Решение от 3 ноября 2023 г. по делу № А40-190469/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ГОРОДА МОСКВЫ

115225, г.Москва, ул. Большая Тульская, д. 17 http://www.msk.arbitr.ru Именем Российской Федерации
Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40-190469/22-103-323
г. Москва
03 ноября 2023 г.
Резолютивная часть решения объявлена 11 октября 2023 г. Решение в полном объеме изготовлено 03 ноября 2023 г.

Арбитражный суд города Москвы в составе:

судьи С.В. Захаровой (единолично),

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании заявление ООО «Две Столицы» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц - ФИО2, ФИО3 (ранее - Кардинали) Елены Геннадьевны, по обязательствам ООО «Грация»,

с участием: от ООО «Две Столицы» - ФИО4 (паспорт, доверенность от 05.04.2023)

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы 20.09.2022 было принято к производству заявление ООО «Две Столицы» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица - ФИО2 - по обязательствам ООО «Грация» (ОГРН <***>, ИНН <***>), возбуждено производство по делу № А40-190469/22-103-323.

Определением суда от 24.05.2023 ФИО5 привлечена к участию в деле в качестве соответчика.

Указанное заявление подлежало рассмотрению в настоящем предварительном судебном заседании.

ООО «Грация», ФИО2, ФИО6, ООО «Вента» в судебное заседание не явились, дело рассматривалось в порядке ст. 156 АПК РФ, в отсутствие лиц надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Суд, с учетом отсутствия возражений относительно рассмотрения дела в отсутствие лиц, не явившихся в судебное заседание, но надлежащим образом извещенных, в порядке ч. 4 ст. 137 АПК РФ, завершил предварительное судебное заседание и открыл судебное заседание в первой инстанции.

Представитель ООО «Две Столицы» в судебном заседании заявление поддержал.

Изучив в совокупности материалы дела и представленные доказательства,

заслушав позиции сторон, суд пришел к выводу, что заявление ООО «Две Столицы» подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее по тексту - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Поскольку в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности истцом указываются действия, совершенные в 2020-2021 году, применению подлежат нормы Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)».

Как усматривается из материалов дела, определением Арбитражного суда города Москвы от 22.10.2021 (резолютивная часть определения объявлена 23.09.2021) по делу № А40-141446/21-157-369 в отношении ООО «Грация» (ОГРН <***>, ИНН <***>) введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО7.

Заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц в рамках дела о банкротстве ООО «Грация» № А40-141446/21-157-369 не подавалось.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.06.2022 производство по делу № А40-141446/21-157-369 Б о несостоятельности (банкротстве) Общества с ограниченной ответственностью «Грация» прекращено на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве (отсутствие средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему).

Согласно пункту 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 названного Закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 Закона о банкротстве, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

При этом согласно пункту 2 названной статьи заявление, поданное в соответствии с пунктом 1, рассматривается арбитражным судом, рассматривавшим дело о банкротстве. При рассмотрении заявления применяются правила пункта 2 статьи 61.15, пунктов 4 и 5 статьи 61.16 Закона о банкротстве.

В силу пункта 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.

Пунктом 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от

21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее также – Постановление № 53) разъяснено, что после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения расходов на проведение процедур банкротства, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности вправе подать только те кредиторы, работники должника, чьи требования в рамках дела о банкротстве были признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов должника (в том числе в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве) (пункты 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

В рамках рассмотрения дела № А40-141446/21-157-369 Б о несостоятельности (банкротстве) ООО «Грация» определением Арбитражного суда города Москвы от 22.10.2021 включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование ООО «Две Столицы» в размере 3 250 00 руб. – основной долг, 39 337 руб. – расходы по уплате госпошлины; в третью очередь отдельно, с очередностью удовлетворения после погашения основной задолженности и причитающихся процентов в размере 17 313, 53 руб. – проценты за пользование денежными средствами.

Таким образом, ООО «Две Столицы» обладает правом на подачу заявления о привлечении контролирующих ООО «Грация» лиц к субсидиарной ответственности.

ООО «Две Столицы» заявлено о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Грация» ФИО2 и ФИО6

Судом отклоняются доводы о необходимости привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному ст. 61.12 Закона о банкротстве, за неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, поскольку в размер указанной ответственности включаются только обязательства, возникшие после истечения срока на подачу заявления должника, а банкротство должника и возникновение обязанности по подаче заявления о банкротстве были обусловлены наличием задолженности перед единственным кредитором - ООО «Две Столицы», размер требований которого, соответственно, не может быть включен в размер ответственности.

Истец считает, что ФИО2 недобросовестно и неразумно совершены сделки по перечислению денежных средств с расчетного счета должника, в том числе, в пользу ФИО6, которые привели к невозможности погашения задолженности перед кредитором и банкротству должника, в связи с чем они подлежат привлечению к субсидиарной ответственности на основании ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Под контролирующим должника лицом согласно п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве в редакции введенной Федеральным законом N 266-ФЗ понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

При этом пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью.

ФИО2 согласно выписке из ЕГРЮЛ является с

25.03.2020 генеральным директором и единственным участником должника.

Исходя из названных положений, ФИО2 предполагается контролирующим должника лицом.

Ответственность контролирующих лиц должника является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на этих лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Данный вывод суда согласуется с позицией Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 6/8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», которой пунктом 22 установлено: при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителя (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункт 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Для привлечения органов управления юридического лица к субсидиарной ответственности необходим следующий юридический состав:

- вина (противоправность действий/бездействий);

- действия/бездействие, которые довели (способствовали) доведению до банкротства;

- причинно-следственная связь между действиями (бездействием), виной и наступившими негативными последствиями, выражающимися в неспособности должника удовлетворить требования кредиторов.

Следовательно, исходя из содержания норм ст. 65 АПК РФ, при обращении в суд с таким требованием истец должен доказать, что своими виновными действиями ответчик довел должника до банкротства, то есть до финансовой неплатежеспособности, до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и(или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей в течение трех месяцев, с даты, когда они должны были быть исполнены (п. 2 ст. 3 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 N 305-ЭС18-14622 (4,5,6), включенной в "Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 10.06.2020), причинение субсидиарным ответчиком вреда кредиторам должника-банкрота происходит при наступлении объективных признаков составов правонарушений, обозначенных в статьях 61.11 или 61.12 Закона о банкротстве.

Процесс доказывания оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079).

В силу положений пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пунктом 2 той же статьи предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие

действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Задолженность ООО «Грация» перед ООО «Две Столицы» подтверждена решением Арбитражного суда города Москвы от 19.02.2021 по делу № А40-218231/20, которым с должника в пользу кредитора взыскано неосновательное обогащение в размере 3 250 000 руб. 00 коп., проценты в размере 17 313 руб. 53 коп., а также 39 337 руб. в счет оплаты государственной пошлины.

Из указанного решения следует, что 09.09.2020 года Обществом с ограниченной ответственностью «Две Столицы», по платежному поручению № 981 были ошибочно перечислены на расчётный счёт Общества с ограниченной ответственностью «Грация» денежные средства в размере 2 100 000 руб. и по платежному поручению № 993 от 15.09.2020 в размере 1 150 000 руб.

В порядке досудебного урегулирования спора 20.10.2020 истцом в адрес ответчика была направлена претензия исх. № 52. Претензия оставлена ответчиком без удовлетворения, что послужило основанием для обращения в суд.

В связи с поступлением на счет ООО «Грация» денежных средств без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований у должника в соответствии со ст. 1102 ГК РФ возникла обязанность возвратить ООО «Две Столицы» неосновательно приобретенное имущество (неосновательное обогащение).

Вместо этого, руководителем ООО «Грация» полученные денежные средства в период с 10.09.2020 по 16.09.2020 несколькими платежами перечислены в пользу ФИО6 на общую сумму 2 018 000 руб., а также с 23.09.2020 по 08.10.2020 в пользу ООО «Вента» в общем размере 1 050 000 руб.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

Как разъяснено в п. 23 Постановления № 53 согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Определением от 23.01.2023 суд привлек ФИО6 к участию деле в качестве третьего лица, предложил ей представить письменную позицию по заявлению, представить документы-основания перечисления ООО «Грация» денежных средств, доказательства реальности данных правоотношений. Определением суда от 24.05.2023

Евсеева (Кардинали) Елена Геннадьевна привлечена к участию в деле в качестве соответчика.

Определениями от 20.03.2023, от 24.05.2023 и от 09.08.2023 судом неоднократно запрашивались данные доказательства, в том числе от ООО «Вента».

Документы-основания перечисления должником денежных средств в материалы дела не представлены.

Из назначения платежей в пользу ФИО6 следует, что должником производилась оплата по договору № 23 от 12.04.2020 за Сантехническое оборудование в комплекте.

Заявителем поставлена под сомнение реальность указанного договора.

Так, в соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ, основным видом деятельности должника являлся ОКВЭД № 73.11 деятельность рекламных агентов, в то время как платежи в пользу ФИО6 осуществлены за сантехническое оборудование.

Экономическая целесообразность приобретения ООО «Грация» такого рода товара на сумму 2 018 000 руб. не ясна, ответчиком и должником не раскрыта.

Кроме того, как указывает ООО «Две Столицы», согласно отчету информационной базы Руспрофиль у ООО «Грация» в 2020-2021 гг. не было работников в шатаете, которые могли бы осуществлять какую либо деятельность с приобретенным имуществом.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства.

Согласно п. 2 Постановления от 30.07.2013 N 62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.); при определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ).

Доказательства реальности правоотношений по договору № 23 от 12.04.2020 в материалы дела не представлены.

Из анализа, проведенного временным управляющим в ходе наблюдения в рамках дела № А40-141446/21-157-369 следует, что управляющим были выявлены сделки и действия органов управления должника, не соответствующие законодательству Российской Федерации и рыночным условиям, которые стали причиной увеличения неплатежеспособности должника и причинили реальный ущерб в денежной форме; в соответствии с п. 10 Раздела II "Временных правил проверки арбитражным управляющим наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства", утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 27 декабря 2004 г. № 855, временным управляющим сделан вывод о наличии признаков преднамеренного

банкротства.

Таким образом, должником в пользу ФИО6 вместо возврата неосновательного обогащения осуществлены безосновательные перечисления денежных средств, полученных от ООО «Грация», во исполнение обязательств, реальность которых не подтверждена. Указанные действия могут быть квалифицированы как действия по выводу имущества должника во избежание возможности обращения на него взыскания и направления на погашение задолженности перед кредитором.

ФИО6, в данном случае, не могла не знать о мнимости сделки и получении денежных средств без наличия на то правовых оснований и является лицом, которое извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, в отношении которого действует презумпция контроля, предусмотренная пп. 3 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 2 ст. 61.15 Закона о банкротстве лицо, в отношении которого подано заявление о привлечении к ответственности, обязано направить или представить в арбитражный суд и лицу, подавшему заявление о привлечении к субсидиарной ответственности, отзыв на заявление о привлечении к субсидиарной ответственности, соответствующий требованиям к отзыву на исковое заявление, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

В случае непредставления лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности, отзыва, указанного в пункте 2 статьи 61.15 настоящего Федерального закона, по причинам, признанным арбитражным судом неуважительными, или явной неполноты возражений относительно предъявленных к нему требований по доводам, содержащимся в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности, бремя доказывания отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности может быть возложено арбитражным судом на лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности.

ФИО2 и ФИО6 несмотря на надлежащее извещение о времени и месте судебного заседания, обязанность по представлению отзыва на заявление не исполнена, в связи с чем бремя доказывания отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности лежит на ответчиках.

Бремя опровержения доводов истца лежит на ФИО2 и ФИО6 и в силу п. 56 Постановления № 53, согласно которому по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (ст. 65 АПК РФ).

Вместе с тем, отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права.

Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (п. 4 ст. 61.16 Закона о банкротстве).

Отсутствуют в материалах дела и не подтверждены надлежащими доказательствами факт исполнения сделок контрагентами ФИО6, которой должником были перечислены денежные средства, получения по ним имущества, услуг и иного встречного предоставления, наличие реальных оснований для перечисления

должником денежных средств.

В результате совершения сделок, отчуждены активы должника (денежные средства) в общем размере 3 068 000 рублей. В то же время, размер задолженности перед ООО «Две Столицы» составлял 3 250 000 руб. (без учёта начисленных процентов) Следовательно, размер перечисленных по спорным сделкам активов, сопоставим с размером требований кредиторов сделки в своей совокупности являлись значимыми для должника.

Такое перечисление причинило существенный вред интересам кредиторов, повлекло в дальнейшем невозможность удовлетворения их требований в деле о банкротстве должника, которое было прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для финансирования расходов по делу.

ФИО2 и ФИО6 не представлено доказательств, опровергающих доводы ООО «Две Столицы», доказательств того, что распоряжаясь денежными средствами полученными должником без законных на то оснований и перечисляя их в пользу иного лица/получая их без какого-либо на то основания, они действовали добросовестно и не во вред интересам кредитора, с учетом отсутствия доказательств реальности обязательств перед ФИО6 и того, что задолженность перед ООО «Две Столицы» до настоящего момента не погашена, а также того, что не такие действия, а какие-либо иные обстоятельства, послужили причиной банкротства должника.

Согласно п. 10 ст. 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

В силу норм п. 2 ст. 401, п. 2 ст. 1064 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Таким образом, бремя доказывания добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда должнику и его кредиторам презюмируется.

Конкурсный управляющий, либо кредиторы не обязаны доказывать их вину как в силу общих принципов гражданско-правовой ответственности (п. 2 ст. 401, п. 2 ст. 1064 ГК РФ), так и специальных положений законодательства о банкротстве.

ФИО2 и ФИО6 не доказана добросовестность и разумность действий и отсутствие их вины в причинении вреда кредиторам, в том числе ООО «Две Столицы».

При этом, в данном случае Законом о банкротстве также установлена презумпция виновности контролирующего лица в банкротстве должника и невозможности исполнения обязательств, то есть необходимость доказывания причинно-следственной связи между действиями руководителя и причинами банкротства отсутствует. Следовательно, именно недобросовестные действия руководителя, привели к неисполнению обязательств должника, и считаются виновными до тех пор, пока контролирующим должник лицом не доказано обратного.

ФИО2 и ФИО6 данная презумпция не опровергнута, разумные доводы и достаточные доказательства соответствия их действий требованиям заботливости и осмотрительности, действиям обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах, направленности на соблюдение интересов должника и кредиторов либо на избежание большего ущерба, а также доказательства возникновения

объективного банкротства по иным, не обусловленным действиями руководителя, причинам, не представлены.

В п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Кодекса), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

В соответствии с разъяснениями п. 16 Постановление № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

При доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Единственной причиной банкротства ООО «Грация» явились недобросовестные действия руководителя должника по распоряжению необоснованно полученными денежными средствами и неисполнение обязанности по возврату неосновательного обогащения в условиях отсутствия у должника каких-либо иных активов для исполнения данной обязанности и принятия этих средств в счет мнимых обязательств, реальность которых не доказана.

Согласно положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений; обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

В силу частей 1 - 3 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает

относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

С учетом изложенного суд признает доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 и ФИО3 (ранее - Кардинали) Елены Геннадьевны к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Грация».

В отношении ответственности ФИО2 суд также отмечает следующее.

В силу положений пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пунктом 5 той же статьи предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов.

30.11.2020 в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений об адресе юридического лица (в результате проверки достоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице).

В соответствии с пунктом 3 статьи 54 ГК РФ и подпунктом "в" пункта 1 статьи 5 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее - Федеральный закон N 129-ФЗ) в ЕГРЮЛ должен быть указан адрес юридического лица.

В случае если по результатам проведения проверки установлена недостоверность содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, регистрирующий орган направляет юридическому лицу, его учредителям (участникам) и лицу, имеющему право действовать без доверенности от имени указанного юридического лица, уведомление о необходимости представления в регистрирующий орган достоверных сведений (пункт 6 статьи 11 Федерального закона N 129-ФЗ).

Таким образом, на единственном участнике и генеральном директоре ООО «Грация» лежала обязанность по представлению достоверных сведений об адресе юридического лица, которые подлежали обязательному внесению в ЕГРЮЛ, которая не была исполнена ФИО2 Ответчиком также не были заявлены возражения против исключения ООО «Грация» из ЕГРЮЛ.

При этом, на момент внесения записи о недостоверности сведений, у ООО «Две Столицы» имелась задолженность перед кредиторами, о которой ФИО2 не могло быть неизвестно.

18.03.2021 по заявлению ФИО2 внесены сведений о недействительности в ЕГРЮЛ записей о ней как об участнике и руководителе ООО «Грация».

В соответствии с п. 1 ст. 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее -

недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

Указанный порядок исключения юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц применяется также в случаях наличия в едином государственном реестре юридических лиц сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи.

На основании изложенного ООО «Грация» подлежало исключению из единого государственного реестра юридических лиц по решению регистрирующего органа.

ООО «Две Столицы» было вынуждено обратиться в суд с заявлением о признании ООО «Грация» банкротом.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на то, что уклонение от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (Постановление от 21 мая 2021 года N 20-П; определения от 13 марта 2018 года N 580-О, N 581-О и N 582-О, от 29 сентября 2020 года N 2128-О и др.).

Необращение в арбитражный суд с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью банкротом, нежелание контролирующих его лиц финансировать расходы по проведению банкротства, непринятие ими мер по воспрепятствованию его исключения из ЕГРЮЛ (пункты 3 и 4 статьи 21.1 Федерального закона "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей") при наличии подтвержденных судебными решениями долгов общества перед кредиторами свидетельствуют о намеренном - в нарушение статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации - пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, о попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве, чем подрывается доверие участников оборота друг к другу, дестабилизируется гражданский оборот.

Поэтому кредиторы, в том числе ведущие предпринимательскую деятельность, прибегая к судебной защите своих имущественных прав, вправе рассчитывать на добросовестное поведение контролирующих должника лиц не только в материально- правовых, но и в процессуальных отношениях: на их содействие правосудию, на раскрытие информации о хозяйственной деятельности контролируемой организации, на представление документов и иных доказательств, необходимых для оценки судом наличия либо отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

При обращении в суд с основанным на подпункте 1 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве и пункте 3.1 статьи 3 Закона об ООО требованием о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве, когда производство по делу о банкротстве прекращено судом на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства), доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо, объективно затруднено.

Кредитор, в отличие от кредитора в деле о банкротстве, не получает содействия арбитражного управляющего в защите своих прав. Это выражается (помимо непредъявления арбитражным управляющим требования о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и требований об оспаривании сделок должника по правилам главы III.1 Закона о банкротстве) в неполучении от него необходимой информации о должнике, включая сведения об имуществе, о сделках и действиях, способной подтвердить недобросовестность и неразумность контролирующих лиц, в том числе о сделках (подозрительные сделки и сделки с предпочтением), с

совершением которых закон связывает установление в пользу кредитора определенных презумпций. В отличие от арбитражного управляющего как облеченного публичными функциями специалиста, кредитор не наделен правом направлять обязательные к исполнению запросы о хозяйственной деятельности должника физическим и юридическим лицам, государственным органам, органам управления государственными внебюджетными фондами и органам местного самоуправления и получать от них в том числе сведения, составляющие служебную, коммерческую и банковскую тайну (абзацы седьмой и десятый пункта 1 статьи 20.3 Закона о банкротстве). Причем производимая по делу о банкротстве арбитражным управляющим оценка финансового состояния должника обычно не может быть осуществлена кредитором самостоятельно не только из-за отсутствия доступа к необходимой для исследования документации за длительный период, но и подчас по причине отсутствия у него специальных познаний для оценки соответствующей информации.

Таким образом, бремя опровержения доводов кредитора лежит на ФИО2

ФИО2 после возникновения у должника кредиторской задолженности прекратила осуществление хозяйственной деятельности и сдачу бухгалтерской отчетности, не предпринимали попыток погашения задолженности; ответчиком не представлено доказательств, подтверждающих добросовестность и разумность их поведения, принятия всех необходимых мер для поддержания и восстановления платежеспособности должника либо, в случае невозможности восстановления, прекращения юридического лица в установленном законом порядке (ликвидация или банкротство). Обратного ответчиком не доказано.

В соответствии с п. 21 Постановления № 53, если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо, признанное контролирующим должника исходя из презумпции, закрепленной в подпункте 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность, предусмотренную статьей 61.11 Закона о банкротстве, солидарно с руководителем должника (абзац первый статьи 1080 ГК РФ).

В соответствии с п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Согласно пп. 4 п. 4 ст. 61.19 Закона о банкротстве в решении о привлечении лица к субсидиарной ответственности указывается сумма, взысканная в интересах каждого отдельного кредитора, и очередность погашения их требований в соответствии со статьей 134 настоящего Федерального закона.

Размер требований ООО «Две Столицы», включённый в реестр требований кредиторов определением суда от 22.10.2021 составил 3 250 00 руб. – основной долг, 39 337 руб. – расходы по уплате госпошлины (требования третьей очереди удовлетворения).

Таким образом, указанная сумма подлежит взысканию в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Грация» в пользу ООО «Две Столицы» с ФИО2 и ФИО3 (ранее - Кардинали) Елены Геннадьевны.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Уплаченная ООО «Две Столицы» государственная пошлина полежит взысканию с

ответчиков в равных долях.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 4, 61.10, 61.11, 61.19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», 53.1 ГК РФ, разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», ст.ст. 9, 16, 41, 64-68, 71, 75, 121, 123, 156, 184-186, 188 и 223 АПК РФ, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать с ФИО2 и ФИО3 (ранее - Кардинали) Елены Геннадьевны солидарно в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Грация» в пользу ООО «Две Столицы» 3 306 650,53 руб.

Взыскать с ФИО2 в пользу ООО «Две Столицы» 19 766,50 руб. - государственной пошлины.

Взыскать с ФИО3 (ранее - Кардинали) Елены Геннадьевны в пользу ООО «Две Столицы» 19 766,50 руб. - государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в месячный срок с даты изготовления в полном объеме.

Судья: С.В. Захарова