Постановление от 15 августа 2022 г. по делу № А32-26495/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-26495/2018
г. Краснодар
15 августа 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 10 августа 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 августа 2022 года.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Андреевой Е.В., судей Илюшникова С.М. и Соловьева Е.Г., при участии в судебном заседании от заявителя – публичного акционерного общества «Российский национальный коммерческий банк» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО1 (доверенность от 26.10.2021), от ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 19.11.2020), в отсутствие иных участвующих лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу ФИО2 на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 08.02.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.05.2022 по делу № А32-26495/2018 (Ф08-7768/2022), установил следующее.

ПАО «Российский национальный коммерческий банк» (далее – банк) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам ООО «Торговый дом "Юг Контракт"» (далее – должник) руководителя и единственного учредителя юридического лица ФИО2, взыскании с него 35 808 693 рублей 59 копеек.

Решением суда от 16.03.2020, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 02.10.2020, с ФИО2 в пользу банка взысканы убытки в размере 35 808 693 рублей 59 копеек.

Постановлением кассационного суда от 02.02.2021 решение суда от 16.03.2020 и постановление апелляционного суда от 02.10.2020 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции отметил, что суды не указали мотивы, по которым отклонили доводы ФИО2 о том, что банк включен в его реестр требований кредиторов по договорам поручительства и залога, заключенным с ФИО2, согласно определения суда от 16.02.2017 по делу № А32-10369/2016, суды не исследовали определение суда от 05.05.2017 по делу № А32-24642/2015 об отказе в привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО2 Кроме того, суду необходимо исследовать предмет и основание заявления конкурсного управляющего по делу № А32-24642/2015 о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО2 и настоящего иска банка в целях недопущения тождества данных исков.

Решением суда от 08.02.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда 03.05.2022, с ФИО2 в пользу банка взысканы убытки в размере 35 808 693 рублей 59 копеек.

В кассационной жалобе ФИО2 просит отменить судебные акты. По мнению заявителя жалобы, суды не рассмотрели довод ответчика о заключении банком соглашения о расторжении от 30.11.2015 договоров залога товаров в обороте от 28.03.2014 № 99603/2, не указали мотивы, по которым отвергнут указанный довод. После заключения указанного соглашения банк добровольно прекратил обязательство должника по залогу товара. При этом банк 04.12.2015 заключил договор залога товаров в обороте с ООО «Гранд» после признания должника банкротом и прекращения полномочий ответчика. Основания для вывода о том, что действия ответчика привели к утрате товара при поставке товара ООО «Гранд», отсутствуют. Утрата имущества ООО «Гранд», в связи с чем банк лишен возможности обратить взыскание на предмет залога не может свидетельствовать об обоснованности привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

В отзыве на кассационную жалобу финансовый управляющий ФИО4 просит жалобу удовлетворить.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы жалобы, представитель банка просил в удовлетворении жалобы отказать.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, решением суда от 21.10.2015 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5 Определением суда от 22.04.2016 требования ПАО «Крайинвестбанк» (правопредшественник истца) в сумме 48 696 673 рублей 59 копеек включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника. Определением суда от 05.02.2018 конкурсное производство в отношении должника завершено, в ЕГРЮЛ внесена запись о ликвидации должника.

В соответствии с отчетом конкурсного управляющего на момент завершения конкурсного производства должника и реестром требований кредиторов на общую сумму 35 808 693 рублей 59 копеек требования не удовлетворены ввиду отсутствия конкурсной массы.

Суды установили, что должник (поставщик) и ООО «Грант» (грузополучатель) заключили договор поставки от 06.04.2015 № 06/04-15/1, по которому поставщик обязался осуществить в адрес грузополучателя поставку средств защиты растений в согласованных объемах, а покупатель – принять товар и оплатить его на условиях договора.

В рамках дела № А32-30419/2017 должник обратился в арбитражный суд с заявлением к ООО «Грант» о взыскании долга по договору поставки от 06.04.2015 № 06/04-15/1 в размере 52 945 845 рублей. В процессе рассмотрения дела № А32-30419/2017 ООО «Грант» представило соглашение от 06.04.2015, согласно которому договор поставки средств защиты растений, семян свеклы, кукурузы, рапса от 06.04.2015 № 06/04-15/1 расторгнут по соглашению сторон 06.04.2015.

Решением суда от 09.11.2017 по делу № А32-30419/2017 в удовлетворении исковых требований должника отказано, поскольку к товарной накладной от 06.04.2015 № 46/1 не представлены товарно-транспортные или иные документы, свидетельствующие о реальности поставки спорного товара из г. Краснодар (поставщик) в г. Нальчик (грузополучатель), не представлен двусторонний акт, предусмотренный условиями пункта 2.4 договора на случай приемки товара на складе поставщика. Товар, указанный в накладной от 06.04.2015 N 46/1 имеет 46 позиций с общей массой 63 703,400 (кг, л и п.ед) на общую сумму 52 945 845 рублей, следовательно, поставка его требует значительного количества перевозящих транспортных средств с соответствующим оформлением первичных документов.

В соответствии с актом проверки наличия и проверки условий хранения предмета залога от 25.09.2015 заложенное имущество не выявлено.

При проведении инвентаризации арбитражный управляющий в процедуре банкротства данные товарно-материальные ценности не выявил, что подтверждается инвентаризационной описью от 09.02.2016.

Банк, ссылаясь на то, что ФИО2, являясь генеральным директором, фактически определял действия должника, осуществление им руководства должником привело к утрате активов должника на общую сумму 52 945 845 рублей, в результате чего наступило банкротство организации, обратился в арбитражный суд с данным заявлением.

Удовлетворяя заявление, суды обоснованно руководствовались положениями статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 61.11, пункта 3 статьи 61.14, пунктов 1 и 2 статьи 61.19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), разъяснениями, данными в абзаце 4 пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

Суды установили, что производство по делу о банкротстве должника завершено определением от 05.02.2018, требования банка в ходе процедуры банкротстве в реестр требований кредиторов включены определением от 22.04.2016, в ходе процедуры задолженность не погашена. Исходя из этого, банк вправе обратиться в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника вне рамок дела о банкротстве.

Верховным судом Российской Федерации сформированы правовые подходы, предусматривающие однозначное применение материально-правовых норм об основаниях привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с законодательством, действовавшим на момент совершения вменяемых ответчикам действий (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006). Дополнительно была сформирована позиция об аналогичном порядке применения правовых норм по сроку исковой давности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 08.06.2018 № 304-ЭС18-6694 по делу № А67-4353/2013).

Согласно пункту 1 статьи 10 Закона о банкротстве в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника – унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином – должником положений названные Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения. Из пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Лицо, которое в силу Закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно.

Для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, необходимо установление совокупности условий: наличие у ответчика права давать обязательные указания для истца либо возможности иным образом определять действия истца; совершение ответчиком действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении истца и действиями истца, повлекшими его несостоятельность (банкротство); недостаточность имущества истца для расчетов с кредиторами; кроме того, необходимо установить вину ответчика для возложения на него ответственности.

Суды установили, что ФИО2 являлся генеральным директором должника до даты признания должника несостоятельным (банкротом).

Должник имел задолженность перед ОАО «Краснодарский краевой инвестиционный банк» в сумме 48 696 673 рублей 59 копеек, в том числе 45 500 тыс. рублей основного долга, 2 248 846 рублей 55 копеек процентов, 947 827 рублей 04 копеек комиссии за обслуживание кредитной линии по кредитному договору от 28.03.2014 № 99603. В обеспечение исполнения обязательств по указанному договору ОАО «Краснодарский краевой инвестиционный банк» (залогодержатель) и должник заключили договор о залоге товаров в обороте от 28.03.2014 № 99603/2. Стороны 30.11.2015 заключили соглашение о расторжении договора залога товаров в обороте от 28.03.2014 № 99603/2, на основании которого залогодатель передал имущество в счет исполнения обязательств по кредитному договору от 28.03.2014 № 99603. В соответствии с пунктом 4 указанного соглашения прекращение действия договора о залоге товаров в обороте от 28.03.2014 № 99603/2, в соответствии с соглашением влечет за собой прекращение обязательств сторон по нему, но не освобождает стороны от ответственности за нарушения, если таковые имели место при заключении или исполнении указанного договора.

Оценивая указанные обстоятельства, суды отметили, что они подтверждают наличие у должника товаров в обороте (активов), за счет которых могли быть погашены требования кредиторов.

Вместе с тем должник (поставщик) и ООО «Грант» (грузополучатель) заключили договор поставки от 06.04.2015 № 06/04-15/1 (далее – договор поставки), по условиям которого поставщик обязался осуществить в адрес грузополучателя поставку средств защиты растений в согласованных объемах, а покупатель обязался принять товар и оплатить его на условиях договора.

В рамках дела № А32-30419/2017 должник обратился в арбитражный суд с заявлением к ООО «Грант» о взыскании долга по договору поставки в размере 52 945 845 рублей. В ходе рассмотрения данного дела ООО «Грант» представил соглашение от 06.04.2015 о расторжении договора поставки по соглашению сторон 06.04.2015. Решением суда от 09.11.2017, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 20.02.2018 в удовлетворении исковых требований должника отказано, поскольку из представленной товарной накладной от 06.04.2015 № 46/1/1 следует, что товар на сумму 52 945 845 рублей возвращен ответчиком истцу.

При этом при проведении инвентаризации управляющий в процедуре банкротства должника не выявил данные товарно-материальные ценности на сумму свыше 52 млн рублей, что подтверждается инвентаризационной описью от 09.02.2016. В определении суда от 05.02.2018 по делу № А32-24642/2015 о завершении дела о банкротстве также указано на отсутствие в должника какого-либо движимого и недвижимого имущества.

Исходя из этого, является верным вывод судов о совершении контролирующим лицом должника сделки, в результате которой должником утрачено имущество (товары в обороте) стоимостью 52 945 845 рублей.

Ссылка ответчика на расторжение 30.11.2015 договора залога товаров в обороте от 28.03.2014 № 99603/2 отклонена судами, поскольку указанное обстоятельство не исключает имущественную ответственность контролирующего должника лица в связи с заключением сделок, в результате которых в отсутствие встречного исполнения передан актив общества, а после расторжения сделки фактически имущество конкурсным управляющим не обнаружено. В данном споре предметом рассмотрения является не предмет залога по договору, а актив должника стоимостью свыше 52 млн рублей, который был утрачен в результате совершения ответчиком сделок, что привело к невозможности погашения требований кредиторов.

Кроме того, суды отметили, что определением суда от 22.04.2016 по делу № А32-24642/2015 требования ПАО «Крайинвестбанк» в сумме 48 696 673 рублей 59 копеек включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника без обеспечения требований залогом имущества должника, в связи с чем доводы о расторжении договора залога, а также заключения банком договора залога с покупателем имущества – ООО «Гранд» для целей рассмотрения вопроса о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности правового значения не имеют.

Поскольку совершение ФИО2, как руководителем должника, сделки по отчуждению имущества должника в отсутствие встречного обеспечения, в результате которой стало невозможным исполнение обязательства перед кредиторами на сумму 52 945 845 рублей, подтверждается судебными актами по делу № А32-30419/2017, суды пришли к обоснованному выводу о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

Отклоняя доводы ответчика о его двойной ответственности, суды, руководствуясь положениями пункта 2 статьи 307, статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 4 статьи 10, пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2021 № 308-ЭС17-15907 (7) по делу № А53-1203/2016, сделали обоснованный вывод об отсутствии задвоения требований банка к ответчику в рамках настоящего дела и при установлении требований в рамках дела о банкротстве ФИО2 на основании договора поручительства. Само по себе включение требований Банка в реестр требований кредиторов ФИО2 не восстанавливает законного имущественного интереса банка, так как не гарантирует погашения таких требований из конкурсной массы должника. В случае отказа в удовлетворении иска банка сложится ситуация, когда ФИО2 будет освобожден от обязательств перед банком, несмотря на совершение им как руководителем должника гражданско-правового деликта, состоящего в выводе из имущественной массы подконтрольного ему юридического лица имущества, переданного в залог банку и за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов.

При указанных обстоятельствах освобождение лица виновного в совершении гражданско-правового деликта от ответственности перед кредиторами, лишь в результате того, что завершена процедура его личного банкротства, будет являться неосновательным.

Оценив рассматриваемое в рамках настоящего дела требование о привлечении к субсидиарной ответственности, а также ранее рассмотренное в рамках дела № А32-24642/2015 требование конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, суды признали отсутствие признаков тождественности споров.

Учитывая разъяснения, изложенные в пункте 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», суды указали, что тождественность требований имеет место только тогда, когда фактические обстоятельства спора, на которых основано притязание, являются идентичными. В рамках дела о банкротстве должника с заявлением о привлечении контролирующего должника к субсидиарной ответственности обращался конкурсный управляющий должника, ссылаясь на неисполнение ФИО2 обязанности по передаче документации должника, что, по мнению заявителя, повлекло невозможность формирования конкурсной массы. Иные основания для привлечения ФИО2 к ответственности заявлены не были. Определением суда от 05.05.2017 по делу № А32-24642/2015 отказано в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, поскольку суд не установил наличия причинно-следственной связи между отсутствием документации и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

В настоящем споре банк просил привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности за совершение сделок по выводу из имущественной сферы предприятия активов общей стоимостью 52 945 845 рублей.

При указанных обстоятельствах является верным вывод судов о том, что основания привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности в рамках настоящего дела и в рамках дела о банкротстве различны.

Доводы кассационной жалобы не основаны на нормах права, направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и в силу статей 286 и 287 Кодекса подлежат отклонению.

Нормы права при рассмотрении дела применены правильно, нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

При таких обстоятельствах основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Определением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 15.07.2022 по настоящему делу приостановлено исполнение судебных актов до окончания рассмотрения кассационной жалобы. С учетом указания в определении срока действия приостановления и рассмотрения кассационной жалобы, суд кассационной инстанции считает приостановление подлежащим отмене.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 08.02.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.05.2022 по делу № А32-26495/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Отменить приостановление исполнения судебных актов, принятое определением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 15.07.2022 по данному делу.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий Е.В. Андреева

Судьи С.М. Илюшников

Е.Г. Соловьев