Решение от 13 марта 2024 г. по делу № А41-67946/2023

Арбитражный суд Московской области

107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва

http://asmo.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А41-67946/2023
13 марта 2024 года
г. Москва



Резолютивная часть решения оглашена 11 марта 2024 года

Полный текст решения изготовлен 13 марта 2024 года


Судья Арбитражного суда Московской области М.А. Миронова,

при ведении протокола судебного заседания секретарем А.В. Самедовой,

рассматривая в открытом судебном заседании дело по иску

ООО «Лазерлов»

к ФИО1

о взыскании компенсации за использование товарного знака

при участии в судебном заседании – согласно протоколу



УСТАНОВИЛ:

ООО «Лазерлов» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением о взыскании с ФИО1 компенсации за незаконное использование товарного знака в размере 466 666 руб. 66 коп., расходов по оплате государственной пошлины в размере 33 000 руб. (с учетом уточнения исковых требований от 11.03.2024, принятых в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В судебном заседании представитель истца посредством веб-конференции поддержал исковые требования, ФИО1 возражал против их удовлетворения.

Заслушав представителей истца и ответчика, исследовав в полном объеме все представленные в материалы дела письменные доказательства, арбитражный суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, истец является правообладателем объектов интеллектуальной собственности – товарных знаков № 686434 , дата регистрации 06.12.2018; № 801091 дата регистрации 10.03.2021 в отношении товаров 03, 44 классов МКТУ (03 - воск для удаления волос; воски для кожи; гели для массажа, за исключением используемых для медицинских целей; депилятории; изделия парфюмерные; изображения переводные декоративные для косметических целей; карандаши для бровей; карандаши косметические; клеи для прикрепления искусственных ресниц; клеи для прикрепления накладных волос; кондиционеры для волос; красители для бороды и усов; красители для воды в туалете; красители косметические; кремы для кожи; кремы косметические; кремы косметические отбеливающие; лосьоны для косметических целей; лосьоны после бритья; маски косметические; масла для парфюмерии; масла косметические; масла туалетные; масла эфирные; масла эфирные из кедра; масла эфирные из лимона; масла эфирные из цитрона; масла, используемые как очищающие средства; масло бергамотовое; масло гаультериевое; масло жасминное; масло лавандовое; масло миндальное; масло розовое; масло терпентинное для обезжиривания; наборы косметические; помады для косметических целей; препараты для бритья; препараты для ванн косметические; препараты для выпрямления волос; препараты для завивки волос; препараты для замачивания белья; ресницы искусственные; салфетки, пропитанные косметическими лосьонами; салфетки, пропитанные препаратами для удаления макияжа; средства косметические; 44 - ваксинг; восковая депиляция; маникюр; мануальная терапия [хиропрактика]; массаж; прокат медицинского оборудования; прокат санитарно-технического оборудования; салоны красоты; татуирование; услуги визажистов; услуги медицинских клиник; услуги соляриев) и осуществляет продажу франшиз по открытию и управлению студий лазерной эпиляции.

В результате мониторинга сети Интернет истцом был выявлен факт размещения ответчиком обозначения, сходного до степени смешения с товарными знаками истца № 686434, № 801091, при предложении к продаже, рекламе и продаже однородных услуг. Так, ответчиком использовалось обозначение при ведении группы в социальной сети «Вконтакте»; также истцом в материалы дела представлен отчет тайного покупателя от 21.12.2022, согласно которому ответчик вел деятельность с использованием обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком, а именно: ответчик оказывал услуги по лазерной эпиляции; при оформлении вывески на фасаде здания, вывески на входе в помещение и непосредственно в самом помещении использовалось обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком истца по адресу: <...>, этаж 3.

При этом согласия на использование товарных знаков истец ответчику не давал.

Претензионные требования истца остались без удовлетворения, что послужило основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском.

На основании пункта 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации далее - ГК РФ) результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются фирменные наименования; товарные знаки и знаки обслуживания; наименования мест происхождения товаров; коммерческие обозначения.

Пунктом 1 статьи 1474 ГК РФ предусмотрено, что юридическому лицу принадлежит исключительное право использования своего фирменного наименования в качестве средства индивидуализации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на фирменное наименование), в том числе путем его указания на вывесках, бланках, в счетах и иной документации, в объявлениях и рекламе, на товарах или их упаковках, в сети Интернет.

Не допускается использование юридическим лицом фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию другого юридического лица или сходного с ним до степени смешения, если указанные юридические лица осуществляют аналогичную деятельность и фирменное наименование второго юридического лица было включено в единый государственный реестр юридических лиц ранее, чем фирменное наименование первого юридического лица (пункт 3 статьи 1474 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 указанного Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 статьи 1484 ГК РФ. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ предусмотрены, в частности, следующие способы осуществления исключительного права на товарный знак: 1) путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) путем использования товарного знака при выполнении работ, оказании услуг; 3) путем размещения товарного знака на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) путем размещения товарного знака в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) путем размещения товарного знака в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Как следует из положений пункта 3 статьи 1484 ГК РФ, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными названным Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается указанным Кодексом.

Таким образом, использование без согласия правообладателя при выполнении работ, оказании услуг, а равно размещение в сети Интернет обозначения, тождественного товарному знаку правообладателя или сходного с ним до степени смешения, является нарушением исключительного права на товарный знак.

Пунктом 6 статьи 1252 ГК РФ установлено, что если различные средства индивидуализации (фирменное наименование, товарный знак, знак обслуживания, коммерческое обозначение) оказываются тождественными или сходными до степени смешения и в результате такого тождества или сходства могут быть введены в заблуждение потребители и (или) контрагенты, преимущество имеет средство индивидуализации, исключительное право на которое возникло ранее, либо в случаях установления конвенционного или выставочного приоритета средство индивидуализации, которое имеет более ранний приоритет.

Таким образом, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт наличия указанного права и его принадлежность истцу, а также факт его нарушения ответчиком путем использования обозначения, тождественного либо сходного до степени смешения с товарным знаком, в отношении товаров и/или услуг, для индивидуализации которых зарегистрирован товарный знак, или однородных товаров (услуг), если в результате такого использования возникает вероятность смешения. В бремя доказывания ответчика входит подтверждение правомерности использования спорного обозначения.

Надлежащим доказательством принадлежности прав на товарный знак в силу пункта 1 статьи 1504 ГК РФ является свидетельство на товарный знак, которое выдается федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности в течение месяца со дня государственной регистрации товарного знака в Государственном реестре товарных знаков.

Истец является правообладателем исключительного права на товарные знаки № 686434 , № 801091 , что подтверждается свидетельствами Государственного реестра товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации.

Представленными в материалы дела доказательствами, в частности, отчетом тайного покупателя от 21.12.2022, скриншотами из аккаунта в социальной сети «Вконтакте» и другой социальной сети, подтверждается факт использования ответчиком обозначения «Lazer Love» при осуществлении деятельности на вывеске на входе в помещение по адресу <...>, этаж 3, и непосредственно в самом помещении.

Указанные обстоятельства ответчиком не оспариваются. При этом возражая против удовлетворения заявленных требований, ответчик указывает, что 05.08.2022 ФИО1 приобрел салон лазерной эпиляции у ФИО2 (продавец) по договору купли-продажи, однако передаточный акт ФИО2 составлен не был, имущество, указанное в договоре, включая вывески, прайс лист, информационный уголок, также не было передано соответствующим образом. Все вышеуказанное было сохранено ФИО1 в неизменном виде. Также не были переданы логины и пароли от социальных сетей, указанных в договоре, клиентская база. Наименование салона в сети Интернет ФИО1 сменил на «Бьюти Про» с 05.08.2022. Также наименование было изменено на страницах Яндекс карт и 2-гис. Договор аренды нежилого помещения, расположенного по адресу: <...>, этаж 3, 4 офис, для размещения салона был заключен 01.08.2022 и расторгнут 31.12.2022. ФИО1 содержал данное помещение, но услуги по лазерной эпиляции не оказывал, понеся значительные расходы, 19.12.2022 прекратил предпринимательскую деятельность, что подтверждается выпиской из ЕГРНИП. Страница «Вконтакте» https:vk.com/laser_korolev никогда ответчику не принадлежала, на странице указан другой салон лазерной эпиляции, фактический адрес которого, <...>.

В соответствии с разъяснением, содержащимся в пункте 162 Постановления № 10, для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Сопоставив обозначение, использованное ответчиком и товарные знаки № 686434, № 801091 , принадлежащие истцу, суд пришел к выводу о том, что спорные обозначения использовались ответчиком под вывеской .

Однородность услуг обусловлена принадлежностью их к общей родовой группе, функциональным назначением, кругом потребителей, способами и местами их реализации, являются взаимодополняемыми.

При этом однородность сравниваемых услуг является очевидной и ответчиком не оспаривается.

С учетом вышеизложенного, суд пришел к выводу о наличии факта нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарные знаки № 686434, № 801091.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 59 Постановления № 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель товарного знака вправе требовать по своему выбору от нарушителя его исключительного права вместо возмещения убытков выплаты компенсации в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 61 приведенного Постановления № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или у третьих лиц.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Определенный таким образом размер по смыслу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, в связи с чем суд не вправе снижать ее размер по своей инициативе.

При определении стоимости права использования соответствующего товарного знака необходимо учитывать способ использования нарушителем объекта интеллектуальных прав, в связи с чем за основу расчета размера компенсации должна быть взята стоимость права за аналогичный способ использования.

Истец заявил требование о взыскании компенсации на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, а именно – в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака в размере 233 333 руб. 33 коп. * 2 = 466 666 руб. 66 коп., поскольку пунктом 1.2. договора коммерческой концессии предусмотрено, что в составе КИП пользователю передается: 1.2.1. право использования товарного знака; 1.2.2. право использования коммерческого обозначения; 1.2.3. право использования ноу-хау, а именно Базы знаний и стандартов правообладателя. При этом, вознаграждение правообладателя за предоставление пользователю права использования КИП по договору состоит из: паушального взноса и роялти (пункт 2.1.), согласно пункту 2.2. договора паушальный взнос по договору составляет 700 000 руб. Территория использования КИП: г. Москва (пункт 1.3., т.1 л.д.79-80). Таким образом, соотнеся условия представленного договора с обстоятельствами допущенного нарушения, истец считает, что цена, которая при сравнимых обстоятельствах подлежит оплате за правомерное пользование товарных знаков применительно к рассматриваемому случаю, составляет 233 333 руб. 33 коп. исходя из расчета: 700 000 руб./3 (количество способов использования) х 1 точку).

Между тем, представленным истцом договором коммерческой концессии, не подтверждена стоимость использования товарного знака в Московской области, поскольку данный договор заключен на использование комплекса исключительных прав в г. Москве и в отношении трех объектов интеллектуальной собственности: на право использования товарного знака; 1.2.2. на право использования коммерческого обозначения; 1.2.3. право использования ноу-хау.

Однако из условий данного договора не представляется возможным установить стоимость права использования именно товарного знака. При этом, разделение истцом стоимости в размере 700 000 руб. на три равные части необоснованно, поскольку из договора не следует, что право использования всех объектов равноценно.

При этом суд отмечает, что истцу определениями Арбитражного суда Московской области от 18.12.2023 и 06.02.2024 было предложено рассмотреть вопрос о назначении судебной экспертизы относительно стоимости права использования спорного товарного знака.

Между тем истец своим процессуальным правом не воспользовался, ходатайство о проведении экспертизы не заявил.

В указанной связи исковые требования удовлетворению не подлежат.

Расходы по оплате государственной пошлины распределяются согласно статье 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 49, 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



РЕШИЛ:

В иске отказать.

Возвратить ООО «Лазерлов» из федерального бюджета государственную пошлину в размере 20 667 руб., уплаченную платежным поручением от 27.02.2023 № 471.

Решение может быть обжаловано в Десятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Московской области в течение месяца.


Судья М.А. Миронова