Постановление от 25 октября 2023 г. по делу № А21-13771/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

25 октября 2023 года

Дело №

А21-13771/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 24 октября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 25 октября 2023 года.

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Казарян К.Г., судей Колесниковой С.Г., Яковца А.В.,

при участии ФИО1, представителя Санкт-Петербургского адвокатского бюро «Сапожников и Партнеры» по доверенности от 23.10.2023 в лице представителя ФИО2, действующего на основании доверенности от 01.01.2021,

рассмотрев 24.10.2023 в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Балтийская Финансово-строительная компания» ФИО3 на определение Арбитражного суда Калининградской области от 01.02.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2023 по делу № А21-13771/2021-3,

у с т а н о в и л:

Решением Арбитражного суда Калининградской области от 08.07.2022 общество с ограниченной ответственностью «Балтийская Финансово Строительная Компания», адрес: 236010, Калининград, ул. Тенистая <...>, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество), признано несостоятельным (банкротом), в его отношении открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО3.

Конкурсный управляющий обратилась в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц ФИО1, ФИО4 и ФИО5, взыскании со ФИО1 в конкурсную массу должника 3 225 696 руб. 62 коп., с ФИО4 355 515 руб. 30 коп., со ФИО5 3 225 696 руб. 62 коп..

Определением суда первой инстанции от 01.02.2023, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2023, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий просит отменить названные судебные акты, принять по делу новый судебный акт – об удовлетворении заявленных требований.

Податель кассационной жалобы, ссылаясь на неисполнение ответчиками обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве Общества, совершение должником под руководством ответчиков недобросовестных и убыточных сделок, сокрытие имущества Общества и искажение бухгалтерской отчетности, полагает доказанным наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

В отзывах ФИО1 и ФИО4 возражают против удовлетворения кассационной жалобы.

В судебном заседании представитель Санкт-Петербургского адвокатского бюро «Сапожников и Партнеры» поддержал кассационную жалобу, ФИО1 возражал против ее удовлетворения.

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о месте и времени судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами, ФИО1 являлся генеральным директором Общества в период с 24.11.2016 до открытия конкурсного производства в отношении должника; ФИО4 с 24.11.2016 до настоящего времени является учредителем Общества с 100% долей участия.

В обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий сослался на подпункты 1 и 2 пункта 2 статьи 61.11, пунктом 1 статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), указал на неисполнение ФИО1 обязанности по своевременной подаче заявления о признании должника банкротом, а также по передаче бухгалтерской и иной документации и имущества должника; неисполнение ФИО4 обязанности по созыву общего собрания участников должника по вопросу обращения в суд с заявлением о банкротстве организации; получение ФИО5 выгоды от недобросовестных действий руководителя общества.

Суд первой инстанции, с выводами которого согласился апелляционный суд, счел заявленные требования необоснованными.

Изучив материалы дела и проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, суд кассационной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены принятых по делу судебных актов.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации, необходимо учитывать следующее:

- заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства;

- привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Из материалов дела следует, что определением суда первой инстанции от 12.12.2022 по обособленному спору № А21-13771-1/2021 конкурсному управляющему ФИО3 было отказано в удовлетворении заявления об истребовании у ФИО1 бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей Общества.

Поскольку факт передачи ответчиком всей имеющейся у него документации общества посредством почтового направления установлен названным судебным актом, при этом доказательств наличия существенных затруднений при проведении процедуры банкротства и того факта, что ФИО1 препятствовал поиску имущества должника и составлению соответствующего анализа, конкурсным управляющим не представлено, суды не усмотрели оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

При этом суды отклонили доводы конкурсного управляющего о том, что должник с 2018 года не сдавал отчетность, как противоречащие представленным в материалы дела доказательствам.

Оснований не согласиться с выводом судов суд кассационной инстанции не усмотрел.

В обоснование требования о привлечении ФИО1 (за неисполнение обязанности по своевременной подаче заявления о признании должника банкротом) и ФИО4 (за неисполнение обязанности по созыву общего собрания участников должника по вопросу обращения в суд с заявлением о банкротстве организации) к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам должника, конкурсный управляющий указал на неисполнение Обществом возникших у него с 27.12.2017 обязательств перед обществом с ограниченной ответственностью «Стройидеал» в виде услуг, оплаченных компанией на сумму 1 950 000 руб.

По мнению конкурсного управляющего, должник фактически прекратил деятельность 01.02.2018, именно с этой даты ответчики должны были инициировать процесс банкротства Общества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2, утвержденном его президиумом 06.07.2016, указано, что в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности за неподачу в суд заявления о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Из разъяснений, приведенных в пункте 9 Постановления № 53, следует, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Правовое значение субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.12 Закона о банкротстве, состоит в предотвращении причинения вреда контрагентам должника, которые вступают с ним в правоотношения, не зная о его неплатежеспособности.

Проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суды пришли к выводу о недоказанности конкурсным управляющим неплатежеспособности или недостаточности имущества должника по состоянию на 01.01.2018.

Исходя из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 27.01.2017 № 306-ЭС16-20500, суды отметили, что наличие у общества неисполненных обязательств перед отдельным кредитором не подтверждает наличия у общества признаков объективного банкротства.

Суды также приняли во внимание пояснения ответчиков, что финансовое обязательство должника перед ООО «Стройидеал» приобрело бесспорный характер только в момент вступления в законную силу решения Арбитражного суда Калининградской области от 02.02.2021 по делу № А21-5969/2019, то есть 08.11.2021.

Установив отсутствие доказательств, свидетельствующих о критическом финансовом положении должника на 01.01.2018, равно как и доказательств возникновения у Общества каких-либо новых обязательств после предполагаемой даты обращения в суд с заявлением о банкротстве (01.01.2018), суды правомерно отказали в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в части привлечения ФИО1 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по основаниям статьи 61.12 Закона о банкротстве.

В обоснование заявления в части требований к ФИО5 конкурсный управляющий полагал, что последний извлек выгоду из недобросовестного поведения руководителя должника (перечисления денежных средств), и, являясь братом руководителя должника, не мог не знать о противоправной цели.

Возражая против заявленных конкурсным управляющим требований, ФИО5 пояснил, что перечисление денежных средств в размере 425 000 руб. было осуществлено в ходе обычной хозяйственной деятельности должника за выполненные строительно-монтажные работы по договору строительного подряда от 27.12.2017 № 2, заключенному предпринимателем ФИО5 и Обществом, который конкурсным управляющим не оспорен.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в указанной части, суды обоснованно исходили из следующего.

В соответствии с подпунктом 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве к контролирующим должника лицам могут быть также отнесены лица, которые извлекали выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из разъяснений, приведенных в абзаце 4 пункта 3 Постановления № 53, следует, что лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

Как разъяснено в пункте 7 Постановления № 53, предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Таким образом, для признания выгодоприобретателя контролирующим лицом в обязательном порядке должно быть установлено, что выгода получена в ущерб имущественной базе должника в результате совершения противоправных действий лицами, относящимися к органам управления должника, а также существенный характер такой выгоды.

В данном случае таких обстоятельств судами не установлено.

Как верно отметили суды, один лишь факт перечисления денежных средств в адрес предпринимателя ФИО5 не может однозначно свидетельствовать о наличии у него фактической возможности контролировать хозяйственную деятельность должника.

Поскольку доказательств, подтверждающих наличие у ФИО5 право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, принимать решения о совершении руководителем должника сделок, которые привели к объективному банкротству общества, конкурсным управляющим не представлены, суды правомерно отказали в удовлетворении заявления в части требований к ФИО5

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, выводов судов первой и апелляционной инстанций не опровергают, сводятся к несогласию с данной судами оценкой фактических обстоятельств по делу.

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемых актов судами установлены все существенные для дела обстоятельства и им дана надлежащая правовая оценка. Нормы материального права применены правильно. Нарушений норм процессуального права не установлено.

Кассационная жалоба удовлетворению не подлежит

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Калининградской области от 01.02.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2023 по делу № А21-13771-3/2021 оставить без изменения, а кассационную жалобу конкурсного управляющего ФИО3 – без удовлетворения.

Председательствующий

К.Г. Казарян

Судьи

С.Г. Колесникова

А.В. Яковец