Решение от 16 ноября 2023 г. по делу № А41-61588/2023

Арбитражный суд Московской области

107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва

http://asmo.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А41-61588/23
16 ноября 2023 года
г.Москва



Резолютивная часть решения объявлена 15 ноября 2023 года

Полный текст решения изготовлен 16 ноября 2023 года

Судья Арбитражного суда Московской области Степаненко А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Самедовым А.М. рассматривая в открытом судебном заседании дело по иску

ООО КОГЕЛЬ ТРЕЙЛЕР РУ (ИНН 7708735365, ОГРН 1117746189835) к ООО АГРОКАРГО (ИНН 5024178828, ОГРН 1175024026770)

о признании и о взыскании,

при участии в судебном заседании – согласно протоколу судебного заседания,

УСТАНОВИЛ:

ООО «КОГЕЛЬ Трейлер РУ» обратилось в Арбитражный суд Московской области с иском (с учетом уточнения исковых требований) к ООО «АГРОКАРГО» с требованиями и признании действий ООО «АГРОКАРГО» по использованию товарных знаков «KÖGEL» незаконными, нарушающими исключительные права ООО «КОГЕЛЬ Трейлер РУ», взыскании с ООО «АГРОКАРГО» в пользу ООО «КОГЕЛЬ Трейлер РУ» компенсацию за нарушение исключительного права на товарные знаки «KÖGEL» в размере 5 000 000 руб., расходов на оказание юридической помощи в размере 100 000 руб., расходов на оказание услуг эксперта в размере 6 050 руб., почтовых расходов в размере 344,77 руб. 77 коп., расходов по уплате государственной пошлины в размере 48 000 руб.

В судебном заседании представитель истца поддержал исковые требования.

Представитель ответчика против удовлетворения иска возражал. Отзыв на исковое заявление приобщен к материалам дела. Просил суд снизить размер компенсации за нарушение исключительных прав до 10 000 руб.

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьями 71 и 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, доказательства, представленные в материалы дела, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, иностранная компания Kögel Trailer GmbH (Кёгель Трайлер ГмбХ) (Город Буртенбах, Германия) является правообладателем товарных знаков «KÖGEL», зарегистрированных по Мадридскому соглашению о международной регистрации знаков, а именно:

- товарный знак «KÖGEL» (словесное обозначение), номер международной регистрации 783420, зарегистрированный в соответствии с Ниццким соглашением о Международной классификации товаров и услуг в отношении классов 06, 12, 20, 36, 39, дата регистрации 07.03.2002 г.

- товарный знак «KÖGEL» (графическое изображение), номер международной регистрации 869078, зарегистрированный в соответствии с Ниццким соглашением о Международной классификации товаров и услуг в отношении классов 06, 12, 20, дата регистрации 24.02.2005 г.

Между Кёгель Трайлер ГмбХ (Правообладатель, Лицензиар) и ООО «КОГЕЛЬ Трейлер РУ» (Истец, Лицензиат) был заключен Лицензионный договор от 07.11.2022 г. о предоставлении Истцу Правообладателем исключительной лицензии на использование товарных знаков «KÖGEL» на территории Российской Федерации, Республики Казахстан и Республики Беларусь. Настоящий договор зарегистрирован Роспатентом 12.01.2023 г., номер регистрации РД0419269.

В соответствии с п.п. 3.1.-3.2. Лицензионного договора Лицензиату (Истцу) предоставляется право использования товарных знаков «KÖGEL» правообладателя на соответствующей территории способами, аналогичными правомочиям, входящим в исключительное право правообладателя товарного знака, перечисленным в п.2 ст. 1484 ГК РФ, а также в фирменном наименовании и коммерческом обозначении.

Согласно п. 6.2 лицензионного договора приоритетное право принимать меры против незаконного использования Товарных знаков принадлежит Лицензиату (ООО «КОГЕЛЬ Трейлер РУ»), т.е. Истец имеет право предъявлять иск о прекращении незаконного использования товарных знаков «KÖGEL».

Истец осуществляет свою предпринимательскую деятельность на территории РФ, которая сопровождается широким использованием товарных знаков «KÖGEL», в том числе проводит мониторинг и контроль ввоза техники на территорию РФ, производимой правообладателем, осуществляет привлечение и аккредитацию официальных дилеров по реализации и распространению техники, сервисное обслуживание и ремонт, предпринимает меры по устранению обнаруженных нарушений исключительных прав правообладателя в отношении товарных знаков на территории РФ

В ходе проведения ежедневного мониторинга страниц сети Интернет на предмет выявления нарушений исключительного права на вышеуказанные товарные знаки, Истцом было выявлено, что ООО «АГРОКАРГО» осуществляет предпринимательскую деятельность по торговле товарами и размещает контент с неправомерным использованием товарных знаков «KÖGEL» на сайте российского сервиса публичных объявлений «Авито» (https://www.avito.ru/), объявление о продаже опубликовано компанией ООО «АГРОКАРГО» по сетевому адресу: https://m.avito.ru/konakovo/gruzoviki__spetstehnika/polupritsep_shtornyy_kogel_s24-1_2022_2941913498. Предложение о продаже товаров (полуприцепов) с использованием товарных знака «KÖGEL» также подтверждается полученным от ответчика коммерческим предложением.

В опубликованном объявлении и коммерческом предложении Ответчиком использованы словесные обозначения и графические изображения товарных знаков «KÖGEL». Стоимость реализации Ответчиком указанных полуприцепов составляет 5 750 000 руб. и 5 950 000 руб.

В соответствии с пунктом 55 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10) при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети "Интернет".

В подтверждение факта нарушения исключительных прав на товарные знаки Истец представил заключение по исследованию цифровой информации №25/1-05-23 от 26.05.2023 г., составленное экспертом ФИО2, последним зафиксирован факт словесного обозначения и графического изображения товарных знаков «KÖGEL» в сети Интернет. Оснований полагать заключение эксперта АНО «Экспертно-правовой центр «СУДЕБНЫЙ ЭКСПЕРТ» ненадлежащим доказательством у суда не имеется.

Истец направил в адрес Ответчика претензию от 31.05.2023 г. с требованием удалить все объявления, содержащие товарные знаки «KÖGEL» и выплатить компенсацию за нарушение исключительных прав, которая оставлена ответчиком без удовлетворения.

Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами.

В силу пункта 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Как следует из пунктов 1 и 4 статьи 1252 ГК РФ, защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом, требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия; о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб. В случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации, если иные последствия не предусмотрены настоящим Кодексом.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце 3 пункта 156 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, исключительное право правообладателя охватывает в числе прочих распространение (в том числе предложение к продаже), а также ввоз на территорию Российской Федерации, хранение или перевозку с целью введения в гражданский оборот на территории Российской Федерации товара, в котором (а равно на этикетках, упаковке, документации которого) выражен товарный знак.

Как отмечено в пункте 13 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утверждённого Информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122, вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта, может быть разрешён с позиции рядового потребителя и специальных познаний не требует.

Пунктом 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 установлено, что согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю.

При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Применив приведённые выше критерии оценки сходства до степени смешения, на основании проведенного анализа представленных сторонами доказательств, суд приходит к выводу о том, что графические изображения и словесные обозначения товарного знака, в предложение о продаже товара ответчика, имеет как сходство до степени смешения, так и наличие реального смешения с товарным знаком «KÖGEL», поскольку оно легко узнаваемо, ассоциируется с исходным товарным знаком. При этом доказательств законности использования ответчиком товарного знака истца в материалы дела не представлено.

В силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных этим кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных тем же кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Истец определил компенсацию в размере 5 000 000 руб. на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Ответчик, являясь субъектом предпринимательской деятельности, при той степени разумности и осмотрительности, какая от него требовалась при данных обстоятельствах, мог и должен был осуществлять контроль и проверку за размещаемой информацией в отношении реализуемого товара на соответствующих сайтах.

Если одним действием нарушены права на несколько средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждое неправомерно используемое средство индивидуализации.

Способ представления информации и использования товарных знаков «KÖGEL» № 783420 (словесное обозначение) и № 869078 (графическое изображение) путем публикации объявления ответчиком о продаже товара на сервисе Авито вводит потребителей в заблуждение относительно наличия деловых отношений между производителем полуприцепов и прицепов Kögel и ответчиком, что побуждает потребителей приобретать товары у ответчика в полной уверенности, что они приобретают их у самого производителя полуприцепов и прицепов компании Kögel или у его официального российского представителя.

Факт незаконного использования товарных знаков подтверждается представленными в дело доказательствами.

Доводы ответчика, изложенные в отзыве, судом отклоняются, поскольку не подтверждены документально.

В ст. 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации перечислены требования, при соблюдении которых право использования товарного знака считается предоставленным. Во-первых, лицензионный договор должен быть составлен в письменной форме и зарегистрирован в Роспатенте. Во-вторых, в данном договоре должны быть отражены все существенные условия.

Учитывая, что такой договор не заключался, Ответчик не имеет законных оснований для использования Товарных знаков на сайте. В силу п. 1 ст. 1229 ГК РФ само по себе отсутствие запрета не является согласием (разрешением).

Ответчик не опровергает сходство Товарных знаков и обозначений на продукции, не предоставляет доказательств отсутствия фактического смешения обозначения, используемого на сайте и Товарных знаков Истца.

Исходя из смысла ст. 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации, для установления факта незаконного использования товарного знака необходимо установить наличие сходства до степени смешения используемого ответчиками обозначения с зарегистрированным товарным знаком заявителя и установить однородность товаров, в отношении которых применяется соответствующее обозначение третьего лица и товарный знак заявителя.

Однородность признается по факту, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения.

В соответствии с пп. 5 п. 2 ст. 1484 ГК РФ, размещение обозначения, тождественного или сходного с чужим товарным знаком, на сайте является самостоятельным нарушением исключительных прав правообладателя независимо от использования товарных знаков при реализации товаров.

Сам факт использования товарных знаков на сайте без разрешения Истца является нарушением его исключительного права.

В соответствии с Правилами регистрации доменных имен в домене RU администратор домена как лицо, заключившее договор о регистрации доменного имени, осуществляет администрирование домена, т.е. определяет порядок использования домена. Право администрирования существует в силу договора о регистрации доменного имени и действует с момента регистрации доменного имени в течение срока действия регистрации.

Администрирование обычно включает в себя: обеспечение функционирования сервера, на котором располагается сайт; поддержание сайта в работоспособном состоянии и обеспечение его доступности; осуществление резервного копирования компонентов сайта и параметров настройки баз данных; проведение организационнотехнических мероприятий по защите информации на сайте от несанкционированного доступа; осуществление инсталляции программного обеспечения, необходимого для функционирования сайта, в т.ч. в случае аварийной ситуации; регистрацию сотрудников, обслуживающих сайт, и предоставление права на изменение информации на сайте; проведение регламентных работ на сервере (замена или дополнение компонентов сайта, ведение лог-файлов архивных копий, контроль наличия свободного табличного 4 пространства базы данных и др.); обеспечение размещения информации на сайте; осуществление постоянного мониторинга за состоянием системы безопасности сервисов, необходимых для корректной работы приложения и информации на сайте; выполнение работ по модернизации и доработке функциональных сервисов сайта; внесение изменений в структуру и дизайн сайта; иные виды работ.

Администратор домена - физическое лицо, или индивидуальный предприниматель, или юридическое лицо, на которого зарегистрировано доменное имя.

Таким образом, ответственность за содержание информации на сайте администратора домена должен нести владелец домена, т.к. фактическое использование ресурсов сайта невозможно без участия в той или иной форме администратора домена, являющегося лицом, создавшим соответствующие технические условия для посетителей своего Интернет-ресурса.

При рассмотрении дела судом учтено, что доменное имя используется в сети Интернет, которая представляет собой объединение компьютеров, соединенных друг с другом посредством телефонной либо иной связи. С помощью этой сети можно передавать, получать информацию с одного компьютера на другой, обмениваться информацией. Возможности данной сети широко используются коммерческими организациями для продвижения своих товаров на рынок, для покупки и продажи товаров.

В соответствии с п. 156 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 г. №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», исключительное право правообладателя на товарный знак охватывает в числе прочих распространение (в том числе предложение к продаже), а также ввоз на территорию Российской Федерации, хранение или перевозку с целью введения в гражданский оборот на территории Российской Федерации товара, в котором (а равно на этикетках, упаковке, документации которого) выражен товарный знак.

То есть, предложение спорных товаров к продаже входит в правомочие «распространение», составляющее, помимо прочих, реализацию исключительного права на товарный знак в соответствии с п. 2 ст. 1484 ГК РФ.

С учетом правового определения рекламы как таковой, приведенного в пп. 1 ст. 3 Федерального закона от 13.03.2006 г. №38-Ф3 «О рекламе», где указано, что реклама - информация, распространенная любым способом, в любой форме и с использованием любых средств, адресованная неопределенному кругу лиц и направленная на привлечение внимания к объекту рекламирования, формирование или поддержание интереса к нему и его продвижение на рынке, Ответчик использует товарные знаки правообладателя именно с целью рекламирования реализуемых им через свой сайт и через сервис Авито товаров, произведенных правообладателем.

Ответчиком не представлено доказательств того, что товарные знаки использовались в информационных целях, в то время как из материалов дела можно сделать вывод, что маркированный товарными знаками товар именно предлагался к продаже, что является нарушением прав правообладателя, поскольку доказательств получения соответствующего разрешения также не представлено.

Согласно постановлению С01-1908/2020 Суда по интеллектуальным правам по делу № А56-136561/2019 использование товарного знака в сети Интернет является самостоятельным способом использования товарного знака (подпункт 5 пункта 2 статьи 1484 Гражданского кодекса РФ). То обстоятельство, что сайт мог бы использоваться для продажи товаров правообладателя товарного знака, не исключает необходимости получения от него согласия на такое использование.

Между Истцом и Ответчиком отсутствуют какие-либо договорные отношения, которые подразумевают выражение Истцом согласия на использование Ответчиком Товарного знака на Интернет-сайте. Соответственно, действия Ответчика по использованию на Интернет-сайте Объектов интеллектуальной собственности являются незаконными.

Данные действия Ответчика являются нарушением исключительных прав Истца на Товарный знак, выраженные в незаконном использовании Товарных знаков без согласия Истца на Торговой площадке.

Представленные Ответчиком копии договора купли-продажи транспортного средства от 02.06.2023 № П/АГ-63, акта о его приемке, счета и ПТС на приобретенные средства никаким образом не нивелируют фактов нарушений, указанных в иске, не снимают закономерной и справедливой ответственности с Ответчика за данные нарушения, не свидетельствуют о правомерном использовании им товарных знаков в своей предпринимательской деятельности и не опровергают доводов иска.

Кроме того, само по себе приобретение техники не дает безусловное право Ответчику использовать любой их товарных знаков или оба товарных знака в совокупности при осуществлении своей предпринимательской деятельности.

Ответчик указывает на то, что не является профессиональным участником рынка торговли автотранспортными средствами, вместе с тем, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ), с 08.09.2017 г. одним из дополнительных видов деятельности ООО «АГРОКАРГО» является торговля прочими автотранспортными средствами (ОКВЭД 45.19).

Размещения полуприцепов с незаконным использованием товарных знаков «KÖGEL» на сайте Авито осуществлялась с целью извлечения прибыли.

Из этого следует, что ООО «АГРОКАРГО» является профессиональным участником рынка торговли автотранспортными средствами с целью извлечения прибыли из данной отрасли.

Согласно п. 156. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 г. N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" способы использования товарного знака, входящие в состав исключительного права в силу положений пунктов 1 и 2 статьи 1484 ГК РФ, не ограничиваются лишь изготовлением товаров с размещением на них этого товарного знака.

Исключительное право правообладателя охватывает в числе прочих распространение (в том числе предложение к продаже), а также ввоз на территорию Российской Федерации, хранение или перевозку с целью введения в гражданский оборот на территории Российской Федерации товара, в котором (а равно на этикетках, упаковке, документации которого) выражен товарный знак.

Предложение ответчиком к продаже товара с товарными знаками «KÖGEL» является нарушением исключительного права истца.

Соответственно, безотносительно того, продали ли товар или нет и за сколько продали, само по себе публичное предложение товара к продаже (безотносительного того, кто на нем разместил товарный знак) уже является прямым нарушением исключительного права правообладателя (исключительного лицензиата) на товарный знак.

Как указано в Постановлении Конституционного Суда РФ от 13.02.2018 N 8-П согласно Конституции Российской Федерации каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности; не допускается экономическая деятельность, направленная на монополизацию и недобросовестную конкуренцию (статья 34); право частной собственности охраняется законом (статья 35, часть 1); каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени (статья 23, часть 1); каждому гарантируется свобода научного, технического и других видов творчества; интеллектуальная собственность охраняется законом (статья 44, часть 1); установление правовых основ единого рынка, таможенное регулирование, правовое регулирование интеллектуальной собственности относятся к ведению Российской Федерации (статья 71, пункты "ж", "о").

Закрепление в числе основ конституционного строя России единства экономического пространства, свободного перемещения товаров, услуг и финансовых средств, поддержки конкуренции, свободы экономической деятельности (статья 8, часть 1, Конституции Российской Федерации) предполагает, как указал Конституционный Суд Российской Федерации, наличие надлежащих гарантий стабильности, предсказуемости и надежности гражданского оборота, эффективной судебной защиты прав и законных интересов его участников (Постановление от 21 апреля 2003 года N 6-П).

Вместе с тем, Конституция Российской Федерации допускает возможность ограничения федеральным законом прав и свобод человека и гражданина в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (статья 55, часть 3), а также возможность ограничения перемещения товаров и услуг, если это необходимо для обеспечения безопасности, защиты жизни и здоровья людей, охраны природы и культурных ценностей (статья 74, часть 2). Однако, как следует из приведенных положений Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с предписаниями ее статей 17 (часть 3) и 19 (части 1 и 2), такие ограничения, в том числе связанные с реализацией прав на средства индивидуализации при перемещении товаров и услуг, должны носить соразмерный характер.

Применительно к интеллектуальным правам, включая исключительное право на товарный знак, знак обслуживания, это означает обязанность их обладателя соблюдать общеправовые принципы реализации прав и свобод, в частности добросовестность при их осуществлении и недопустимость злоупотребления ими. Вместе с тем, как и право собственности, интеллектуальные права подлежат защите исходя из общего блага и необходимости поддержания конкурентной экономической среды, в том числе в целях утверждения в Российской Федерации таких конституционно значимых ценностей, как гражданский мир и согласие

Товары иностранного производства, на которых их производителем размещены товарные знаки, могут быть правомерно приобретены вне пределов Российской Федерации и впоследствии перемещаться через ее границу. Фактически на территорию Российской Федерации такие товары могут поставляться как самим производителем либо иным хозяйствующим субъектом по согласованию с ним, так и хозяйствующим субъектом без согласования с производителем или с выбранными им официальными дистрибьюторами, т.е. в порядке параллельного импорта. В таких случаях баланс и защита прав и законных интересов производителей как обладателей исключительного права на товарный знак и их официальных дистрибьюторов, с одной стороны, и импортеров и потребителей - с другой, достигается посредством нормативно-правового регулирования и на его основе - в случае спора - обеспечивается правосудием.

Именно Ответчик должен доказать законность использования им товарных знаков Истца, в защиту исключительных прав, на которые к нему предъявлен иск. Поскольку Ответчик ссылался на принцип исчерпания права, то именно на него возложено бремя доказывания соответствующих обстоятельств путем представления в материалы дела надлежащих доказательств, подтверждающих введение товаров (конкретных товаров, реализуемых предпринимателем) в гражданский оборот на территории Российской Федерации самим правообладателем товарного знака или иным лицом с его согласия (Постановление Суда по интеллектуальным правам от 25.12.2019 по делу № А60-69031/2018).

Таким образом, требования истца являются обоснованными.

Требуя взыскание компенсации в заявленном размере, истец указывал, что данный размер является обоснованным, разумным и соразмерным последствиям нарушения.

При определении размера компенсации истец указал, что следует также учитывать тот факт, что продукция компании относится к достаточно дорогому сегменту рынка коммерческого транспорта, что подтверждается ценами на продукцию. Как видно из коммерческого предложения ответчика, цены на полуприцепы Kögel составляют более 5 700 000 руб.

Кроме того, при определении размера компенсации истцом было принято во внимание использование ответчиком не одного, а сразу двух товарных знаков «KÖGEL», один из которых является словесным обозначением, а другой – представляет собой оригинальный логотип (графическое изображение).

Согласно ч. 1 ст. 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации, интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Исходя из конструкции данной нормы, можно отметить, что существенным условием для определения размера компенсации за нарушения интеллектуальных прав является установление последствий таких прав.

Истец, воспользовавшись правом, установленным ч. 4 ст. 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, правомерно требует компенсацию.

Между тем, судом установлены основания для снижения суммы компенсации.

Согласно положениям пункта 3 статьи 1252 Кодекса, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер 7 компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Предоставленная суду возможность снизить размер компенсации в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательства является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом, то есть по существу, на реализацию требований части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Степень соразмерности заявленной истцом компенсации последствиям нарушения исключительного права является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из обстоятельств конкретного дела. Целью компенсации является возмещение заявителю действительных неблагоприятных последствий нарушения, восстановления имущественного положения пострадавшей стороны, а не наказания ответчика.

Таким образом, исходя из вышеуказанных обстоятельств, доводов ответчика в отношении оснований для снижения компенсации, суд полагает, что разумным и соразмерным будет снизить компенсацию до 1 000 000 руб.

Кроме того, истцом заявлены требования о взыскании расходов на оказание юридической помощи в размере 100 000 руб., расходов на оказание услуг эксперта по подготовке заключения по исследованию цифровой информации в размере 6 050 руб., почтовых расходов по отправлению претензии в сумме 344,77 рублей, госпошлина в размере 48 000 руб.

В силу статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

На основании изложенного, суд пришел к выводу, что судебные расходы являются фактически понесенными, документально подтвержденными и необходимыми для подачи настоящего искового заявления, в связи с чем, подлежат взысканию с ответчика в полном объеме.

В силу части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другой стороны.

В соответствии со статьей 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Согласно статье 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

По правилам части 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее – постановление от 21.01.2016 № 1), лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2 и 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (пункт 11 постановления от 21.01.2016 № 1).

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ). При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) (пункт 12 постановления от 21.01.2016 № 1).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 13 названного постановления, разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

В пункте 14 постановления от 21.01.2016 № 1 отмечено, что транспортные расходы и расходы на проживание представителя стороны возмещаются другой стороной спора в разумных пределах исходя из цен, которые обычно устанавливаются за транспортные услуги, а также цен на услуги, связанные с обеспечением проживания, в месте (регионе), в котором они фактически оказаны (статьи 94, 100 ГПК РФ, статьи 106, 112 КАС РФ, статья 106, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

В подтверждение несения расходов истцом в материалы дела представлен договор возмездного оказания юридических услуг от 10.07.2022 № 10/07.

Фактическое оказание услуг истцу по представлению его интересов по настоящему делу подтверждается представленными в материалы дела документами, подготовленными и поданными в суд представителем истца, протоколами судебного заседания, в которых принимал участие соответствующий представитель истца.

Оказанные услуги оплачены истцом в полном объеме (100 000 руб.) по платежному поручению от 13.07.2023 № 261.

Суд, исследовав и оценив представленные ответчиком документы, пришел к выводу о том, что заявленные к взысканию расходы в рамках рассмотрения настоящего дела, которые включают в себя расходы по оплате услуг представителя, связаны с настоящим делом, являются понесенными фактически, подтверждены документально.

Оценив доказательства, представленные в обоснование требования о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, возмещению подлежат расходы пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Вместе с тем, в рассматриваемом случае, услуга по подготовке к рассмотрению настоящего спора не требовала от представителя заявителя значительных затрат времени на работу с различной правовой информацией (научной литературой, судебной практикой, законодательством и т.д.) для цели выработки правовой позиции по делу.

Судом не усмотрено, что представителем истца в рамках данного дела предпринимались какие-либо экстраординарные меры юридического свойства, непосредственно связанные с судебным процессом по данному делу, выходящие за пределы обычной деятельности и действий представителя по данной категории споров, данное дело не обладало повышенной сложностью и не требовало от представителя дополнительных временных, трудовых и финансовых затрат, связанных с исполнением функций представителя лица, участвующего в деле.

Суд, оценив представленные доказательства, продолжительность рассмотрения дела, отсутствие необходимости представления большого объема доказательственной базы, уровень сложности дела, принимая во внимание время, которое мог бы затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист, сложившуюся судебную практику по данной категории дел, сложившуюся в регионе стоимость оплаты юридических услуг, также исходя из объема материалов дела, фактически совершенных представителем заявителя действий и затраченного на оказание услуг времени, с учетом принципа соразмерности, необходимости установления баланса между правами лиц, участвующих в деле, приходит к выводу о том, что расходы на представление интересов истца подлежат снижению до 50 000 руб., что с учетом изложенных обстоятельств, по мнению суда, является разумным и обоснованным.

Оценив доказательства, представленные в обоснование требования о взыскании судебных расходов на оказание услуг эксперта по подготовке заключения по исследованию цифровой информации в размере 6 050 руб., почтовых расходов по отправлению претензии в сумме 344,77 рублей, госпошлина в размере 48 000 руб. по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, что исковые требования подлежат частичному удуовлевторению, суд приходит к выводу о том, что возмещению подлежат расходы на оказание услуг эксперта в размере 3 630 руб., почтовые расходы в размере 206,87 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 9 600 руб. – пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Судом отклоняются доводы ответчика о наличии в действиях истца по обращению в суд с настоящим исковым заявлением признаков злоупотребления правом.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 2 той же статьи в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

По смыслу вышеприведенных норм добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По смыслу приведенных норм, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Доводов, очевидно свидетельствующих о злоупотреблении правом со стороны истца, ответчиком не приведено.

В силу статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ООО КОГЕЛЬ ТРЕЙЛЕР РУ удовлетворить частично.

Признать действия ООО «АГРОКАРГО» по использованию товарного знака «Kegel» незаконными, нарушающими исключительные права ООО «КОГЕЛЬ Трейлер РУ».

Взыскать ООО АГРОКАРГО в пользу ООО КОГЕЛЬ ТРЕЙЛЕР РУ компенсацию в размере 1 000 000 руб., судебные расходы в размере 50 000 руб., расходы на оказание услуг эксперта в размере 3 630 руб., почтовые расходы в размере 206,87 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 9 600 руб.

Взыскать с ООО АГРОКАРГО в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6 000 руб.

В остальной части исковое заявление оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Десятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Московской области в течение месяца со дня принятия решения.

Судья А.В. Степаненко