Постановление от 20 июня 2024 г. по делу № А66-13252/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

21 июня 2024 года

Дело №

А66-13252/2019

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковца А.В., судей Бычковой Е.Н., Кравченко Т.В.,

рассмотрев 17.06.2024 в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Позитив» ФИО1 на определение Арбитражного суда Тверской области от 25.12.2023 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2024 по делу № А66-13252/2019,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Тверской области от 03.09.2019 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «Металлсервис-Москва», адрес: 109428, Москва, Стахановская ул., д. 19, стр. 54, каб. 4, 5, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – ООО «Металлсервис-Москва»), о признании общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Позитив», адрес: 170100, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***> (далее – Общество, должник), несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 01.11.2019 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2.

Решением суда от 24.03.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

Определением суда от 05.07.2022 ФИО3 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Обществом.

Определением суда от 26.09.2022 конкурсным управляющим утверждена ФИО1.

Конкурсный управляющий ФИО3 24.05.2021 обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО4 и ФИО5 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 129 400 858,74 руб.

Впоследствии конкурсный управляющий ФИО1 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) уточнила заявленные требования и просила привлечь ФИО4 и ФИО5 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества на основании подпункта 1 пункта 2, подпунктов 2, 4 пункта 2 статьи 61.11, статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве); ФИО6, ФИО6 и ФИО7 – на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве; приостановить производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего в части определения размера ответственности контролирующих должника лиц до окончания расчетов с кредиторами.

Определением суда первой инстанции от 25.12.2023 признано доказанным наличие предусмотренных подпунктами 2, 4 пункта 2 статьи 61.11, пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами; в удовлетворении заявленных требований в остальной части отказано.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2024 определение от 25.12.2023 оставлено без изменения.

В поданной в электронном виде кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО1 просит отменить определение от 25.12.2023 в части отказа в привлечении ФИО5, ФИО6, ФИО6, ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, а также постановление от 06.03.2024 и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, которым признать доказанным наличие оснований для привлечении перечисленных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества .

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на то, что ФИО5, являясь единственным участником Общества и находясь в браке с руководителем должника ФИО4, знал о наличии у Общества признаков неплатежеспособности, имел возможность определять действия должника, в связи с чем подлежит привлечению к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве за непринятие в срок до 11.05.2019 решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о банкротстве Общества.

Конкурсный управляющий ФИО1 также считает, что имеются предусмотренные подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве основания для привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с его недобросовестными действиями, выразившимися в невозврате в кассу Общества 1 134 238,26 руб., полученных под отчет.

Податель жалобы полагает, что суды первой и апелляционной инстанций необоснованно не усмотрели оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества ФИО6, ФИО6 и его супруги ФИО8 (ранее ФИО9) Е.С., которые, находясь в родстве с руководителем должника ФИО4 и его единственным участником ФИО5, извлекали выгоду из недобросовестного поведения указанных лиц.

Участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, однако своих представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии со статьей 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, ФИО5 является единственным участником Общества с даты его создания (29.05.2015); ФИО4 с 04.06.2015 по дату открытия в отношении Общества конкурсного производства осуществляла полномочия единоличного исполнительного органа должника.

В обоснование требований о привлечении ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий Обществом ссылается на то, что основные средств должника на сумму 1 075 979,66 руб., запасы на сумму 120 592 290,63 руб., а также документы Общества ему не были переданы, что привело к невозможности формирования конкурсной массы и, соответственно, к невозможности удовлетворения требований кредиторов.

Наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества ФИО4, ФИО5, а также ФИО6, ФИО6 и его супруги ФИО7 конкурсный управляющий связывает с причинением существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения сделок.

Кроме того, по мнению конкурсного управляющего, ФИО4 не исполнена обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве Общества, а ФИО5 – обязанность по принятию решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника.

Суд первой инстанции пришел к выводу о наличии предусмотренных подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11, а также статьей 61.12 Закона о банкротстве оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в связи с чем определением от 25.12.2023 удовлетворил заявленные конкурсным управляющим требования в указанной части; производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности суд приостановил до окончания расчетов с кредиторами.

Оснований для привлечения ФИО5, ФИО6, ФИО6 и ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества суд первой инстанции не установил, в связи с чем отказал в удовлетворении заявленных требований в этой части.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции и постановлением от 06.03.2024 оставил определение от 25.12.2023 без изменения.

В силу части 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено названным Кодексом.

Проверив законность обжалуемых судебных актов исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 1 пункта 2 данной статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если:

1) заявление о признании сделки недействительной не подавалось;

2) заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен;

3) судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

В обоснование доводов о наличии предусмотренных подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве оснований для привлечения ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО6 и ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества конкурсный управляющий ФИО1 ссылается на недобросовестное поведение контролирующих должника лиц, выразившееся в невозврате в кассу должника полученных под отчет денежных средств: ФИО5 – в сумме 1 134 238,26 руб., ФИО6 – в сумме 236 920 руб., ФИО7 – в сумме 214 059,28 руб.

Конкурсный управляющий ФИО1 также указала, что ФИО7 не представлены первичные документы, подтверждающие факт приобретения билетов на сумму более 300 000 руб.

В результате оценки доказательств, представленных участвующими в рассмотрении настоящего обособленного спора лицами в обоснование своих требований и возражений, суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, признал недоказанным, что указанные в заявлении конкурсного управляющего действия ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО6 и ФИО7 привели к банкротству Общества.

Основания не согласиться с указанным выводом у суда кассационной инстанции отсутствуют.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ФИО1 также сослалась на извлечение ФИО6, ФИО6 и ФИО7, состоящими в родстве с контролирующими Общество лицами (ФИО4 и ФИО5), выгоды из недобросовестно поведения указанных лиц, что, по мнению управляющего, подтверждается приобретением ФИО6, а также ФИО6 и ФИО7 (в совместную собственность супругов) объектов недвижимости стоимостью 4 216 832,79 руб. и 3 149 629,20 руб. соответственно.

Согласно правовой позициии, выраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2019 № 305ЭС1913326, вред кредиторам может быть причинен не только доведением должника до банкротства, но и умышленными действиями, направленными на создание невозможности получения кредиторами полного исполнения за счет имущества контролирующих лиц, виновных в банкротстве должника, в том числе путем приобретения их имущества родственниками по действительным безвозмездным сделкам, не являющимся мнимыми, о вредоносной цели которых не мог не знать приобретатель.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО6 и ФИО7 действительно владеют на праве собственности объектом недвижимости – квартирой, расположенной по адресу: <...>., которая приобретена с использованием кредитных средств, в подтверждение чего представлен кредитный договор от 27.11.2018; по состоянию на 09.11.2021 на остаток задолженности по возврату кредита составлял 2 157 759,46 руб.

Суд также установил, что ФИО6 приобрел объекты недвижимого имущества, на которые ссылается конкурсный управляющий, за счет заемных средств.

С учетом изложенного суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, признал недоказанными доводы конкурсного управляющего о том, что ФИО6, ФИО6 и его супруга ФИО7 извлекали выгоду из недобросовестного поведения руководителя и участника Общества, в связи с чем отказал в удовлетворении заявленных требований в указанной части.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы судов первой и апелляционной инстанций, послужившие основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований в указанной части, соответствуют доказательствам, представленным при рассмотрении настоящего обособленного спора.

В обоснование требований о привлечении ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий Обществом ссылается на то, что основные средств должника на сумму 1 075 979,66 руб., запасы на сумму 120 592 290,63 руб., а также документы Общества ему не были переданы, что привело к невозможности формирования конкурсной массы и, соответственно, к невозможности удовлетворения требований кредиторов.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 24 Постановления № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации, необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

В данном случае суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, признал доказанным наличие предусмотренных подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Обоснованность выводов судов первой и апелляционной инстанций в указанной части в своей кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО1 не оспаривает – податель жалобы считает, что суды необоснованно отказали в привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в связи с отсутствием у конкурсного управляющего документов бухгалтерского учета и отчетности должника, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации.

Вместе с тем согласно пункту 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта, за исключением случаев, если иное установлено бюджетным законодательством Российской Федерации.

Пунктом 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлено, что положения подпункта 2 пункта 2 данной статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Из обжалуемых судебных актов следует, что суды первой и апелляционной инстанций, отказывая в привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в связи с отсутствием у конкурсного управляющего документов бухгалтерского учета и отчетности должника, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, исходили из того, что доказательства, подтверждающие возложение на ФИО5 обязанностей по ведению и хранению соответствующей документации Общества, при рассмотрении настоящего обособленного спора не были представлены, равно как и доказательства того, что документация или имущество Общества находится у ФИО5 и он совершил действия, приведшие к уничтожению данной документации, ее сокрытию или к искажению содержащихся в ней сведений.

Основания не согласиться с выводами судов первой и апелляционной инстанций в указанной части у суда кассационной инстанции отсутствуют.

В обоснование требований в части привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьей 61.12 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий ФИО1 ссылается на непринятие ФИО5 как единственным участником Общества в срок до 11.05.2019 решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

Законом о банкротстве предусмотрены иные случаи.

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Пунктом 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве установлено, что если в течение предусмотренного пунктом 2 данной статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 данной статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 данной статьи.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с пунктом 1 данной статьи равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 9 Постановления № 53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий ФИО1 ссылалась на то, что обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом возникла у руководителя Общества ФИО4 не позднее 01.05.2019; поскольку такая обязанность ФИО4 не была исполнена, ФИО5 как единственный участник Общества должен был не позднее 11.05.2019 принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника.

Признавая доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, исходил из того, что конкурсным управляющим доказано наличие одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, момент возникновения данного условия, а также наличие обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Основанием для отказа в привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в связи с непринятием решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника, послужил вывод судов первой и апелляционной инстанций о том, что конкурсным управляющим не доказана осведомленность ФИО5 как участника Общества о необходимости созыва внеочередного собрания участников для принятия решения об обращении в суд с заявлением о признании должника банкротом.

При этом суды первой и апелляционной инстанций исходили из конкретных обстоятельств, установленных при рассмотрении настоящего обособленного спора: степени вовлеченности ФИО5 в управление хозяйственной деятельностью Общества, наличия у должника активов, сопоставимых с общим размером обязательств перед кредиторами.

Суды также приняли во внимание, что 19.08.20219 в арбитражный суд поступило заявление ООО «Металлсервис-Москва» о банкротстве Общества.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы судов первой и апелляционной инстанций, послужившие основанием для принятия определения от 25.12.2023 в обжалуемой части и постановления от 06.03.2024, соответствуют представленным при рассмотрении настоящего обособленного спора доказательствам.

Приведенный в кассационной жалобе конкурсного управляющего довод о том, что ФИО5, являясь единственным участником Общества и находясь в браке с руководителем должника ФИО4, знал о наличии у Общества признаков неплатежеспособности, имел возможность определять действия должника, в связи с чем подлежит привлечению к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве, не может быть принят.

Обстоятельств, опровергающих выводы судов первой и апелляционной инстанций о недоказанности осведомленности ФИО5 как участника Общества о необходимости принятия решения об обращении в суд с заявлением о признании должника банкротом, конкурсный управляющий не приводит; по сути, не соглашается с оценкой судами доказательств, представленных при рассмотрении настоящего обособленного спора.

Так как основания для иной оценки названных доказательств у суда кассационной инстанции отсутствуют, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Тверской области от 25.12.2023 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2024 по делу № А66-13252/2019 оставить без изменения, а кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Позитив» ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

А.В. Яковец

Судьи

Е.Н. Бычкова

Т.В. Кравченко