Решение от 19 ноября 2018 г. по делу № А63-15791/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации


Решение

Дело № А63-15791/2018
19 ноября 2018 года
г. Ставрополь


Резолютивная часть объявлена 12 ноября 2018 года.

Полный текст решения изготовлен 19 ноября 2018 года.


Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Чернобай Т.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в судебном заседании исковое заявление ФИО2, г. Ставрополь, к обществу с ограниченной ответственностью «Ставзернопродукт», г. Ставрополь (ОГРН <***>, ИНН <***>), ФИО3, г. Ставрополь, Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 11 по Ставропольскому краю, г. Ставрополь (ОГРН <***>),

о признании недействительными взаимосвязанных сделок: по выходу ФИО3 из ООО «Ставзернопродукт», ОГРН <***>, оформленному заявлением о выходе из общества от 07.05.2015 и решением единственного участника № 31 от 07.05.2015, по переходу доли вышедшего участника в размере 99,968 % уставного капитала от ФИО3 к ООО «Ставзернопродукт», по переходу 99,968 % доли в установленном капитале от ООО «Ставзернопродукт» к ФИО2, оформленному решением единственного участника ООО «Ставзернопродукт» № 33 от 01.10.2015, применении последствий недействительности сделок в виде возврата ФИО3 и ФИО2 в первоначальное положение, а именно: внесении в Единый государственный реестр юридических лиц записи о принадлежности ФИО3 99,968 %, а ФИО2 — 0,032 % доли в уставном капитале ООО «Ставзернопродукт», ОГРН <***>, со ссылкой на изменяемые записи,

при участии в судебном заседании представителя ответчика Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 11 по Ставропольскому краю –ФИО4 (доверенность № 03-22/299 от 05.12.2017, в отсутствие истца, ООО «Ставзернопродукт» и ФИО3, извещенных надлежащим образом,



УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Ставропольского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Ставзернопродукт» (далее — общество, ООО «Ставзернопродукт»), ФИО3 и Межрайонной ИФНС России по Ставропольскому краю №11 (далее — регистрирующий орган) о признании недействительными следующих взаимосвязанных сделок:

- по выходу ФИО3 из ООО «Ставзернопродукт», оформленному заявлением о выходе из общества от 07.05.2015 и решением единственного участника № 31 от 07.05.2015,

- по переходу доли вышедшего участника в размере 99, 968 % уставного капитала от ФИО3 к ООО «Ставзернопродукт»,

- по переходу 99, 968 % доли в установленном капитале от ООО «Ставзернопродукт» к ФИО2, оформленному решением единственного участника ООО «Ставзернопродукт» № 33 от 01.10.2015, и применении последствий недействительности сделок в виде возврата ФИО3 и ФИО2 в первоначальное положение, а именно: восстановлении в Едином государственном реестре юридических лиц записи о принадлежности ФИО3 99,968 %, а ФИО2 — 0,032 % доли в уставном капитале ООО «Ставзернопродукт», ОГРН <***>.

Исковые требования мотивированы тем, что вышеперечисленные сделки являются мнимыми, т.е. совершенными с целью создания видимости юридической аффилированности ФИО2 по отношению к ООО «Ставзернопродукт» как прямого обладателя 100 % уставного капитала общества; несмотря на выход ФИО3 из состава участников общество продолжало находиться под его контролем, он осуществлял функции единственного участника общества, полностью контролировал деятельность общества и являлся его реальным бенефициаром.

В отзыве на иск Межрайонная ИФНС России по Ставропольскому краю №11 возражала против удовлетворения исковых требований, ссылаясь на следующие доводы:

поскольку Федеральным законом от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Закон № 129-ФЗ) установлен заявительный порядок государственной регистрации, регистрирующий (налоговый) орган не проводит правовую экспертизу представляемых для государственной регистрации документов,

налоговый орган не является надлежащим ответчиком по делу, поскольку истцом не формулируются требования непосредственно к регистрирующему органу, истцом не приведены факты, указывающие на нарушение регистрирующим органом законов и иных нормативных правовых актов,

восстановление записей, равно как внесение новых записей в Едином государственном реестре юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ), на основании судебного акта, иным способом, нежели связанным с признанием недействительными ранее внесенных в ЕГРЮЛ записей, не предусмотрено действующим законодательством.

12 ноября 2018 года от истца поступило ходатайство об уточнении исковых требований в следующей редакции:

«1) Признать недействительными взаимосвязанные сделки:

 по выходу ФИО3 из ООО «Ставзернопродукт», ОГРН <***>, оформленному заявлением о выходе из общества от 07.05.2015 и решением единственного участника № 31 от 07.05.2015,

 по переходу доли вышедшего участника в размере 99, 968 % уставного капитала от ФИО3 к ООО «Ставзернопродукт»,

 по переходу 99, 968 % доли в установленном капитале от ООО «Ставзернопродукт» к ФИО2, оформленному решением единственного участника ООО «Ставзернопродукт» № 33 от 01.10.2015.

2) Признать недействительными следующие записи, внесенные МРИ ФНС по СК № 11 в Единый государственный реестр юридических лиц:

 запись за ГРН 2152651175015 от 15.05.2015,

 запись за ГРН 2152651429214 от 13.10.2015».

Суд, руководствуясь статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — АПК РФ), принимает указанные уточнения и рассматривает спор с их учётом.

От истца также поступило ходатайство о рассмотрении спора в его отсутствие в связи с невозможностью обеспечить явку в судебное заседание 12.11.2018 самого истца и его представителя.

Ответчики ООО «Ставзернопродукт» и ФИО3, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения спора в порядке статьи 123 АПК РФ, не явились.

Представитель конкурсного управляющего ООО «Ставзернопродукт» ранее в заседании 19 сентября 2018 года пояснял, что располагает только информацией, имеющейся в налоговом органе, и не может дать пояснения об обстоятельствах совершения спорных сделок.

От ФИО3 отзыв на исковое заявление не поступил.

Руководствуясь ст. 156 АПК РФ, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся сторон по имеющимся в деле доказательствам.

Исследовав материалы дела, выслушав пояснения сторон и оценив представленные доказательства, суд пришел к выводу, что заявленные требования подлежат удовлетворению.

Как следует из материалов дела, ООО «Ставзернопродукт», ОГРН <***> создано 19.03.2003 единственным учредителем ФИО3. Ему при создании указанного общества принадлежало 100 % доли в уставном капитале.

13.07.2005 в общество принят новый участник ФИО2.

07.05.2010 уставный капитал общества увеличен до 9 510 000 рублей, в результате чего доли участников распределились следующим образом: ФИО3 принадлежало 99,968% доли в уставном капитале названного общества, а ФИО2 - 0,032%.

13.10.2015 в ЕГРЮЛ за государственным регистрационным номером (далее - ГРН) 2152651429214 внесена запись о принадлежности ФИО2 100 % доли в уставном капитале названного общества.

Основанием для внесения указанной записи послужили следующие взаимосвязанные сделки:

 по выходу ФИО3 из ООО «Ставзернопродукт», оформленному заявлением о выходе из общества от 07.05.2015 и решением единственного участника № 31 от 07.05.2015,

 по переходу доли вышедшего участника в размере 99, 968 % уставного капитала от ФИО3 к ООО «Ставзернопродукт»,

 по переходу 99, 968 % доли в установленном капитале от ООО «Ставзернопродукт» к ФИО2, оформленному решением единственного участника ООО «Ставзернопродукт» № 33 от 01.10.2015 и подписанному ФИО2

На государственную регистрацию 07.05.2015 в регистрирующий орган были представлены:

заявление об изменении сведений, не связанных с учредительными документами по форме Р14001, содержащее сведения о прекращении участия ФИО3 и переходе его доли в размере 9 507 000 р. (99, 968%) обществу,

заявление ФИО3 от 07.05.2015 о выходе из состава участников общества;

решение от 07.05.2015 № 31 единственного участника общества о переходе доли вышедшего участника ФИО3 обществу.

На основании представленных документов регистрирующим органом было принято решение о государственной регистрации изменений, не связанных с учредительными документами от 14.05.2015 № 5104302А и 15.05.2015 в ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись за ГРН 2152651175015.

06.10.2015 в регистрирующий орган были представлены:

 заявление по форме Р14001, содержащее сведения о принадлежности доли участнику ФИО2 в размере 9 510 000 руб. (100 %),

 решение от 01.10.2015 № 33 о распределении доли в размере 9 507 000 (99,968%) единственному участнику общества ФИО2

Регистрирующим органом принято решение о государственной регистрации от 12.10.2015 № 5109993А, в ЕГРЮЛ внесена запись от 13.10.2015 за ГРН 2152651429214.

В обоих случаях заявителем выступила ФИО5 (директор общества), подлинность её подписи заверена нотариально.

По утверждению истца, о вышеперечисленных взаимосвязанных сделках ему стало известно только в июле 2018 года при следующих обстоятельствах. Решением Арбитражного суда Ставропольского края от 31.05.2017 по делу № А63-3266/2016 ООО «Ставзернопродукт» признано банкротом, в отношении него введена процедура банкротства — конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6. В реестр требований кредиторов включены требования четырех кредиторов общим размером 772 809 082, 90 рублей, учитываемые в составе третьей очереди. В рамках дела о банкротстве полное погашение требований кредиторов невозможно, как считает управляющий, вследствие действий контролирующих должника лиц, в том числе и ФИО2

В связи с этим конкурсный управляющий в рамках дела № А63-3266/2016 о банкротстве ООО Ставзернопродукт» подал завление о привлечении к субсидиарной ответственности директоров ООО «Ставзернопродукт» и ФИО2 В части требований к ФИО2 заявление мотивировано тем, что он с 01.10.2015 является участником ООО «Ставзернопродукт» с долей в уставном капитале 100 %.

Как видно из представленного в материалы дела заключения специалиста № 69/2018 от 29.06.2018, выполненного сотрудником ООО «Региональное бюро судебных экспертиз» ФИО7, подпись, проставленная от имени ФИО2 на решении единственного участника ООО «Ставзернопродукт» № 33 от 01.10.2015, выполнена не самим ФИО2, а другим лицом.

В заключении специалиста № 140/2018 от 08.10.2018, выполненном сотрудником ООО «Региональное бюро судебных экспертиз» ФИО7, отражено, что подписи от имени ФИО2 в следующих документах:

 заявление ФИО3 о выходе из общества от 07 мая 2015 года (графа участник ООО «Ставзернопродукт» ФИО2),

 решение № 31 единственного участника общества с ограниченной ответственностью «Ставзернопродукт» от 07 мая 2015 года (графа «Единственный участник ООО «Ставзернопродукт» ФИО2),

 решение № 32 единственного участника общества с ограниченной ответственностью «Ставзернопродукт» от 06 августа 2015 (графа «Единственный участник ООО «Ставзернопродукт» ФИО2),

 изменения к уставу общества с ограниченной ответственностью «Ставзернопродукт» от 06 августа 2015 года (графа «Единственный участник ООО «Ставзернопродукт» ФИО2), выполнены не ФИО2, а другим лицом (лицами).

Кроме того, из свидетельских показаний допрошенных в заседании суда 19.09.2018 в качестве свидетелей: ФИО5 - директора ООО «Ставзернопродукт» в период с 20.04.2015 по 10.10.2016, ФИО8 - офисменеджера в ООО «Профменеджмент» с октября 2014 года по ноябрь 2016 года, ФИО9 - юриста ООО «Профменеджмент» с июля 2015 года по июль 2016 года следует, что структура управления ООО «Ставзернопродукт» была выстроена следующим образом. ООО «Ставзернопродукт» и ООО «Профменеджмент» находились по одному адресу: <...> на 2 этаже, при этом ООО «Профменеджмент» осуществляло бухгалтерское и юридическое сопровождение всех вышеперечисленных компаний.

ООО «Ставзернопродукт», ООО «Профменеджмент» наряду с другими компаниями (Зерновая компания «Аграрный двор», ООО «Ставропольагропродукт XXI век, ООО СХП «Агропроект», ООО «Интеграл», ООО «Атекс», ПИК, ООО «Русское поле», ООО «Транзитсервис», ООО «Агросервис», ООО «Агротранзит», ООО «Энерджи», ООО «Агрогрупп», ООО «Евротрейдинг» и ООО «Тк Юг») входили в одну группу компаний, фактически принадлежали одному лицу — ФИО3 и контролировались им.

Допрошенные сотрудники ООО «Ставзернопродукт» и ООО «Профменеджмент» пояснили, что с ФИО2 не знакомы. Управление делами ООО «Ставзернопродукт» осуществлял ФИО3 Он имел беспрепятственный доступ ко всем документам о деятельности общества, фактический доступ к расчетным счетам и финансам, принимал все хозяйственные и управленческие решения и полностью контролировал ООО «Ставзернопродукт» с момента его создания и до банкротства. Реальным собственником ООО «Ставзернопродукт» был и оставался после подачи заявления о выходе из общества от 07.05.2015 вплоть до банкротства общества ФИО3

Фактически решение о том, с кем и на каких условиях совершать сделки, кому и какие суммы перечислять принимал ФИО3 Соответствующие указания сотрудникам он давал лично в своем кабинете, который находился в офисе ООО «Ставзернопродукт» по адресу: <...>, на 2 этаже, либо через ФИО10 (директора ООО «Профменеджмент») и ФИО11 (руководителя ООО СХП «Агропроект»).

Из показаний свидетелей следует, что ФИО5 являлась лишь номинальным директором ООО «Ставзернопродукт».

Сама же ФИО5 пояснила, что подпись на заявлении о внесении изменений в сведения о юридическом лице по форме № Р14001, поданном в регистрирующий орган нотариусом ФИО12 02.10.2015 (о распределения доли 99, 968 % единственному участнику ФИО2, оставшемуся после выхода из общества ФИО3), принадлежит ей. Но о содержании переданных для регистрации изменений документов ей известно не было.

О реальном распоряжении активами общества ФИО3 свидетельствует также тот факт, что в заявлении от 27.11.2017, удостоверенном нотариально, ФИО3 подтвердил, что 31.03.2016 ООО «Промтекс» осуществило возврат денежных средств по договору от 14.04.2015 в размере 3 014 034,44 руб. в пользу ООО «Ставзернопродукт». По распоряжению ФИО3 директор ООО «Ставзернопродукт» ФИО5 расписалась в приходно-кассовом ордере, а денежные средства в указанной сумме получил сам ФИО3

Довод о том, что ФИО3 несмотря на формальный выход из числа участников ООО «Ставзернопродукт» сохранил контроль над деятельностью указанного общества подтверждается также выводами, сделанными судом в рамках обособленного спора по делу № А63-3047/2016 о банкротстве ООО «Ставропольагропродукт XXI век» по заявлению конкурсного управляющего ФИО13 о признании недействительными договоров о переводе долга от 30.06.2015 (определение Арбитражного суда Ставропольского края от 03.11.2017). В рамках указанного дела суд проанализировал хозяйственную деятельность ООО «Ставропольагропродукт XXI век», ООО Зерновая компания «Аграрный двор» и ООО «Ставзернопродукт» и совершенные ими сделки (их последствия, экономическую целесообразность и обоснованность выбранных контрагентов) и установил, что данные организации контролировались ФИО3 и имели договорные отношения, являющиеся нетипичными для компаний, не состоящих в аффилированной связи, и выходящие за рамки обычной хозяйственной деятельности обособленной компании. Анализируя сделки, заключенные ООО «Ставзернопродукт», ООО «Ставропольагропродукт XXI век» и ООО «Ставзернопродукт» от 30.06.2015 года и позднее, арбитражный суд в рамках дела №А63-3047/2016 пришел к выводу о том, что, несмотря на выход ФИО3 из числа участников ООО «Ставзернопродукт», он сохранил контроль над деятельностью названного общества и иных аффилированных лиц.

В определении Верховного Суда РФ от 15.02.2018 № 302-ЭС14-1472 указано, что обычно бенефициар не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица, его отношения с обществом не регламентированы нормативными или локальными актами. Верховный Суд также отметил, что о наличии подконтрольности могут свидетельствовать определенные обстоятельства: действия контролируемых субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин, противоречат экономическим интересам должника и одновременно ведут к существенному приросту имущества реального бенефициара, а также данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одного другому. По мнению Верховного Суда, следует обращать внимание и на другие обстоятельства. Учитывая объективную сложность получения арбитражным управляющим, кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств дачи указаний, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированная на основании анализа поведения упомянутых субъектов. Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные доказательства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении отношений фактического контроля и подчиненности, в силу статьи 65 АПК РФ бремя доказывания обратного переходит на бенефициара.

В материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства, свидетельствующие о наличии фактических отношений по выходу ФИО3 из общества, как, например, выплата действительной стоимости доли. Не представлены доказательства осуществления ФИО2 корпоративных прав, например, какие-либо решения участника общества, принятые им.

Имеющиеся в материалах дела решение № 32 единственного участника общества с ограниченной ответственностью «Ставзернопродукт» от 06.08. 2015 и изменения к уставу общества с ограниченной ответственностью «Ставзернопродукт» от 06.08.2015 не свидетельствуют о реализации ФИО2 прав участника общества, поскольку, как следует из заключении специалиста № 140/2018 от 08.10.2018, подписи от его имени в указанных документах сфальсифицированы.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца с настоящим иском в суд.

В соответствии с п.1 ст. 26 Закона № 14-ФЗ от 08.02.1998 «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ) участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества.

Выход участника из общества является его волеизъявлением и осуществляется на основании заявления в письменной форме, с момента подачи которого его доля переходит к обществу (статьи 8, 23, 26 Закона № 14-ФЗ).

В соответствии со ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. По содержанию и правовым последствиям заявление участника о его выходе из общества как и решение единственного участника, констатирующее выход участников из общества и переход доли участников к обществу, являются односторонними сделками.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ, по общим правилам, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 01.07.1996 № 6/8 ничтожная сделка является недействительной независимо от признания ее таковой судом (п.1 ст. 166 ГК РФ); учитывая, что Гражданский кодекс РФ не исключает возможность предъявления исков о признании недействительной ничтожной сделки, споры по таким требованиям подлежат разрешению судом в общем порядке.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В соответствии с пунктом 1 статьи 168 Кодекса, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 указанной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 Кодекса).

Согласно пункту 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 1 статьи 43 Закона № 14-ФЗ решение общего собрания участников общества, принятое с нарушением требований названного Закона, иных правовых актов Российской Федерации, устава общества и нарушающее права и законные интересы участника общества, может быть признано судом недействительным по заявлению участника общества, не принимавшего участия в голосовании или голосовавшего против оспариваемого решения. Такое заявление может быть подано в течение двух месяцев со дня, когда участник общества узнал или должен был узнать о принятом решении. В случае если участник общества принимал участие в общем собрании участников общества, принявшем обжалуемое решение, указанное заявление может быть подано в течение двух месяцев со дня принятия такого решения.

Согласно пункту 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 90, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 14 от 09.12.1999 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» - «в случаях, когда стороны, участвующие в рассматриваемом судом споре, ссылаются в обоснование своих требований или возражений по иску на решение общего собрания участников общества, однако судом установлено, что данное решение принято с существенными нарушениями закона или иных правовых актов (с нарушением компетенции этого органа, при отсутствии кворума и т.д.), суд должен исходить из того, что такое решение не имеет юридической силы (в целом или в соответствующей части) независимо от того, было оно оспорено кем-либо из участников общества или нет, и разрешить спор, руководствуясь нормами закона».

Из указанной правовой позиции Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ следует, что к решениям органов общества, принятым с существенными нарушениями закона или иных правовых актов (с нарушением компетенции этого органа, при отсутствии кворума и т.д.), применяются правила о ничтожной сделке недействительной независимо от признания ее таковой судом (п.1 ст. 166 ГК РФ).

Пунктом 2 ст. 24 Закона № 14-ФЗ предусмотрено, что в течение одного года со дня перехода доли или части доли в уставном капитале общества к обществу они должны быть по решению общего собрания участников общества распределены между всеми участниками общества пропорционально их долям в уставном капитале общества или предложены для приобретения всем либо некоторым участникам общества и (или), если это не запрещено уставом общества, третьим лицам.

Цель последовательных сделок начиная с 07.05.2015 заключалась в том, чтобы переложить ответственность за невозможность платить по долгам кредиторов с лица, контролирующего общество - ФИО3, на иное лицо, реально не осуществляющее контроль над обществом - ФИО2, посредством создания видимости прямого владения ФИО2 долей 100 % уставного капитала общества.

Регистрация перехода доли от одного участника к другому не препятствует квалификации таких сделок как ничтожных на основании п.1 ст. 170 ГК РФ (п. 86 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25, Определение ВС РФ от 31.07.2017 по делу № А40-125977/2013).

В соответствии с подпунктом «д» пункта 1 ст. 5 Закона № 129-ФЗ в ЕГРЮЛ содержатся сведения, в частности, об учредителях (участниках) юридического лица.

Закон № 129-ФЗ не предусматривает обязанность регистрирующего органа проводить какие-либо специальные проверки достоверности представляемых для регистрации сведений. В силу ст. 25 названного закона за представление недостоверных сведений заявители несут ответственность, установленную законодательством Российской Федерации.

Вместе с тем в соответствии с абз. 3 п.1 ст. 4 Закона № 129-ФЗ государственные реестры юридических лиц являются федеральными информационными ресурсами, то есть официальным источником сведений о юридическом лице, имеют публичный и единый характер и указанные в реестре данные считаются достоверными до внесения в них соответствующих изменений.

Представление для государственной регистрации изменений, вносимых в учредительные документы юридического лица, документов, содержащих недостоверные сведения, не соответствует требованиям ст. 17 Закона № 129-ФЗ и, соответственно, внесение в ЕГРЮЛ недостоверной записи не может быть признано законным.

Установление судом факта недостоверности или несоответствия закону информации, представленной на госрегистрацию, имеет существенное значение для рассмотрения требования об ее исключении из ЕГРЮЛ. Последствия регистрации таких сведений нарушают законные интересы участника.

Согласно ст. 4 АПК РФ предъявление иска имеет цель восстановления нарушенного права.

Поскольку соответствующие записи в ЕГРЮЛ внесены на основании недействительных (не соответствующих закону) сделок, то они являются недостоверными.

Руководствуясь статьями 49, 110, 167- 176, 180-182 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Ставропольского края

РЕШИЛ:

Принять уточнения исковых требований. Исковые требования удовлетворить.

Признать недействительными взаимосвязанные сделки:

- по выходу ФИО3 из ООО «Ставзернопродукт», ОГРН <***>, оформленному заявлением о выходе из общества от 07.05.2015 и решением единственного участника № 31 от 07.05.2015,

- по переходу доли вышедшего участника в размере 99,968 % уставного капитала от ФИО3 к ООО «Ставзернопродукт», по переходу 99, 968 % доли в уставном капитале от ООО «Ставзернопродукт» к ФИО2, оформленному решением единственного участника ООО «Ставзернопродукт» № 33 от 01.10.2015.

Признать недействительными следующие записи, внесенные МРИ ФНС по СК № 11 в Единый государственный реестр юридических лиц:

- запись за ГРН 2152651175015 от 15.05.2015,

- запись за ГРН 2152651429214 от 13.10.2015.

Взыскать с ООО «Ставзернопродукт» и ФИО3 в пользу ФИО2 расходы по уплате государственной пошлины в равных частях по 450 руб.

Исполнительные листы выдать после вступления решения в законную силу.

Решение суда может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.



Судья Чернобай Т. А.