Решение от 14 февраля 2022 г. по делу № А07-26646/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

450057, Республика Башкортостан, г. Уфа, ул. Октябрьской революции, 63а, тел. (347) 272-13-89,

факс (347) 272-27-40, сервис для подачи документов в электронном виде: http://my.arbitr.ru

сайт http://ufa.arbitr.ru/


Именем Российской Федерации



РЕШЕНИЕ

Дело № А07-26646/2020
г. Уфа
14 февраля 2022 года
Резолютивная часть решения объявлена 07.02.2022

Полный текст решения изготовлен 14.02.2022


Арбитражный суд Республики Башкортостан в составе судьи Жильцовой Е.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1 рассмотрел дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН: <***>, ОГРН: <***>; далее – истец, предприниматель ФИО2) к ФИО3 (ИНН <***>; далее – ответчик, ФИО3) о взыскании 390 260 руб. 20 коп. убытков.


Лица, участвующие в деле, времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда.

Отводов суду не заявлено.


На рассмотрение Арбитражного суда Республики Башкортостан поступило исковое заявление индивидуального предпринимателя ФИО2 к ФИО3 о взыскании 390 260 руб. 20 коп. убытков.

Определением от 01.02.2021 исковое заявление принято к производству Арбитражного суда Республики Башкортостан.

В материалы дела 21.05.2021 от ответчика поступил отзыв на исковое заявление, согласно которому в удовлетворении заявленных требований просит отказать. Как указывает ответчик, истцом не представлены первичные документы (товарные накладные, свидетельствующие об отгрузке товаров в адрес ООО «Чистый дом», не представлен договор № 4701, отсутствует двусторонний акт сверки, подтверждающий наличие задолженности); ФИО3 не являлся директором общества с 30.09.2017, в связи с чем не может представлять интересы общества; доказательства, подтверждающие вину ФИО3, истцом не представлены; срок исковой давности для предъявления заявленных требований истек; истцом не соблюден претензионный порядок.

В материалы дела 23.08.2021 от истца поступило возражение на отзыв, в котором выразил несогласие с доводами ответчика, полагает их несостоятельными. В качестве нормативного обоснования заявленных требований сослался на ч. 3.1 ст. 3 Закона об обществах. Истец полагает, что поскольку ответчик являлся директором и учредителем юридического лица, следовательно, он имел возможность выступать от имени общества. В подтверждение заявленной к взысканию задолженности представил в материалы дела: договор № 4701 от 24.02.2014; односторонний акт сверки, а также товарные накладные.

В дополнительно направленном отзыве ответчик указал, что истец не проявил должной осмотрительности и не обратил своевременно требования к юридическому лицу - ООО «Чистый дом», с которым вступил в договорные отношения еще в 2014 г.

От истца 22.12.2021 поступило ходатайство об истребовании у МИФНС № 39 по Республике Башкортостан доказательств: налоговой и бухгалтерской отчетности ООО «Чистый дом» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) за период с 01.01.2015 г. по 20.05.2020 г.; материалы камеральных и выездных проверок ООО «Чистый дом», в случае если они проводились; справку об открытых и закрытых счетах ООО «Чистый дом»; а также у Отделения Пенсионного фонда по Республике Башкортостан копию отчетности (РСВ, СЗВМ) ООО «Чистый дом» (ОГРН <***>, ИНН <***>) за период с 01.01.2014 года по 20.05.2020 г.

Ходатайство истца об истребовании доказательств судом рассмотрено и отклонено, поскольку дело может быть рассмотрено без истребования указанных документов; представленные в материалы дела доказательства достаточны для принятия окончательного судебного акта.

Стороны, извещенные надлежащим образом о дате и времени судебного разбирательства по правилам статьи 123 АПК РФ, в том числе посредством размещения информации на официальном сайте суда в сети Интернет, явку представителей в судебное заседание не обеспечили.

Рассмотрев заявленные требования, арбитражный суд

УСТАНОВИЛ:

Как следует из материалов дела, 24.02.2014 между предпринимателем ФИО2 (продавец) и ООО «Чистый дом» (покупатель) был заключен договор № 4701, в соответствии с которым продавец обязуется передать покупателю товар согласно заявки, а покупатель обязуется принять товар и оплатить в обусловленные настоящим договором сроки.

В соответствии с условиями указанного договора предприниматель поставил ответчику товар в период времени с 24.02.2014 по 09.09.2014 на общую сумму 2 192 917 руб. 36 коп.

Согласно п. 7.2 договора оплата товара производится на следующих условиях: 50% предоплата, 50% в течение трех дней после получения товара.

В счет оплаты поставленного товара ответчиком произведено перечисление денежных средств на общую сумму 1 997 787 руб. 26 коп.

Таким образом, оставшаяся задолженность ответчика за поставленный товар составляет 195 130 руб. 10 коп.

Как указывает истец, наличие задолженности ответчик не отрицает, последний платеж в счет погашения имеющегося долга был им сделан 20.09.2017 на сумму 5 000 рублей с назначением платежа: оплата за товар в счет оплаты задолженности ООО «Чистый дом». Оплата за ООО «Чистый дом» была произведена ООО «Уральская торговая компания».

В связи с возникшей задолженностью истец обратился в Арбитражный суд Республики Башкортостан с иском к ООО «Чистый дом» о взыскании задолженности в размере 195 130 руб. 10 коп., неустойки в размере 195 130 руб. 10 коп.

Определением от 23.09.2020 (резолютивная часть объявлена 16.09.2020) суд прекратил производство по делу №А07-47089/2020 в связи с прекращением деятельности ООО «Чистый дом» (исключен из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо).

10.02.2020 Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 39 по Республике Башкортостан принято решение № 1029 о предстоящем исключении ООО «Чистый дом» из Единого государственного реестра юридических лиц.

27.05.2020 регистрирующим органом в ЕГРЮЛ внесены сведения об исключении ООО «Чистый дом» из ЕГРЮЛ.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ от 02.10.2020 № ЮЭ9965-20-228704820, учредителем с размером доли 100%, а также директором ООО «Чистый дом» являлся ФИО3.

Основанием для обращения в суд с рассматриваемым иском явилось то обстоятельство, что на момент исключения ООО «Чистый дом» из ЕГРЮЛ обязательства перед кредиторами исполнены не были, в связи с чем именно ответчик, который контролировал должника и при этом действовал недобросовестно, подлежит к привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам контролируемого им должника.

Оценив представленные в деле доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу об отсутствии правовых и фактических оснований для удовлетворения заявленного иска.

В силу абз. 1 п. 1 ст. 2 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ (в ред. от 23.04.2018) «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - ФЗ от 08.02.1998 №14-ФЗ) участники общества не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащих им долей в уставном капитале общества.

Пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Статьей 399 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность. То есть субсидиарная ответственность устанавливается в качестве санкции за противоправное поведение должника или лиц, имеющих право в силу закона определять условия ведения хозяйственной деятельности должника или же влиять на исполнение должником своих обязательств.

Исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества (п.3.1. ст. 3 ФЗ от 08.02.1998 №14-ФЗ).

В силу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ указаны следующие лица: лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени; члены коллегиальных органов юридического лица; лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным выше.

Исходя из системного толкования указанной нормы возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 названного Кодекса, к субсидиарной ответственности законодатель ставит в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц; бремя доказывания наличия признаков недобросовестности или неразумности в поведении указанных лиц возлагается законом на истца (пункты 1, 2 статьи 53.1 Гражданским кодексом Российской Федерации).

Таким образом, исходя из приведенных положений законодательства в их взаимной связи, обращаясь в арбитражный суд с требованием о взыскании убытков с единоличного исполнительного органа хозяйственного общества, истец должен доказать факт возникновения у общества убытков, их размер, противоправность действий (бездействия) руководителя (их недобросовестность и (или) неразумность) и причинно-следственную связь между действиями (бездействием) руководителя и возникшими убытками.

Между тем пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью вводит новое специальное правило, отсутствовавшее ранее в корпоративном законодательстве. Данная норма введена в действие Федеральным законом от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» с 28.06.2017.

Судом учтено, что правоотношения по спорному договору возникли 24.02.2014, то есть указанные истцом в исковом заявлении обстоятельства имели место до вступления в силу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Между тем этот закон не имеет обратной силы. В силу пункта 1 статьи 4 ГК РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом. При этом в Федеральном законе № 488-ФЗ от 28.12.2012 отсутствует прямое указание на то, что изменения, вносимые в Федеральный закон № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», распространяются на отношения, возникшие до введения его в действие.

На основании изложенного, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для применения пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» к спорным правоотношениям.

Названная истцом в качестве правового обоснования иска статья 53.1 ГК РФ устанавливает обязанность лица, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ) возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Таким правом на иск в силу названной нормы права обладают только само юридическое лицо и его участники, но не его кредиторы. Аналогичное правило содержится в пункте 5 статьи 44 Закона № 14-ФЗ, который допускает обращение в суд с иском о возмещении убытков, причиненных обществу единоличным исполнительным органом общества, только самому обществу или его участнику.

Суд также принимает во внимание, что истец обратился в суд с иском к обществу «Чистый дом» о взыскании задолженности в размере 195 130 руб. 10 коп., неустойки в размере 195 130 руб. 10 коп., лишь 25.02.2020, несмотря на то, что задолженность возникла в 2014 г., кроме того, предъявленная в качестве убытков задолженность не подтверждена вступившим в законную силу судебным актом (ст. 65 АПК РФ).

Довод истца о недобросовестности ответчика в связи с не погашением задолженности, а также о выводе ФИО3 активов бизнеса на подконтрольные ему юридические лица, не может быть принят во внимание в связи с тем, что согласно пункту 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» применяя положения статьи 53.1 ГК РФ об ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входило названное лицо, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

Возражая относительно заявленных требований, ответчик указал на непредставление истцом надлежащим доказательств, подтверждающих наличие задолженности, ссылаясь на то, что акт сверки подписан истцом в одностороннем порядке; указал также, что истец не проявил должной осмотрительности и не обратил своевременно требования к юридическому лицу – общество «Чистый дом», с которым вступил в договорные отношения еще в 2014 году. Ответчик также указал, что не имеет возможности представить бухгалтерскую отчетность в связи с истечением срока ее хранения.

Общество «Чистый дом» 27.05.2020 прекратило деятельность в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании пункта 2 статьи 21.1. Закона о государственной регистрации.

Как следует из представленных регистрирующим органом материалов, общество исключено из ЕГРЮЛ в связи с непредставлением юридическим лицом в течение последних 12 месяцев документов отчетности и отсутствием в течение последних 12 месяцев движения денежных средств по банковским счетам (справка от 31.01.2020 № 1344-С, справка от 31.01.2020 № 1344-О).

Суд принимает во внимание, что истцом не представлено доказательств направления в регистрирующий орган заявлений в порядке, установленном пунктом 4 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», доказательств нарушения регистрирующим органом пунктов 1 и 2 статьи 21.1 указанного Закона.

Разумный и осмотрительный участник гражданского оборота, в данном случае истец, не был лишен возможности контроля за решениями, принимаемыми регистрирующим органом в отношении своего контрагента по сделке как недействующего юридического лица, а также возможности своевременно направить в регистрирующий орган заявление о том, что его права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из Единого государственного реестра юридических лиц. Учитывая, что истец, действуя разумно и добросовестно, самостоятельно мог заявить возражения в отношении внесения записи об исключении юридического лица из ЕГРЮЛ, либо оспорить решения налогового органа о ликвидации юридического лица, отсутствуют какие-либо основания для взыскания убытков с ответчиков ввиду его бездействия по заявлению соответствующих возражений в регистрирующий орган.

Субсидиарная ответственность руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица (глава III.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»), возмещение убытков в силу статьи 1064 ГК РФ, противоправное поведение (в частности, умышленный обман контрагента) лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа, или иного представителя, повлекшее причинение вреда третьим лицам, может рассматриваться в качестве самостоятельного состава деликта по смыслу статьи 1064 ГК РФ.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества, законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности (например, при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации юридического прекращения деятельности общества) необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами. Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Учитывая, что такая ответственность является исключением из правила о защите делового решения менеджеров, по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско- правовых спорах. В частности, при оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества) кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица - руководителя (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать наличие в действиях такого руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений погасить конкретную кредиторскую задолженность.

Вместе с тем, соответствующих обстоятельств судом не установлено, а истцом не доказано.

По запросу суда МРИ ФНС № 39 по РБ представила в материалы дела бухгалтерскую и налоговую отчетность общества «Чистый дом» за 2014 год.

Из представленных в материалы дела доказательств, вопреки утверждениям истца, невозможно сделать вывод о том, что директором общества «Чистый дом» совершены действия по выводу активов общества.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения (бездействия) директора следует применять разъяснения, изложенные в пунктах 2, 3 Постановления №62.

Таким образом, кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица - руководителя (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать наличие в действиях такого руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом. Между тем, соответствующих обстоятельств судом не установлено, а истцом не доказано.

Наличие у общества «Чистый дом» (впоследствии исключенного регистрирующим органом из соответствующего реестра в качестве недействующего юридического лица) непогашенной задолженности само по себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчика в неуплате указанного долга, равно как свидетельствовать о недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату задолженности.

Таким образом, принимая во внимание, что истцом не доказано наличие необходимых оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Чистый дом» перед ФИО2, суд пришел к выводу о том, что исковые требования удовлетворению не подлежат.

При таких обстоятельствах требования предпринимателя ФИО2 удовлетворению не подлежат.

В силу части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Поскольку в удовлетворении исковых требований отказано, расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение иска относятся на истца.

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении требований индивидуального предпринимателя ФИО2 отказать.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Башкортостан.

Если иное не предусмотрено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Уральского округа при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной или кассационной жалобы можно получить соответственно на Интернет-сайтах Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда www.18aas.arbitr.ru или Арбитражного суда Уральского округа www.fasuo.arbitr.ru.



Судья Е.А. Жильцова