Решение от 12 февраля 2020 г. по делу № А27-14981/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Красная ул., д.8, г.Кемерово, 650000

E-mail: info@kemerovo.arbitr.ru, www.kemerovo.arbitr.ru

тел. (384-2) 58-43-26, тел./факс (384-2) 58-37-05

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А27-14981/2019
город Кемерово
12 февраля 2020 года
Резолютивная часть решения оглашена 05 февраля 2020 года

Решение в полном объеме изготовлено 12 февраля 2020 года

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Останиной В.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Курушиной Е.Г., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Общества с ограниченной ответственностью «3Д Спэрроу», город Москва (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к ФИО1, город Кемерово

о взыскании 10 000 рублей,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, Голубева Влада Дмитриевна, город Кемерово, ФИО2, г.Кемерово,

при участии ответчика ФИО1, паспорт, представителя ответчика ФИО3, доверенность от 26.08.2019, паспорт,

у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью «3Д Спэрроу» обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с иском к Индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак №572790 в размере 10 000 руб.

По результатам рассмотрения дела истец просит отнести на ответчика судебные расходы в размере стоимости вещественного доказательства (товара, приобретенного у ответчика) – 790 руб., стоимости почтовых отправлений (претензии и искового заявления) – 237 руб. 54 коп., стоимости выписки из ЕГРИП – 200 руб., по уплате государственной пошлины.

Определением от 01.07.2019 исковое заявление принято к производству, назначено предварительное судебное заседание. Определением от 10.07.2019 к материалам дела по ходатайству истца приобщены дополнительные документы, видеозапись покупки товара и вещественное доказательство – детский игровой набор в упаковке с изображениями и надписями.

В ходе рассмотрения дела судом исследованы поступившие от истца пояснения, приобщенные к материалам дела.

В отзыве на исковое заявление ИП ФИО1 иск не признала, указала, что основным видом деятельности ответчика является фотография. Игрушек для продажи не приобретала, их продажу не осуществляла. Лицо, продавшее спорный товар, в штате ИП не числилось (не числится), ответчика о совершении данной сделки в известность не ставило. Торговое помещение, расположенное по адресу: <...> (ТРК «Променад», павильон №21 «Картины»), по устной договоренности сдавалось в аренду ответчику арендатором данного помещения – ФИО2, которой и принадлежали данные игрушки. В связи с указанным, ИП ФИО1 указала на то, что является ненадлежащим ответчиком по настоящему делу.

В обоснование указанных возражений ответчиком представлены протокол осмотра нотариусом доказательств (на мобильном устройстве), справку УУП отдела полиции «Центральный» УМВД России по г. Кемерово по КУСП № 20878, а также данные абонентов подвижной радиотелефонной связи.

В возражениях на отзыв ответчика истец исковые требования поддержал, указал на необоснованность указанных ответчиком возражений.

Судом осмотрено вещественное доказательство, воспроизведена видеозапись закупки товара.

Определением суда от 26.08.2019 подготовка дела к судебному разбирательству завершена, дело назначено к судебному разбирательству в судебном заседании на 26.09.2019, затем откладывалось в целях представления ответчику дополнительного времени для представления доводов в обоснование позиции по настоящему делу, для представления истцом дополнительных пояснений, доказательств по делу.

В ходе рассмотрения настоящего дела к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Голубева В.Д., ФИО2

Судом исследованы поступившие от ООО «Управляющая компания» истребованные судом сведения, согласно которым указанное лицо сообщило, что на 25.12.2018 нет и не было в другие периоды заключенных договоров аренды или иных договоров, связанных с передачей в пользование помещения - бутика №21, расположенного в ТРК «Променад» по адресу: <...>.

Согласно изложенным в ходе рассмотрения настоящего дела пояснениям, третье лицо Голубева В.Д. указала, что по договоренности с ФИО2 осуществляла продажу игрушек, продажу спорного товара, выдачу квитанции подтвердила. Указала также, что все действия ею осуществлялись без уведомления ответчика - ФИО1, без ее согласия.

Судом предлагалось истцу представить пояснения относительно субъектного состава лиц по настоящему делу на стороне ответчика.

В представленных в материалы дела письменных пояснениях истец указал, что ИП ФИО1 является надлежащим ответчиком по делу, поскольку выписанная непосредственным продавцом товара в указанной торговой точке квитанция содержит наименование, ОГРНИП, ИНН ответчика, что подтверждает факт реализации спорного товара непосредственно ответчиком.

Основания для привлечения к участию в деле Голубевой В.Д. в качестве соответчика по делу либо о замене ответчика по делу отсутствуют, поскольку из пояснений ответчика, третьего лица следует, что Голубева В.Д. помогала ответчику осуществлять предпринимательскую деятельность. Доказательств осуществления Голубевой В.Д. предпринимательской деятельности в указанной торговой точке не имеется.

Кроме того, истец указал, что поскольку представленные в материалы дела скриншоты переписки между Голубевой В.Д. и ФИО2 также не свидетельствуют об отсутствии факта реализации спорного товара от имени ответчика, так как достоверность данной информации ставится истцом под сомнение, факт принадлежности ФИО2 спорного товара и осуществление ей предпринимательской деятельности в указанной торговой точке совместно с ответчиком по делу не подтверждены, основания для привлечения ФИО2 к участию в деле в качестве ответчика также отсутствуют.

Суд учитывает, что право истца на определение ответчика вытекает из конституционно значимого принципа диспозитивности, который, в частности, означает, что процессуальные отношения в гражданском судопроизводстве возникают, изменяются и прекращаются главным образом по инициативе непосредственных участников спорного материального правоотношения, имеющих возможность с помощью суда распоряжаться своими процессуальными правами, а также спорным материальным правом.

В связи с указанным, поскольку истцом в соответствии со статьей 47 АПК РФ ходатайств или согласия на привлечение к участию в деле соответчика либо на замену ответчика по настоящему делу не представлено, суд рассматривает заявленные ООО «ЗД Сперроу» исковые требования к изначально указанному ответчику.

Судом принято к рассмотрению заявление ответчика о снижении заявленного ко взысканию размера компенсации до 1 000 руб. в связи с заболеванием, а также тяжелым финансовым положением.

С учетом содержащихся в ЕГРИП сведений о том, что ФИО1 (ИНН <***>) на основании собственного решения прекратила деятельность в качестве индивидуального предпринимателя (запись за ГРН 419420500452311 от 29.08.2019), судом уточнены данные ответчика по делу ФИО1

Судом в соответствии со статьей 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) принято к рассмотрению ходатайство ответчика о взыскании судебных расходов, включающих почтовые расходы, понесенные в связи с направлением заказных писем, телеграмм в адрес истца, третьего лица – ФИО2 в общей сумме 2 060 руб., а также расходы за 2 usb флешнакопителя для Протокола осмотра доказательств (на мобильном устройстве) нотариуса ФИО4 в сумме 382 руб., оплату за Протокол осмотра доказательств (на мобильном устройстве) нотариуса ФИО4 в сумме 11 600 руб.

Судебное заседание 29.01.2020 в соответствии с частями 3, 5 статьи 156 АПК РФ проведено в отсутствие неявившихся истца, третьих лиц, уведомленных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом; истец ходатайствовал о проведении судебного заседания в отсутствие его представителя.

Третье лицо – ФИО2 извещалась судом о рассмотрении настоящего дела путем направления определений суда, а также посредством телефонограммы, однако, в судебное заседание явку не обеспечила, позицию по делу не представила.

Ответчик иск не признал, поддержал позицию по делу, изложенную раннее, указал, что поскольку считает себя ненадлежащим ответчиком по делу, просит не рассматривать заявленное ранее ходатайство о снижении заявленного ко взыскании размера компенсации.

В связи с наличием технических причин невозможности продолжения судебного заседания, руководствуясь статьей 163 АПК РФ, в судебном заседании объявлен перерыв до 05.02.2020.

После перерыва 05.02.2020 судебное заседание продолжено в отсутствие неявившихся истца, третьих лиц, уведомленных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Ответчик указал, что так как является ненадлежащим ответчиком по делу, то заявление о снижении заявленного ко взысканию размера компенсации не поддерживает, настаивает на доводах, изложенных ранее, на требовании о взыскании судебных издержек.

Заслушав пояснения ответчика, третьего лица – Голубевой В.Д. в ходе рассмотрения настоящего дела, исследовав имеющиеся материалы дела, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, истец обратился в арбитражный суд с требованием о взыскании с ответчика компенсации за нарушение исключительных прав, мотивируя иск тем, что в ходе закупки, произведенной 25.12.2018 в торговой точке, расположенной по адресу: Кемеровская область, г.Кемерово, пр-кт. Ленина, 90/1, приобретен контрафактный товар стоимостью 790 руб. 00 коп.

Указанный товар представляет собой детский игровой набор в упаковке с изображениями и надписями. По утверждению истца, товар выполнен в виде объемных фигурок, имитирующих обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком №572 790. Кроме того, на упаковке товара также имеются обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком №572 790.

Факт приобретения товара подтверждается квитанцией №187909 серия ДК от 25.12.2018, содержащей наименование товара – «игрушка «Буба» 1 шт. набор», с проставленными штампами, содержащими наименование продавца – ИП ФИО1, ОГРНИП, ИНН индивидуального предпринимателя, совпадающие с данными, содержащимися в ЕГРИП.

Названная квитанция представлена в материалы дела, факт реализации товара подтвержден видеосъемкой, судом в процессе рассмотрения дела обозревалось вещественное доказательство, представленное истцом. Ответчик факт принадлежности ей выданной покупателю квитанции, передачи товара Голубевой В.Д. покупателю не отрицает.

По утверждению истца исключительные права на товарный знак принадлежат ему, разрешения на использование данного товарного знака ответчику не выдавалось.

Ссылаясь на то, что, осуществляя реализацию товара, ответчик нарушил принадлежащие ООО «ЗД Спэрроу» исключительные права на товарный знак, истец претензией №38267, направленной ответчику согласно почтовой квитанции от 23.04.2019, обратился к ответчику с требованием оплатить компенсацию за нарушение исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности и возместить понесенные истцом расходы на приобретение контрафактного товара, почтовые расходы, расходы на получение выписки из ЕГРИП.

Поскольку ответчиком оплата компенсации в добровольном порядке не произведена, ссылаясь на статьи 1484, 1229, 1551 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), указывая на то, что приобретенный товар является контрафактным, истец, обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Судом установлено, что согласно сведениям, содержащимся в Едином государственном реестре физических лиц, Индивидуальный предприниматель ФИО1 (ИНН <***>) 29.08.2019 на основании собственного решения прекратила деятельность в качестве индивидуального предпринимателя (запись за ГРН 419420500452311).

Согласно положениям статьи 28 АПК РФ арбитражные суды рассматривают в порядке искового производства, возникающие из гражданских правоотношений экономические споры и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями, а в случаях, предусмотренных указанным Кодексом и иными федеральными законами, другими организациями и гражданами.

В соответствии с пунктом 8 части 6 статьи 27 АПК РФ дела, возникающие при осуществлении предпринимательской и иной экономической деятельности с участием граждан, подлежат рассмотрению в арбитражном суде в случаях, предусмотренных федеральным законом.

Из смысла вышеназванных норм следует, что определяющими моментами отнесения того или иного дела к подведомственности арбитражных судов являются предмет спора, экономический (имущественный) характер требования, а также субъектный состав.

В пункте 13 Постановления от 01.07.1996 Пленумов Верховного Суда Российской Федерации №6 и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что с момента прекращения действия государственной регистрации гражданина в качестве индивидуального предпринимателя, в частности, в связи с истечением срока действия свидетельства о государственной регистрации, аннулированием государственной регистрации и т.п., дела с участием указанных граждан, в том числе и связанные с осуществлявшейся ими ранее предпринимательской деятельностью, подведомственны судам общей юрисдикции, за исключением случаев, когда такие дела были приняты к производству арбитражным судом с соблюдением правил о подведомственности до наступления приведенных обстоятельств.

На указанный пункт Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации содержится ссылка и в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации 1 (2014), утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 24.12.2014, в котором даны разъяснения о том, что гражданин может быть лицом, участвующим в арбитражном процессе в качестве стороны, исключительно в случаях, если на момент обращения в арбитражный суд он имеет государственную регистрацию в качестве индивидуального предпринимателя либо если участие гражданина без статуса индивидуального предпринимателя в арбитражном процессе предусмотрено федеральным законом. Иной подход, по мнению Президиума Верховного Суда Российской Федерации, противоречил бы общему принципу разграничения юрисдикционных полномочий судов общей юрисдикции и арбитражных судов.

В связи с указанным, учитывая, что ответчик прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя после принятия искового заявления к производству арбитражным судом (01.07.2019), суд рассмотрел дело по существу.

Как указал истец, поскольку ответчиком оплата компенсации в добровольном порядке не произведена, ссылаясь на статьи 1484, 1229, 1551 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), указывая на то, что приобретенный товар является контрафактным, истец, обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Судом установлено и ответчиком не опровергнуто, что ООО «3Д Спэрроу» является обладателем исключительного права на товарный знак № 572 790, который имеет правовую охрану, в том числе в отношении 28 класса Международной классификации товаров и услуг, включающего такие товары, как «игрушки», с датой приоритета 21.04.2015 года, срок действия до 21.04.2025 года.

По утверждению истца, разрешения на использование принадлежащего ему товарного знака ИП ФИО1 не выдавалось. Ответчик, осуществляя реализацию спорного товара, нарушил принадлежащие ООО «ЗД Спэрроу» исключительные права, в защиту которых предъявлен настоящий иск.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ),

если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Пунктом 1 статьи 1477 ГК РФ предусмотрено, что на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое

свидетельством на товарный знак (статья 1481 ГК РФ).

Товарный знак служит средством индивидуализации производимых товаров, позволяет покупателю отождествлять маркированный товар с конкретным производителем, вызывает определенное представление о продукции.

Согласно статье 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак

(правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2

данной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Следует отметить, что в силу подпункта 3 пункта 3 статьи 1492 ГК РФ заявка на товарный знак должна содержать перечень товаров, в отношении которых испрашивается государственная регистрация товарного знака и которые сгруппированы по классам Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (МКТУ).

В силу пункта 2 статьи 1481 ГК РФ свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве.

Следовательно, товар, его этикетка и упаковка рассматриваются как один объект. Неправомерное нанесение товарного знака на этикетку или упаковку товара является нарушением исключительных прав на товарный знак в отношении не упаковки, а самого этого товара.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Таким образом, неся бремя доказывания обстоятельств, на которые истец ссылается как на основания своих требований, последний обязан доказать факт использования ответчиком исключительного права на товарный знак, обладателем которого является ООО «ЗД Спэрроу», ответчик в свою очередь должен представить доказательства наличия правовых оснований использования исключительных прав либо отсутствия факта совершения им данного нарушения.

В силу статьи 401 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

В обоснование заявленных требований, истец сослался на использование ответчиком исключительных прав в форме распространения и реализации контрафактной продукции путем розничной продажи.

В подтверждение произведенной покупки спорного товара истцом представлена видеозапись закупки товара, квитанция, а также приобщенный к материалам дела, в качестве вещественного доказательства, проданный товар – детский игровой набор в упаковке с изображениями и надписями.

Частью 2 статьи 64 АПК РФ в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Как следует из законодательства Российской Федерации, сложившейся судебной практики, субъекты прав на средства индивидуализации могут прибегать к соразмерной самозащите. В качестве одного из способов такой самозащиты, как правило, используется осуществление видеозаписи процесса закупки товара, являющегося контрафактным, что соответствует позиции Верховного Суда РФ, изложенной в пункте 10 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», включающего в самозащиту как воздействие на имущество нарушителя, так и воздействие лица на свое собственное или находящееся в его законном владении имущество.

При воспроизведении видеозаписи судом не установлено прерывания записи, элементов монтажа. Заявлений о фальсификации представленных истцом доказательств ответчиком при рассмотрении настоящего дела в соответствии со статьей 161 АПК РФ заявлено не было.

Ответчиком возражений относительно содержания представленной видеозаписи процесса закупки товара не заявлено.

Представленная в дело видеозапись отражает процесс приобретения конкретного товара, обстоятельства передачи покупателю конкретного предмета, который визуально похож на товар, представленный в дело, обстоятельства выдачи квитанции.

При исследовании видеозаписи процесса закупки товара в процессе рассмотрения дела, установлено, что товар реализован в торговом павильоне «Картины», расположенном по адресу <...> (ТРК «Променад»).

Как следует из изложенных в ходе рассмотрения дела пояснений, ФИО1 факт осуществления деятельности в указанной торговой точке по устной договоренности с ФИО2 в спорный период подтвердила.

Доказательств ведения торговли в данной торговой точке иными лицами от имени ответчика в материалы дела не представлено.

Согласно поступившему в материалы дела ответу ООО «Управляющая компания» на запрос суда каких-либо заключенных договоров аренды или иных договоров, связанных с передачей в пользование помещения - бутика №21, расположенного в ТРК «Променад» по адресу: <...>, на 25.12.2018 нет и в другие периоды не было.

Зафиксированная на видеозаписи торговая точка является одним помещением, не имеющим каких-либо видимых границ, позволяющих четко разграничить зоны ведения деятельности ФИО1 и ФИО2

На указанной видеозаписи зафиксировано, что в торговой точке на одной из полок представлено несколько игрушек, в том числе имеющих визуально схожие с изображениями на спорном товаре обозначения.

На отображенных на видеозаписи ценниках сведений о принадлежности товара тому или иному лицу не содержится.

Представленные в материалы дела скриншоты переписки Голубевой В.Д. с ФИО2 не свидетельствуют о том, что между указанными лицами существовала договоренность по реализации именно спорного товара (конкретного экземпляра, представленного в дело), поскольку не содержат данных, однозначно позволяющих соотнести указанные в переписке игрушки с представленным в материалы дела в качестве вещественного доказательства товаром.

В силу положений статьи 493 ГК РФ договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара. Продавцом в отношениях с потребителями, приобретающими товары в торговой сети, является организация или индивидуальный предприниматель, реализующие товары потребителям по договору купли-продажи.

В соответствии с Федеральным законом от 03.07.2016 №290-ФЗ (в редакции от 03.07.2018) «О внесении изменений в Федеральный закон «О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении наличных денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт» и отдельные законодательные акты Российской Федерации» при осуществлении расчета пользователь обязан выдать кассовый чек или бланк строгой отчетности на бумажном носителе.

Согласно статье 1 указанного Федерального закона бланком строгой отчетности является первичный учетный документ, приравненный к кассовому чеку, сформированный в электронной форме и (или) отпечатанный с применением автоматизированной системы для бланков строгой отчетности в момент расчета между пользователем и клиентом за оказанные услуги, содержащий сведения о расчете, подтверждающий факт его осуществления и соответствующий требованиям законодательства Российской Федерации о применении контрольно-кассовой техники.

Требования к кассовому чеку и бланку строгой отчетности установлены статьей 4.7 Федерального закона от 22.05.2003 №54-ФЗ «О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении расчетов в Российской Федерации».

Исходя из положений указанного закона, кассовый чек и бланк строгой отчетности в качестве обязательных реквизитов должен содержать указание на дату, время и место (адрес) осуществления расчета (при расчете в зданиях и помещениях - адрес здания и помещения с почтовым индексом, при расчете в транспортных средствах - наименование и номер транспортного средства, адрес организации либо адрес регистрации индивидуального предпринимателя, при расчете в сети «Интернет» - адрес сайта пользователя); наименование организации-пользователя или фамилия, имя, отчество (при наличии) индивидуального предпринимателя - пользователя; идентификационный номер налогоплательщика пользователя.

Из представленной истцом видеозаписи усматривается факт реализации продавцом в торговой точке товара с выдачей квитанции №187909 серия ДК от 25.12.2018 с проставленными штампами, содержащими наименование продавца – ИП ФИО1, ОГРНИП, ИНН индивидуального предпринимателя, совпадающие с данными, содержащимися в ЕГРИП.

Документального подтверждения использования при осуществлении торговой деятельности иных видов кассовых или товарных чеков или использования иных документов, подтверждающих оплату товара, ответчиком не представлено.

Суд отмечает, что поскольку заполнение квитанции осуществлялось лицом, реализующим товар, вид квитанции, отсутствие в ней каких-либо реквизитов зависит именно от лица, его заполняющего, и не зависит от волеизъявления покупателя.

В представленной квитанции в качестве наименования товара указано «игрушка «Буба» 1 шт. набор», что соответствует характеристикам представленного в материалы дела спорного товара.

В качестве лица ответственного за совершение операции указано – «администратор Голубева В.Д.».

Доводы ответчика относительно того, что ФИО1 вела деятельность самостоятельно, не имела в штате работников судом отклоняются, поскольку в ходе рассмотрения настоящего дела как ответчик, так и третье лицо – Голубева В.Д. указывали на то, что Голубева В.Д. оказывала ФИО1 помощь в осуществляемой деятельности.

Как следует из представленной видеозаписи, указанные квитанции для Голубевой В.Д. находились в свободном доступе и заполнялись от имени ответчика без каких-либо пометок и оговорок.

Письменные доказательств ограничения полномочий Голубевой В.Д., которая, учитывая обстановку, в которой она осуществляла деятельность (общедоступное место в торговом центре, предполагающее реализацию товара, оказание услуг), в материалы дела не представлены.

Учитывая положения статьи 174 ГК РФ, поручая и доверяя осуществление своей дочери Голубевой В.Д. выполнение определенных действий в торговой точке, доверяя доступ к оформлению документов, в том числе квитанций, ответчик ФИО1 не может ссылаться на то, что сделка Голубевой В.Д. совершена без ее согласия и одобрения.

Заявлений о фальсификации представленных истцом доказательств ответчиком при рассмотрении настоящего дела в соответствии со статьей 161 АПК РФ заявлено не было.

В связи с указанными обстоятельствами, поскольку из имеющихся материалов дела, представленной видеозаписи процесса закупки товара следует, что осуществляющее продажу товара лицо в подтверждение факта покупки произвело выдачу платежного документа с реквизитами ответчика, у покупателя отсутствовали основания сомневаться в полномочиях указанного лица действовать от имени ответчика исходя из обстановки совершения сделки, что соответствует положениям статьи 182 ГК РФ.

В связи с указанным, суд приходит к выводу, что представленная истцом видеосъемка закупки товара в совокупности с квитанцией в силу статьи 493 ГК РФ свидетельствует о заключении розничного договора купли-продажи от имени ответчика.

Доводы ответчика о том, что спорный товар принадлежал ФИО2 и реализовывался по существовавшей между указанным лицом и Голубевой В.Д. договоренности судом принимаются. Однако, даже если учитывать такую договоренность, сами по себе эти обстоятельства не свидетельствуют об отсутствии факта реализации спорного товара от имени ответчика, поскольку исходя из положений Гражданского кодекса Российской Федерации, при заключении розничного договора купли-продажи между продавцом и покупателем обстоятельства приобретения/получения продавцом данного товара значения не имеют.

Суд исходит из того, что реализация товара, представленного в дело, фактически осуществлена продавцом от имени ответчика. Способ поступления товара в распоряжение ответчика для его последующей реализации (покупка, получение в дар, иные действия), сам по себе значения не имеет. В настоящем случае имеет значение факт реализации товара ответчиком.

Доказательств наличия у ФИО1 права использования указанного товарного знака в материалы дела не представлено.

В силу пункта 2 части 2 статьи 1270 ГК РФ использованием произведения независимо от того, совершаются ли соответствующие действия в целях извлечения прибыли или без такой цели, считается, в частности распространение произведения путем

продажи или иного отчуждения его оригинала или экземпляров.

В соответствии с пунктом 7 Информационного письма Президиума ВАС РФ №122

от 13.12.2007 действия лица по распространению контрафактных экземпляров произведения образуют самостоятельное нарушение исключительных прав. При этом сам

по себе факт приобретения этих экземпляров у третьих лиц не свидетельствуют об отсутствии вины лица, их перепродающего.

Как следует из разъяснений Президиума ВАС РФ, указанных при рассмотрении дела №А40-82533/2011, предпринимательская деятельность осуществляется с учетом рисков и возможных негативных последствий, ей присущих.

Исходя из изложенного, действия ответчика по хранению, предложению к продаже и продаже спорного товара без получения соответствующих права использования указанных товарных знаков являются нарушением исключительных прав истца.

Как следует из положений пункта 162 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №10 от 23.04.2019 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

При сравнении товарного знака, исключительное право на который зарегистрировано за ООО «ЗД Спэрроу» с представленным в материалы дела в качестве вещественного доказательства товаром, очевидно, что данный товар представляет собой объемные фигурки, имитирующие обозначения, сходное до степени смешения с товарным знаком №572 790, правообладателем которого является истец. Кроме того, на упаковке товара также имеются обозначения, сходное до степени смешения с товарным знаком №572 790. Для констатации этого нет оснований для обращения к специальным познаниям и назначения судом экспертиз любого вида.

Ответчиком возражений относительно утверждения истца о сходстве имеющихся на спорном товаре обозначений с товарным знаком не заявлено.

В пункте 3 статьи 1252 ГК РФ указано, что в случаях, предусмотренных этим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта

правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных названным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации

за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом.

Ответственность за незаконное использование товарного знака предусмотрена статьей 1515 ГК РФ, при этом истец вправе выбрать способ защиты своего нарушенного права по своему усмотрению. В силу пункта 4 указанной статьи правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В разъяснениях, содержащихся в пунктах 59, 61, 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №10 от 23.04.2019 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются.

Заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Применительно к Постановлению Конституционного суда Российской Федерации

№28-П от 13.12.2016 бремя доказывания факта многократного превышения размера компенсации размеру причиненных убытков возложено на ответчика.

Низкая стоимость контрафактного товара по данной категории дел не имеет юридического значения. Споры, связанные с защитой интеллектуальных прав, обусловлены не стоимостью самих товаров, а стоимостью договоров авторского заказа, в том числе, на создание дизайна каждого товарного знака, придание им оригинального облика.

Помимо прочего, от использования контрафактного товара страдают интересы не только правообладателей, но и потребителей, поскольку те вводятся в заблуждение при покупке, полагая, что приобретают качественный и лицензионный товар.

Доказательств заключения между сторонами лицензионных или иных договоров на передачу исключительных прав на указанные товарные знаки не представлено.

В данном случае истцом заявлено о взыскании компенсации в размере 10 000 руб.

Размер подлежащей взысканию компенсации за нарушение интеллектуальных прав

осуществляется судом в пределах, установленных ГК РФ, то есть от десяти тысяч до пяти миллионов рублей (пункт 4 статьи 1515 ГК РФ) с учетом положений, предусмотренных в пункте 3 статьи 1252 (не ниже пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения), в зависимости от характера нарушения и иных

обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В рассматриваемом случае ответчик указал, что о снижении размера компенсации не заявляет.

Суд приходит к выводу, что оснований для применения положений абзаца 3 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ не имеется.

При изложенных обстоятельствах исковые требования подлежат удовлетворению полностью в сумме 10 000 руб.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ, пунктами 2, 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» судебные расходы подлежат отнесению на ответчика.

Истцом заявлено о взыскании судебных издержек в размере 790 руб. стоимости товара, 237 руб. 54 коп. почтовых расходов, 200 руб. стоимости выписки из ЕГРИП.

Указанные расходы в соответствии со статьей 101 АПК РФ относятся к судебным издержкам, документально подтверждены материалами дела и распределяются, как и расходы по уплате государственной пошлины, то есть на ответчика относится 2 000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины, 1 227 руб. 54 коп. судебных издержек. Факт осуществления расходов на получение выписки из ЕГРИП истец подтвердил, выписка в дело представлена.

В рассматриваемом случае судебные расходы распределены судом в соответствии со статьей 110 АПК РФ в связи с полным удовлетворением исковых требований.

Заявление истца о распределении судебных расходов в соответствии со статьей 111 АПК РФ удовлетворению не подлежит.

В соответствии с частью 1 статьи 111 АПК РФ в случае, если спор возник вследствие нарушения лицом, участвующим в деле, претензионного или иного досудебного порядка урегулирования спора, предусмотренного федеральным законом или договором, в том числе нарушения срока представления ответа на претензию, оставления претензии без ответа, арбитражный суд относит на это лицо судебные расходы независимо от результатов рассмотрения дела.

Само по себе поведение ответчика, выразившееся в отсутствие ответа на претензию истца, не является достаточным для применения части 1 статьи 111 АПК РФ.

При применении указанной норма права следует установить наличие причинно-следственной связи между указанным поведением ответчика и фактом предъявления иска в суд. В настоящем случае истец не обосновал наличие причинно-следственной связи между таким поведением ответчика и фактом обращения в суд.

По смыслу указанной нормы права суд возлагает на лицо, нарушившее обязательный досудебный порядок, негативные последствия в виде отнесения судебных расходов, в случае, если судебный спор возник именно вследствие данного нарушения.

Вместе с тем, само по себе бездействие ответчика по досудебному урегулированию спора с неизбежностью не влечет вывода о злоупотреблении последним своими правами и, соответственно, о наличии оснований для отнесения на него всех судебных расходов.

В рассматриваемом деле настоящий спор возник по инициативе истца. Оснований полагать, что, даже получив ответ на претензию с указанием на ее необоснованность, истец отказался бы от защиты своих прав посредством подачи иска в суд, не имеется.

Следовательно, отсутствует причинно-следственная связь между бездействием ответчика, выразившемся в отсутствии ответа на претензии истца, и возникновением судебного спора, в связи с чем часть 1 статьи 111 АПК РФ к отношениям сторон неприменима.

По общему принципу распределения судебных расходов (в том числе расходов на оплату услуг представителя) они возмещаются за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу (абзац 2 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

В связи с указанным, в соответствии с положениями статьи 110 АПК РФ в удовлетворении заявления ФИО1 о взыскании с истца судебных издержек по делу судом отказано.

Учитывая положения, предусмотренные в пункте 4 статьи 1252 ГК РФ, суд считает, что вещественное доказательство (детский игровой набор в упаковке с изображениями и надписями) обладает признаками контрафактного товара. В связи с чем, в соответствии со статьей 80 АПК РФ товар (вещественное доказательство) подлежит уничтожению по истечении срока хранения дела.

Руководствуясь статьями 80, 110, 167-171, частью 2 статьи 176, статьями 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Исковые требования удовлетворить полностью.

Взыскать с ФИО1 в пользу Общества с ограниченной ответственностью «3Д Спэрроу» 10 000 рублей компенсации, а также 2000 рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины, 1 227 рублей 54 копейки судебных издержек.

Вещественное доказательство №1170 (детский игровой набор в упаковке с изображениями и надписями) уничтожить после истечения срока хранения дела.

В удовлетворении заявления ФИО1 о взыскании судебных издержек отказать.

Решение может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение 1 месяца путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

Судья В.В. Останина