Решение от 9 сентября 2022 г. по делу № А40-130362/2022

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Москва Дело № А40-130362/2022-83-697

9 сентября 2022 г.


Резолютивная часть объявлена: 6 сентября 2022 г.

Решение в полном объеме изготовлено: 9 сентября 2022 г.


Арбитражный суд в составе председательствующего судьи Сорокина В.П. (шифр судьи 83-697), при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Федерального государственного бюджетного учреждения культуры "Политехнический музей" (ИНН <***>) к АО "ПОЛИТЕХСТРОЙ" (ИНН <***>) о взыскании денежных средств в размере 573.923.688 руб. 38 коп.

при участии:

от истца – ФИО2 на основании доверенности № 44 от 27.12.2021

от ответчика – ФИО3 на основании доверенности № Д-0101/2022 от 15.07.2022

УСТАНОВИЛ:

Федеральное государственное бюджетное учреждение культуры "Политехнический музей" (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы к АО "ПОЛИТЕХСТРОЙ" (далее - ответчик) о взыскании неустойки в общем размере 573.923.688 руб. 38 коп.

В ходе судебного разбирательства истец поддержал заявленные требования в полном объеме, просили иск удовлетворить.

В ходе судебного разбирательства ответчик возражал против удовлетворения заявленных требований, по доводам изложенным в отзыве и дополнительных возражениях.

Выслушав явившихся в судебное заседание лиц, исследовав материалы дела, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд пришел к следующим выводам.

Из материалов дела усматривается, что между истцом (Государственный заказчик) и ответчиком (Генеральный подрядчик) заключен Государственный контракт от 26.11.2013 №08ОК/13 на выполнение работ по реконструкции и реставрации с приспособлением для современного использования объекта Федерального государственного бюджетного учреждения культуры «Политехнический музей», Новая площадь, д. 3/4, Тверской район, Центральный административный округ города Москвы.

02.06.2018 стороны изложили в новой редакции контракт, подписав к нему дополнительное соглашение № 17/1 (далее - Контракт). Кроме того, в процессе исполнения контракта стороны заключили ряд других дополнительных соглашений, затрагивающих изменение стоимости, сроков выполнения работ и условий их приемки. В частности, были подписаны дополнительные соглашения: № 22 от 16.12.2019, № 25 от 05.06.2020, № 26 от 29.12.2020 и № 29 от 26.08.2021.

Позиция истца сводится к тому, что в соответствии с п. 12.7. Контракта, ответчик обязан уплатить истцу за нарушение сроков, установленных контрактом, неустойку в размере 0,001% (одна тысячная процентов) от цены Контракта за каждый день просрочки исполнения обязательств (по трем эпизодам), начиная с 11 (одиннадцатого) дня, следующего после истечения установленного Контрактом срока исполнения обязательства (но не менее одной трехсотой ставки рефинансирования ЦБ РФ на день уплаты неустойки).

В обоснование первого эпизода истец сослался, на допущенную ответчиком просрочку в части несвоевременного предоставления банковской гарантии, в соответствии с абз. 3 пункта 5.3.1. Контракта. Срок предоставления банковской гарантии Государственному заказчику истек 02.07.2018, а фактически гарантия была предоставлена письмом АО «Евро Хоум Билдинг» (правопредшественник АО «Политехстрой») вх. № 0138-3 от 01.02.2019.

Таким образом, по мнению истца был нарушен срок предоставления банковской гарантии. Согласно расчету истца неустойка начислена за период с 13.07.2018 по 01.02.2019 и составляет сумму 22 631 402 руб. 64 коп. (расчет представлен в качестве приложений к исковому заявлению).

В обоснование второго эпизода истец сослался, на допущенную ответчиком просрочку в части несвоевременного страхования результата работ, в соответствии с пунктом 6.1.33. Контракта. Истец также сослался, что сторонами подписаны дополнительные соглашения № 26 от 29.12.2020 и № 29 от 26.08.2021, которыми продлен срок выполнения работ и изменена цена контракта.

Истец указал, что во исполнение обязательств по страхованию Генеральный подрядчик заключил с АО «МАКС» договор страхования № 97/164-5027502 от 21.11.2017 (в редакции дополнительного соглашения № 3 от 10.07.2020), который покрывал страховые риски за период с 25.11.2017 по 31.12.2020, а также договор страхования с САО «ВСК», который покрывал страховые риски с 13.01.2022 по 01.07.2022. Таким образом, в период с 01.01.2021 по 12.01.2022 риски застрахованы не были.

Истец считает, что Генеральный подрядчик дважды не исполнил обязательств по страхованию при истечении предельных для этого сроков: по Дополнительному соглашению № 26 - начиная с 28.01.2021 г. и по Дополнительному соглашению № 29 - начиная с 25.09.2021, в связи с чем начислил неустойку в размере 49 655 996 руб. 12 коп. (расчет представлен в качестве приложений к исковому заявлению).

В обоснование третьего эпизода истец сослался, на допущенную ответчиком просрочку в части несвоевременного предоставления закрывающих документов (Акт о приемке выполненных работ по форме КС-2, Справку о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3, 3-х стадийную фотофиксацию, с приложением счетов и счетов-фактур, оформленных в соответствии с требованиями ст. 169 Налогового кодекса Российской Федерации), в соответствии с пунктом 10.1. Контракта.

Истец в обоснование указал, что за период с июля 2020 года по ноябрь 2021 года указанные документы сдавались несвоевременно. В связи с чем истец начислил ответчику неустойку в размере 501 636 289 руб. 62 коп. (расчет представлен в качестве приложений к исковому заявлению).

Как следует из материалов дела, в ходе досудебного урегулирования спора ответчик мотивированно возражал по предъявленным истцом досудебным требованиям, что и послужило основанием для обращения в суд с настоящими исковыми требованиями.

В соответствии с положениями статей 307, 702, 708, 711, 720, 740 и 753 ГК РФ определено обязательственное правоотношение по договору подряда состоит из двух основных встречных обязательств, определяющих тип этого договора: обязательства подрядчика выполнить в натуре работы надлежащего качества в согласованный срок и обязательства заказчика уплатить обусловленную договором цену в порядке, предусмотренном сделкой, согласно статье 328 ГК РФ.

Статьями 309, 310 ГК РФ предусмотрено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом, односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

Пунктом 1 статей 329, 330 ГК РФ определено, что исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой (штрафом, пеней), под которой признается определенная договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки исполнения.

В соответствии с положениями статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Частью 1 статей 8 и 9 АПК РФ определено, что судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе принципов равноправия сторон и состязательности.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 71 АПК РФ).

Разрешая спор по существу, суд считает что требования истца по первому эпизоду о взыскании неустойки в размере 22 631 402 руб. 64 коп., за нарушение сроков предоставления банковской гарантии по контракту не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с абзацем 3 пункта 5.3.1. Контракта, Генеральный подрядчик обязался предоставить Государственному заказчику в течение одного месяца с момента подписания Контракта в настоящей редакции банковскую гарантию в размере 2 686 491 611 руб. 26 коп.

Сторонами не оспаривается, что обеспечение исполнения Контракта в форме банковской гарантии было предоставлено Генеральным подрядчиком Государственному заказчику только 01.02.2019.

Неустойка, в соответствии с пунктом 12.7. Контракта подлежит начислению начиная с 11 (одиннадцатого) дня, следующего после истечения срока исполнения обязательства.

Вместе с тем, суд признает состоятельным довод ответчика о том, что истцом пропущен срок исковой давности по требованию о взыскании неустойки за нарушение сроков предоставления банковской гарантии.

В силу ст.195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Как предусмотрено п. 1 ст. 196 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного Кодекса.

В силу п. п. 1 и 2 ст. 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", срок исковой давности по требованию о взыскании неустойки (ст. 330 ГК РФ) или процентов, подлежащих уплате по правилам ст. 395 ГК РФ, исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу, определяемому применительно к каждому дню просрочки.

В соответствии со ст. 207 ГК РФ и разъяснениями по ее применению, содержащимся в п. 26 указанного выше постановления Пленума №43, с истечением срока исковой давности по главному требованию истекает срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство, требование о возмещении неполученных доходов при истечении срока исковой давности по требованию о возвращении неосновательного обогащения и т.п.), в том числе возникшим после начала течения срока исковой давности по главному требованию.

Основное обязательство по предоставлению банковской гарантии было исполнено ответчиком 01.02.2019. Период просрочки предоставления банковской гарантии по Контракту произведен включительно по 01.02.2019.

Таким образом, окончанием трехлетнего срока исковой давности применительно к основному обязательству является 01.02.2022.

Досудебная претензия по требованию о взыскании неустойки за просрочку предоставления банковской гарантии по Контракту была получена АО «Политехстрой» 12.05.2022 (вх. № 1826-ВХ-П14), т.е. за пределами срока исковой давности по основному обязательству и по всему заявленному периоду просрочки.

Согласно штампу канцелярии суда, исковое заявление подано в Арбитражный суд города Москвы 21.06.2022 (Загружено в «Мой Арбитр»), т.е. за пределами трехлетнего срока исковой давности по основному обязательству и трехлетнему периоду начисления неустойки, предшествующему дате предъявления иска.

Из материалов дела не следует, что течение срока исковой давности по заявленному истцом требованию приостанавливалось.

В соответствии с п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

С учетом изложенного, суд отказывает в удовлетворении требований о взыскании неустойки по первому эпизоду, поскольку на дату подачи иска истцом пропущен срок исковой давности по требованию о взыскании неустойки за нарушение сроков предоставления банковской гарантии.

Изучив требования истца по второму эпизоду о взыскании неустойки за нарушение сроков предоставления договора страхования строительно-монтажных рисков в размере 49 655 996 руб. 12 коп., сопоставив его с контррасчетом ответчика, а также проанализировав условия Контракта, суд находит требование о взыскании неустойки по второму эпизоду не подлежащим удовлетворению, исходя из следующего.

По смыслу статьи 330 ГК РФ по основаниям возникновения неустойка подразделяется на законную (нормативную) и договорную (добровольную).

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Из смысла приведенных выше нормативных положений следует, что договорная неустойка устанавливается по соглашению сторон и, соответственно, ее размер, порядок исчисления, условия применения и т.п. определяются исключительно по их усмотрению. При этом Гражданский кодекс Российской Федерации устанавливает требования к форме соглашения сторон о неустойке (статья 331 ГК РФ): соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства (часть 1 статьи 331 ГК РФ); несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке.

Проанализировав положения пункта 6.1.33. Контракта, суд считает, что сторонами не достигнуто соглашение о возможности начисления неустойки за несвоевременное предоставление договора страхования строительно-монтажных рисков, поскольку отсутствует отсылка к ее исчислению, в том числе в порядке предусмотренном п. 12.7. Контракта.

Суд отмечает, что положения пункта 6.1.33. Контракта не предусматривают согласование сторонами условий об уплате неустойки за нарушение сроков предоставления договора страхования строительно-монтажных рисков, при этом, при отсутствии доказательств негативных последствий, вызванных формальным нарушением обязательств, суд считает заявленное требование не подлежащим удовлетворению.

Кроме того, Генеральный заказчик при необходимости мог воспользоваться предусмотренным п. 7.1.3. Контракта и потребовать представить документы, в том числе договор страхования.

Суд считает, что по своему смыслу положения пункта 6.1.33. Контракта во взаимосвязи со ст. 742 ГК РФ о заключении договора страхования, носят диспозитивный характер, поскольку фактически не влияют на достижение конечного результата и последующее его использование, при этом, законом и договором предусмотрены охранительные обязательства Генерального подрядчика, направленные для создания гарантий от нарушений прав и интересов субъектов и механизмов защиты в случаях возникновения нарушений. Основная цель данных обязательств – восстановление имущественной сферы правообладателя, за счет виновного лица.

Так, в силу статьи 741 ГК РФ и пункта 10.8 Контракта риск случайной гибели или случайного повреждения объекта строительства, составляющего предмет по Контракту, до подписания Акта о выполнении обязательств по Контракту, несет Генеральный подрядчик.

В соответствии с пунктом 2 частью 3 статьи 60 ГрК РФ возмещение вреда, причиненного вследствие недостатков работ по строительству, реконструкции, капитальному ремонту объекта капитального строительства, осуществляется лицом, выполнившим такие работы.

Таким образом, застрахованными по Контракту считаются риски Генерального подрядчика при выполнении им строительно-монтажных работ, при этом договор страхования заключается страхователем с той целью, чтобы в случае наступления страхового события страховщик возместил убытки страхователю или выгодоприобретателю.

Ответчик с 2012 года является членом саморегулируемой организации, основанной на членстве лиц, осуществляющих строительство - Ассоциации «Объединение генеральных подрядчиков в строительстве» (регистрационный номер записи о внесении в государственный реестр саморегулируемых организаций - СРО-С-020-22072009).

Согласно пункту 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно части 1 статьи 55.16 ГрК РФ саморегулируемая организация в целях обеспечения имущественной ответственности членов саморегулируемой организации по обязательствам, возникшим вследствие причинения вреда личности или имуществу гражданина, имуществу юридического лица вследствие разрушения, повреждения здания, сооружения либо части здания или сооружения, формирует компенсационный фонд возмещения вреда.

На саморегулируемые организации в пределах средств компенсационного фонда возмещения вреда возложена солидарная ответственность по обязательствам своих членов, возникшим вследствие причинения вреда в случаях, предусмотренных статьей 60 ГрК РФ.

При вступлении в Ассоциацию «Объединение генеральных подрядчиков в строительстве» ответчик оплатило взнос в компенсационный фонд возмещения вреда в размере 5 000 000 руб., что позволяет ответчику осуществлять строительство, стоимость которого по одному договору составляет десять миллиардов рублей и более (пятый уровень ответственности члена саморегулируемой организации).

Для обеспечения обязательного условия членства в Ассоциации «Объединение генеральных подрядчиков в строительстве» ответчик непрерывно с 2014 года осуществляет страхование риска гражданской ответственности.

В период с 17.03.2020 по 16.03.2021 и с 17.03.2021 по 16.03.2022 риски АО «Политехстрой» по возмещению вреда вследствие недостатков работ по строительству, реконструкции, капитальному ремонту, сносу объектов капитального строительства, возмещению вреда объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, вследствие недостатков, допущенных при выполнении работ были застрахованы в страховой компании ООО «Зетта Страхование» на страховую сумму 50 000 000 руб., что подтверждается Договором № СРО-0011053223 от 05.2020 и Договором № СРО-0011368830 от 03.02.2021.

Таким образом, в рассматриваемый период гражданская ответственность АО «Политехстрой» по возмещению вреда была застрахована в соответствии с законодательством РФ.

Таким образом, непредставление Государственному заказчику в срок договора страхования по Контракту, не привело и не могло привести к каким-либо неблагоприятным последствиям, поскольку с одной стороны события страховых случаев в период просрочки не наступили, а с другой стороны, в силу положений пунктов 12.4. и 12.5 Контракта, предусматривающих, что за любой причиненный ущерб несет ответственность Генеральный подрядчик.

Негативных имущественных последствий данное нарушение для Государственного заказчика не повлекло.

Суд считает, что неустойка как мера ответственности Генерального подрядчика перед Государственным заказчиком, при наличии ее согласования, может служить средством, обеспечивающим исполнение обязательства, а не средством обогащения за счет должника (получения кредитором необоснованной выгоды).

Принимая во внимание изложенное, требование истца о взыскании неустойки в размере 49 655 996 руб. 12 коп. за нарушение сроков предоставления договора страхования строительно-монтажных рисков по Контракту за период с 07.02.2021 по 13.01.2022 не подлежит удовлетворению.

Изучив требования истца по третьему эпизоду о взыскании неустойки за допущенные ответчиком просрочки в части несвоевременного предоставления закрывающих документов в размере 501 636 289 руб. 62 коп., суд считает необходимым отметить следующее.

Данные требования основаны на положениях п. 10.1. Контракта (в редакции дополнительных соглашений № 22 от 16.12.2019, № 25 от 05.06.2020), в соответствии с которыми, ежемесячно не позднее 5-го числа каждого месяца, следующего за отчетным, Генеральный подрядчик представляет Государственному заказчику комплект отчетной и исполнительной документации, предусмотренной настоящим Контрактом, а именно, акт о приемке выполненных работ по форме КС-2, справку о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3, 3-х стадийную фотофиксацию, с приложением счетов и счетов-фактур, оформленных в соответствии с требованиями ст. 169 НК РФ, акт освидетельствования скрытых работ (при наличии), по требованию Государственного заказчика: документы, подтверждающие стоимость материалов и оборудования, счета, счет-фактуры, платежные поручения, товарные накладные и иные документы, предусмотренные действующим законодательством.

Истец ссылается что ответчиком допущена просрочка исполнения обязательства по предоставлению актов КС-2 и справок КС-3 за периоды с июля 2020 по ноябрь 2021 года, в связи с чем, обратился с иском о взыскании неустойки в размере 501 636 289 руб. 62 коп.

Вместе с тем, ответчик в представленных возражениях указывает, что требования о взыскании неустойки носят необоснованный характер, поскольку истец не учитывает свое встречное неисполнение обязательства по передаче ответчику проектной документации. Кроме того, ответчик ссылается что расчет неустойки выполнен истцом с ошибками, а само нарушение носит формальный характер (нарушение сроков предъявления результата работ, а не сроков выполнения работ).

Судом признается состоятельным довод ответчика о том, что истец не исполнил обязанность по предоставлению ответчику встречного обязательства, а именно с 28.01.2021 до 22.12.2021 не была передана проектная документация на выполнение Работ по Контракту.

Приказом Министерства культуры Российской Федерации № 109 от 28.01.2021 в отношении Объекта была утверждена проектно-сметная документация получившая положительное заключение государственной экспертизы (Федеральное автономное учреждение «Главное управление государственной экспертизы») от 29.12.2020 №77-1-1-3-068937-2020 (далее по тексту - Проектная документация 2020 года).

Вышеуказанным приказом также признаны утратившими силу все прежние приказы Минкультуры России № 2014 от 05.12.2012, № 341 от 22.03.2018, № 1842 от 27.11.2019 об утверждении проектно-сметной документации.

В соответствии с п. 7.2.1., п. 7.2.6. Контракта, Государственный заказчик обязан в течение 10 (Десяти) календарных дней передать Генеральному подрядчику по акту приема-передачи необходимую документацию для выполнения работ по Контракту, а также обеспечить условия Генеральному подрядчику для проведения Работ и исполнения своих обязательств.

Однако свои обязательства Государственный заказчик надлежащим образом не исполнил. Несмотря на утверждение 28.01.2021 новой Проектной документации 2020 года, соответствующие изменения не были оформлены Государственным заказчиком весь 2021 год. При этом Генеральный подрядчик с 28.01.2021 в силу закона обязан был выполнять работы по Контракту в соответствии Проектной документацией 2020 года.

26.08.2021 Дополнительным соглашением № 29 к Контракту, из работ, подлежащих выполнению в отношении Объекта были исключены работы, ранее предусмотренные к выполнению в Проектной документации 2019 года, поскольку в новой Проектной документации 2020 года такие работы не предусматривались (положительное заключение государственной экспертизы от 29.12.2020 № 77-1-1-3-068937-2020).

Также в Приложении № 2 к Дополнительному соглашению № 29 от 26.08.2021 к Контракту Стороны зафиксировали объем работ, выполненный Генеральным подрядчиком и сданный Государственному заказчику на момент заключения этого дополнительного соглашения по Проектной документации 2019 года.

Проектная документация 2020 года в качестве основания для выполнения Генеральным подрядчиком строительно-монтажных работ по Контракту была согласована Государственным заказчиком только 22.12.2021, о чем Сторонами было подписано Дополнительное соглашение № 30 от 22.12.2021 к Контракту.

Таким образом, сложилась ситуация, при которой в 2021 году Генеральный подрядчик фактически выполнял Работы по Контракту в соответствии с Проектной документацией 2020 года, однако, не мог ежемесячно предъявить эти работы к приемке Государственному заказчику, поскольку сам Государственный заказчик Проектную документацию 2020 года не утвердил Генеральному подрядчику.

Ответчик в отзыве отметил, что фактическое выполнение Генеральным подрядчиком в спорный период Работ на Объекте подтверждается следующими обстоятельствами.

Генеральный подрядчик регулярно отчитывался Государственному заказчику об объемах выполненных Работ на Объекте, предоставляя Информационные справки.

17.03.2020 Государственным заказчиком с ООО «Реставратор» был заключен и Государственный контракт №00073-20/10 на технический надзор и строительный контроль при осуществлении работ по реконструкции и реставрации с приспособлением для современного использования Объекта, предусмотренных проектной документацией и выполняемых согласно договору подряда от 26.11.2013 № 08ОК/13 с Генеральным подрядчиком (п. 1.2. указанного контракта). Ежемесячно с апреля 2020 года по декабрь 2020 года между сторонами оформлялись акты оказанных услуг. Таким образом, ООО «Реставратор» осуществляло технический надзор и строительный контроль за работами, производимыми Ответчиком в рассматриваемый период.

Ответчик также сослался на заключенный 30.04.2021 между Государственным заказчиком и ООО «Реставратор» договор на технический надзор и строительный контроль на условиях меценатской поддержки.

Ответчик отметил, что в период с января 2021 по апрель 2021 у Государственного заказчика отсутствовали договорные отношения на услуги технического надзора и строительного контроля за выполнением работ на Объекте. Данное обстоятельство также подтверждает, что в указанный период именно Государственный заказчик не мог принять Работы у Генерального подрядчика (даже не смотря на их фактическое выполнение).

23.03.2020 Государственным заказчиком с ООО «ПромСтройИнжиниринг» был заключен Государственный контракт №0046-20/10 на услуги научного руководства и авторского надзора за проведением работ на Объекте. Ежемесячно с марта по декабрь 2020 между сторонами оформлялись акты оказанных услуг. Таким образом, ООО «ПромСтройИнжиниринг» осуществляло авторский надзор за работами, производимыми Ответчиком на Объекте в рассматриваемый период. 31.12.2020 между Государственным заказчиком и ООО «ПромСтройИнжиниринг» был заключен новый договор на услуги научного руководства и авторского надзора на условиях меценатской поддержки.

Ответчик сослался, что после подписания между истцом и ответчиком Дополнительного соглашения № 30 от 22.12.2021 к Контракту (утверждающего в качестве основания для выполнения работ по Контракту Проектную документацию 2020 года), Сторонами были подписаны акты КС-2 и справки КС-3 с периодом выполнения работ один-два дня, а именно: Акт КС-2 № 1076, справка КС-3 № 65 от 23.12.2021 за период 22.12.2021 по 23.12.2021 на 130 843 023,00 рублей; Акт КС-2 № 1077, справка КС-3 № 66 от 10.01.2022 за период 24.12.2021 по 10.01.2022 на 72 006 953,00 рублей; Акт КС-2 № 1078, справка КС-3 № 67 от 12.01.2022 за период 11.01.2022 по 12.01.2022 на 155 130 043,00 рублей; Акт КС-2 № 1079, справка КС-3 № 68 от 14.01.2022 за период 13.01.2022 по 14.01.2022 на 155 686110,00 рублей; Акт КС-2 № 1080, справка КС-3 № 69 от 28.01.2022 за период 15.01.2022 по 28.01.2022 на 90 967 080,00 рублей.

Предъявление Государственному заказчику актов КС-2, справок КС-3 за период с 01.07.2020 по 17.12.2021 осуществлялось Генеральным подрядчиком, что подтверждается Письмом исх. № 1153-и-ПМ от 25.05.2021 (и письмами исх. № 1200-и-ПМ от 27.05.2021, № 1392-и-ПМ от 08.06.2021, № 1591-и-ПМ от 24.06.2021, №2181-и-ПМ от 26.07.2021) Генеральный подрядчик предъявлял Государственному заказчику на рассмотрение и приемку акт по форме КС-2 № 1075 и справку по форме КС-3 № 64 за отчетный период с 01.07.2020 года по 30.04.2021 года; Письмом исх. № 3166-и-ПМ от 05.10.2021 Генеральный подрядчик предъявлял Государственному заказчику на рассмотрение и приемку акт по форме КС-2 № 1075 и справку по форме КС-3 № 64 за период с 01.07.2020 года по 04.10.2021 года; Письмом исх. № 4131-и-ПМ от 14.12.2021 Генеральный подрядчик предъявлял Государственному заказчику на рассмотрение и приемку акт по форме КС-2 № 1075 и справку по форме КС-3 № 64 за отчетный период с 01.07.2020 года по 10.12.2021, а письмом исх. № 4284-и-ПМ от 22.12.2021 за отчетный период с 01.07.2020 года по 17.12.2021.

Ответчик отметил, что на предъявленные к приемке Работы (исх.№1200-и-ПМ от 27.05.2021) от Государственного заказчика были получены замечания (исх. № 0580-2 от 03.06.2021), в числе которых указание на то, что работы выполнены не по Проектной документации 2019 года. При этом, ответчик отметил, что он не мог выполнять работы по Проектной документации 2019 года, поскольку она уже утратила силу, в связи с утверждением Минкультуры России Проектной документации 2020 года.

Также АО «Политехстрой» в письмах исх. № 1754/1-и-ПМ от 02.07.2021, исх. №3615-и-ПМ от 02.11.2021 сообщало Государственному заказчику об объективных причинах, не позволяющих ежемесячно предъявлять акты КС-2 и справки КС-3.

Поскольку Истец должным образом не исполнил обязанность по оказанию необходимого содействия и предоставлению надлежащего встречного обязательства, то согласно ст. 406 ГК РФ отсутствуют основания для уплаты неустойки за период с февраля 2021 года (месяц, с которого Генеральный подрядчик в силу закона обязан был выполнять работы по вновь утвержденной Проектной документации) по ноябрь 2021 года.

Государственный заказчик своими действиями (отсутствие Проектной документации 2020 года в Контракте до 22.12.2021) поставил ответчика в просрочку, поскольку Акт по форме КС-2 №1075 и справка по форме КС-3 № 64 за отчетный период с 01.07.2020 по 21.12.2021 были подписаны Государственным заказчиком только 21.12.2021.

Ответчиком представлен контррасчет по требованиям о взыскании неустойки за нарушение сроков предоставления актов КС-2, справок КС-3, в обоснование которого положено следующее.

Согласно п. 3.1. Контракта цена Контакта определяется как цена Работ по Контракту, предусмотренная Расчетом и распределением цены Контракта по видам затрат (Приложение № 2 к Контракту).

В рассматриваемый спорный период цена Контракта составляла 11 886 070 000 руб. Расчет и распределение цены Контракта по видам затрат был утвержден сторонами Дополнительным соглашением № 22 от 16.12.2019.

Соблюдение баланса между применяемой к нарушителю мерой ответственности и отрицательными последствиями, наступившими для кредитора в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, основополагающий принцип, которым руководствуются суды при принятии решений о взыскании неустойки. Президиум ВАС РФ в Постановлении от 15.07.2014 № 5467/14 по делу № А53-10062/2013 в отношении взыскания неустойки по государственному контракту указал, что начисление неустойки на общую сумму государственного контракта без учета надлежащего исполнения части работ противоречит принципу юридического равенства, предусмотренному п. 1 ст. 1 ГК РФ, поскольку создает преимущественные условия кредитору, которому, следовательно, причитается компенсация не только за не исполненное в срок обязательство, но и за те работы, которые были выполнены надлежащим образом.

Соответственно расчет неустойки от общей цены Работ по Контракту, а не от стоимости Работ, подлежащих выполнению в соответствующем месяце согласно Графика выполнения работ по Контракту (Приложение №5 к Контракту), противоречит компенсационной функции неустойки и является способом обогащения кредитора (получения кредитором необоснованной выгоды), что не допустимо в силу законодательства РФ и правоприменительной практики.

Кроме того, ответчик сослался, что в соответствии с п. 3.8. Контракта (введенного в действие Дополнительным соглашением № 22 от 16.12.2019) в цену Контракта включен «Резерв средств на непредвиденные работы и затраты» в размере 119 194 570 руб. на оплату дополнительных работ, которые могут возникнуть в процессе выполнения работ по Контракту (строка «Резерв средств на непредвиденные работы и затраты» Расчета и распределения цены Контракта по видам затрат, утвержденного Дополнительным соглашением № 22 от 16.12.2019),

Ответчик отметил, что 119 194 570 руб. Генеральному подрядчику фактически не выплачивались и могут быть не выплаченными вплоть до окончания выполнения Работ, в случае, если в ходе исполнения Контракта выполнение Дополнительных работ не потребуется. Ответчик считает, что расчет неустойки истца, исходя из стоимости работ, которые могут даже не потребоваться является способом обогащения, а не компенсацией за нарушение обязательства.

В обоснование своей позиции ответчик представил контррасчет размера неустойки, который выполнен исходя из следующего:

- контррасчет учитывает все выполненные Генеральным подрядчиком и принятые Государственным заказчиком Работы по Контракту в период с начала строительства и по состоянию на 30.06.2020 на общую сумму 5 286 995 959,78 рублей, что зафиксировано в Акте выполненных работ по форме КС-2 № 1074 от 30.06.2020 (последний акт выполненных работ, подписанный Сторонами за период, по которому у Истца отсутствуют претензии к Ответчику);

- контррасчет произведен исходя из стоимости работ, подлежащих выполнению ответчиком помесячно в соответствии с Графиком выполнения работ (Приложение № 5 к Контракту), в редакции Дополнительного соглашения № 22 от 16.12.2019 за период июль 2020 - ноябрь 2020 года, и в соответствии с Графиком выполнения работ (Приложение № 5 к Контракту), в редакции Дополнительного соглашения № 26 от 29.12.2020 за период декабрь 2020 - июль 2021 года.

Ответчик указал, что в июле, августе, сентябре, октябре, ноябре, декабре 2020 года, а также в январе, феврале, марте, апреле, мае 2021 года подлежали выполнению объемы Работ по Контракту на сумму 531 397 960 руб. за каждый календарный месяц.

В июне 2021 года подлежал выполнению объем Работ по Контракту на сумму 526 577 952, 22 руб.

В июле 2021 года подлежал выполнению объем работ по Контракту на сумму 107 923 958 руб.

Соответственно, расчёт неустойки за непредставление актов КС-2 и справок КС-3 за соответствующий месяц следует производить исходя из стоимости работ, подлежащих выполнению в каждом отчетном месяце.

За спорный период август 2021 - ноябрь 2021 года График выполнения Работ (Приложение №5 к Контракту) был утвержден Сторонами уже после подписания Акта по форме КС-2 №1075 и справки по форме КС-3 № 64 за отчетный период с 01.07.2020 года по 21.12.2021, а именно, Дополнительным соглашением № 29 от 24.12.2021.

Ответчик отметил, что до этого предполагалось, что Генеральный подрядчик завершит выполнение работ к июлю 2021 года, а начиная с августа 2021 года Стороны приступят к мероприятиям по получению ввода Объекта в эксплуатацию.

Исходя из буквального толкования п. 10.1., 12.7. Контракта расчет неустойки следует производить по дату предъявления актов КС-2, справок КС-3 за соответствующий период на рассмотрение Государственному заказчику, поскольку требование Государственного заказчика предъявлено за неисполнение в срок обязательства Генерального подрядчика по предъявлению актов КС-2, справок КС-3, которое не завит от факта подписания этих КС-2, КС-3 Государственным заказчиком.

Согласно пункту 81 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 (далее - Постановление № 7), если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон либо кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера неустойки либо действовал недобросовестно, размер ответственности должника может быть уменьшен судом по этим основаниям в соответствии с положениями статьи 404 ГК РФ, что в дальнейшем не исключает применение статьи 333 ГК РФ.

В соответствии со ст. 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

В силу п. 1 ст. 404 ГК РФ если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника. Суд также вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению.

В соответствии с п. 3 ст. 405 ГК РФ должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора.

В соответствии с п. 1 ст. 406 ГК РФ кредитор считается просрочившим, если он не совершил действий, предусмотренных законом или договором, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства.

Суд считает позицию ответчика состоятельной, так, суд принимает во внимание контррасчет размера неустойки ответчика за период с июля 2020 по январь 2021 года, выполненный за каждый месяц просрочки обязательства, исходя из стоимости работ, подлежащих выполнению по Контракту за соответствующий месяц в соответствии с Графиком выполнения работ (Приложение №5 к Контракту), по дату предъявления актов КС-2, справок КС-3 за соответствующий период на рассмотрение Государственному заказчику.

Кроме того, суд соглашается с ответчиком, что за период с февраля 2021 года по ноябрь 2021 года правовые основания для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в виде неустойки за не предоставление ежемесячно Государственному заказчику актов КС-2 и справок КС-3 отсутствуют, поскольку имело место встречное нарушение обязательств со стороны истца (не предоставление Проектной документации 2020 года);

Кроме того, суд отмечает, что само нарушение сроков предоставления актов по форме КС-2 и справок по форме КС-3 носит формальный характер, поскольку материалы дела свидетельствуют что ответчик выполнял работы по Контракту.

Изучив представленный контррасчет ответчика, суд признает его состоятельным, в связи с чем, размер неустойки за нарушение сроков предоставления актов КС-2 и справок КС-3 по Дополнительному соглашению № 22 от 16.12.2019 за период с июля 2020 по ноябрь 2020 составляет 5 893 203 руб. 37 коп., а размер неустойки за нарушение сроков предоставления актов КС-2 и справок КС-3 по Дополнительному соглашению №26 от 29.12.2020 с декабря 2020 по январь 2021 составляет 1 216 901 руб. 33 коп.

Истец не опроверг доводы ответчика, при этом, в силу ст. 9 АПК РФ арбитражный суд осуществляет руководство процессом и не занимается сбором доказательств. В соответствии со ст. 65 АПК РФ обязанность по сбору доказательств лежит на каждой стороне по делу.

Рассмотрев ходатайство ответчика о применении положений статьи 333 ГК РФ, суд не усматривает оснований для его удовлетворения исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 73 Постановления № 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика.

Пунктом 77 Постановления № 7 разъяснено, что снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).

Заявляя ходатайство о применении статьи 333 ГК РФ, именно на ответчике в силу положений статьи 65 АПК РФ лежит бремя представления доказательств, подтверждающих явную несоразмерность взысканной судом неустойки последствиям нарушенного обязательства. Суд считает, что неустойка в размере 7 110 104 руб. 70 коп. не носит чрезмерный характер, соответственно, не подлежит снижению.

В связи с изложенным, суд взыскивает с ответчика в пользу истца сумму неустойки в размере 7 110 104 руб. 70 коп. В остальной части взыскания неустойки суд отказывает.

Согласно статье 71 АПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1).

Судебные расходы по оплате государственной пошлины распределяются по правилам ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 16, 65, 71, 75, 110, 123, 131, 167-170, 176, 180-181, 187 АПК РФ суд

Р Е Ш И Л :

Взыскать с АО "ПОЛИТЕХСТРОЙ" (ИНН <***>) в пользу Федерального государственного бюджетного учреждения культуры "Политехнический музей" (ИНН <***>) неустойку в размере 7 110 104 руб. 70 коп., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 58 550 руб. 52 коп.

В остальной части иска – отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


Судья В.П. Сорокин