Решение от 17 марта 2021 г. по делу № А65-21069/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 294-60-00

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

г. КазаньДело № А65-21069/2020

Дата принятия решения – 17 марта 2021 года.

Дата объявления резолютивной части – 10 марта 2021 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи А.Г. Абдуллаева,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании исковое заявление страхового акционерного общества «ВСК», г. Москва (ОГРН <***>, ИНН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Технопарк Стройконструкции», г. Казань (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании ущерба в порядке суброгации в размере 6 631 624 руб.59 коп.,

с привлечением к участию в деле общества с ограниченной ответственностью «ВР-ПЛАСТ» (ОГРН <***>, ИНН <***>), общества с ограниченной ответственностью «Страховая Компания «Согласие» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора,

с участием:

от истца – представитель ФИО2,

от ответчика – представитель ФИО3, представитель ФИО4,

от третьего лица ООО «ВР-ПЛАСТ» – представитель ФИО5,

от третьего лица ООО «Страховая Компания «Согласие» – извещено, не явилось,

УСТАНОВИЛ:

страховое акционерное общество «ВСК», г. Москва (далее- истец, САО «ВСК») обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Технопарк Стройконструкции», г. Казань (далее- ответчик, ООО «Технопарк Стройконструкции») о взыскании ущерба в порядке суброгации в размере 6 631 624 руб.59 коп.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «ВР-ПЛАСТ» (ОГРН <***>, ИНН <***>) (далее- ООО «ВР-Пласт») и общество с ограниченной ответственностью «Страховая Компания «Согласие» (ОГРН <***>, ИНН <***>) (далее- ООО «СК «Согласие»).

Представитель истца поддержал иск по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просил удовлетворить требование в полном объёме.

Ответчик иск не признал по основаниям, изложенным в отзыве и в дополнениях к нему, просил в удовлетворении иска отказать в полном объёме.

Представитель третьего лица ООО «ВР-ПЛАСТ» иск поддержал, просил удовлетворить иск в полном объёме.

Третье лицо ООО «Страховая Компания «Согласие» в судебное заседание не явилось, извещено надлежащим образом, доказательств уважительности причин неявки не представило.

От ООО «Страховая Компания «Согласие» поступил отзыв, согласно которому исковые требования истца поддерживаются.

На основании пункта 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее- АПК РФ) арбитражный суд определил провести судебное разбирательство в отсутствие не явившегося лица.

Исследовав материалы дела, выслушав пояснения присутствовавших в судебном заседании лиц, участвующих в деле, арбитражный суд считает иск подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно статьям 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона и иных правовых актов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 927 ГК РФ страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

Пунктом 1 статьи 929 ГК РФ предусмотрено, что по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 929 ГК РФ по договору имущественного страхования может быть, в частности, застрахован риск утраты (гибели), недостачи или повреждения определенного имущества (статья 930).

Согласно материалам дела, между САО «ВСК» и ООО «ВР-Пласт» были заключены договоры страхования имущества № 18490PW000432 от 04.07.2018 и № 18490PW000527 от 31.07.2018.

Согласно условиям договоров объектами страхования являются имущественные интересы страхователя, связанные с риском утраты (гибели), недостачи или повреждения линии по производству термопластичных вулканизаторов SHJ75B, серийный номер TS75B042018 и экструзионного оборудования.

Место страхования (территория страхования): 420051, <...>.

По указанным договорам страхования имущества предоставляется страховая защита от утраты или повреждения застрахованного имущества, в том числе вследствие пожара.

Как следует из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела № 17 от 03.04.2019г. в ходе проверки сообщения по факту пожара органом дознания установлено, что 04.03.2019 г. в 23 часа 11 минут произошел пожар в производственном здании ООО «Технопарк Стройконструкция», находящегося по адресу: <...>. Собственником здания является ООО «Технопарк Стройконструкция» (ответчик).

Согласно данному постановлению, наиболее вероятной причиной пожара следует считать возгорание горючих веществ и материалов от тепловых процессов, сопровождающих аварийные режимы работ, возникших в кабельном изделии с медными токоведущими жилами, проложенными вдоль кран- балки.

Помещение, в котором произошел пожар, арендует ООО «ВР- Пласт» у ООО «Технопарк Стройконструкция».

Между ООО «ВР-Пласт» (арендатор) и ООО «Технопарк Стройконструкция» (арендодатель) заключён договор аренды нежилого помещения № 32/18 от 10.11.2018 (далее - договор аренды).

В соответствии с условиями договора аренды ООО «ВР-Пласт» принимает во временное владение и пользование у ООО «Технопарк Стройконструкции» часть отапливаемого, не отапливаемого производственно-складского помещения, в том числе в главном корпусе с УПК и ОСТ общей площадью 5 428,9 кв. м, расположенном по адресу: <...>, для осуществления хозяйственной деятельности.

В соответствии с пунктом 3.3 договора аренды ответчик обязуется производить за свой счет капитальный ремонт помещения, принимать необходимые меры к устранению аварий, возникших в помещении не по вине арендатора.

Согласно заключению ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Республике Татарстан № 284-3-1 от 13.03.2019 экспертам на исследование был передан объект, обнаруженный в процессе осмотра непосредственно очаговой зоны - фрагмент медной токопроводящей жилы. Согласно заключению экспертов, на изъятом фрагменте медной токопроводящей жилы имеются следы короткого замыкания, выраженные в виде электродуговых оплавлений, сформировавшихся на проволочке данной жилы, электродуговое оплавление имеет признаки «первичного» короткого замыкания.

Согласно заключению эксперта ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Республике Татарстан № 342-3-01 от 27.03.2019г. следует, что очаг пожара, произошедшего 04.03.2019г. в производственном здании по адресу: Республика Татарстан, г. Казань, у. Химическая, д. 21, корп. 1, находился в юго-восточной стороне строения над металлической перегородкой, разделяющей строение на две части, в месте расположения кран-балки, а именно в зоне ее излома, находящегося примерно в 8 метрах западнее от восточной стены.

Таким образом, причиной пожара послужил аварийный режим работы электропроводки, а именно короткое замыкание в токопроводящей шине (кабеле).

В результате пожара, произошедшего в здании 04.03.2019, повреждено имущество ООО «ВР-Пласт», застрахованное САО «ВСК».

По данному факту ООО «ВР-Пласт» обратилось в САО «ВСК» с уведомлением о наступлении страхового случая.

Событие было признано страховым, и 07.06.2019 страхователю было выплачено страховое возмещение в размере 6 067 859 руб. 36 коп. по договору страхования №18490PW000432 от 04.07.2018. В последующем 05.06.2019 было выплачено страховое возмещение в размере 563 765 руб. 23 коп. по договору страхования № 18490PW000527 от 31.07.2018, что подтверждается платёжными поручениями № 42962 от 05.06.2019, №43697 от 07.06.2019.

Если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования. Однако условие договора, исключающее переход к страховщику права требования к лицу, умышленно причинившему убытки, ничтожно (пункт 1 статьи 965 ГК РФ).

При суброгации происходит перемена лица в обязательстве на основании закона (статья 387 ГК РФ), поэтому перешедшее к страховщику право осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем и ответственным за убытки лицом.

Таким образом, выплатив страховое возмещение, САО «ВСК» заняло место страхователя (ООО «ВР-Пласт»).

Ссылаясь на то, что к истцу, как к страховщику, выплатившему страховое возмещение, в рамках статьи 965 ГК РФ перешло в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь имеет к лицу, ответственному за возмещенные в результате страхования убытки, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Согласно статье 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными законом, в том числе путем возмещения убытков.

В соответствии со статьей 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, в том числе вследствие причинения вреда другому лицу.

В соответствии со статьей 1082 ГК РФ, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 1, 2 ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу пункта 2 указанной выше статьи под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно статье 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 14 от 05.06.2002 «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем» указано, что вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 ГК РФ, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Ответчик, являющийся собственником переданного истцу в аренду имущества, в силу статьи 209 ГК РФ вправе владеть, пользоваться и распоряжаться принадлежащим ему имуществом (зданием торгового центра в целом) свободно, если это не наносит ущерба окружающей среде и не нарушает прав и законных интересов других лиц.

В силу статьи 210 ГК РФ именно собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества.

Согласно статье 38 Федерального закона от 21.12.1994 № 69-ФЗ «О пожарной безопасности» ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут, в том числе: собственники имущества и лица, уполномоченные владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом, в том числе руководители организаций, а также лица, в установленном порядке назначенные ответственными за обеспечение пожарной безопасности.

В силу пункта 1 статьи 611 ГК РФ арендодатель обязан предоставить арендатору имущество в состоянии, соответствующем условиям договора аренды и назначению имущества.

Следовательно, в силу вышеприведенных норм ответственными за противопожарное состояние объекта являются как собственники, так и арендаторы помещения, которые вправе распределить бремя несения ответственности при заключении договора аренды.

Согласно пункту 2.2. договора аренды передаваемые ответчиком помещения отвечают требованиям, предъявляемых к эксплуатируемым нежилым помещениям, используемым для административных, коммерческих и иных целей в соответствии с назначением арендуемого помещения.

Пунктом 1 статьи 612 ГК РФ предусмотрено, что арендодатель отвечает за недостатки сданного в аренду имущества, полностью или частично препятствующие пользованию им, даже если во время заключения договора аренды он не знал об этих недостатках.

Также, согласно пункту 3.3 договора аренды ответчик обязан производить за свой счёт капитальный ремонт помещения.

По общему правилу ответственность за пожарную безопасность несёт собственник помещения, в данном случае, ответчик, если иное не предусмотрено договором аренды, или отсутствуют иные правоустанавливающие документы относительно распределения обязанности по обеспечению правил пожарной безопасности.

Согласно условиям договора аренды и в силу закона на ООО «ВР-Пласт» возложена ответственность за обеспечение противопожарной безопасности своей деятельности, в том числе за работу собственного оборудования, установленного в цехе. Какое-либо соглашение между ответчиком и третьим лицом о распределении обязанности по обеспечению правил пожарной безопасности между сторонами отсутствует, лицами, участвующими в деле, доказательства об обратном суду представлены не были, в материалах дела также отсутствуют.

Таким образом, если иное не установлено условиями договора аренды или иным соглашением между сторонами о распределении обязанности по обеспечению правил пожарной безопасности, то ответственность по возмещению ущерба, по причине пожара, лежит на собственнике помещения.

Вопреки своим доводам о возможности разграничения ответственности по принятию мер противопожарной безопасности, ответчиком не представлены доказательства разграничения такой. Ответчиком не представлены доказательства нарушения арендатором правил пожарной безопасности, которые были возложены договором аренды на ООО «ВР-Пласт», и которые находятся в причинно- следственной связи с возникшим пожаром.

Надлежащих и допустимых доказательств того, что пожар произошел по вине арендатора по причине нарушения им правил эксплуатации помещения, электробезопасности, пожарной безопасности, в деле также не имеется.

Заявленный ответчиком довод о том, что между сторонами подписан акт разграничений электросетей по эксплуатационной ответственности сторон от 09.02.2015 (далее- акт от 09.02.2015), и что, согласно данному акту ответственность за пожар несёт ООО «ВР-Пласт», отклоняется судом как необоснованный и противоречащий доказательствам, представленным в материалы дела.

Предметом акта разграничения ответственности по противопожарной безопасности не является.

Ответчик связан длительными фактическими непрерывными правоотношениями с третьим лицом ООО «ВР-Пласт» в рамках арендного обязательства.

Согласно акту от 09.02.2015, границей раздела электросетей по эксплуатационной ответственности сторон являются кабельные наконечники питающих отходящих кабелей ООО «ВР-Пласт» в автоматических выключателях QF11 2MГ и QF22 2MГ2.

Таким образом, по мнению ответчика, принимая во внимание, что причиной пожара является возгорание горючих веществ и материалов от тепловых процессов сопровождающих аварийные режимы работ, возникших в кабельном изделии с медными токоведущими жилами проложенными вдоль кран- балки, и что медные кабели находились в зоне эксплуатационной ответственности ООО «ВР-Пласт» по акту от 09.02.2015, ответственным лицом за причинение убытков является ООО «ВР-Пласт».

Однако, данный вывод ответчика опровергается материалами дела, в частности, ООО «ВР-Пласт» пояснило, что между ответчиком и третьим лицом действительно подписывались договоры аренды, начиная с 2014 года. Как указал ответчик в отзыве, договоры заключались сроком менее 1 года в целях обеспечения достаточности простой письменной формы сделки. То есть сторонами каждый раз расторгался предыдущий договор аренды и заключался новый договор на иной срок.

Из пояснений третьего лица следует, что после расторжения договора аренды ответчику по акту-передачи помещения передавались обратно. Оборудование планировалось вывозить, но принималось решение о заключении нового договора аренды и вывоз оборудования не происходил. На следующий день после расторжения договора аренды заключался новый договор на новый срок, и по акту приёма-передачи принимались помещения.

Дополнительное соглашение о пролонгации договора аренды стороны не подписывали, условие о пролонгации договоры аренды не предусматривали.

Более того, пунктами 9.1, 9.2 договора аренды № 32/18 от 10.11.2018 стороны предусмотрели, что в день заключения настоящего договора вся предшествующая переписка, документы и переговоры между сторонами по вопросам, являющимся его предметом, утрачивают силу, и что любые изменения и дополнения к настоящему договору должны быть совершены в письменной форме и подписаны надлежаще уполномоченными на то представителями сторон.

Из этого следует, что акт от 09.02.2015 утратил силу на момент заключения последующего договора аренды. Иные акты разграничения эксплуатационной ответственности в отношении электросетей сторонами не составлялись.

К договору аренды № 32/18 от 10.11.2018 акт разграничений электросетей по эксплуатационной ответственности сторон также подписан не был.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд считает, что между ответчиком и третьим лицом на дату происшествия какое-либо соглашение о распределении обязанности по обеспечению правил пожарной безопасности не было достигнуто, иные доказательства свидетельствующие об обратном суду не представлены, а материалах дела не содержатся.

Между ООО «Технопарк Стройконструкции» и ПАО «Казаньоргсинтез» была заключена эксплуатационная инструкция (оперативное соглашение).

Согласно пунктам 8 и 13 эксплуатационной инструкции от марта 2016г. ответственность за фазировку питающих кабельных линий 6 кВ возлагается на ООО «Технопарк-Стройконструкции», на чьем балансе и обслуживании они находятся. Испытание питающих линий повышенным напряжением, при необходимости, прожиг кабелей, выполняется персоналом ООО «Технопарк-Стройконструкции». Подавать заявки и вести оперативные переговоры мог только сотрудник самого ответчика.

В пункте 1.3 договора №185-3353 энергоснабжения объектов юридического лица от 17.10.2007г. указано, что замена в установленном порядке энергопринимающего устройства, изменение схемы электроснабжения в установленном порядке на объекте энергоснабжении, осуществляются потребителем по письменному согласованию с сетевой организацией.

Условия всякого гражданско-правового договора порождают обязательственные отношения лишь между его сторонами и дают им право требовать исполнения друг от друга, но не от третьих лиц, которые не участвуют в этом договоре. В силу пункта 3 статьи 308 ГК РФ обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон. Поэтому обязательство не порождает и основанных на договоре прав требования к лицам, не состоящим в этих обязательственных отношениях.

Соответствующая правовая позиция сформулирована в Постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 г. № 13534/10 и от 22.11.2011 г. № 7677/11.

Таким образом, судом признаётся обоснованным довод третьего лица о том, что ООО «ВР-Пласт» не является стороной данного соглашения и не имеет полномочий на участие в проверках сетей в помещении, как не имеет подобных обязательств по содержанию сетей, поскольку именно ответчик, являясь стороной по сделке, является лицом, ответственным за состояние электроснабжения (в том числе за состояние электропроводки) в спорном помещении.

Ответчик пояснил, что третье лицо предоставило медные кабели для подключения к шинопроводам, и подключение к системе электроснабжения ООО «Технопарк Стройконструкции» происходило с участием ООО «ВР-Пласт» с использованием предоставленных им медных кабелей.

В обоснование данного довода ответчик представил протокол опроса и объяснения работников самого ответчика, что не является надлежащим доказательством, поскольку лица являются заинтересованными, иных доказательств в подтверждение данного довода ответчиком не представлено.

В свою очередь, ООО «ВР-Пласт» факт самостоятельного подключения к электросетям арендодателя отрицал.

В силу положений статей 64, 68, 75 и 88 АПК РФ протокол опроса, проведенного адвокатом, не может быть признан допустимым доказательством при рассмотрении дела арбитражным судом и установлении обстоятельств, которые могут быть подтверждены определенными доказательствами, ввиду отсутствия в арбитражном процессуальном законодательстве такого средства доказывания как составленные адвокатом письменные пояснения свидетеля.

Опрошенные адвокатом лица в судебном заседании участия в качестве свидетелей не принимали, пояснения в установленном порядке в судебном заседании при рассмотрении спора не давали, об уголовной ответственности за дачу ложных показаний судом не предупреждались.

Как следует из пояснений третьего лица, последним не приобретались медные кабели для монтажа в арендуемом помещении. ООО «ВР-Пласт» не участвовало в подключении к системе электроснабжении арендодателя, так как не имело на это право. Подключение к электрошкафам осуществлялось сотрудниками собственника помещений, ими же были зафиксированы дата ввода и первичные показания счетчиков, которые были на шкафу.

Подключение к сети арендатора к электрическим сетям является абсолютной прерогативой собственника помещений и без согласия последнего арендатор не мог и не имел права произвести подключение.

Более того, из представленных актов проверки юридического лица УНД ПР ГУ МЧС России по РТ № 55 и 84 и предписаний об устранении нарушений требований пожарной безопасности № 84/1/38, № 55/1/39 и № 42/1/20 следует, что лицом ответственным за принятие мер противопожарной безопасности является ООО «Технопарк Стройконструкции».

Согласно отзыву ответчика первичное возгорание были ликвидировано, а на территории помещений, арендуемых третьим лицом, до пожара имелись деревянные поддоны, с которых началось вторичное возгорание, что и привело к таким последствиям. По мнению ответчика, для возникновения и распространения пожара короткого замыкания было недостаточно, а горение и его распространение напрямую связаны с тем, что в зоне искр от короткого замыкания располагались горючие материалы, горение которых не было локализовано и потушено. Само по себе короткое замыкание и выделявшиеся его продукты не могли привести к тем последствиям, которые наступили в результате горения продукции и сырья, располагавшегося в здании.

Согласно заключению эксперта ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Республике Татарстан № 303-3-1 от 27.03.2019 установлено, что в месте расположения очага пожара произошла вспышка с последующим, характерным для короткого замыкания продолжительным искрением. Из представленного видеоматериала видеорегистратора установлено, что искры разлетаются на значительное расстояние от места вспышки. Под местом, где наблюдалось искрение, были расположены деревянные поддоны, на которые попадали искры. Данный факт подтверждается показаниями первоочевидцев пожара, которые находились внутри здания.

В связи с чем эксперт пришёл к выводу, что произошло короткое замыкание токопроводящих медных жил, сопровождаясь образованием устойчивой электродуги, а также образованием разлетающихся частиц расплавленного металла (искры), тепловое воздействие которых может привести к возгоранию горючих конструкций и материалов. Расположенные рядом материалы относятся к горючим и, следовательно, могли загореться вследствие тепловых процессов, сопровождающих аварийный режим работы электротехнических изделий, находившихся под напряжением.

Таким образом, возгорание деревянных поддонов явилось следствием короткого замыкания, а не первостепенной причиной пожара.

С целью разрешения возникших вопросов и в связи с необходимостью разрешения вопросов по экспертным заключениям ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Республике Татарстан № 284-3-1 от 13.03.2019 и № 342-3-01 от 27.03.2019г. в судебном заседании был допрошен начальник учреждения ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Республике Татарстан ФИО6, который принимал непосредственное участие в исследовании места происшествия в период ещё пожара.

В судебном заседании ФИО6 пояснил, что причиной пожара явилось возгорание горючих веществ и материалов от тепловых процессов сопровождающих аварийные режимы работ, возникших в кабельном изделии с медными токоведущими жилами проложенными вдоль кран балки. Таким образом, причиной пожара явилось короткое замыкание, а не возгорание поддонов арендатора.

В ходе допроса эксперт пояснил, что причиной пожара явилось короткое замыкание на высоте 8 метров в районе шинопровода. В соответствии с законами физики искры разлетались по дуге, что и объясняет удалённость места пожара от места короткого замыкания. Вещественные доказательства изымались экспертом, а дознователем помещались в сейф- пакеты, на которых проставлялись отметки понятых. Кусок медного провода был обнаружен в пожарном мусоре, других проводов обнаружено не было при том, что алюминивые провода могли расплавится ввиду более высокого значения температуры плавления меди.

Эксперт указал, что первичное значение имеет замыкание в медной кабели, а остальные короткие замыкания, которые могуть быть в результате пожара, являются второстепенными. Именно на медном кабели были следы короткого замыкания. Медный кабель был проложен вдоль балки шинопровода. Однако, другие фрагменты кабеля не выявлены, принадлежность медного кабеля, точки его питания и подключения не устанавливались, так как не было предметом пожаро- технической экспертизы. Эксперт также указал, что не исключается питание как от медного кабеля, так и медного кабеля от шинопровода.

В ходе экспертизы использовался прибор «Каскад» для определения мягкости металла, в том числе балки. Очаг пожара находился между 2 и 3 балками ближе к шинопроводу (точка измерения № 18). Металлографический анализ не производился в связи с отсутствием необходимости и в связи с превышением коэффициентов, определённого по первому методу (коэффициент более 19 при нормативе коэффициент 2). Использованные результаты первого метода сомнения не вызывали.

Доказательств необоснованности и неправомерности выводов экспертов ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Республике Татарстан, содержащихся в представленных экспертных заключениях, сторонами не добыто и арбитражному суду не представлено. Основания подвергать сомнению выводы экспертов у суда отсутствуют.

Федеральное государственное бюджетное учреждение «Судебно-экспертное учреждение федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Республике Татарстан» является специализированным пожарно-техническим учреждением, осуществляющим деятельность по организации и производству судебных экспертиз на основе единого научно-методического подхода к экспертной практике, профессиональной подготовки и специализации экспертов, а так же научно-техническую деятельность, направленную на получение и применение новых знаний для решения возложенных на него задач. Данная организация является некоммерческой. Полномочия учредителя данной организации осуществляет Министерство Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий (далее – МЧС России).

Таким образом, данная организация является государственным учреждением, специализирующимся в области пожарно-технических исследований.

Эксперты ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Республике Татарстан будучи предупреждёнными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, на стадии рассмотрения вопроса о возбуждении уголовного дела подготовили заключения, имеющих статус экспертных. При подготовке указанных заключений эксперты ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Республике Татарстан работали с первичными материалами и данными, собранными на месте пожара, так как прибыли на место происшествия ещё до локализации самого пожара, были первоочевидцами происшествия, работали непосредственно на месте пожара, экспертами, проводившими исследования, обозначены лица, являющиеся специалистами в данной сфере. Эксперты использовали инструментальную методику исследования, провели необходимые лабораторные исследования и испытания.

Экспертные заключения ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Республике Татарстан по своему содержанию является полными, а выводы экспертов – подробными, аргументированными и последовательными. Содержание представленных заключений, являющихся письменными доказательствами по делу, согласуются с иными представленными документами. Каких-либо оснований полагать, что заключения по результатам экспертизы содержат неправильные по существу выводы и не считать данное заключение надлежащим доказательством, у суда не имеется.

Истцом было представлено экспертное заключения ООО «Экспресс Оценка» № 2269/19 от 18.03.2019. Ответчиком представлены заключения эксперта ООО «ЦНО «Эксперт» № 256/1-СТД/КЗН от 12.03.2020, № 256-СТД/КЗН от 12.03.2020 и № 256/2-СТД/КЗН, заключение эксперта АНО ДПО «Центр независимой экспертизы» № 11/СТ-ЭЛ-20 от 02.11.2020.

ООО «СК «Согласие» также было представлено экспертное заключение ООО Бюро страховых экспертиз«Русаджастер» № 48/19/00909 от 21.03.2019.

Представленные сторонами другие экспертные заключения не исключают выводы экспертных заключений ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Республике Татарстан.

Согласно заключению эксперта ООО «ЦНО «Эксперт» № 256/1-СТД/КЗН от 12.03.2020 установлено, что токопроводящие жилы кабеля, в котором произошло короткое замыкание 04.03.2019 г., находились в зоне ответственности ООО «ВР-Пласт».

В силу статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, также суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

При этом суд отмечает, что в силу статьи 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Сделанный специалистом вывод о том, в чьей зоне ответственности находится кабель, в котором произошло короткое замыкание 04.03.2019, является предметом судебной оценки при рассмотрении дела по существу, а не эксперта.

Таким образом, правовая оценка предмета экспертного заключения ООО «ЦНО «Эксперт» № 256/1-СТД/КЗН от 12.03.2020 в части установления, в чьей зоне ответственности находится кабель, в котором произошло короткое замыкание 04.03.2019, отнесена к компетенции арбитражного суда, а не иного специалиста.

В ходе судебного разбирательства ответчиком были приобщены к материалам дела заключения экспертов и акт пожарно-технической комиссии по факту пожара 04.03.2019.

Указанные экспертные заключения составлены лишь в 2020 году, спустя год после происшествия, тогда как пожар произошёл в 2019 году. Экспертиза проводилась после полного демонтажа здания, и основана только на анализе предоставленных документов и опросу специалистов ООО «Технопарк Стройконструкции».

Ответчик в письменных пояснениях к судебному заседанию от 25.01.2021 указал, что ООО «ВР-Пласт» подключилось с помощью предоставленных им самим медных кабелей к автоматическим выключателям QF22 и QF11, установленным соответственно на шинопроводах 2МГ1 и 2МГ2. Шинопроводы далее были подключены к КТП -2.

Однако, в ходе судебного разбирательства позиция ответчика относительно подключения медных кабелей постоянно менялась. Ответчик указывал, что автоматы QF-22 были установлены на шинопроводе 2МГ2 и QF-11 на шинопроводе 2МГ1, далее ответчик пояснил, что, автоматы QF-22 были установлены на шинопроводе 2МГ2 и QF-11 на шинопроводе 2МГ2 и что автоматы QF-22 были установлены на шинопроводе 2МГ1 и QF-11 на шинопроводе 2МГ2.

В своих пояснениях ответчик так же указывает, что автоматы QF-22 на шинопроводе 2МГ1 и QF-11 на шинопроводе 2МГ2 были запитаны от КТП-2, при этом согласно технической документации по сдаче-приемке электромонтажных работ представленной ответчиком и приложения № 13.2 акта пожарно-технической комиссии по факту пожара 04.03.2019г. указано, что 1МГ1 и 1МГ2 были запитаны от КТП-2.

В ходе судебного разбирательства третьим лицом было заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы.

Суд отказал в удовлетворении ходатайства о назначении судебной экспертизы в связи с невозможностью проведения данной экспертизы на этапе судебного разбирательства. Согласно материалам дела и пояснениям сторон, производственное здание, в котором произошло возгорание, полностью демонтировано. В случае назначения судебной экспертизы, экспертное заключение будет основываться лишь на представленных сторонами документах и имеющимися в материалах дела доказательствах. Также в ходе судебного разбирательства был допрошен начальник учреждения Федерального государственного бюджетного учреждения «Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория по Республике Татарстан» ФИО6, которым были даны исчерпывающие ответы на вопросы суда и лиц, участвующих в деле.

Ответчик, указывая о том, что именно вторичное возгорание привело к тем последствиям, которые наступили в результате горения продукции и сырья, не представил каких- либо доказательств в обоснование своего довода. Данное утверждение противоречит экспертизе ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Республике Татарстан и показаниям допрошенного эксперта.

Ответчик не представил доказательства, что складирование продукции и сырья произведено ООО «ВР-Пласт» с нарушениями требований пожарной безопасности, и что именно неправильное хранение данной продукции и сырья привело к наступившим последствиям.

Согласно заключению эксперта № 303-3-1 от 12.03.2019г. «в представленном объекте- в пробе пожарного мусора признаки наличия, каких-либо углеводородов. содержащихся в органических веществах, характерных для жидкостей (ГЖ) отсутствует.» В протоколе осмотра места происшествия, составленным старшим инспектором ОНД и ПР по г. Казани УНД и ПР ГУ МЧС России по Республики Татарстан, майором внутренней службы ФИО7 от 06.12.2018г., указано, что при визуальном и органолептическом методе исследования следов легковоспламеняющих и горючих жидкостей на месте пожара не обнаружено.

Ответчик также указывает, что огнетушителей оказалось недостаточное количество для тушения пожара. Однако, в экспертном заключении № 48/19/00909 от 21.03.2019г. указано, что согласно журналу учета первичных средств пожаротушения (огнетушителей) склад готовой продукции, цех профилей, цех компаундов, склад исходных компонентов были обеспечены первичными средствами пожаротушения -огнетушителями в количестве 42 шт., различной модификации, что превышает требуемую норму положенности. Кроме того, ответчиком не доказана причинно- следственная связь между количеством огнетушителей и наступившими последствиями- пожаром и причинением имущественного вреда.

Согласно пункту 5 постановления Пленума ВС РФ №7 по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств; каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статьи 64 (часть 1), 65 и 168 АПК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном АПК РФ и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

Арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют отношение к рассматриваемому делу (статья 67 АПК РФ).

Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (статья 68 АПК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В рассматриваемом случае возложение на причинителя вреда обязанности возместить причиненный потерпевшему вред является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому с учетом пункта 2 статьи 1064 ГК РФ бремя доказывания отсутствия вины лежит на ответчике.

Истец указал, что в результате пожара уничтожено и повреждено имущество, застрахованное САО «ВСК» на общую сумму 6 631 624 руб.59 коп.

Истцом была произведена страховая выплата на основании условий договоров страхования. Размер ущерба подтверждается экспертным заключением ООО «АНЭ «ОцЭкс» № 09-151-19 от 05.04.2019, согласно которому действительная стоимость экструзионного оборудования на дату события составляет 7 056 899 руб.36 коп., стоимость годных остатков оборудования составила 989 040 руб., поэтому страховое возмещение по договору №18490PW000432 от 04.07.2018 было выплачено в размере 6 067 859 руб. 36 коп. (7 056 899 руб.36 коп.- 989 040 руб.). По договору страхования № 18490PW000527 от 31.07.2018 сумма страхового возмещения составила 563 765 руб.23 коп.

Доводы ответчика, что истцом не представлен необходимый комплект доказательств о размера ущерба на сумму 6 631 624 руб.59 коп. и представленные истцом доказательства являются ненадлежащими, суд считает необоснованными. Документально указанные истцом обстоятельства ответчик не опроверг, также ответчиком не представлены доказательства иной стоимости застрахованного имущества.

При существующем поведении сторон по реализации своих процессуальных прав по доказыванию и опровержению взаимных претензий, у суда отсутствуют объективные основания для иной правовой оценки установленных и изложенных в настоящем решении фактических обстоятельств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

В силу статей 9 и 41 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Следовательно, лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий, в том числе в части представления (непредставления) доказательств, заявления ходатайств о проверке достоверности сведений, представленных иными участниками судебного разбирательства, а также имеющихся в материалах дела.

С позиции вышеприведённых обстоятельств, исходя из установленных принципов состязательности арбитражного процесса и равенства его участников, арбитражный суд считает исковое требование подлежащим удовлетворению.

На основании статьи 110 АПК РФ понесенные истцом расходов по государственной пошлине подлежат возмещении ответчиком.

Руководствуясь ст. 110,167-170,176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Технопарк Стройконструкции» в пользу страхового акционерного общества «ВСК» 6 631 624 руб. 59 коп. в счёт возмещения ущерба и 56 168 руб. в счёт возмещения расходов по государственной пошлине.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Республики Татарстан в месячный срок.

Председательствующий судьяА.Г. Абдуллаев