Решение от 14 ноября 2022 г. по делу № А41-16275/2022

Арбитражный суд Московской области

107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва

http://asmo.arbitr.ru/


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ



гор. Москва



14 ноября 2022 года

Дело № А41-16275/22



Резолютивная часть объявлена 09 ноября 2022 года.

Полный текст решения изготовлен 14 ноября 2022 года

Судья Арбитражного суда Московской области Р.С. Солдатов ,

при ведении протокола секретарем А. Н. Руш

рассмотрев в открытом судебном заседании дело № А41-16275/22

по исковому заявлению

ООО "Торговая компания Гермес" (ИНН <***>, ОГРН <***>) к ФИО1 (ИНН <***>) о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании задолженности в размере 263 066, 80 руб., неустойки в размере 139 655, 42 руб.,

третье лицо: ООО "ЮгСтрой" (ИНН <***>, ОГРН <***>),


При участии в судебном заседании - согласно протоколу.

УСТАНОВИЛ:

ООО "Торговая компания Гермес" подало заявление в Арбитражный суд Московской области к ФИО1 (ИНН <***>) о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании задолженности в размере 263 066, 80 руб., неустойки в размере 139 655, 42 руб.,

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено ООО "ЮгСтрой" (ИНН <***>, ОГРН <***>),.

Иск заявлен на основании ст.ст. 61.11 Закона о банкротстве и мотивирован тем, что ответчик являясь контролирующим лицом ООО "ЮгСтрой" действовал недобросовестно и неразумно при исполнении своих обязанностей, в результате чего действия ответчика привели к невозможности погашения требования кредиторов.

Дело рассмотрено в соответствии со ст.ст. 121-124, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее также АПК РФ) в отсутствие представителей сторон, извещенных надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела, что подтверждается информацией официального сайта «Почта России» - http://почта-россии.рф/ - отслеживание почтовых отправлений, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте ВАС РФ http://kad.arbitr.ru/.

Рассмотрев материалы дела, полно и всесторонне исследовав представленные доказательства, изучив их в совокупности, суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ООО «Торговая компания Гермес» обратилось в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании ООО «ЮгСтрой» несостоятельным (банкротом). Определением суда от 27.10.2021 по делу А41-72550/2021 заявление принято к производству суда, возбуждено дело о банкротстве.

15.12.2021 от Заявителя поступило ходатайство о прекращении производства по делу о банкротстве ООО «ЮгСтрой» в связи с отказом Заявителя от финансирования процедуры банкротства Должника, и отсутствием имущества у Должника достаточного для покрытия расходов на процедуру банкротства. 21.02.2022 вынесено определение о прекращении производства по делу.

В соответствии с п. 3 ст. 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному ст. 61.11 Закона о банкротстве, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства дела по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.

ФИО1 (ИНН <***>) является генеральным директором и единственным участником ООО «ЮгСтрой» в настоящее время, а также на момент заключения договора поставки № 99 ОП/ТКП9 от 01.05.2019, в связи с неисполнением обязательств по которому Заявитель обратился в арбитражный суд сначала в порядке искового производства за взысканием задолженности (с получением и предъявлением исполнительного листа к исполнению), а впоследствии с заявлением о банкротстве ООО «ЮгСтрой» (возбуждено банкротное производство, дело №А41-72550/2021).

Заявитель полагает, что действующий генеральный директор ООО «ЮгСтрой» должен быть привлечен к субсидиарной ответственности в полном размере задолженности Должника перед Заявителем, поскольку именно генеральный директор как исполнительный орган Общества распоряжался денежными средствами, принимал на имя Общества обязательства перед Заявителем, осознавая, что Общество является неплатежеспособным, то есть не может заведомо выполнить принятые на себя обязательства, При этом ФИО1, будучи руководителем Общества, своевременно не обратилась в суд с заявлением о банкротстве ООО «ЮгСтрой».

Поскольку субсидиарная ответственность является частным видом гражданско-правовой ответственности, то возложение на руководителя должника (далее по тексту - ответчика) обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам ст. 15 ГК РФ.

В соответствии с п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» в силу п. 5 ст. 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Недобросовестность ответчика, по мнению истцов, выражается в том, что руководителем должника не было предпринято никаких действий к погашению задолженности. Истец считает, что существует прямая причинно-следственная связь между недобросовестными действиями ответчика и ущербом, причиненным истцу.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что истцом не представлено доказательств, что действия ответчика повлекло за собой какие-либо затруднения проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве.

В соответствии с п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, т.е. те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

При этом по общему правилу, ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на руководителя должника обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса РФ.

Следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

В материалы дела не представлены доказательства совершения ответчиком умышленных недобросовестных действий, которые привели к невозможности погашения требований кредиторов, а также не доказано, что возможность исполнения обязательств самим юридическим лицом в настоящее время утрачена.

Пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

При этом действия контролирующих лиц, повлекшие в конечном итоге причинение вреда имущественным правам кредиторов, презюмируют наличие оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника перед кредиторами.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника банкротом отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

В силу п.1 ст. 61.11. Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо (п.2 ст.61.11 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с пунктом 4 Пленума ВС РФ №53 от 21.12.2017 «О субсидиарной ответственности» по смыслу взаимосвязанных положений абзаца второго статьи 2, пункта 2 статьи 3, пунктов 1 и 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).

Таким образом, для определения круга контролирующих лиц необходимо выявить временной период, в течение которого должник обладал признаками объективного банкротства, то есть находился в состоянии, при котором принятые им на себя обязательства по своему размеру превышают стоимость реально имеющихся у него активов.

Истцы при определении лиц, которые, по его мнению, являются контролирующими, не анализирует момент возникновения признаков банкротства и перечисляет лиц, которые имели к должнику корпоративное отношение в течение трехлетнего периода, предшествующего моменту возбуждению дела о банкротстве должника.

Факт возбуждения дела о банкротстве гипотетически может подразумевать наличие у должника признаков неплатежеспособности, то есть признаков прекращения исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванного недостаточностью денежных средств (определение термина «неплатежеспособность» из статьи 2 Закона о банкротстве).

Для возбуждения дела о банкротства кредиторам не требуется доказывать суду наличие у должника признаков недостаточности имущества, достаточен лишь факт прекращении платежей в течение не менее чем трех месяцев в размере не менее чем 300 тыс. руб. (статьи 3, 6 Закона о банкротстве), то есть достаточно наличия признаков неплатежеспособности. Кроме того, сам по себе факт возбуждения дела о банкротстве еще не означает действительного наличия у должника таких признаков, пока это не будет окончательно установлено соответствующим судебным актом.

Однако, как это было указано выше, трехлетний период деятельности контролирующих лиц, окружает вовсе не момент наступления неплатежеспособности, но момент возникновения признаков банкротства или недостаточности имущества – превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника (статья 2 Закона о банкротстве).

Нормы о субсидиарной ответственности отождествляют термины «признаки банкротства», «объективное банкротство» и «недостаточность имущества»:

Так под объективным банкротством понимается Превышение совокупного размера обязательств над реальной стоимостью активов должника (пункт 4 Пленума ВС РФ №53 от 21.12.2017 «О субсидиарной ответственности»). Под недостаточностью имущества понимается Превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника (статья 2 Закона о банкротстве

Таким образом, определенный истцами период деятельности контролирующих лиц не соответствует предусмотренным Законом о банкротстве стандартам доказывания, так как отсутствует указание на момент во времени, в который должник находилось в состоянии объективного банкротства (имело обязательств больше реальных активов). Неверное определение периода контролирующих лиц может повлечь необоснованное привлечение к субсидиарной ответственности лиц в действительности непричастных к банкротству должника.

Истцами не доказана вина привлекаемых к субсидиарной ответственности лиц, в доведении должника до банкротства

В соответствии с пунктом 1, 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

Приведенные положения закона ставят невозможность полного погашения требований кредиторов (доведение до банкротства) в зависимость от совершения контролирующим лицом от имени должника сделок, которые причинили вред кредиторам, в том числе сделок, в последующем признанных недействительными по основаниям Закона о банкротстве.

Пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве презюмирует, если не доказано иное, наступление несостоятельности должника вследствие совершения сделок контролирующим должника лицом. Однако наличие данной презумпции не освобождает заявителя о доказывания конкретных обстоятельств, которые необходимы для применения данной презумпции, в частости, факта совершения сделок.

Абзац второй пункта 2 статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ вносит исключение из общих правил доказывания только в части бремени доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи и в данной части возлагает бремя доказывания на лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности. Относительно иных обстоятельств соответствующего заявления, в том числе расчета размера ответственности, бремя доказывания лежит на заявителе, т.е. конкурсным управляющем должника, которым размер ответственности контролирующего лица должника не доказан.

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности не содержит надлежащих доказательств, подтверждающих совокупность условий ,предусмотренных ст.ст. 9 ,10 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств необходимо учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Руководствуясь статьями ст. 110, 112, 150, 151, 162, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московской области

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска отказать.



Решение может быть обжаловано в установленном законом порядке в Десятый арбитражный апелляционный суд.


СудьяР.С. Солдатов