Решение от 29 января 2020 г. по делу № А33-9363/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

29 января 2020 года


Дело № А33-9363/2019

Красноярск


Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 22 января 2020 года.

В полном объёме решение изготовлено 29 января 2020 года.

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Лапиной М.В., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Аэропорт Емельяново» (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации – 23.01.2009, место нахождения: 663021, Красноярский край, Емельяновский район, территория аэропорт Красноярск)

к обществу с ограниченной ответственностью производственно-коммерческой фирмы «Доринвестстрой» (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации – 12.01.2011, место нахождения: 660012, <...>, каб. 3-06)

о взыскании суммы неосновательного обогащения,

в присутствии в судебном заседании:

от истца: ФИО1, действующего на основании доверенности от 13.11.2017,

от ответчика: ФИО2, действующего на основании доверенности от 10.01.2019,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Аэропорт Емельяново» обратилось с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью производственно-коммерческой фирмы «Доринвестстрой» о взыскании неосновательного обогащения в виде стоимости излишне оплаченных работ в размере 548 407,36 руб. по акту № 3 от 27.12.2017 по договору подряда № АЕ-17-Д675 от 22.11.2017, процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 21.01.2018 по 14.02.2019 в размере 43 132,62 руб.

Определением от 04.03.2019 по делу №А33-35043/2018 исковое заявление принято к рассмотрению совместно с первоначальным исковым заявлением.

Определением от 29.03.2018 по делу № А33-35043/2018 требование общества с ограниченной ответственностью «Аэропорт Емельяново» выделено в отдельное производство, выделенному делу присвоен номер А33-9363/2019.

Представитель истца в судебном заседании поддержал заявленные требования, ответчик требования общества «Аэропорт Емельяново» не признал по основаниям, изложенным в отзыве.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

Двадцать второго ноября 2017 года сторонами заключен договор подряда (с учетом дополнительных соглашений №№ 1, 2), по условиям которого подрядчик обязался выполнить для заказчика работы общей стоимостью 10 861 819,76 руб. (пункт 4.1. в редакции дополнительного соглашения) по устройству ограждения декоративного перфорированного в комплекте со спиральным барьером безопасности «Егоза» вдоль сооружения – дорога СТТ протяженностью 656 м (включая 130 метров вдоль Аэромила), расположенного по адресу: Россия, Красноярский край, Емельяновский район, аэропорт «Красноярск», а также по демонтажу ограждения вдоль сооружения – дорога СТТ (служебно-технической территории), расположенного по адресу: Россия, Красноярский край, Емельяновский район, аэропорт «Красноярск».

Цена работ по договору с учетом дополнительных соглашений №№ 1, 2 составила 11 344 845 руб., в том числе 9 862 317,28 руб. – стоимость работ по устройству ограждений, 1 482 528,4руб. – стоимость работ по демонтажу старого ограждения.

Подрядчик выполнил работы стоимостью 8 182 040,94 руб., что подтверждается актами о приемке выполненных работ от 27.11.2017 (4 047 742,2 руб.), от 27.12.2017 № 3 (1 482 528,4 руб.), от 27.12.2017 (2 651 770,94 руб.). Данные работы приняты заказчиком и оплачены в полном объеме.

Однако в дальнейшем заказчик установил факт завышения подрядчиком объема выполненных работ, неверного применения расценок при определении стоимости услуг по перевозке строительного мусора, в связи с чем потребовал от подрядчика возвратить излишне уплаченные денежные средства в сумме 548 407,36 руб.

Поскольку ответчиком в добровольном порядке указанная выше сумма не возвращена, истец обратился в Арбитражный суд Красноярского края с исковым заявлением о взыскании с подрядчика неосновательного обогащения в размере 548 407,36 руб., а также процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 43 132,62 руб.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В силу пункта 2 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

Судом установлено, что 22.11.2017 сторонами заключен договор подряда, из содержания которого следует вывод о том, что он регулирует правоотношения между сторонами, наряду с положениями главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации, по выполнению строительных работ.

Согласно пункту 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В соответствии с пунктом 1 статьи 740 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.

Пунктом 2 статьи 740 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что договор строительного подряда заключается на строительство или реконструкцию предприятия, здания (в том числе жилого дома), сооружения или иного объекта, а также на выполнение монтажных, пусконаладочных и иных неразрывно связанных со строящимся объектом работ. Правила о договоре строительного подряда применяются также к работам по капитальному ремонту зданий и сооружений, если иное не предусмотрено договором.

В свою очередь, факт сдачи-приемки результата выполненной работы фиксируется в силу положения пункта 4 статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации соответствующим актом.

Согласно положению пункта 4 статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами.

Аналогичное положение установлено сторонами в пункте 5.3. договора от 22.11.2017, в соответствии с которым приемка выполненной работы считается завершенной после подписания акта о приемке выполненных работ по форме КС-2, справки о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3.

Сторонами подписан акт от 27.12.2017 № 3 о приемке выполненных работ по демонтажу ограждения вдоль сооружения - дороги служебно-технической территории стоимостью 1 482 528,4 руб. Заказчик произвел оплату стоимости выполненных работ в полном объеме, однако в дальнейшем установил факт завышения подрядчиком объема выполненных работ, неверного применения расценок при определении стоимости услуг по перевозке строительного мусора, в связи с чем потребовал от подрядчика возвратить излишне уплаченные денежные средства.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 12 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда», наличие акта приемки работ, подписанного заказчиком, не лишает заказчика права представить суду возражения по объему и стоимости работ.

Таким образом, несмотря на то обстоятельство, что акт о приемке выполненных работ от 27.12.2017 № 3 подписан заказчиком без возражений, последний не лишен права заявить о получении подрядчиком неосновательного обогащения, полученного в результате завышения объемов выполненных работ и неверно примененных расценок.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного Кодекса.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.01.2013 №11524/12, основания возникновения неосновательного обогащения могут быть различными: требование о возврате ранее исполненного при расторжении договора, требование о возврате ошибочно исполненного по договору, требование о возврате предоставленного при незаключенности договора, требование о возврате ошибочно перечисленных денежных средств при отсутствии каких-либо отношений между сторонами и т.п.

Согласно статьям 65, 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Для возникновения обязательства из неосновательного обогащения необходимо наличие совокупности следующих обстоятельств: приобретение или сбережение имущества на стороне приобретателя и соответствующее уменьшение имущества на стороне потерпевшего; утраченное имущество потерпевшего является источником обогащения приобретателя; отсутствует надлежащее правовое основание для наступления вышеуказанных имущественных последствий.

Обосновывая свою позицию относительно возникновения на стороне подрядчика неосновательного обогащения в размере 523 679 руб. вследствие завышения объемов работ, предусмотренных в пункте 3 локального сметного расчета № 1, являющегося приложением № 1 к дополнительному соглашению от 15.12.2017 № 1 к договору от 22.11.20178, и пункте 3 акта о приемке выполненных работ от 27.12.2017 № 3, заказчик указывает на следующие обстоятельства.

Из пояснений истца следует, что задвоение объемов работ по демонтажу железобетонного ограждения в позициях акта по форме КС-2 от 27.12.2017 № 3, и как следствие, завышение на 38,935 м3 работ по разборке отдельных участков железобетонных элементов ограждения при помощи отбойных молотков (позиция 3 акта от 27.12.2017 № 3) произошло в результате ошибочного применения в позиции 3 локального сметного расчета № 1 (приложение № 1 к дополнительному соглашению от 15.12.2017 № 1 к договору) коэффициента 2,5.

В позиции 3 локального сметного расчета № 1 (приложение № 1 к дополнительному соглашению от 15.12.2017 № 1 к договору объем указанных работ 62,235 м3 по разборке отдельных участков железобетонных элементов ограждения при помощи отбойных молотков рассчитан по формуле 461м (длина участка разборки) х 0,54 (глубина, на которую должны были выдалбливаться железобетонные элементы от асфальта до демонтажа) х 0,1 м (толщина железобетонных плит) х 2,5 (масса 1 м3 железобетона).

По мнению истца, поскольку единицей измерения в позиции указан 1м3 (объем), соответственно, для определения объема необходимо найти произведение величин длины, глубины и толщины (461м х 0,5м х 0,1м = 24, 894 м3).

Таким образом, 62,245 м3 – это масса железобетонных изделий объемом 24,894 м3. В связи с чем, по утверждению заказчика, верным в позиции локального сметного расчета № 1 (приложение № 1 к дополнительному соглашению от 15.12.2017 № 1) следует считать объем 24,894 м3. Оплата фактически невыполненных подрядчиком работ обусловила возникновение на стороне ответчика 523 679 руб. неосновательного обогащения.

Суд соглашается с позицией истца по следующим основаниям.

При составлении локального сметного расчета в целях определения сметной стоимости демонтажных работ по спорным позициям (№№1, 3) использованы территориальные единичные расценки на строительные и специальные строительные работы, утвержденные приказом министерства строительства и архитектуры Красноярского края от 12.11.2010 № 237-о «Об утверждении нормативов, предназначенных для определения сметной стоимости строительства, реконструкции и ремонта объектов в крае, учитывающих региональные условия выполнения работ».

При определении стоимости работ по демонтажу железобетонных оград из панелей (пункт 1 локального сметного расчета на демонтажные работы) применена единичная территориальная расценка ТЕР07-01-054-01, устанавливающая стоимость установки железобетонных оград из панелей, с учетом понижающего коэффициента.

Применение понижающего коэффициента регламентировано пунктом 10.1 приказа Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 09.02.2017 № 81/пр «Об утверждении методических рекомендаций по применению федеральных единичных расценок на строительные, специальные строительные, ремонтно-строительные, монтаж оборудования и пусконаладочные работы», в соответствии с которым сметная стоимость демонтажных работ определяется по единичным расценкам, включенным в сборники единичных расценок на строительные, специальные строительные и единичным расценкам на ремонтно-строительные работы. В таблице 2 методических рекомендаций указан коэффициент в значении 0,8, применяемый к единичным расценкам при определении сметных затрат на демонтаж сборных бетонных и железобетонных строительных конструкций.

Примененная при расчете стоимости демонтажных работ единичная территориальная расценка ТЕР07-01-054-01 на установку железобетонных оград из панелей включает в себя стоимость работ как монтажу панелей, так и монтажу фундаментов железобетонных. Кроме того, расценка включает стоимость работ механизмов (кранов на автомобильном ходу, экскаваторов одноковшовых, автомобилей бортовых).

Применение при составлении сметы данной расценки с понижающим коэффициентом к демонтажным работам свидетельствует о том, что стоимость работ по демонтажу железобетонных оград из панелей включены работы по демонтажу железобетонных плит ограждения, демонтажу фундаментов ограждения, с применением механизмов (кранов на автомобильном ходу, экскаваторов одноковшовых, автомобилей бортовых).

При определении стоимости работ по разборке отдельных участков железобетонных элементов ограждения при помощи отбойных молотков (пункт 3 локального сметного расчета) применена единичная территориальная расценка ТЕР46-04-003-06.

Из пояснений заказчика следует, что основанием для внесения в локальный сметный расчет данного вида работ явилась необходимость отделения железобетонных плит от фундаментов («стаканов») посредством отбойных молотков в ситуации, когда отделить плиту от фундамента при помощи механизмов не представлялось возможным.

Подрядчик, в свою очередь, настаивает на том, что в пункте 3 локального сметного расчета на демонтажные работы предусмотрены работы по разборке фундаментов («стаканов»), на которые устанавливались железобетонные плиты ограды, с помощью отбойных молотков.

Поскольку, расценка, примененная в пункте 1 локального сметного расчета на демонтажные работы, включала в себя стоимость работ по демонтажу как плит, так и фундаментов («стаканов»), при этом расценка, указанная в пункте 3 локального сметного расчета, установлена для работ по разборке отдельных участков железобетонных элементов ограждения при помощи отбойных молотков, суд соглашается с доводами заказчика о том, что работы, предусмотренные в пункте 3 локального сметного расчета на демонтажные работы, не предусматривали выполнение работ по разборке фундаментов ограждения в полном объеме с применением отбойных молотков.

В связи с чем суд признает обоснованной позицию истца о том, что объем работ по разборке отдельных участков железобетонных элементов ограждения при помощи отбойных молотков, предполагающих лишь отделение железобетонных плит от фундаментов (стаканов), а не демонтаж фундаментов в полном объеме при помощи отбойных молотков, равен 24,894 м3 и определен как произведение длины участка разборки ограждения (461 м), толщины плиты ограждения (0,1 м), глубины фундамента («стакана»), на которую выдалбливались железобетонные элементы плиты (0,54м).

И, как следствие, суд соглашается с доводами заказчика о том, что указание в пункте 3 сметного расчета объема работ по разборке отдельных участков железобетонных элементов ограждения при помощи отбойных молотков в количестве 62,235 м3 вместо 24,894 м3 является следствием допущенной ошибки: объем в размере 24,894 м3, определенном в указанном выше порядке, необоснованно, при отсутствии каких-либо фактических обстоятельств (без учета физических параметров демонтируемого ограждения) увеличен в 2,5 раза.

Ответчик, возражая против удовлетворения требований истца, указал на то, что им фактически выполнены работы по разборке фундаментов ограждения в объеме 62,235 м3 с применением отбойных молотков. При этом подрядчик указал на невозможность выполнения работ по демонтажу фундаментов с применением соответствующих механизмов (кранов, экскаваторов), ссылаясь на то, что расположенные в месте производства работ сети коммуникаций не позволили ответчику выполнить работы иначе как с помощью отбойных молотков.

Суд отклоняет данные доводы как необоснованные по следующим основаниям.

Во-первых, как уже было указано выше, локальный сметный расчет не предусматривал демонтаж фундаментов при помощи отбойных молотков.

Во-вторых, статьей 716 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении:

непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком материала, оборудования, технической документации или переданной для переработки (обработки) вещи;

возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы;

иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок.

Подрядчик, не предупредивший заказчика об обстоятельствах, указанных выше, либо продолживший работу, не дожидаясь истечения указанного в договоре срока, а при его отсутствии разумного срока для ответа на предупреждение или несмотря на своевременное указание заказчика о прекращении работы, не вправе при предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований ссылаться на указанные обстоятельства.

Ответчик не представил доказательства уведомления заказчика о невозможности выполнения демонтажных работ способом, указанным заказчиком (при помощи кранов, экскаваторов), в связи с чем суд считает, что подрядчик не вправе ссылаться на изменение им способа выполнения работ по демонтажу фундаментов с механизированного на разборку при помощи отбойных молотков.

В третьих, ответчиком не представлена исполнительная документация, в которой содержатся сведения об объеме работ по разборке фундаментов ограждения. Более того, в заключении экспертов от 23.09.2019, которая назначена определением суда от 08.05.2019 по ходатайству истца, содержится вывод о том, что по результатам замеров участков плит, доступных для осмотра, общий объем разобранных при помощи отбойных молотков участков составляет 5,83 м3.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что объем работ по разборке отдельных участков железобетонных элементов ограждения при помощи отбойных молотков, которые выполнил подрядчик, не мог превысить 24,894 м3, следовательно, подрядчиком необоснованно предъявлена к оплате, а заказчиком оплачена стоимость фактически невыполненных работ в размере 523 679 руб. (соответствующий расчет представлен заказчиком, ответчиком не оспорен).

Принимая во внимание доказанность факта получения подрядчиком денежных средств в качестве оплаты за фактически невыполненный объем работ, отсутствие в материалах дела на момент вынесения настоящего решения доказательств добровольного возврата ответчиком истцу полученных от последнего денежных средств, суд признает, что требование заказчика о взыскании с подрядчика 523 679 руб. неосновательного обогащения подлежит удовлетворению.

Истец обратился с требованием о взыскании с подрядчика суммы неосновательного обогащения в размере 24 728,36 руб. (данная сумма определена заказчиком с учетом корректировки с применением более высокой расценки для погрузочных работ, позиции 4. 5 локального сметного расчета на демонтажные работы), возникшего на стороне подрядчика вследствие применения при составлении локального сметного расчета на демонтажные работы неверных расценок при определении стоимости услуг по перевозке грузов автомобилями-самосвалами грузоподъемностью 10т, работающих вне карьера, на расстояние до 1 км (пункт 6 локального сметного расчета), а также услуг по перевозке грузов автомобилями-самосвалами грузоподъемностью 10т, работающих вне карьера, на расстояние до 85 км (пункт 7 локального сметного расчета).

Из пояснений истца следует, что при определении цены услуг по перевозке строительного мусора (пункт 6 локального сметного расчета) применена расценка для вывоза мусора на расстояние до 5 км (6,69 руб.), тогда как подлежала применению расценка 2,91 руб. (при перевозке груза на расстояние до 1 км, поскольку фактически демонтированные плиты перевозились с объекта демонтажа до пункта вывоза – здания центральной котельной аэропорта, расстояние между которыми находится в пределах 1 км (данное обстоятельство подтверждается сведениями, содержащимися в публичной кадастровой карте «Яндекс-Карты).

Названные расценки соответствуют государственным сметным нормативам ФССЦпг 81-01-2001(утверждены приказом Минстроя РФ от 30.01.2014 № 31пр), таблица 03-21, а также государственным сметным нормативам ФССЦпг 81-01-2001(утверждены приказом Минстроя РФ от 30.12.2016 № 1039/пр).

При определении цены услуг по перевозке строительного мусора (позиция 7) применена расценка для вывоза мусора на расстояние до 85 км (40,94 руб.), тогда как подлежала применению расценка 28,34 руб. (при перевозке груза на расстояние до 53 км, поскольку вывоз строительного мусора фактически на полигон твердых бытовых отходов Шинное кладбище, расстояние до которого от объекта демонтажа составляет 53 км, что подтверждается распечаткой с приложения google.maps.com.

Названные расценки соответствуют государственным сметным нормативам ФССЦпг 81-01-2001(утверждены приказом Минстроя РФ от 30.01.2014 № 31пр), таблица 03-21, а также государственным сметным нормативам ФССЦпг 81-01-2001(утверждены приказом Минстроя РФ от 30.12.2016 № 1039/пр).

Суд не находит оснований для удовлетворения требований истца в указанной части в силу следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 709 Гражданского кодекса Российской Федерации в договоре подряда указываются цена подлежащей выполнению работы или способы ее определения. При отсутствии в договоре таких указаний цена определяется в соответствии с пунктом 3 статьи 424 настоящего Кодекса.

Цена в договоре подряда включает компенсацию издержек подрядчика и причитающееся ему вознаграждение.

Цена работы может быть определена путем составления сметы.

В случае, когда работа выполняется в соответствии со сметой, составленной подрядчиком, смета приобретает силу и становится частью договора подряда с момента подтверждения ее заказчиком (пункты 2, 3 статьи 709 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Цена работы (смета) может быть приблизительной или твердой. При отсутствии других указаний в договоре подряда цена работы считается твердой (пункт 4 статьи 709 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 6 статьи 709 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что подрядчик не вправе требовать увеличения твердой цены, а заказчик ее уменьшения, в том числе в случае, когда в момент заключения договора подряда исключалась возможность предусмотреть полный объем подлежащих выполнению работ или необходимых для этого расходов.

В силу пункта 1 статьи 746 Гражданского кодекса Российской Федерации оплата выполненных подрядчиком работ производится заказчиком в размере, предусмотренном сметой, в сроки и в порядке, которые установлены законом или договором строительного подряда.

Стороны в пункте 4.1 договора (с учетом дополнительных соглашений №№ 1, 2) указали, что стоимость работ по договору составляет 11 433 845,68 руб., данное обстоятельство в отсутствие в договоре иных указаний позволяет суду сделать вывод о том, что цена договора является твердой.

Учитывая факт установления сторонами твердой цены работ, а также то, что стоимость выполненных подрядчиком работ по перевозке строительного мусора оплачена заказчиком в соответствии с установленной договором твердой ценой, суд считает, что требование истца в указанной части не основано на положениях действующего законодательства, в связи с чем в удовлетворении требований заказчика о взыскании с ответчика 24 728,36 руб. неосновательного обогащения следует отказать.

Помимо требования о взыскании суммы неосновательного обогащения истцом заявлено требование о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами, исчисленными на основании статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с 21.01.2018 по 14.02.2019, в сумме 43 132,62 руб.

Пунктом 2 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Таким образом, начисление предусмотренных статьей 395 гражданского кодекса Российской Федерации процентов при расторжении договора связано с моментом, в который стороне договора стало известно или должно было стать известно в обычных условиях гражданского оборота, что полученное ею от другой стороны исполнение является излишним.

Истец при расчете суммы процентов определил начало периода необоснованного пользования подрядчиком чужими денежными средствами с 21.01.2018.

В материалах дела имеется письмо заказчика от 08.11.2018, адресованное ответчику, в котором истец уведомил подрядчика о выявлении фактов задвоения демонтажа железобетонного ограждения в позициях 1 и 3, завышения объема погрузки и перевозки строительного мусора после демонтажа строительных конструкций, завышения расстояния перевозки строительного мусора на 84 км, что привело к уменьшению стоимости договора на сумму 548 407,36 руб.

Ответчик отрицал факт получения указанного письма, заявив о том, что единственным уведомлением заказчика о задвоении части объемов работ (без указания видов, объемов работ и их стоимости) явилось письмо, направленное истцом на электронный адрес подрядчика 18.05.2018.

Заказчик не представил доказательства направления (вручения) ответчику письма от 08.11.2018.

Истец представил в материалы дела протокол совместного совещания заказчика и подрядчика от 15.11.2018 № 2, в котором предметом обсуждения был вопрос об уточнении видов и объемов выполненных по договору подряда от 22.11.2017 работ. Из содержания данного протокола следует, что представителями заказчика и подрядчика принято решение об изменении видов и объемов выполненных работ, отраженных в акте о приемке выполненных работ от 27.12.2017 № 3 с уменьшением стоимости работ на 548 407 руб.

Вместе с тем данный протокол не подписан ни одним из представителей подрядчика.

Из содержания перечисленных выше документов не следует, что заказчик уведомил подрядчика о возникновении на стороне последнего неосновательного обогащения в размере 548 407,36 руб., что не позволяет суду установить момент, когда ответчику стало известно или должно было стать известно в обычных условиях гражданского оборота, что полученное ею от другой стороны исполнение является излишним.

В связи с чем суд не находит оснований для удовлетворения требований истца о взыскании с подрядчика процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 43 132,62 руб.

В соответствии с частью 2 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд распределяет судебные расходы.

В силу статьи 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных требований.

При подаче искового заявления о взыскании 591 539,98 руб. руб. неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами подлежала уплате государственная пошлина в размере 14 831 руб. в силу положений статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Истцом фактически понесены судебные расходы по уплате государственной пошлины в указанном размере (платежное поручение от 27.02.2019 № 1825).

Учитывая то обстоятельство, что исковые требования удовлетворены судом в части, процент удовлетворения исковых требований составил 88,53, судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 13 130 руб. подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Истцом по настоящему спору понесены судебные издержки, связанные с проведением судебной экспертизы, назначенной определением суда от 08.05.2019 по данному делу.

Факт перечисления на депозитный счет Арбитражного суда Красноярского края денежных средств в размере 75 000 руб. в целях оплаты истцом стоимости экспертизы подтверждается представленным в материалы дела платежным поручением от 06.05.2019 № 3463.

В материалы дела 11.06.2019 поступило экспертное заключение, 25.09.2019 – уточненное экспертное заключение.

В соответствии со статьей 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам.

Поскольку истцом подтвержден факт несения судебных издержек в виде денежной суммы, выплаченной экспертной организации, в размере 75 000 руб., общим принципом распределения судебных расходов установлено, что судебные расходы возмещаются лицу, их понесшему, за счет проигравшей стороны лица, решение суда, вынесенное по итогам рассмотрения настоящего спора, принято частично в пользу истца, суд взыскивает судебные издержки, понесенные в связи с проведением судебной экспертизы в сумме 33 198,75 руб. (75 000 руб. х 88,53 (процент удовлетворения исковых требований)), с ответчика в пользу истца.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа (код доступа - ).

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить в части

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью производственно-коммерческой фирме «Доринвестстрой» (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации – 12.01.2011, место нахождения: 660012, <...>, кабинет 3-06) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Аэропорт Емельяново» (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации – 23.01.2009, место нахождения: 663021, Красноярский край, Емельяновский район, территория аэропорт Красноярск) 523 679 руб. неосновательного обогащения, 13 130 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины, 33 198,75 руб. судебных расходов, связанных с оплатой стоимости экспертизы.

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.




Судья

М.В. Лапина