Решение от 3 апреля 2023 г. по делу № А40-103177/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-103177/22-110-748
г. Москва
03 апреля 2023 г.
Резолютивная часть решения объявлена 15 марта 2023 года

Решение в полном объеме изготовлено 03 апреля 2023 года

Арбитражный суд города Москвы в составе:

судьи ФИО1 /единолично/,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общероссийской общественной организации "РОССИЙСКИЙ ФУТБОЛЬНЫЙ СОЮЗ" (119992, <...>, СТР 1, ОГРН: <***>) к акционерному обществу "ТЕЛЕСПОРТ ГРУП" (123112, <...>, ЭТАЖ/ОФИС 26/10, ОГРН: <***>) о признании,

при участии:

от истца – ФИО3 по дов. от 07.10.2021,

от ответчика- ФИО4 по дов. от 22.11.2021, ФИО5 по дов. от 21.06.2022

УСТАНОВИЛ:

общероссийская общественная организация "РОССИЙСКИЙ ФУТБОЛЬНЫЙ СОЮЗ" обратилась с иском к акционерному обществу "ТЕЛЕСПОРТ ГРУП" признать п. 3.5. договора № 04-08-2020/2 от 4.08.2020 г в части оставления за Истцом прав на освещение футбольных матчей спортивного мероприятия «БЕТСИТИ-Кубок России по футболу» сезонов 2020–2021 годов, 2021–2022 годов букмекерскими конторами и тотализаторами только на территории Российской Федерации недействительным.

Ответчик иск не признал по основаниям, изложенным в отзыве, заявил о пропуске срока исковой давности.

Заслушав представителей лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив представленные доказательства, суд пришел к следующим выводам:

Как усматривается из материалов дела, в обоснование своего требования Истец ссылается на те обстоятельства, что 01.12.2021 года в адрес Истца от Ответчика по делу № А40-218966/2021 поступил отзыв на иск (далее Отзыв).

Из содержания Отзыва Истец установил, что Ответчиком в ходе переговоров о заключении договора № 04-08-2020/2 от 4.08.2020 г. (далее Договор) совершены действия по несанкционированному скрытому изменению содержания п. 3.5. Договора в части уменьшения объема сохраненных за Истцом прав на освещение футбольных матчей спортивного мероприятия «БЕТСИТИ-Кубок России по футболу» сезонов 2020–2021 годов, 2021–2022 годов (далее Спортивное мероприятие) букмекерскими компаниями и тотализаторами в части территории посредством внесения в абзац пункта словосочетания «территория Российской Федерации»:

«3.5. Невзирая на иные положения настоящего Договора, Лицензиар оставляет за собой права на Трансляцию в рамках территории Российской Федерации потокового видео в режиме реального времени Способами вещания, в том числе, посредством Интернет телевидения, Телевидения замкнутой сети, Мобильного телевидения, осуществляемую букмекерскими конторами посредством интернет сайтов и мобильных приложений букмекерских контор при условии, что: (i) качество потокового видео не превышает 320х240 128 kbps, звук стерео 32 kbps; (ii) просмотр Трансляций будет доступен только для авторизированных пользователей интернет-сайтов и мобильных приложений букмекерских контор, прошедших установленные в соответствии с действующим законодательством РФ процедуры идентификации, необходимые для принятия букмекерскими конторами от таких пользователей ставок на азартные игры в букмекерских конторах и тотализаторах; (iii) при использовании персональных компьютеров (ПК) изображение видео не занимает более одной трети размера стандартного экрана ПК.».

Истец утверждает, что ответчик действовал недобросовестно при заключении Договора о передаче прав на освещение спортивных событий № 04-08-2020/2 от 04 августа 2020 года (далее - «Договор»), заключенного между истцом и ответчиком путем включения изменений в пункт 3.5. Договора, в соответствии с которым ответчику было предоставлено право сублицензировать переданные по Договору права букмекерским компаниям («Букмекерские права») за пределами территории РФ. Истец считает, что п. 3.5. должен был быть сформулирован в Договоре таким образом, чтобы все Букмекерские права (в РФ и за пределами РФ) должны были оставаться зарезервированными за истцом. Истец на этом основании просит признать часть сделки (п. 3.5. Договора) недействительной.

Истец сослался на то, что заместитель Генерального директора по продажам Ответчика ФИО6 (далее ФИО6) по поручению Генерального директора Ответчика ФИО7 в период с мая по декабрь 2020 года вела с Истцом переговоры о приобретении прав на телевизионное освещение Спортивного мероприятия.

В рамках полученного поручения ФИО6 была наделена полномочиями принимать решения по формированию как формата ведения переговоров, так и определения условий сотрудничества с Истцом.

ФИО6 обратилась с деловым предложением в адрес Истца к уполномоченному сотруднику - Руководителю службы маркетинга ФИО8 (далее ФИО8).

Еще до начала переговоров, в ходе переговоров, после их завершения, на этапе согласования проекта договора, при подписании Договора в отношении передаваемого объема прав у ФИО6, как у представителя Ответчика и ФИО8, как представителя Истца имелось единое поминание условий Договора, а именно: «Предметом Договора не является передача прав на прямые трансляции матчей Мероприятия букмекерским компаниям на территории стран всего мира.

Истец дополнительно своим письмом исх. № 1585 от 26.07.2020 г. «Итоги переговоров по реализации пакета медиа прав на Кубок России по футболу», адресованное Ответчику, в разделе «Реализуемые права, связанные с Мероприятием» однозначно выразил свою волю в отношении объема передаваемых прав указав, что «Права на передачу прямых трансляций букмекерским компаниям не входят в предлагаемый пакет.».

Принципиально согласовав вышеуказанные условия сделки с ФИО8 ФИО6 направила 28.07.2020 г. проект договора (далее Проект договора от 28.07.2020 г.) .

Действительную волю Истца, зафиксированную в письме исх. № 1585 от 26.07.2020 г. Ответчик отразил в п.3.5. Проекта договора от 28.07.2020 г. со следующим содержанием:

«3.5. Невзирая на иные положения настоящего Договора, Лицензиар оставляет за собой права на Трансляцию потокового видео в режиме реального времени посредством Интернет телевидения, осуществляемых букмекерскими конторами посредством интернет сайтов букмекерских контор» .

Последующим письмом № 1612 года от 29.07.2020 г. Истец сообщил, что права передаются «на условиях договора, заключаемого между РФС и АО «Телеспорт Груп»», то есть на условиях Проекта договора от 28.07.2020 г.

ФИО6 и ФИО8 действуя в интересах своих организаций пришли к соглашению о том, что условия п.3.5. Договора в редакции Проекта договора от 28.07.2020 г. принимаются как существенные и окончательно согласованные.

Далее представители сторон пришли к соглашению о том, что любые последующие переговоры относительно внесения любых изменений условий в Проект договора от 28.07.2020 г стороны реализуют исключительно путем внесения изменений в Проект договора от 28.07.2020 г. в «режиме правок» функции программы Microsoft Word.

31.07.2020 г. из заинтересованных служб Ответчика ФИО6 поступил обновленный проект договора (далее Проект договора от 31.07.2020 года), который был перенаправлен в адрес ФИО8 и других заинтересованных лиц Истца как проект документа никак не затрагивающий и не изменяющий положения п. 3.5. Договора, поскольку в нем отсутствовали изменения в «режиме правок» в отношении данного пункта.

Как указано самим Ответчиком в Отзыве , сотрудниками Ответчика в нарушение согласованного порядка ведения переговоров при создании Проекта договора от 31.07.2020 года на базе Проекта договора от 28.07.2020 г. были внесены изменения не в «режиме правок» функции программы Microsoft Word, в частности, в п. 3.5. Договора, Ответчик добавил словосочетание «территория Российской Федерации».

Данное действие сотрудников Ответчика по несанкционированному скрытому изменению содержания пунктов проектов юридически значимых документов, в частности, в п. 3.5. Договора является фактом недобросовестности при ведении переговоров со стороны Ответчика и введением Истца в заблуждение относительно предмета сделки.

В последствии, как указывает сам Ответчик в Отзыве он направлял в адрес Истца различные измененные версии проектов, но вопрос об изменении первоначально согласованной редакции пункта 3.5. в редакции Проекта договора от 28.07.2020 г. в части территории стороны более никогда не поднимали и не обсуждали, правки в режиме правок в данной части более никогда не вносились, поскольку ФИО6 как уполномоченный представитель Ответчика и ФИО8 как уполномоченный представитель Истца всегда исходили из единого понимания действительной воли, а именно: права на передачу прямых трансляций матчей Мероприятия букмекерским компаниям на территории стран всего мира не передаются в рамках Договора Ответчику.

Предметом переговоров и Дополнительного соглашения к Договору являлась передача Истцом Ответчику исключительных прав на освещение Спортивного мероприятия букмекерскими конторами за пределами Российской Федерации.

Истцу как организатору Спортивного мероприятия принадлежат права на их освещение посредством трансляции изображения и (или) звука мероприятий любыми способами и (или) с помощью любых технологий, а также посредством осуществления записи указанной трансляции и (или) фотосъемки мероприятий

В соответствии п. 4 ст. 20 Федерального закона от 04.12.2007 N 329-ФЗ «О физической культуре и спорте в Российской Федерации» организаторам физкультурных мероприятий и (или) спортивных мероприятий принадлежат права на их освещение посредством трансляции изображения и (или) звука мероприятий любыми способами и (или) с помощью любых технологий, а также посредством осуществления записи указанной трансляции и (или) фотосъемки мероприятий.

На основании п. 5 ст. 20 вышеуказанного Закона права на освещение физкультурных мероприятий и (или) спортивных мероприятий могут быть использованы третьими лицами только на основании разрешений организаторов физкультурных мероприятий и (или) спортивных мероприятий или соглашений в письменной форме о приобретении третьими лицами этих прав у организаторов таких мероприятий.

В силу ч. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Предмету Договора посвящен п. 2 Договора: «2.1. Лицензиар, действующий в качестве организатора Мероприятия, передает Лицензиату на условиях настоящего Договора исключительные Права (исключительную лицензию) на освещение Мероприятия посредством Трансляции изображения и (или) звука Мероприятия Способами вещания, а также посредством осуществления записи указанной Трансляции, и обязуется оказать сопутствующие услуги, необходимые для реализации Прав, а Лицензиат обязуется осуществить расчет с Лицензиаром согласно условиям настоящего Договора.

Права определены п. 3 Договора, в состав которого включен спорный п. 3.5., следовательно, содержание п. 3.5. относится к существенным условиям Договора.

Заключению Договора предшествовали переговоры.

В силу ст. 434.1 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, граждане и юридические лица свободны в проведении переговоров о заключении договора, самостоятельно несут расходы, связанные с их проведением, и не отвечают за то, что соглашение не достигнуто. При вступлении в переговоры о заключении договора, в ходе их проведения и по их завершении стороны обязаны действовать добросовестно, в частности не допускать вступление в переговоры о заключении договора или их продолжение при заведомом отсутствии намерения достичь соглашения с другой стороной. Недобросовестными действиями при проведении переговоров предполагаются:

1) предоставление стороне неполной или недостоверной информации, в том числе умолчание об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны быть доведены до сведения другой стороны;

2) внезапное и неоправданное прекращение переговоров о заключении договора при таких обстоятельствах, при которых другая сторона переговоров не могла разумно этого ожидать.

Сторона, которая ведет или прерывает переговоры о заключении договора недобросовестно, обязана возместить другой стороне причиненные этим убытки.

Убытками, подлежащими возмещению недобросовестной стороной, признаются расходы, понесенные другой стороной в связи с ведением переговоров о заключении договора, а также в связи с утратой возможности заключить договор с третьим лицом.

Стороны могут заключить соглашение о порядке ведения переговоров. Такое соглашение может конкретизировать требования к добросовестному ведению переговоров, устанавливать порядок распределения расходов на ведение переговоров и иные подобные права и обязанности. Соглашение о порядке ведения переговоров может устанавливать неустойку за нарушение предусмотренных в нем положений.

В силу п. 21 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 г. № 7 О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса РФ об ответственности за нарушение обязательств» если стороне переговоров ее контрагентом представлена неполная или недостоверная информация либо контрагент умолчал об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны были быть доведены до ее сведения, и сторонами был заключен договор, эта сторона вправе потребовать признания сделки недействительной и возмещения вызванных такой недействительностью убытков (статьи 178 или 179 ГК РФ) либо использовать способы защиты, специально предусмотренные для случаев нарушения отдельных видов обязательств, например, статьями 495, 732, 804, 944 ГК РФ.

В соответствии со ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 ГК РФ.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона.

В силу ст. 180 ГК РФ недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части.

Истец заключал Договор, как сделку не предполагающую передачу прав на прямые трансляции матчей Мероприятия букмекерским компаниям на территории стран всего мира, включая территорию Российской Федерации.

Договор в подписанной редакции не отражает действительную волю Истца в части содержания п. 3.5., Договор подписан Истцом находясь в заблуждении о предмете сделки в части содержания п. 3.5. Договора в результат недобросовестных действий Ответчика в преддоговорный период.

Вместе с тем утверждения истца не подтверждены доказательствами и противоречат представленными в ходе разбирательства доказательствами ответчика. Истец не представил ни одного доказательства недобросовестности действий. В частности, истец не предоставил доказательств наличия договоренности вносить изменения в Договор в режиме правок. Сложившаяся практика обмена проектами Договора в ходе переговоров истца и ответчика свидетельствует об обратном - договоренность вносить изменения в режиме правок была достигнута позднее в ходе переговоров.

Как пояснил Ответчик, переговоры по заключению Договора проводились между истцом и ответчиком с июля 2020 г. по 14 сентября 2020 г. Переговоры по заключению Договора проходили в несколько этапов.

На первом этапе истец и ответчик согласовывали содержание Договора путем проведения переговоров между руководящими ответственными лицами со стороны истца и ответчика (ФИО9, руководитель службы по маркетингу и коммерции, со стороны истца, и ФИО6, Заместитель генерального директора по продажам, со стороны ответчика), а изменения вносились без использования режима правок по результатам устных переговоров.

28.07.2020 г. ответчиком истцу был направлен проект Договора, скорректированный по результатам устных переговоров между истцом и ответчиком. Режим правок не использовался при внесении изменений в данный проект Договора. Возражений от истца по использованию режима правок не поступало. В соответствии с данным проектом Договора п. 3.5. был изложен таким образом, что все Букмекерские права (в РФ и за пределами были зарезервированы за истцом).

31.07.2020 г. ответчиком истцу был направлен очередной проект Договора по электронной почте, который содержал изменения по результатам предшествующих устных переговоров, который, по мнению истца, содержал п. 3.5. Договора в несогласованной редакции. В соответствии с этим проектом Букмекерские права были зарезервированы за истцом только на территории РФ, соответственно, права за пределами РФ были переданы ответчику по Договору. Режим правок также не использовался при изменении данного проекта Договора. Возражений от истца по использованию режима правок не поступало.

14.08.2020 г. по инициативе и просьбе ответчика стороны договорились вносить изменения в режим правок.

После появления п. 3.5. Договора в спорной редакции (31.07.2020 г.) стороны обменялись еще пятью проектами Договора. В ходе обмена этими проектами Договора как истец, так и ответчик вносили изменения в различные условия Договора, существенным образом меняя первоначальные договоренности сторон (уже в режиме правок в соответствии с вышеупомянутой договоренностью от 14.08.2020 г.).

В ходе этого процесса, последние изменения в п. 3.5. Договора были внесены именно истцом, что очевидно при рассмотрении режима правок, в котором содержится изменения и комментарий РФС (истца) к п. 3.5. Договора от 21.08.2020 г.: «Добавлено примечание [Pi2]: РФС уточняет качество». П. 3.5. Договора именно в редакции РФС (истца) содержится и в финальной версии Договора, которая была подписана сторонами. Таким образом, истец явился последней стороной, которая внесла исправления в спорный пункт 3.5. Договора.

Следовательно, утверждение истца о том, что ответчик действовал недобросовестно при внесении изменений в п. 3.5. Договора не подтверждается ни фактами, ни материалами дела.

В деле А40-218966/2021-134-1313 истец заявил письменную позицию от 17.01.2022 г., в которой в деталях пытался обосновать, что ответчик действовал недобросовестно при заключении Договора. В письменной позиции истец ссылается на те же аргументы, на которые он ссылается в настоящем деле, не представляя никаких документальных подтверждений.

В ходе судебного разбирательства суд исследовал представленные аргументы истца и в решении указал, что доказательств недобросовестности действий ответчика суду представлено не было.

05.04.2022 г. истцу было полностью отказано в удовлетворении исковых требований по делу А40-218966/2021-134-1313.

30.05.2022 г. решение по делу А40-218966/2021-134-1313 было обжаловано истцом в Девятый Арбитражный Апелляционный суд.

Вместе с тем, истец знал о содержании п. 3.5. Договора в части отсутствия резервирования зарубежных Букмекерских прав за истцом с момента получения письма от ответчика по электронной почте 07.04.2021 г., что подтверждается как электронной перепиской, так и показаниями свидетеля истца ФИО8

Свидетель ФИО8, который руководил переговорами со стороны истца, заявил в своих показаниях в суде 17.11.2022 г., что после получения письма по электронной почте от 07.04.2021 г. от ответчика истец имел знание о том, что спорные зарубежные Букмекерские права не были зарезервированы за истцом в соответствии с условиями Договора.

Следовательно, на 07.04.2021 г. истец однозначно знал о том, что Договор (п. 3.5.) не соответствует договоренности сторон и Букмекерские права за пределами РФ не были зарезервированы за истцом.

Исковое заявление датировано 18.05.2022 г. истцом, т.е. исковые требования были заявлены истцом спустя более чем один год с момента получения истцом сообщения от 07.04.2021 г. Таким образом, срок исковой давности для заявления требований истца истек.

Между тем, свидетель ФИО8 подтвердил, что до подписания со стороны истца договоры проходят процесс внутреннего согласования и проверки со стороны различных отделов. Следовательно, истец знал или должен был знать о его содержании до подписания.

Истцом не предоставлено никаких доказательств существования договоренности (устной или письменной) о невнесении изменений в режиме правок "Microsoft Word" до начала переговоров договоренности; действия сторон при ведении переговоров по Договору свидетельствуют об обратном - первые два проекта Договора были направлены как со стороны ответчика, так и со стороны истца без использования режима правок "Microsoft Word", что подтверждено предоставленной суду электронной перепиской. Договоренность об использовании режима правок возникла лишь позднее в ходе переговоров, после запроса самого ответчика в ответ на очередной проект от истца, что было зафиксировано в электронном сообщении от ответчика к истцу от 14.08.2020 г., предоставленном суду.

В ходе опроса свидетелей 17.11.2022 г., были даны показания, которые подтверждают доводы ответчика. что между сторонами на момент начала переговоров не существовало договоренности (устной или письменной) о внесении правок исключительно в режиме правок "Microsoft Word".

Так, Свидетель ФИО8 не смог пояснить, почему, если якобы существовала договоренность о внесении всех изменений в режиме правок "Microsoft Word", сам истец в лице ФИО8 направил проект Договора 12.08.2020 г. без использования режима правок "Microsoft Word" с комментарием: «Прошу принять в работу проект договора с правками РФС»; приложен проект Договора без режима правок.

Свидетель ФИО6, вызванная по ходатайству истца, являющаяся работником истца на момент дачи показаний и которая в прошлом являлась работником ответчика и руководила переговорами по спорному Договору, также не смогла объяснить противоречие между своим утверждением о существовавшей устной договоренности вносить изменения в режиме правок и тем, что при этом она собственноручно направила в ходе переговоров проекты Договора без использования режима правок.

Таким образом, никаких подтверждений якобы существовавшей до начала переговоров договоренности между истцом и ответчиком о внесении всех изменений в режиме правок "Microsoft Word" не было предоставлено истцом: утверждение истца о существовании такой договоренности противоречит электронной переписке сторон, а также действиям самих сторон в ходе переговоров, что очевидно следует из показаний свидетелей, вызванных самими же истцом.

В качестве доказательств допускаются показания свидетелей (ч. 4 ст. 88 АПК РФ).

Показания свидетелей в отношении определенных обстоятельств, на которые ссылается истец, являются единственным доказательством позиции истца. Так свидетели, в своих показаниях утверждали, что существовала договоренность о внесении изменений в режиме правок до начала переговоров, давали показания относительно воли (намерений) сторон при заключении договора и др.

Однако, показания заинтересованных свидетелей не могут быть единственными доказательствами по делу и для оценки их как беспристрастных и достоверных должны существовать иные доказательства, которых истец не предоставил.

Таким образом, показания исключительно показания свидетелей ФИО8 и ФИО6 не образуют достаточной совокупности доказательств для принятия решения относительно обстоятельств ведения переговоров в отсутствии иных доказательств, а также при прямом противоречии показаний указанных свидетелей переписке сторон по электронной почте и направленным проектам Договора.

Истец не доказал, что при совершении договора его воля была направлена на совершение какой-либо другой сделки.

При указанных обстоятельствах иск не подлежит удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 110, 123, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты его принятия.

Судья:

ФИО1