Постановление от 4 июня 2019 г. по делу № А44-5388/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

04 июня 2019 года

Дело №

А44-5388/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 28 мая 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 04 июня 2019 года.

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Кравченко Т.В., Яковца А.В.,

при участии от ФИО1 представителя ФИО2 (доверенность от 18.09.2017),

рассмотрев 28.05.2019 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Новгородской области от 28.09.2018 (судья Бударина Е.В.) и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2019 (судьи Виноградов О.Н., Журавлев А.В., Кузнецова К.А.) по делу № А44-5388/2016,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Новгородской области от 25.08.2016 в отношении кредитного потребительского кооператива «Партнер», место нахождения: 174411, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Кооператив), введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3.

Решением суда от 23.01.2017 Кооператив признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

Определением от 26.04.2017 ФИО3 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

В рамках данного дела о банкротстве ФИО4 28.08.2017 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении бывших руководителей должника – ФИО1 (Великий Новгород) и ФИО5 (Великий Новгород), к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам.

Определением суда от 04.12.2017 в качестве соответчиков к участию в настоящем обособленном споре привлечены ФИО6, ФИО7 и ФИО8.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2019 определением суда первой инстанции от 28.09.2018 оставлено без изменения, заявление удовлетворено частично. ФИО1 и ФИО5 привлечены к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в удовлетворении остальной части заявленных требований отказано. Производство по вопросу определения размера субсидиарной ответственности указанных лиц приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

В кассационной жалобе ФИО1, ссылаясь на нарушение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, просит отменить определение от 28.09.2018 и постановление от 21.01.2019, вынести новый судебный акт - об отказе в удовлетворении заявления.

По мнению подателя жалобы, судами не дана оценка тому факту, что уголовное дело до настоящего времени не закончено; размер задолженности не установлен, как не установлена и причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ФИО1 и банкротством должника.

В судебном заседании представитель ФИО1 доводы, изложенные в жалобе, поддержала.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке исходя из доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела, в период с 13.03.2001 по 25.06.2015 ФИО1 исполнял обязанности председателя правления Кооператива, то есть согласно уставу являлся единоличным исполнительным органом управления.

В период с 25.06.2015 по 18.01.2017 председателем правления Кооператива являлся ФИО5

Как видно из материалов настоящего обособленного спора, основания для привлечения ФИО1 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий усматривает в неправомерном бездействии ответчиков выразившемся в не обращении в суд с заявлением о признании должника банкротом: ФИО1 должен был сделать это не позднее месяца, со дня обращения в правоохранительные органы (03.09.2013), а ФИО5 - с даты его избрания в качестве председателя правления, то есть с 25.06.2015. Кроме того, конкурсный управляющий ссылается на отражение в бухгалтерской документации сведений, не соответствующих действительности, что в итоге привело к банкротству должника.

Суд первой инстанции удовлетворил заявление конкурсного управляющего в части; суд указал, что означенные лица, будучи руководителями должника в соответствующие периоды времени, действуя добросовестно и разумно, в интересах пайщиков, обязаны были принять все меры, направленные на информирование пайщиков Кооператива о реальном финансовом положении должника.

Приостанавливая производство по спору в части определения размера субсидиарной ответственности, суд первой инстанции исходил из того, что формирование конкурсной массы должника не завершено, и поэтому определить размер ответственности не представляется возможным.

Суд апелляционной инстанции с доводами суда первой инстанции согласился.

Кассационная инстанция не находит оснований для удовлетворения жалобы по следующим основаниям.

В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Вменяемые ФИО1 и ФИО5 действия (бездействие) имели место в 2013 и 2015 годах, в связи с чем основания субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц предусматривались пунктами 2 и 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ); несмотря на то что статья 10 Закона о банкротстве с 30.07.2017 утратила силу в связи с вступлением в силу Закона № 266ФЗ, ответственность за вменяемые деяния не отменена (статьи 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд при наличии одного из обстоятельств, указанных в данном пункте, а также в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, в кратчайший срок, но не позднее, чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены уже существующие обязательства, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них.

В связи с этим не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. Исходя из этого законодатель в пункте 2 статьи. 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, а также недостаточность конкурсной массы для удовлетворения всех требований кредиторов.

В соответствии с позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2018 № 306-ЭС17-13670 (3), по смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности), добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Проанализировав представленные в материалы дела документы, суды установили, что по состоянию на 03.10.2013 (руководитель ФИО1) и 25.06.2015 (руководитель ФИО5) должник не отвечал признакам неплатежеспособности, в связи с чем у руководителей должника не возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Суд кассационной инстанции полагает обоснованным вывод судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии оснований для привлечения ФИО1 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам Кооператива по основанию пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве субсидиарная ответственность по обязательствам должника в случае недостаточности у него имущества может быть возложена на контролирующих должника лиц (в частности, руководителя должника), если признание должника несостоятельным (банкротом) явилось следствием действий и (или) бездействия указанных лиц.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Федерального закона (абзац третий пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

В силу пункта 16 Постановление № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве), следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности; это в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом (фирмой-однодневкой и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В соответствии с абзацем семь пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Судами установлено, что 03.09.2013 ФИО1 в правоохранительные органы было подано заявление о выявлении факта заключения фиктивных договоров займа от имени Кооператива, в связи с чем Кооперативу был причинен значительный финансовый ущерб.

02.10.2013 на основании заявления ФИО1 было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 165 Уголовного кодекса Российской Федерации.

По результатам ревизии заключенных Кооперативом договоров займов, проведенной в 2013 - 2014 годах, были установлены факты выдачи денежных займов по фиктивным договорам на общую сумму более 139 000 000 руб.

Располагая данной информацией по фактам заключения фиктивных договоров займов, связанных с выводом денежных средств, ФИО1 не принял мер к возврату денежных средств с целью восстановления имущественного положения должника путем обращения в суд с заявлениями о взыскании дебиторской задолженности.

В части наличия оснований для привлечения ФИО5 к ответственности суды приняли во внимание что последний, обладая информацией о наличии у Кооператива сомнительной дебиторской задолженности, неисполненных обязательств перед другими пайщиками - в июле, сентябре 2015 года и марте 2016 года осуществил выплату денежных средств на общую сумму 12 517 777 руб. по договорам передачи личных сбережений, заключенных 01.07.2013, 03.12.2012, 04.12.2014.

С учетом изложенного, установив несоответствие поведения ФИО1, ФИО5 требованиям добросовестности и разумности, наличие причинно-следственной связи между их противоправным поведением и банкротством должника, отсутствие в материалах дела доказательств иного, суды пришли к обоснованному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО1, и ФИО5 к субсидиарной ответственности и по основанию пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Приостанавливая производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении ФИО1 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании абзаца три пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве до окончания расчетов с кредиторами, суд первой инстанции обоснованно указал на то, что конкурсная масса должника не сформирована.

Апелляционный суд согласился с выводом арбитражного суда.

Доводы кассационной жалобы подлежат отклонению, поскольку были предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций, им дана надлежащая правовая оценка.

Указанные в кассационной жалобе доводы не опровергают выводов судов первой и апелляционной инстанций, направлены на иную оценку имеющихся доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела, что в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию кассационной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено.

С учетом изложенного основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Новгородской области от 28.09.2018 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2019 по делу № А44-5388/2016 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Н.Ю. Богаткина

Судьи

Т.В. Кравченко

А.В. Яковец