Постановление от 8 декабря 2024 г. по делу № А26-6352/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

09 декабря 2024 года

Дело №

А26-6352/2016

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Чернышевой А.А., судей Воробьевой Ю.В. и Мирошниченко В.В.,

рассмотрев 25.11.2024 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Карелия от 23.05.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.08.2024 по делу № А26-6352/2016,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Республики Карелия от 12.08.2016 принято к производству заявление ФИО2 о признании индивидуального предпринимателя ФИО1 несостоятельным (банкротом).

Определением от 10.10.2016 заявление ФИО2 признано обоснованным, в отношении индивидуального предпринимателя ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО3. Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 22.10.2016 № 197.

Решением от 22.05.2017 ФИО1 признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4. Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 27.05.2017 № 92.

Определением от 09.08.2019 удовлетворено ходатайство Федеральной налоговой службы, ФИО4 отстранен от исполнения обязанностей финансового управляющего .

Определением от 12.11.2019 финансовым управляющим утверждена ФИО3

Определением от 29.04.2021 суд освободил ФИО3 от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве ФИО1

Определением от 22.02.2022 финансовым управляющим утверждена ФИО5.

Определением от 16.08.2022 ФИО5 освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего, назначено судебное заседание по рассмотрению вопроса об утверждении финансового управляющего в деле о банкротстве должника.

Определением от 14.08.2023 в удовлетворении ходатайства ФИО1 о завершении процедуры реализации имущества гражданина отказано, производство по делу о банкротстве ФИО1 прекращено по основаниям, предусмотренным пунктом 9 статьи 45 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.11.2023 определение от 02.06.2022 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Карелия.

Определением от 23.05.2024, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.08.2024, завершена процедура реализации имущества должника без применения в отношении ФИО1 правила об освобождении от исполнения обязательств .

В кассационной жалобе ФИО1, ссылаясь на незаконность и необоснованность вынесенных судебных актов, просит определение от 23.05.2024 и постановление от 15.08.2024 отменить, направить дело на новое рассмотрение.

Податель кассационной жалобы настаивает на том, что в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие противоправные действия должника по сокрытию имущества и денежных средств, полученных от трудовой деятельности.

Податель жалобы указывает, что денежные средства он получал с согласия финансового управляющего. Также с согласия финансового управляющего было заключено соглашение о выплате алиментов сверх прожиточного минимума. По мнению должника, является необоснованным вывод суда первой инстанции о недобросовестности поведения должника, выразившегоя в признании права собственности за должником доли в размере 1/3 в совместно нажитом имуществе, ввиду того, что указанное решение принималось судом общей юрисдикции, а не должником лично.

Податель жалобы также указывает на то, что судом не были истребованы выписки со счетов должника ни у него, ни у кредитных организаций, в связи с чем был сделан неправомерный вывод о недобросовестном поведении должника.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, однако своих представителей в судебное заседание не направили, поэтому в соответствии со статьей 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами и следует из материалов дела, в реестр требований кредиторов включены требования семи кредиторов: ФИО2, ФИО6, ФИО7, ФИО8 (правопреемника публичного акционерного общества «Сбербанк России»; далее – Банк), Федеральной налоговой службы, ФИО9, публичного акционерного общества Национального банка «Траст», в общем размере 16 173 568,20 руб., в том числе 16 103 836,65 руб. основного долга и 69 731,55 руб. финансовых санкций.

Согласно проведенному анализу финансовой деятельности признаки преднамеренного или фиктивного банкротства должника установлены не были.

Согласно представленным в материалы дела ответам регистрирующих имущество и имущественные права органов, в конкурсную массу должника вошли восемь объектов недвижимости, семь из которых были обременены ипотекой. Иное имущество за должником не зарегистрировано.

Судами также было установлено, что должник являлся контролирующим лицом (учредителем и руководителем) следующих юридических лиц: общества с ограниченной ответственностью «Объединенная топливная компания» (далее – ООО «ОТК»; ОГРН <***>; определением от 23.12.2021 по делу № А26-7197/2017 завершено конкурсное производство по делу о банкротстве), общества с ограниченной ответственностью «ОТК плюс» (ОГРН <***>; исключено из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) 04.03.2020), общества с ограниченной ответственностью «ОСК» (ОГРН <***>; исключено из ЕГРЮЛ 20.03.2020). Имущественные права в виде участия должника в уставных капиталах указанных обществ в настоящем деле о банкротстве не реализовывались.

В рамках дела о банкротстве ООО «ОТК» определением суда от 13.02.2021 признано доказанным наличие оснований для привлечения бывшего руководителя должника ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ОТК» по основанию, предусмотренному подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, с указанного лица в пользу ООО «ОТК» взыскано 4 153 782,64 руб. Требование не предъявлялось для включения в реестр требований должника.

Материалы дела содержат информацию о погашении 100 % включенных во вторую очередь реестра требований кредиторов требований уполномоченного органа в сумме 15 380,90 руб., а также о погашении за счет реализации имущества на торгах и вследствие принятия кредиторами имущества в счет погашения своих требований обязательств перед залоговыми кредиторами ФИО2 и ФИО8 на общую сумму 10 162 688 руб. основного долга, в остальной части обязательства должника остались не погашенными.

Суд первой инстанции указал на отсутствие в материалах дела сведений о направлении на погашение расходов по делу или погашение требований кредиторов снятых с расчетного счета должника № 423…6828 денежных средств в размере более 570 тыс. руб., а также находившихся на счету должника по состоянию на 22.01.2020 денежных средств в размере 246 939,52 руб.

Из представленных ФИО1 по запросу суда выписок следует, что денежные средства на счета должника не поступали. В отношении счета в Банке № 423… 6828 должником представлены выписки за период с 01.01.2021 (с остатком средств в сумме 3465,01 руб.) по 25.04.2024 (с остатком средств в сумме 15,66 руб.); выписка по указанному счету за период с 22.01.2020 по 01.01.2021 в материалах отсутствует.

Учитывая изложенное, суд пришел к выводу, что отсутствует документальное подтверждение дальнейшей возможности формировать конкурсную массу, что является основанием для завершения процедуры банкротства в отношении должника.

Финансовыми управляющими ФИО4 и ФИО3 сделан вывод о совершении должником действий по сокрытию имущества (денежных средств, получаемых от трудовой деятельности должника в процедуре банкротства). Ссылаясь на выписки по счетам, на которые не поступали денежные средства, получаемые должником в качестве заработной платы, размер которой отражен в справках, выданных по месту работы ФИО1, финансовые управляющие указывали на факты уклонения должника от передачи денежных средств в конкурсную массу, факты расходования денежных средств без контроля управляющих и суда.

Суд первой инстанции отклонил возражения ФИО1 о недоказанности его противоправного поведения, указав, что нерассмотрение таких вопросов судом в рамках обособленных споров обусловлено отсутствием в деле о банкротстве должника финансовых управляющих.

Суд первой инстанции также указал, что непредставление должником в течение длительного времени в адрес финансовых управляющих сведений о своих доходах, уклонение от передачи финансовым управляющим контроля над расходованием денежных средств, заключение сделок (соглашение об алиментах, позиция в вопросе выдела доли в совместно нажитом имуществе), отрицательно повлиявших на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, расцениваются судом в качестве достаточных оснований для неприменения в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств. При таких обстоятельствах суд завершил процедуру реализации имущества гражданина без применения правила об освобождении от обязательств перед кредиторами.

Суд апелляционной инстанции с указанным выводом согласился.

Проверив законность обжалуемых судебных актов исходя из доводов, приведенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 286 АПК РФ суд кассационной инстанции проверяет правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Предметом кассационного обжалования в данном случае является вопрос об освобождении/неосвобождении должника от исполнения обязательств перед кредиторами.

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

– гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

– доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В соответствии с пунктом 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – Постановление № 45) освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в абзаце четвертом пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

В силу разъяснений, данных в пунктах 42 и 43 Постановления № 45, целью положений пункта 3 статьи 213.24, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28 и статьи 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при наличии обоснованного заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует указанные обстоятельства и ставит на обсуждение вопрос о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств. При этом, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.

Отказывая в применении в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами, суды первой и апелляционной инстанций указали на непредставление должником в течение длительного времени в адрес финансовых управляющих сведений о своих доходах, уклонение от передачи финансовым управляющим контроля над расходованием денежных средств, заключение сделок (соглашение об алиментах, позиция в вопросе выдела доли в совместно нажитом имуществе), отрицательно повлиявших на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов. Данные обстоятельства суды расценили как недобросовестное и неправомерное поведение.

Между тем вышеназванные выводы судов противоречат материалам дела и установленным судами обстоятельствам, сделаны с нарушением пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве и соответствующих разъяснений.

Обстоятельства, указанные судами в качестве обстоятельств, характеризующих недобросовестность должника, таковыми не являются и не исключают освобождение ФИО1 от долгов.

Вменяемое должнику в качестве неправомерного самостоятельное распоряжение доходами от трудовой деятельности в период банкротной процедуры в отсутствие каких-либо действий финансового управляющего, обладающего сведениями о том, что такие выплаты периодически поступают должнику, по ограничению права пользоваться счетами и снимать с них указанные денежные средства самостоятельно не должно влечь оснований для вывода о его заведомой недобросовестности (аналогичная позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2023 № 304-ЭС22-25484).

В данном случае в ходе рассмотрения заявления финансового управляющего ФИО3 о признании недействительной сделки, содержащейся в мировом соглашении, утвержденном 18.01.2018 мировым судьей Судебного участка № 3 г. Петрозаводска, и применении последствий недействительности сделки путем обязания ФИО1 возвратить в конкурсную массу должника 2 670 429,04 руб., было установлено, что должником снято с расчетного счета и получено из кассы по месту работы 2 670 429,04 руб. в целях исполнения мирового соглашения, заключенного в рамках искового производства по взысканию алиментов. Кроме того, снятие должником с расчетного счета № 40817….11120 денежных средств как конкретно определенными суммами в общем размере 1 198 759,43 руб., так и снятие «денежных средств по мере их поступления в любой день без ограничений» в период с декабря 2017 года по декабрь 2018 года было согласовано финансовым управляющим ФИО4

В данном обособленном споре суд отказал во взыскании указанных сумм в конкурсную массу должника, квалифицировав их в качестве алиментов и не установив неправильность их исчисления.

Из материалов дела не усматривается и иными доказательствами не подтверждено, что ФИО1 действовал недобросовестно, препятствовал проведению процедуры, не представлял запрошенные финансовым управляющим документы и информацию, злостно уклонялся от погашения кредиторской задолженности.

При этом добровольные действия финансового управляющего ФИО4, являющегося профессиональным участником дела о банкротстве и осуществляющего свои полномочия в соответствии с положениями Закона о банкротстве, по согласованию получения должником спорных сумм не могут быть поставлены в вину должнику.

Принимая обжалуемые судебные акты, суды также указали на отсутствие сведений о направлении на погашение требований кредиторов 570 тыс. руб. и 246 939,52 руб., находившихся на счете должника, вместе с тем указанные суммы явно несопоставимы с размером требований, от исполнения которых ФИО1 не освобожден судами даже после осуществления в его отношении длительной (более 7 лет) процедуры банкротства с присущими данной процедуре ограничениями.

Вопреки выводам судов, снятие 570 672 руб. лично финансовым управляющим ФИО4 и их расходование на погашение требований кредиторов подтверждено отчетом от 27.03.2019 и приложенными к нему документами, кроме того, не установлено наличие у должника доступа к основному счету в период с 22.01.2020 (отражение в отчете финансового управляющего ФИО3 остатка по счету в размере 246 939,52 руб.) по 15.08.2022 (отражение в отчете финансового управляющего ФИО5 остатка по счету 15,58 руб.) и возможности распоряжаться находящимися на счете денежными средствами.

Указывая на неприменение правил об освобождении должника от обязательств, суды в качестве основания также указали на неправомерное поведение должника, выразившееся в заключении мирового соглашения, утвержденного 18.01.2018 мировым судьей судебного участка № 3 г. Петрозаводска по иску о взыскании алиментов, а также на занятую должником позицию в судебном споре о разделе имущества, в результате которого за ФИО1 право собственности было признано лишь на 1/3 доли в совместно нажитом имуществе – квартире и парковочном месте (решение Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 16.05.2018 по делу № 2-3142/2018).

Действительно, определением мирового судьи судебного участка № 3 г. Петрозаводска Республики Карелия от 18.01.2018 по делу № 2-19/2018-8 утверждено заключенное между ФИО10 и ФИО1 мировое соглашение, которым установлены требования к должнику по текущим платежам в виде задолженности по алиментным обязательствам за период с 01.08.2016 по 30.11.2017 перед супругой ФИО10 в размере 222 912 руб. и перед несовершеннолетними детьми должника ФИО11 в размере 191 648 руб. и ФИО11 в размере 191 648 руб., а также установлены требования по уплате алиментов, начиная с 18.01.2018, в общем размере 100 000 руб. ежемесячно, в том числе: на содержание супруги ФИО10 20 000 руб. до достижения трехлетнего возраста ФИО11, на содержание ФИО11 40 000 руб. до ее совершеннолетия, на содержание ФИО11 40 000 руб. до его совершеннолетия.

Решением Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 16.05.2018 по делу № 2-3142/2018 произведен раздел совместного имущества, приобретенного ФИО10 и ФИО1 в период брака, признано за ФИО10 право собственности на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, а также 2/3 доли стояночного места по адресу: <...>. За должником признано право собственности на 1/3 долю в праве общей долевой собственности на указанные объекты.

Вместе с тем указанные судебные акты вступили в законную силу, не обжаловались ни кредиторами, ни финансовыми управляющими должника.

Определением от 22.06.2020 по данному делу было отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО3 о признании незаконной сделки, содержащейся в мировом соглашении, утвержденном 18.01.2018 мировым судьей судебного участка № 3 г. Петрозаводска, о ежемесячном перечислении супруге должника ФИО10 денежных средств на ее содержание и содержание двоих несовершеннолетних детей и применении последствий недействительности сделки путем обязания ФИО1 возвратить в конкурсную массу должника 2 670 429,04 руб.

Заключение соглашения об уплате алиментов является правом сторон, не противоречит действующему законодательству и было направлено на защиту прав и законных интересов супруги должника и его несовершеннолетних детей. Действующее законодательство не устанавливает запрет на заключение соглашения об алиментах при наличии у плательщика алиментов такой задолженности и признаков неплатежеспособности, а также не ставит в зависимость его заключение от указанных обстоятельств, и для квалификации такой сделки в качестве недействительной необходимо установить, что согласованный супругами размер алиментов носил явно завышенный и чрезмерный характер, чем был причинен вред иным кредиторам гражданина, тогда как в данном случае признаков явного завышения размера алиментов установлено не было.

В то же время в ходе рассмотрения указанного спора судом было установлено, что финансовый управляющий ФИО4 был осведомлен о заключении мирового соглашения, сведения о судебном акте своевременно были им отражены в отчете о своей деятельности. Кроме того, из имеющегося в материалах дела отчета от 17.12.2017 следует, что финансовым управляющим дано согласие на заключение должником нотариального соглашения от 14.11.2017 об уплате алиментов.

Из решения Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 16.05.2018 по делу № 2-3142/2018 следует, что привлеченный к участию в деле финансовый управляющий ФИО4, а также кредитор ФИО8 не возражали против удовлетворения иска супруги должника о разделе совместно нажитого имущества. При этом квартира по результатам проведенных торгов была оставлена залоговым кредитором за собой, что свидетельствует об отсутствии нарушения прав кредитора.

Таким образом, совокупность указанных обстоятельств не может быть квалифицирована в качестве противоправного поведения должника, направленного на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

С учетом изложенного у судов первой и апелляционной инстанций отсутствовали основания для неприменения в отношении ФИО1 правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

На основании изложенного и в связи с тем, что судами при разрешении данного спора установлены все фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, но в части освобождения ФИО1 от исполнения обязательств перед кредиторами выводы судов сделаны при неверном применении пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве и соответствующих разъяснений, противоречат материалам дела и установленным обстоятельствам, что привело к неправильным выводам, обжалуемые определение от 23.05.2024 и постановление от 15.08.2024 подлежат отмене в части неосвобождения ФИО1 от исполнения обязательств перед кредиторами, при этом суд кассационной инстанции, руководствуясь пунктом 2 части 1 статьи 287 АПК РФ, с учетом конкретных обстоятельств настоящего дела, считает возможным, не передавая дело на новое рассмотрение, принять в указанной части новый судебный акт, освободив ФИО1 от исполнения обязательств перед кредиторами.

При этом в силу прямого указания закона требования кредиторов по текущим платежам, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, о выплате заработной платы и выходного пособия, о возмещении морального вреда, о взыскании алиментов, а также иные требования, неразрывно связанные с личностью кредитора, в том числе требования, не заявленные при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина, сохраняют силу и могут быть предъявлены после окончания производства по делу о банкротстве гражданина в непогашенной их части в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (пункт 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

В силу абзаца второго пункта 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве правила пункта 5 данной статьи также применяются к требованиям о привлечении гражданина как контролирующего лица к субсидиарной ответственности (глава III.2 Закона о банкротстве).

Руководствуясь статьями 286–290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Республики Карелия от 23.05.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.08.2024 по делу № А26-6352/2016 отменить в части отказа в применении правила об освобождении ФИО1 от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Освободить ФИО1 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

В остальной части определение от 23.05.2024 и постановление от 15.08.2024 по тому же делу оставить без изменения.

Председательствующий

А.А. Чернышева

Судьи

Ю.В. Воробьева

В.В. Мирошниченко