 АПК РФ.

Определением суда от 29.01.2024 у Смоленской таможни истребованы постановления о привлечении ОАО «РЖД» к административной ответственности в соответствии со ст. 16.3 КОАП по факту перевозки ОАО «РЖД» контейнеров №№TKRU3083003, TKRU3400514, TKRU3343029, TKRU3317858 по накладным СМГС №№ 00436600, 00436634, 00436642, 00436683.

13.03.2024 в адрес суда от Смоленской таможни поступили истребуемые документы.

Информация о месте и времени судебного заседания была размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в сроки, установленные ч. 1 ст. 121 АПК РФ.

В судебном заседании представитель истца поддержал исковые требования в полном объеме, представил возражения, которые приобщены к материалам дела.

Представители ответчика (ОАО «РЖД») в удовлетворении исковых требований просили отказать, поддерживали доводы, изложенные в отзыве, представили дополнительные письменные пояснения, которые приобщены к материалам дела.

Представитель ответчика (СПАО «Ингосстрах») против заявленных требований возражал, представил отзыв на иск, которые приобщен к материалам дела. Возражения СПАО «Ингосстрах» сводятся к отсутствию оснований для признания события (уничтожение груза таможенными органами) страховым случаем.

Исследовав и оценив в порядке ст. 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, заслушав представителей сторон, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, между ПАО «ТрансКонтейнер» и ОАО «РЖД» заключен договор на организацию расчетов от 27.12.2007 № 120-жд.

В рамках договора от 27.12.2007 № 120-жд (в редакции Дополнительного соглашения №16 от 26.04.2019) ПАО «ТрансКонтейнер» вправе осуществлять платежи за третьих лиц, не являющихся сторонами указанного Договора, то есть выступать в качестве плательщика за перевозку грузов (п. 1.1 Договора).

29.12.2017 между ПАО «ТрансКонтейнер» (экспедитор) и TransContainer Europe GmbH, ТКЕ (клиент) заключен договор транспортной экспедиции № ЦКП-775017.

Согласно п. 2 Договора от 29.12.2017 № ЦКП-775017 ПАО «ТрансКонтейнер» обязуется на возмездной основе оказать транспортно-экспедиционные услуги по Заказу Клиента.

В рамках Договора от 29.12.2017 № ЦКП-775017 ТКЕ на основании заказа от 18.10.2022 № 30734008 поручило ПАО «ТрансКонтейнер» в рамках транзитной перевозки груза железнодорожным транспортом по накладным СМГС №№ 00436600, 00436634,00436642, 00436683 осуществить, в том числе, оплату тарифа за перевозку груза железнодорожному перевозчику (ОАО «РЖД») от станции Красное (ЭКСП.) Московской железной дороги до станции Наушки (ЭКСП.) Восточно-Сибирской железной дороги.

Перевозка грузов по накладным №№ 00436642, 00436600, 00436683, 00436634 осуществлялась в международном сообщении со станции отправления - Малашевиче (Польша) до станции назначения - Улаанбаатар (Монголия) через территорию Российской Федерации.

Согласно графе 15 накладных №№ 00436642, 00436600, 00436683, 00436634 в контейнерах №№ TKRU3083003, TKRU3400514, TKRU3317858, TKRU3343029 перевозился груз – продукты пищевые и полуфабрикаты прочие. Грузоотправителем значился М+М Милитзер & Мунч ГМБХ (Германия), грузополучателем – ОАО «Витафит групп» (Улан-батор Монголия).

В графе 23 накладных в качестве плательщика за перевозку груза по территории Российской Федерации значился ПАО «Трансконтейнер».

Указом Президента Российской Федерации от 06.08.2014 № 560 «О применении отдельных специальных экономических мер в целях обеспечения безопасности Российской Федерации» (далее - Указ № 560) запрещена внешнеэкономическая деятельность, предусматривающая ввоз на территорию Российской Федерации отдельных видов сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия, страной происхождения которых является государство, принявшее решение о введении экономических санкций в отношении российских юридических и (или) физических лиц или присоединившееся к такому решению.

Во исполнение Указа № 560 постановлением Правительства Российской Федерации от 07.08.2014 № 778 «О мерах по реализации указов Президента Российской Федерации от 06.08.2014 № 560, от 24.07.2015 № 320, от 29.06.2016 № 305, от 30.06.2017 № 293 и др. (далее - Постановление № 778) введен запрет на ввоз в Российскую Федерацию сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия, страной происхождения которых являются Соединенные Штаты Америки, страны Европейского союза, Канада, Австралия, Королевство Норвегия, Украина, Республика Албания, Черногория Республика Исландия, Княжество Лихтенштейн и Соединенное Королевство Великобритании и Северной Ирландии, по перечню согласно приложению.

Пунктом 1 Указа Президента Российской Федерации от 29.07.2015№ 391 «Об отдельных специальных экономических мерах, применяемых в целях обеспечения безопасности Российской Федерацию (далее - Указ № 391) установлено, что ввезенные на территорию Российской Федерации сельскохозяйственная продукция, сырье и продовольствие, страной происхождения которых является государство, принявшее решение о введении экономических санкций в отношении российских юридических и (или) физических лиц или присоединившееся к такому решению, и которые запрещены к ввозу на территорию Российской Федерации, подлежат уничтожению.

При этом, п. 2 Указа № 391 предусмотрено, что п. 1 Указа № 391 не применяется при соблюдении следующих условий:

товары следуют через территорию Российской Федерации в третьи страны при осуществлении транзитных международных железнодорожных перевозках;

на товары имеются подлинные ветеринарные и фитосанитарные сопроводительные документы, соответствующие грузу;

перевозчиком соблюден установленный Правительством Российской Федерации порядок осуществления таких железнодорожных перевозок.

Пунктом 1.1 Указа № 560 установлено, что разрешен ввоз на территорию Российской Федерации отдельных видов сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия, названных в п. 1 Указа № 560 при осуществлении транзитных международных автомобильных перевозок и транзитных международных железнодорожных перевозок через территорию Российской Федерации в третьи страны в соответствии с порядком осуществления таких автомобильных перевозок и железнодорожных перевозок, установленным Правительством Российской Федерации, при условии обеспечения их прослеживаемости с использованием системы контроля, предусматривающей применение средств идентификации (пломб), функционирующих на основе технологии глобальной навигационной спутниковой системы ГЛОНАСС (далее - электронная навигационная пломба или ЭНП).

Согласно накладным СМГС №№ 00436600, 00436634, 00436642, 00436683 в контейнерах TKRU3083003, TKRU3400514, TKRU3343029, TKRU3317858 перевозился груз «Продукты пищевые и полуфабрикаты прочие», производства страны Европейского союза (Нидерланды), подпадающим под действие Указа № 560.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2019 № 1877 «О мерах по реализации Указа Президента Российской Федерации от 24.06.2019 № 290 «О внесении изменений в некоторые указы Президента Российской Федерации» утверждены Правила осуществления транзитных международных автомобильных перевозок и транзитных международных железнодорожных перевозок через территорию Российской Федерации в третьи страны отдельных видов сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия, страной происхождения которых является государство, принявшее решение о введении экономических санкций в отношении российских юридических и (или) физических лиц или присоединившееся к такому решению, и отдельных видов товаров, страной происхождения либо страной отправления которых является Украина или которые перемещаются через территорию Украины, а также правила наложения (снятия) и применения средств идентификации (пломб), функционирующих на основе технологии глобальной навигационной спутниковой системы ГЛОНАСС, при осуществлении указанных автомобильных перевозок и железнодорожных перевозок (далее - Правила № 1877).

Правила № 1877 определяют порядок перевозки санционного груза по территории Российской Федерации железнодорожным и автомобильным транспортом, а также регулируют порядок наложения электронных навигационных пломб с системой ГЛОНАСС на подвижной состав, в котором перевозится груз, попадающий под действие Указа № 560.

Истец утверждает, что ОАО «РЖД» согласно Правил № 1877 выступает оператором пломбирования, в обязанности которого входит установка по заявке клиента (в данном случае ПАО «ТрансКонтейнер») электронных навигационных пломб на контейнеры с санкционным грузом.

ПАО «ТрансКонтейнер» указывает, что, руководствуясь положениями Постановления № 1877, а также п. 4.5 договора от 27.12.207 № 120-жд (в редакции Дополнительного соглашения № 19), уведомило оператора пломбирования (ОАО «РЖД») о необходимости наложения электронных навигационных пломб на контейнеры №№ TKRU3083003, TKRU3400514, TKRU3343029, TKRU3317858, однако ОАО «РЖД» в нарушение Правил № 1877 не осуществило установку навигационных пломб на контейнеры, в связи с чем, 22.11.2022 груз был задержан на железнодорожной станции Наушки и изъят Бурятской таможней, что подтверждается актами об изъятии запрещенной к ввозу продукции: от 17.03.2023 № 10718000/170323/И0004, от 20.03.2023 № 10718000/200323/И0007, от 29.03.2023 № 10718000/290323/И0009, от 20.03.2023 № 10718000/200323/И0006.

В дальнейшем изъятый из контейнеров №№ TKRU3083003, TKRU3400514, TKRU3343029, TKRU3317858 груз «Продукты пищевые и полуфабрикаты прочие» был уничтожен таможенными органами, что подтверждается актами об уничтожении: от 10.05.2023 № 10718000/100523/У0005, от 12.05.2023 № 10718000/120523/У0006, от 18.07.2023 № 10718000/180723/У0012, от 04.05.2023 № 10718000/040523/У0004.

Таким образом, по мнению ПАО «Трансконтейнер», груз бы уничтожен таможенными органами по причине не наложения ответчиком (ОАО «РЖД») электронных навигационных пломб на контейнеры по заявке истца.

В связи с уничтожением груза, ТКЕ предъявило ПАО «Трансконтейнер» претензию о возмещении стоимости уничтоженного груза в размере 100 000,00 долларов США, а также стоимости транспортных расходов за перевозку уничтоженного груза в размере 10 201, 93 евро.

Кроме того, истец указывает, что в связи с уничтожением груза у ПАО «ТрансКонтейнер» возникли убытки, связанные с необоснованным списанием ОАО «РЖД» с лицевого счета истца таможенного сбора в размере 486 842,20 рублей.

С целью досудебного разрешения спора, ПАО «ТрансКонтейнер» направило в адрес ОАО «РЖД» посредством Единой автоматизированной системы электронного документооборота (ЕАСД) претензию от 27.09.2023 № ИСХ-4034/ЦКП, однако претензия оставлена ответчиком без рассмотрения, убытки Истцу не возмещены.

По накладным №№ 00436600, 00436634, 00436642, 00436683 груз «продукты пищевые и полуфабрикаты прочие» следовал в контейнерах до железнодорожной станции назначения - Улаанбаатар (Монголия) через территорию Российской Федерации и был уничтожен Бурятской таможней в процессе международной перевозки груза (на железнодорожной станции Наушки).

Таким образом, груз на станцию назначения в адрес грузополучателя ОАО «Витафит групп» доставлен не был.

Уничтожение груза произошло в процессе международной перевозки. Отношения, связанные с перевозкой грузов, регулируются нормами специального законодательства. Учитывая, что перевозка груза «продукты пищевые и полуфабрикаты прочие» осуществлялась железнодорожным транспортном по территории нескольких государств (с территории Польши, через Российскую Федерацию, Республику Беларусь до Монголии) к спорным правоотношениям подлежит применению Соглашение о международном железнодорожном грузовом сообщении (СМГС), имеющее обязательную силу, как для перевозчиков, так и для отправителей, получателей грузов.

Применение Соглашения о международном железнодорожном грузовом сообщении является приоритетным над применением национального законодательства.

Принцип приоритета применения норм международного права и международного договора Российской Федерации закреплен ч. 4 ст. 15 Конституции РФ, ч. 2 ст. 7 Гражданского кодекса РФ, ч. 2 ст. 3 Федерального закона от 10 января 2003 г. № 17-ФЗ «О железнодорожном транспорте в Российской Федерации».

Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора (ч. 4 ст. 15 Конституции РФ, ч. 2 ст. 7 ГК РФ).

Если международным договором Российской Федерации в области железнодорожного транспорта установлены иные правила, чем те, которые предусмотрены законодательством Российской Федерации о железнодорожном транспорте, применяются правила международного договора (ч. 2 ст. 3 Федерального закона от 10 января 2003 г. № 17-ФЗ «О железнодорожном транспорте в Российской Федерации»).

В соответствии с пар. 1 ст. 46 СМГС право предъявления претензий к перевозчику принадлежит исключительно отправителю или получателю. Переуступка права требования не допускается.

В силу пар. 1 ст. 47 СМГС иск может быть предъявлен только после предъявления соответствующей претензии и только к тому перевозчику, к которому была предъявлена претензия. Право предъявления иска на основании настоящего Соглашения принадлежит тому лицу, которое имеет право предъявить претензию к перевозчику.

Согласно накладным №№ 00436642, 00436600, 00436683, 00436634 ПАО «Трансконтейнер» не являлся стороной договора перевозки (истец не является ни отправителем груза, ни получателем). Истец выступал плательщиком за перевозку по территории Российской Федерации (графа 23 накладной).

Положениями СМГС не предусмотрено право обращения плательщика к перевозчику с требованием о взыскании стоимости утраченного (в данном случае уничтоженного) груза.

Из норм СМГС следует, что с таким иском к перевозчику вправе обратиться лишь отправитель или получатель груза, что прямо следует из пар. 1 ст. 37, пар. 1 ст. 46, пар. 1 ст. 47 СМГС.

В силу ч. 2 ст.44 АПК РФ истцами являются организации и граждане, предъявившие иск в защиту своих прав и законных интересов.

Лицо, выступающее в арбитражном процессе не в своих, а в чужих интересах и не имеющее правовых оснований для обращения с иском к ответчику, признается ненадлежащим истцом.

Согласно пар. 2 ст. 46 СМГС претензия предъявляется получателем груза к перевозчику, выдающему груз, а отправителем к перевозчику, с которым заключен договор перевозки.

В соответствии с пар. 1 ст. 47 СМГС иск может быть предъявлен только после предъявления соответствующей претензии и только к тому перевозчику, к которому была предъявлена претензия.

Таким образом, СМГС предусмотрено исключительное право обращения с требованием о взыскании ущерба за утраченный (уничтоженный) груз либо к договорному перевозчику (который заключает с отправителем договор перевозки), либо к перевозчику, выдающему груз получателю.

Договоры перевозки санкционного груза (накладные № 00436642, 00436600, 00436683, 00436634) заключались на станции Малашевиче (Польша). Договорным перевозчиком выступало Deutsche Bahn, а перевозчиком, выдающим груз получателю – Улан-Баторская железная дорога (Монголия) (п. 27 накладных). ОАО «РЖД» выступало последующим перевозчиком.

Согласно ст. 54 СМГС отношения между перевозчиками регулирует Служебная инструкция к Соглашению о международном железнодорожном грузовом сообщении (СИ к СМГС).

В силу п. 9.1.1 СИ к СМГС перевозчик, к которому предъявлена претензия в соответствии со ст. 46 "Претензии" СМГС, является регулирующим перевозчиком (регулирующим перевозчиком выступает исключительно договорной или перевозчик, выдающий груз).

В случае предъявления требований к иным перевозчикам (ответственному, последующему), претензия остается без рассмотрения.

Положениями СМГС не предусмотрено право предъявления иска за несохранность груза к последующему перевозчику (в данном случае ОАО «РЖД» выступало последующим перевозчиком, ответчик не заключал договор перевозки и не должен был выдавать груз получателю).

Таким образом, ОАО «РЖД» не является надлежащим ответчиком по данному делу. Требования о взыскании ущерба за утрату (уничтожение) груза в процессе международной перевозки могут быть предъявлены к регулирующему перевозчику (договорному, либо перевозчику, выдающему груз), которыми в данном случае выступают Deutsche Bahn и Улан-Баторская железная дорога.

Учитывая, что требования заявлены ненадлежащим истцом к ненадлежащему ответчику, основания для удовлетворения иска отсутствуют.

ПАО «Трансконтейнер» ошибочно основывает требования на ст. 15 ГК РФ. Уничтожение груза произошло в процессе незавершенной перевозки, то есть сравнимо с утратой перевозчиком груза. В данном случае привлечение перевозчика к ответственности за утрату/уничтожение груза регулируется СМГС.

Кроме того, суд также учитывает, что при предъявлении требований о возмещении убытков, заявитель обязан доказать само начилие убытков.

Как следует из материалов дела, в связи с уничтожением груза таможенными органами, ТКЕ обратилось в ПАО «ТрансКонтейнер» с претензией от 03.07.2023 № 38-202307 о возмещении убытков, связанных с изъятием и уничтожением груза в размере 100 000,00 долларов США, а также с требованием о возмещении транспортных расходов (по территории ЕС и по территории ЕАЭС) в размере 11 740,00 евро.

Таким образом, по мнению истца, у ПАО «ТрансКонтейнер», в рамках Договора транспортной экспедиции от 29.12.2017 № ЦКП-775017, возникло обязательство перед ТКЕ по возмещению вышеуказанных убытков, возникших по вине ОАО «РЖД» (не наложение электронных навигационных пломб с системой ГЛОНАС на контейнеры TKRU3083003, TKRU3400514, TKRU3343029, TKRU3317858 с санкционным грузом).

В подтверждение размера убытков ПАО «Трансконтейнер» ссылается на следующие документы: сопроводительные документы на груз (счет, сертификат происхождения, упаковочный лист, санитарно-эпидемиологическое заключение, сертификат анализа; таможенные декларации на груз); счет компании Duiguun Aravt LLC к компании М&М Militzer & Munch GmbH от 17.03.2023 № 23/03; счета и счета-фактуры компании НМ Global Logistics GmbH к компании М&М Militzer & Munch GmbH по транспортным расходам при перевозке Контейнеров по территории Европейского союза; платежное поручение ТКЕ об оплате компании М&М Militzer & Munch GmbH денежных средств в размере 100 000 долларов США; счет ПАО «ТрансКонтейнер» в адрес ТКЕ на оказание транспортно-экспедиционных услуг по Заказу.

Также ПАО «Трансконтейнер» ссылается на платежное поручение, согласно которому ТКЕ перечислило отправителю М&М Militzer & Munch GmbH стоимость груза в размере 100 000,00 долларов. Однако указанную сумму за уничтоженный груз ПАО «Трансконтейнер» в добровольном порядке ТКЕ не возмещало, то есть реальные убытки у истца отсутствуют.

Доказательств перечисления истцом клиенту (ТКЕ) денежных средств за уничтоженный груз в материалы дела не представлено, как и доказательств того, что клиент до настоящего времени обращался в судебном порядке к ПАО «Трансконтейнер» с требованием о взыскании стоимости уничтоженного груза.

Ссылка истца на претензию 3-го лица (ТКЕ) с требованием к ПАО «Трансконтейнер» о выплате стоимости уничтоженного груза без доказательств такой выплаты не позволяют кредитору требовать от должника убытки, поскольку фактически убытков у кредитора не возникло (кредитор ничего не платил, стоимость утраченного груза ни в добровольном, ни в судебном порядке собственнику не возмещал).

Предъявляя требования о взыскании фактически не понесенного ущерба, истец ссылается на п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I ч. 1 ГК РФ» (далее – Постановление Пленума ВС РФ № 25), согласно которому, по мнению ПАО «Трансконтейнер», факт несения реального ущерба доказыванию не подлежит.

В п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что под реальным ущербом понимаются расходы, которые кредитор произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества.

Закон и судебная практика предусматривают возмещение убытков в виде Истец не представил доказательств, подтверждающих, что ПАО «Трансконтейнер» понесло убытки по вине ОАО «РЖД», выплатило их собственнику груза, а также не представил доказательств необходимости несения реального ущерба в будущем. Само по себе претензионное письмо 3го лица с требованием к истцу о возмещении ущерба, не свидетельствует о том, что ПАО «Трансконтейнер» понесло и/или будет обязано нести данные расходы.

Кроме того, ПАО «Трансконтейнер» и ТКЕ связывают договорные отношения в сфере транспортной экспедиции, в силу ст. 13 Федерального закона от 30.06.2003 № 87-ФЗ «О транспортно-экспедиционной деятельности» для требований, вытекающих из договора транспортной экспедиции, срок исковой давности составляет один год. Указанный срок исчисляется со дня возникновения права на предъявление иска.

Поскольку факт не наложения электронной пломбы на контейнеры №№ TKRU3083003, TKRU34000514, TKRU3317858, TKRU3343029 выявлен после прибытия контейнерного поезда на станцию Наушки (22.11.2022), о чем перевозчиком было сообщено истцу 06.12.2022, груз был изъят таможенными органами лишь в марте 2023, ранее ТКЕ требований в судебном порядке к ПАО «Трансконтейнер» не предъявляло.

Довод истца о том, что имеется прямая причинно-следственная связь между действиями ОАО «РЖД» (не наложение перевозчиком электронных навигационных пломб с системой ГЛОНАСС на контейнеры №№ TKRU3083003,TKRU3317858,TKRU3343029, TKRU3400514) и уничтожением груза отклоняется судом как несостоятельный.

Согласно п. 10 Правил № 1877 для осуществления железнодорожной перевозки железнодорожный перевозчик обязан обеспечить передачу оператору пломбирования, сведения о котором содержатся в перечне, публикуемом Министерством транспорта Российской Федерации на официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", не позднее чем за 2 часа до въезда железнодорожного подвижного состава в железнодорожный пункт пропуска через государственную границу Российской Федерации или расположенный на железнодорожной станции контрольный пункт информации об этой железнодорожной перевозке для ее последующей передачи в единую информационную систему.

В соответствии с п. 15 Правил № 1877 наложение электронной навигационной пломбы осуществляется должностным лицом оператора пломбирования в пунктах пропуска через государственную границу Российской Федерации, стационарных и передвижных контрольных пунктах, а также расположенных на железнодорожных станциях контрольных пунктах в присутствии должностных лиц таможенного органа или Федеральной службы по надзору в сфере транспорта.

Согласно п. 12 Правил № 1877 осуществление автомобильной и железнодорожной перевозки без передачи информации перевозчиком в полном объеме в порядке, предусмотренном пунктами 8, 10 и 11(1) Правил № 1877, об автомобильной или железнодорожной перевозке не допускается.

В соответствии с п. 4.5 Договора на организацию расчетов от 27.12.2007 №120-жд (в редакции Дополнительного соглашения №19 от 05.08.2020 к Договору) при осуществлении ТрансКонтейнером оплаты платежей за транзитные международные перевозки через территорию Российской Федерации в третьи страны отдельных видов сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия, которые установлены Указом Президента Российской Федерации от 06.08.2014 № 560 «О применении отдельных специальных экономических мер в целях обеспечения безопасности Российской Федерации», ТрансКонтейнер о прибытия в железнодорожный пункт направляет ОАО «РЖД» посредством АС ЭТРАН в модуле «Сведения о санкционных товарах» сведения о номере и дате перевозочного документа, станции отправления, списке товара (код ТНВЭД (не менее 10 знаков), наименование ТНВЭД, наименование страны происхождения ТНВЭД).

ПАО «Трансконтейнер» ссылается на скриншоты из системы АС ЭТРАН, согласно которым информация о наличии в контейнерах TKRU3083003,TKRU3317858,TKRU3343029, TKRU3400514 санкционного груза, подпадающего под действие Указа № 560, направлена в ОАО «РЖД» заблаговременно, 07.11.2022. Однако ОАО «РЖД» своевременно не обработало полученную от истца информацию, не навесило пломбы на контейнеры TKRU3083003,TKRU3317858,TKRU3343029, TKRU3400514 с санкционным грузом.

Суд отмечает, что указанный довод истца не имеет правового значения, поскольку в любом случае ПАО «Трансконтейнер» согласно положениям СМГС не является надлежащим истцом по настоящему делу, а ОАО «РЖД» надлежащим ответчиком. В случае же рассмотрения спора на основании ст. 15 ГК РФ, наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и уничтожением груза также не является безусловным основанием для удовлетворения требований, поскольку реальный ущерб у истца отсутствует, а доказательств несения ущерба истцом в будущем истцом материалы дела не содержат.

Довод истца о том, что ОАО «РЖД» было обязано после выявления факта не наложения электронных навигационных пломб на контейнеры самостоятельно осуществить возврат контейнеров на станцию приема для наложения таких пломб, отклоняется судом.

Согласно п. 27 Постановления № 1877 при выявлении автомобильных и железнодорожных перевозок, осуществляемых по территории Российской Федерации с несоблюдением Правил № 1877, автомобильные и железнодорожные перевозчики обязаны обеспечить незамедлительный обратный вывоз товаров с территории Российской Федерации.

Из буквального прочтения указанного пункта Постановления № 1877 не следует, что перевозчик обязан по собственной инициативе вывести груз с территории РФ. В данном случае, перевозчик обязан лишь обеспечить вывоз товара, то есть предпринять меры к его вывозу за пределы территории РФ (известить плательщика, дождаться указаний от отправителя/ плательщика или договорного перевозчика о дальнейших действиях по возврату груза).

ОАО «РЖД» после прибытия на станцию Наушки (передаточная станция), руководствуясь п. 27 Постановления Правительства № 1877, известило ПАО «Трансконтейнер» о данном событии и уведомило о необходимости вывоза контейнеров с территории РФ (письмо от 06.12.2022 № ИСХ-19527/ТЦФТО). Однако обращения перевозчика оставлено истцом без ответа.

В соответствии с пар.1 ст. 25 СМГС право давать указания перевозчику в отношении груза и таким образом изменять договор перевозки принадлежит отправителю, а также получателю. Отправитель обращается к договорному перевозчику, а получатель - к перевозчику, выдающему груз.

Отправитель/получатель груза вправе изменить лишь станцию назначения, либо получателя груза (пар. 2,3 ст. 25 СМГС) .

Таким образом, ни положениями СМГС, ни действующим национальным законодательством не предусмотрено право перевозчика изменять условия договора перевозки по собственной инициативе без указаний отправителя или получателя. Лишь после получения указаний от сторон договора перевозки, ОАО «РЖД» вправе изменить маршрут перевозки.

Поскольку факт не наложения пломбы на контейнер был зафиксирован после прибытия на станцию Наушки (станция, до которой ОАО «РЖД» осуществляло перевозку груза), ОАО «РЖД», являясь перевозчиком, не могло самостоятельно исполнить п. 27 Постановления № 1877 и осуществить возврат контейнера за пределы территории РФ по собственной инициативе. Указанное свидетельствовало бы об одностороннем изменении ответчиком условий договора перевозки груза, что согласно национального и международного законодательства является недопустимым.

Перевозчик вправе изменять станцию назначения лишь с согласия сторон договора перевозки груза (отправителя или получателя).

После уведомления ПАО «Трансконтейнер» о необходимости вывоза контейнеров с территории РФ (06.12.2022), никаких указаний ни от истца, ни от отправителя/получателя в адрес ОАО «РЖД» о возврате контейнеров не поступало.

ОАО «РЖД» действуя добросовестно, предприняло все меры для исполнения положений Постановления Правительства № 1877 и исключения возможного уничтожения груза таможенными органами, уведомило ПАО «Трансконтейнер» о необходимости возврата контейнера.

Постановления Смоленской таможни от 12.09.2023 №№ 10113000-2308/2023, 10113000-2309/2023, 10113000-2310/2023, 10113000-2311/2023 о привлечении ОАО «РЖД» к административной ответственности по ст. 16.3 КоАП РФ также не подтверждают обоснованность заявленных исковых требований, поскольку признание таможенными органами вины ОАО «РЖД» в не наложении электронных пломб на контейнеры не образует совокупность всех обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии со ст. 15 ГК РФ, материалы дела не содержат доказательств несения истцом реального ущерба, а также доказательств факта несения ПАО «Трансконтенер» реального ущерба в будущем.

Относительно заявленных требований в размере 10 201,93 евро суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, денежные средства в размере 10 201,93 евро представляют собой транспортные расходы, которые включают в себя: расходы по автомобильной перевозке груза в контейнерах по территории Германии в размере 3 989,45 евро; расходы по железнодорожной перевозке груза в контейнерах по Европе до Бреста в размере 2 280,00 евро; расходы по железнодорожной перевозке из Бреста до станции Наушки в размере 3 932,48 евро.

Привлечение перевозчика к ответственности за утрату груза в процессе перевозки регулируется нормами специального законодательства (в данном случае положениями СМГС).

Правило о полном возмещении убытков является диспозитивным и предполагает возможность ограничения ответственности как на основании закона (ответственность перевозчика, энергоснабжающих организаций, дарителя, ссудодателя и других), так и в случаях, предусмотренных соглашением сторон.

В силу пар. 2 ст. 37 СМГС перевозчик несет ответственность за утрату, недостачу, повреждение (порчу) груза с момента приема груза к перевозке до момента его выдачи.

Согласно пар. 1 ст. 39 СМГС предел ответственности перевозчика не может превышать размер возмещения, подлежащего уплате перевозчиком при утрате груза.

В тех случаях, когда настоящее Соглашение обязывает перевозчика возместить отправителю или получателю ущерб за утрату, недостачу груза, размер возмещаемого ущерба определяется исходя из стоимости груза (ст. 42 СМГС).

Таким образом, положения СМГС ограничивают ответственность перевозчика. ОАО «РЖД» не несет ответственность за убытки, возникшие у клиента до приема железнодорожным перевозчиком груза к перевозке (расходы за перевозку груза иными видами транспорта по территории иностранных государств). Перевозчик несет ответственность лишь в размере стоимости утраченного (в данном случае уничтоженного) груза.

Ответственность перевозчика за нарушение обязательств, вытекающих из договора перевозки груза, наступает за не обеспечение его сохранности. Такая ответственность всегда носит ограниченный характер: она установлена либо в форме возмещения только прямого ущерба или его части, либо в форме исключительной неустойки (к примеру, за просрочку его доставки).

Согласно правовой позицией, изложенной п. 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 02.02.2006 № 17-0, ответственность за нарушение обязательств по перевозке имеет значительную специфику: она характеризуется ограничением права на полное возмещение убытков по сравнению с общим правилом (законом могут вводиться ограничения, в силу которых исключается возможность взыскания той части убытков, которая называется упущенной выгодой, и даже части реального ущерба, - п. 2 ст. 15 ГК РФ), запретом на уменьшение или устранение ответственности перевозчика, определенной законом, и возможностью определения ее размера и пределов по соглашению сторон в случаях, когда такие соглашения допускаются транспортными уставами и кодексами.

Дифференциация в имущественной ответственности перевозчиков и грузоотправителей (грузополучателей) в процессе железнодорожных перевозок представляет собой пример оправданных различий в отношении лиц, находящихся в существенно различных ситуациях (обстоятельствах). Вводя такие различия, законодатель исходит из того, что использование транспортных средств, представляющих собой источник повышенной опасности, сопряжено с повышенным предпринимательским риском перевозчика, включая риск повреждения или уничтожения как перевозимого груза, так и транспортного средства.

Определенное правовое неравенство перевозчика и грузоотправителя (грузополучателя), закрепленное в специальном законодательстве, регулирующем железнодорожные перевозки, оправданно и имеет целью исправить их фактическое неравенство.

Принцип ограниченной ответственности перевозчика получил закрепление не только в национальном законодательстве (ГК РФ и УЖТ РФ), но и в ряде международных договоров Российской Федерации, являющихся в силу ст.15 Конституции РФ составной частью правовой системы Российской Федерации, - Соглашении о международном железнодорожном грузовом сообщении (СМГС).

Изложенное исключает обязанность ОАО «РЖД» в выплате ПАО «Трансконтейнер» транспортных расходов за перевозку спорных контейнеров по территории иностранных государств иными видами транспорта, а требования в размере 10 201,93 евро удовлетворению не подлежат.

Поскольку суд признает основное требование о взыскании ущерба за уничтоженный груз в размере 100 000,00 долларов США не подлежащим удовлетворению, а также учитывая, что к спорным правоотношениям подлежат применению нормы специального законодательства, ограничивающие ответственность перевозчика, требования ПАО «Трансконтейнер» о взыскании с ОАО «РЖД» расходов за перевозку груза по территории РФ и таможенного сбора в размере 486 482,20 рублей удовлетворению не подлежат.

Доводы истца, изложенные в иске и возражениях, судом не принимаются, поскольку являются несостоятельными, документально не подтверждены и основаны на неправильном применении норм материального права.

В силу положений ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами и никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд, оценив все имеющиеся доказательства по делу в их совокупности и взаимосвязи, как того требуют положения, содержащиеся в ч.2 ст.71 АПК РФ, приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Расходы по оплате государственной пошлине относятся на истца в порядке ст. 110 АПК РФ.

Суд, руководствуясь ст.ст. 7, 8, 12, 15, 307-310, 393, 401, 421, 431, 784, 796, 801 ГК РФ, ст.ст. 37, 46, 47, 54 СМГС, ст.ст. 9, 41, 46, 64, 65, 66, 67, 68, 71, 110, 123, 156, 159, 167 – 170, 176, 181 АПК РФ,

РЕШИЛ

В иске отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


Судья:

И.И. Еремина