Решение от 19 апреля 2024 г. по делу № А40-179936/2023

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

г. Москва

Дело № А40-179936/23-41-246

Резолютивная часть решения объявлена 18.03.2024

Решение в полном объеме изготовлено 19.04.2024

Арбитражный суд г. Москвы в составе судьи Березовой О.А., рассмотрев в судебном заседании суда первой инстанции, проведенном по адресу: <...>, зал судебных заседаний 9010, - при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, при участии представителей истца ФИО2 по доверенности от 08.08.2023, ответчика ФИО3 по доверенности от 19.12.2023 № 1383, дело по иску ООО "ТРАНСЛИДЕР"(ОГРН: <***>, ИНН: <***>) к ответчику ООО "ГАЗПРОМБАНК АВТОЛИЗИНГ" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) об изменении договоров лизинга, установил:

Истец просит суд изменить с момента заключения п 1.5 заключенных сторонами договоров лизинга от 07.07.2022 № ДЛ-94838-22, от 25.07.2022 № ДЛ-97445-22, ДЛ-97447-22, от 22.09.2022 № ДЛ-108170-22, ДЛ-108171-22, изложив п. 1.5 в редакции, согласно которой к отношениям сторон по договорам применяются Общие условия лизинга, утвержденные приказом от 16.02.2022 № 10/ЮД, за исключением п. 6.10 и первого предложения п. 3.3.4, дополнить п. 1.5 договоров условием о том, что в случае возникновения просрочки уплаты задолженности лизингодателю, включая задолженность по сальдо, лизингополучатель уплачивает лизингодателю пени в размере двукратной ключевой ставки Банка России от суммы задолженности за каждый день просрочки начиная с третьего дня просрочки исполнения обязательства; исключить из соглашений о расторжении указанных договоров лизинга п. 6.

Исковые требования мотивированы тем, что п. 1.5 договоров лизинга предусматривают, что к отношениям сторон применяются Общие условия лизинга, п. 6.10 которых устанавливает порядок определения сальдо встречных обязательств (взаимных предоставлений) по договору лизинга на случай его досрочного расторжения, отличный от порядка, указанного в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», с чем не согласен истец.

Кроме того, истец считает, что неустойка, размер которой установлен п. 3.3.4 Общих условий лизинга, является явно несоразмерной последствиям нарушения лизингополучателем сроков уплаты платежей по договору лизинга.

Ответчик против иска возразил, сослался на то, что предусмотренные законом основания для изменения договоров лизинга отсутствуют, из определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.08.2015 № 310-ЭС15-4563 следует, что определение завершающей обязанности не в соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 3-3.6 указанного постановления, не противоречит принципу свободы договора, потому что данные разъяснения не относятся к императивным нормам.

Таким образом, ответчик считает, что истец, заключив с ответчиком договоры лизинга на условиях, указанных в договорах и Общих условиях лизинга, которые являются неотъемлемой частью договоров, принял на себя обязательство определять сальдо взаимных предоставлений в случае досрочного расторжения договоров лизинга в порядке, установленном в п. 6.10 Общих условий лизинга, а в случае просрочки уплаты платежей, предусмотренных договорами лизинга, уплачивать неустойку в размере, установленном в п. 3.3.4 Общих условий лизинга.

Исследовав письменные доказательства, представленные сторонами, заслушав объяснения представителей истца и ответчика, суд установил, что истцом в качестве лизингополучателя и ответчиком в качестве лизингодателя заключен договор финансовой аренды (лизинга) от 07.07.2022 № ДЛ-94838-22, по условиям которого лизингодатель обязуется приобрести в свою собственность выбранное лизингополучателем транспортное средство, описание и продавец которого приведены в спецификации предмета лизинга (приложение № 1 к договору), и передать его без оказания услуг по управлению и технической эксплуатации лизингополучателю в качестве предмета лизинга во временное владение и пользование за плату, а лизингополучатель обязуется принять предмет лизинга на условиях договора лизинга с обязательным последующим выкупом.

В соответствии с п. 1.5 договора к отношениям сторон по договору лизинга применяются Общие условия лизинга, утвержденные приказом от 16.02.2022 № 10/ЮД, расположенные на веб-сайте лизингодателя по указанному в данном пункте адресу в сети Интернет, которые являются неотъемлемой частью договора лизинга; при исполнении договора лизинга стороны руководствуются Общими условиями лизинга, как если бы положения указанных Общих условий лизинга были бы включены в текст договора лизинга.

На аналогичных условиях сторонами заключены договоры лизинга от 25.07.2022 № ДЛ-97445-22, ДЛ-97447-22, от 22.09.2022 № ДЛ-108170-22, ДЛ-108171-22.

До истечения срока лизинга, установленного договором от 07.07.2022 № ДЛ-94838-22, сторонами заключено соглашение о расторжении, п. 6 которого предусматривает, что обязательства лизингодателя перед лизингополучателем, вытекающие из расторжения договора лизинга, прекращаются в полном объеме, и лизингополучатель подтверждает, что у него отсутствуют какие-либо требования к лизингодателю, связанные в том числе с исполнением и расторжением договора лизинга. При этом лизингополучатель соглашается с тем, что у лизингодателя могут быть требования к лизингополучателю, связанные с выплатой сальдо, расчет которого производится в соответствии с Общими условиями лизинга.

На аналогичных условиях сторонами заключены соглашения о расторжении договоров лизинга от 25.07.2022 № ДЛ-97445-22, ДЛ-97447-22, от 22.09.2022 № ДЛ-108170-22, ДЛ-108171-22.

П. 6.10 Общих условий лизинга устанавливает, что после расторжения договора лизинга и возврата лизингополучателем предмета лизинга лизингодателю стороны производят расчет взаимных обязательств по следующей формуле:

Сальдо = СПД + У – Ц, где

Сальдо – результат расчета взаимных обязательств сторон по договору лизинга, совершенных до момента его расторжения;

СПД – сумма прекращения договора, определяемая на месяц реализации предмета лизинга (если предмет лизинга реализован), или на месяц расчета сальдо (если предмет лизинга не реализован), в соответствии с п. 1.1.24 Общих условий лизинга;

У – убытки лизингодателя, определяемые по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством;

Ц – стоимость возвращенного предмета лизинга, которая определяется как цена реализации предмета лизинга третьим лицам (если предмет лизинга реализован) или на основании отчета выбранного лизингодателем оценщика (если предмет лизинга не реализован).

Срок реализации предмета лизинга не должен превышать 6 месяцев с даты возврата (изъятия) предмета лизинга. При этом лизингодатель вправе по своему выбору рассчитывать сальдо как на основании цены реализации возвращенного предмета лизинга, так и на основании отчета выбранного лизингодателем оценщика (в том числе ранее истечения 6-ти месяцев с даты возврата (изъятия) предмета лизинга).

Если сальдо положительное, то лизингополучатель обязан возместить разницу лизингодателю в течение 10-ти дней с даты получения от лизингодателя соответствующего требования.

Стороны пришли к согласию, что к взаимоотношениям сторон не подлежит применению порядок расчета взаимных предоставлений, предусмотренный постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга».

В п. 1.1.24 Общих условий лизинга сумма оплаты досрочного выкупа предмета лизинга определяется как оплата в счет стоимостной оценки предмета лизинга, применяемая в случаях, установленных договором лизинга. Сумма оплаты досрочного выкупа предмета лизинга изменяется в соответствии с графиком лизинговых платежей.

Применению подлежит сумма оплаты досрочного выкупа предмета лизинга:

в случае выкупа предмета лизинга – установленная в графике лизинговых платежей на месяц, в котором осуществляется досрочный выкуп предмета лизинга;

в случае расторжения договора лизинга и возврата предмета лизинга лизингодателю – установленная в графике лизинговых платежей на месяц реализации предмета лизинга (если предмет лизинга реализован) или на месяц расчета сальдо (если предмет лизинга не реализован);

в случае расторжения договора лизинга в связи с угоном (хищением) или гибелью (утратой) предмета лизинга – установленная в графике лизинговых платежей на месяц получения страхового возмещения или отказа в выплате страхового возмещения.

П. 1.1.24 Общих условий лизинга определяет сумму прекращения договора (СПД) как сумму, исчисляемую при одностороннем отказе лизингодателя от исполнения договора лизинга и (или) расторжении договора лизинга, и (или) изъятии предмета лизинга, включающую: возмещение лизингодателю суммы оплаты досрочного выкупа предмета лизинга, задолженности по договору лизинга, процентов за пользование чужими денежными средствами, взыскание неустойки, подлежащей уплате лизингополучателем на условиях договора лизинга и Общих условий лизинга. В случае расчета сальдо в соответствии с п. 6.10 Общих условий лизинга сумма прекращения договора увеличивается на сумму платежей по графику лизинговых платежей, приходящихся на период с месяца расторжения договора лизинга до месяца реализации предмета лизинга (если предмет лизинга реализован) или до месяца расчета сальдо (если предмет лизинга не реализован).

В соответствии с п. 2 ст. 13 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» лизингодатель вправе потребовать досрочного расторжения договора лизинга и возврата в разумный срок лизингополучателем имущества в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации и договором лизинга, а в п. 3.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» разъяснено, что расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

В п. 3.2 названного постановления указано, что если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Согласно п. 3.4 указанного постановления размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.

В соответствии с п. 3.5 постановления плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора, при этом плата за финансирование (в процентах годовых) определяется по следующей формуле:

,
где ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых),

П - общий размер платежей по договору лизинга,

А - сумма аванса по договору лизинга,

Ф - размер финансирования,

- срок договора лизинга в днях.

П. 3.6 постановления предусматривает, что убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством.

В частности, к реальному ущербу лизингодателя могут относиться затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга.

Ответчик ссылается на то, что из определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.08.2015 № 310-ЭС15-4563 следует, что определение завершающей обязанности не в соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 3-3.6 указанного постановления, не противоречит принципу свободы договора, потому что данные разъяснения не относятся к императивным нормам.

Вместе с тем судом установлено, что в адрес ответчика истец направлял заявление об изменении договоров и соглашений об их расторжении, ссылаясь на ст. 428 ГК Российской Федерации, которая устанавливает, что договором присоединения признается договор, условия которого определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах и могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом.

П. 2 ст. 428 Кодекса предусматривает, что присоединившаяся к договору сторона вправе потребовать расторжения или изменения договора, если договор присоединения хотя и не противоречит закону и иным правовым актам, но лишает эту сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, исключает или ограничивает ответственность другой стороны за нарушение обязательств либо содержит другие явно обременительные для присоединившейся стороны условия, которые она исходя из своих разумно понимаемых интересов не приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении условий договора.

Если иное не установлено законом или не вытекает из существа обязательства, в случае изменения или расторжения договора судом по требованию присоединившейся к договору стороны договор считается действовавшим в измененной редакции либо соответственно не действовавшим с момента его заключения.

П. 3 ст. 428 Кодекса устанавливает, что правила, предусмотренные п. 2 ст. 428, подлежат применению также в случаях, если при заключении договора, не являющегося договором присоединения, условия договора определены одной из сторон, а другая сторона в силу явного неравенства переговорных возможностей поставлена в положение, существенно затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора.

При этом п. 3 ст. 453 Кодекса устанавливает, что в случае изменения или расторжения договора обязательства считаются измененными или прекращенными с момента заключения соглашения сторон об изменении или о расторжении договора, если иное не вытекает из соглашения.

В случае изменения или расторжения договора в судебном порядке обязательства считаются измененными или прекращенными с момента вступления в законную силу решения суда об изменении или о расторжении договора, если этим решением не предусмотрена дата, с которой обязательства считаются соответственно измененными или прекращенными. Такая дата определяется судом исходя из существа договора и (или) характера правовых последствий его изменения, но не может быть ранее даты наступления обстоятельств, послуживших основанием для изменения или расторжения договора.

Оценив п. 1.1.24, 1.1.26, 6.10 Общих условий лизинга, учитывая, что заключенные сторонами договоры лизинга представляют собой договоры присоединения, суд соглашается с мнением истца о том, что порядок определения завершающей обязанности при досрочном расторжении договоров лизинга, заключенных истцом и ответчиком, является явно обременительным для лизингополучателя, в связи с чем иск в части требования об исключении из п 1.5 договоров лизинга условия о применении п. 6.10 Общих условий лизинга, и об исключении п. 6 из соглашений о расторжении договоров лизинга удовлетворяет.

Ст. 309 ГК Российской Федерации возлагает на стороны обязательства обязанность исполнять его надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно ст. 314 ГК Российской Федерации если обязательство предусматривает или позволяет определить день его исполнения или период времени, в течение которого оно должно быть исполнено, обязательство подлежит исполнению в этот день или, соответственно, в любой момент в пределах такого периода.

Согласно ст. 329-330 ГК Российской Федерацией исполнение обязательства может обеспечиваться различными способами, в том числе неустойкой (штрафом, пеней), которой признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки исполнения. При этом по требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Согласно п. 3.3.4 Общих условий лизинга лизингополучатель обязан в случае возникновения просроченной задолженности уплатить лизингодателю пени в размере 0, 45 % от просроченной суммы платежа, включая задолженность по сальдо, за каждый день просрочки, начисляемую лизингодателем начиная с 3-го дня просрочки исполнения обязательства по оплате лизингополучателем.

Истец считает, что неустойка, размер которой установлен в п. 3.3.4 Общих условий лизинга, явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства лизингополучателя по своевременной уплаты лизинговых и иных платежей, в связи с чем просит суд изменить п. 1.5 договоров, указав, что п. 3.3.4 Общих условий лизинга к отношениям стороне не применяется, и дополнить п. 1.5 договоров условием о том, что в случае возникновения просрочки уплаты, лизингополучатель уплачивает лизингодателю пени в размере двукратной ключевой ставки Банка России от суммы задолженности за каждый день просрочки начиная с третьего дня просрочки исполнения обязательства.

П. 1 ст. 333 Кодекса предусматривает, что если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку, при этом если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении. Согласно п. 2 ст. 333 Кодекса уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды.

Как указано в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (п. 69); если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (п. 71); заявление ответчика о применении положений ст. 333 Кодекса может быть сделано исключительно при рассмотрении дела судом первой инстанции или судом апелляционной инстанции в случае, если он перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции (п. 72).

Таким образом, для уменьшения судом неустойки, взыскиваемой с коммерческой организации, на основании ст. 333 ГК Российской Федерации необходимо заявление ответчика о снижении неустойки (о применении положений ст. 333 Кодекса).

При этом, как указано в п. 73 названного постановления, бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика, а в п. 77 постановления отмечено, что снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды.

В п. 75 постановления отмечено, что при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования. Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период. Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки.

В п. 79 постановления указано, что в случае списания по требованию кредитора неустойки со счета должника, а равно зачета суммы неустойки в счет суммы основного долга и (или) процентов должник вправе ставить вопрос о применении к списанной неустойке положений ст. 333 Кодекса, например, путем предъявления самостоятельного требования о возврате излишне уплаченного. В п. 79 названного постановления указано, что если подлежащая уплате неустойка перечислена самим должником, он не вправе требовать снижения суммы такой неустойки на основании ст. 333 Кодекса, за исключением случаев, если им будет доказано, что перечисление неустойки являлось недобровольным, в том числе ввиду злоупотребления кредитором своим доминирующим положением.

Суд считает, что в случае просрочки уплаты лизингополучателем лизинговых и иных платежей по договорам лизинга, заключенным с ответчиком, и начисления ответчиком истцу неустойки по ставке, установленной в п. 3.3.4 Общих условий лизинга, истец не лишен права и возможности заявить о применении положений ст. 333 ГК Российской Федерации в случаях, указанных в названном постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации, не только в случае предъявления лизингодателем иска о взыскании неустойки с лизингополучателя, но и в случае, например, списания лизингодателем неустойки со счета лизингополучателя или зачета лизингодателем неустойки в счет основного долга, а также при предъявлении лизингополучателем самостоятельного иска о возврате излишне списанной лизингодателем или зачтенной им неустойки или об уменьшении начисленной лизингодателем неустойки.

При этом суд отмечает, что соразмерность неустойки невозможно оценить без исследования таких обстоятельств, как длительность периода просрочки, размер неуплаченного лизингополучателем платежа, размер начисленной лизингодателем неустойки и т.п., в связи с чем в иске в части дополнения п. 1.5 договоров лизинга условием о размере неустойки, начисляемой лизингодателем за просрочки уплаты лизингополучателем задолженности, включая задолженность по сальдо, равной двукратной ключевой ставке Банка России от суммы задолженности за каждый день просрочки начиная с третьего дня просрочки исполнения обязательства, суд отказывает.

Судебные расходы в виде государственной пошлины взыскиваются с ответчика в пользу истца в соответствии со ст. 110 АПК Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 309, 314, 329-330, 333, 428, 453 ГК Российской Федерации, Федеральным законом от 29.10.1998 № 164-ФЗ, п. 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17, ст. 110-112, 167-170 АПК Российской Федерации,

РЕШИЛ:

иск удовлетворить частично;

изменить с момента заключения п 1.5 заключенных сторонами договоров лизинга от 12.07.2022 № ДЛ-94838-22, от 25.07.2022 № ДЛ-97445-22, ДЛ-97447-22, от 22.09.2022 № ДЛ-108170-22, ДЛ-108171-22, дополнив п. 1.5 после слов «которые являются неотъемлемой частью Договора лизинга» словами «, за исключением пункта 6.10 Общих условий лизинга, который к отношениям сторон не применяется»;

исключить из соглашений о расторжении договоров лизинга от 12.07.2022 № ДЛ-94838-22, от 25.07.2022 № ДЛ-97445-22, ДЛ-97447-22, от 22.09.2022 № ДЛ-108170-22, ДЛ-108171-22 п. 6.

Взыскать с ООО "ГАЗПРОМБАНК АВТОЛИЗИНГ" в пользу ООО "ТРАНСЛИДЕР" 6 000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья

О.А. Березова