Решение от 4 июля 2024 г. по делу № А33-964/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

04 июля 2024 года

Дело № А33-964/2024

Красноярск

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 20.06.2024 года.

В полном объёме решение изготовлено 04.07.2024 года.

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Дранишниковой Э.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску индивидуального предпринимателя Касацкой Юлии Валерьевны (ИНН 246111974314, ОГРН 313246806500171) к обществу с ограниченной ответственностью «СИБИНФОРМ» (ИНН 2460214608, ОГРН 1092468010227) о взыскании задолженности и процентов за пользование чужими денежными средствами;

в присутствии в судебном заседании:

- истца;

- представителя ответчика: ФИО2 (полномочия подтверждаются доверенностью от 26.02.2024);

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Гелбутовской А.О.;

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец, исполнитель) обратилась в Арбитражный суд Красноярского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «СИБИНФОРМ» (далее – ответчик, клиент, заказчик) о взыскании задолженности по оплате услуг по договору аутсорсинга № 001/19Ю от 09.01.2019 за период с 01.10.2023 по 27.11.2023 в размере 76 000 руб. и процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 15.10.2023 по 12.01.2024 в размере 2 356,11 руб. Также истец просил взыскать судебные расходы в размере 42 000 руб. в виде упущенной выгоды в связи с тем, что истцу самостоятельно пришлось подготавливать исковое заявление в защиту своих интересов.

Определением от 03.04.2024 возбуждено производство по делу. Дело рассмотрено в заседании, состоявшемся 20.06.2024, с извещением участников судебного спора о судебном разбирательстве и размещением сведений о дате и времени судебного заседания на сайте суда.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

Между сторонами заключен вышеуказанный договор, по которому истец является исполнителем услуг, а ответчик заказчиком.

Предметом договора является наделение исполнителя полномочиями в рамках правового обеспечения деятельности предприятия заказчика, отстаиванию его законных интересов, осуществление проектирования, экспертизы и согласования гражданско-правовых и хозяйственных договоров в интересах заказчика, представление интересов заказчика в контролирующих организациях, консультирование сотрудников заказчика по всем вопросам деятельности предприятия заказчика, представительство интересов заказчика в судах всех уровней и юрисдикций (пункт 1.1).

В пункте 4.1 договора перечислены виды оказываемых услуг и предельный объем их предоставления (например, оформление претензий, жалоб не более 5 единиц в месяц, участие в переговорах не более 3 раз в месяц продолжительностью не более 3 часов каждое, оформление ответов на претензии, жалобы и иные требования не более 5 единиц в месяц и др.).

В пункте 4.2 определена ежемесячная стоимость услуг: с 09.01.2019 по 31.03.2019 в размере 20 000 руб., а 01.04.2019 по 31.12.2019 в размере 25 000 руб. Вознаграждение выплачивается исполнителю ежемесячно авансовым платежом (100%) не позднее 15 числа текущего месяца. При этом размер вознаграждения не зависит от объема услуг, которым воспользовался заказчик в пределах «пакета услуг» (пункт 4.4).

После заключения вышеуказанного договора в рамках сложившихся договорных отношений стороны заключали дополнительные соглашения. В частности дополнительным соглашением от 02.12.2019 внесены изменения в пункт 7.1 договора. В новой редакции данного пункта предусмотрена возможность автоматической пролонгации договора в случае отсутствия намерений сторон по его расторжению, выраженных за 30 дней до окончания его срока действия.

Другими дополнительными соглашениями стороны изменяли размер вознаграждения исполнителя. Последним таким соглашением стало соглашение от 01.12.2023 с 01.02.2023 размер ежемесячного вознаграждения исполнителя увеличен до 40 000 руб.

До сентября 2023 г. между сторонами отсутствовали разногласия по поводу исполнения договора. Между сторонами ежемесячно подписывались акты оказания услуг, ответчик ежемесячно осуществлял оплату. До возникновения конфликта последняя оплата в размере 40 000 руб. совершена ответчиком 17.08.2023 за август 2023 г.

В последующем письмом № 503 от 04.09.2023 ответчик предложил истцу расторгнуть договор путем подписания соглашения о расторжении, приложенного к письму. В соглашении предусматривалось расторжение договора с 04.10.2023. В ответ на такое предложение истец передал ответчику письмо № 58 от 20.09.2023, в котором выразил отказ на предложение расторгнуть договор, отмечая, что уведомление о расторжении договора в соответствии с пунктом 7.2 ответчик не направлял. Истец при этом предложил свою редакцию соглашения о расторжении договора, в котором предусматривались расторжение договора с 20.10.2023 и выплата истцу вознаграждения в размере 40 000 руб. за период с 01.09.2023 по 30.09.2023 и в размере 25 800 руб. за период с 01.10.2023 по 20.10.2023.

05.10.2023 ответчик произвел последний в рамках указанных договорных отношений платеж в размере 40 000 руб. за сентябрь 2023 г. После этого письмом № 59 от 23.10.2023 ответчик повторно предложил истцу расторгнуть договор. В новой предложенной редакции соглашения о расторжении договора предусматривались расторжение договора уже 31.10.2023 и выплата вознаграждения в размере 40 000 руб. за период с 01.10.2023 по 31.10.2023. В указанном письме истец обращал внимание на то, что ответчик не воспользовался правом на расторжение договора в соответствии со статьей 7.2 договора и не подписал предложенное соглашение о расторжении договора, в связи с чем договор является действующим, а обязательство по ежемесячной оплате сохраняется.

В последующем ответчик направил истцу уведомление № 594 от 24.10.2023, в котором ссылался на односторонний отказ от вышеуказанного договора. Истец в свою очередь направил ответчику досудебное требование № 60 от 10.11.2023, в котором требовал оплаты услуг в размере 76 000 руб. за период с 01.10.2023 по 27.11.2023 (за октябрь и 27 дней ноября 2023 г., то есть по дату, в которую договор, по мнению истца, расторгнут в одностороннем порядке на основании уведомления ответчика).

Поскольку ответчик не оплатил услуги за указанный период, истец обратился в суд с вышеуказанным иском.

Исследовав представленные доказательства, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с положениями статей 779, 781 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ) обязательственное правоотношение по договору возмездного оказания услуг состоит из двух основных встречных обязательств, определяющих тип этого договора: обязательство исполнителя совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность по заданию заказчика и обязательство заказчика уплатить обусловленную договором цену в порядке, предусмотренном сделкой (статья 328 ГК РФ).

Право исполнителя на оплату услуг вытекает из недопустимости нарушения эквивалентности встречных предоставлений (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 21.03.2023 № 307-ЭС22-22917, от 04.08.2022 № 306-ЭС22-8161, от 24.12.2020 № 306-ЭС20-14567, от 18.08.2020 № 309-ЭС20-9064, от 06.08.2020 № 301-ЭС19-25810, постановление Президиума ВАС РФ от 13.05.2014 № 19371/13, пункт 5 постановления Пленума ВАС РФ от 06.06.2014 № 35 "О последствиях расторжения договора").

Обязанность по оплате является встречной по отношению к обязанности исполнителя оказать услугу, одна обусловлена другой. Правовая кауза указанных отношений состоит в эквивалентом обмене встречными предоставлениями (услуга за деньги). Оплата услуг подлежит по факту их оказания. Именно факт оказания услуг порождает обязательство заказчика по их оплате вне зависимости от порядка осуществления расчетов (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 04.04.2023 № 305-ЭС22-24429, от 19.01.2018 № 310-ЭС17-11570, постановления Президиума ВАС РФ от 13.05.2014 № 19371/13, от 04.06.2013 № 37/13, от 28.05.2013 № 18045/12, определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 23.09.2014 № 49-КГ14-10, от 08.09.2009 № 5-В09-100).

При этом исполнитель может считаться надлежаще исполнившим свои обязательства при совершении определенных действий или осуществлении определенной деятельности. По смыслу пункта 1 статьи 423 ГК РФ плата по договору за оказание правовых услуг, как и по всякому возмездному договору, производится за исполнение своих обязанностей с учетом фактически совершенных исполнителем действий (деятельности) (постановление Конституционного Суда РФ от 23.01.2007 № 1-П, постановления Президиума ВАС РФ от 14.11.2006 № 8259/06, от 02.12.2003 № 11406/03, от 24.07.2001 № 921/01, от 17.07.2001 № 5841/01, от 25.07.2000 № 7308/99, от 30.05.2000 № 8079/99, определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 78-КГ19-32, пункт 2 информационное письмо Президиума ВАС РФ от 29.09.1999 № 48 "О некоторых вопросах судебной практики, возникающих при рассмотрении споров, связанных с договорами на оказание правовых услуг").

Стоит также отметить, что в любом случае правовые услуги представляют интерес для заказчика не сами по себе, они должны быть направлены на достижение определенного результата. Обычно в качестве результата оказания услуг указывается некая польза, которую осуществленное исполнителем предоставление при определенных условиях должно принести заказчику. Исполнитель при этом должен представить доказательства приложения максимальных усилий по достижению обусловленной договором цели (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 04.04.2023 № 305-ЭС22-24429).

В связи с изложенным одним из юридически значимых обстоятельств по спорам о взыскании задолженности по оплате правовых услуг является факт исполнения договора на оказание юридических услуг его сторонами. В предмет исследования входят обстоятельства, связанные с выполнением исполнителем обязанностей по оказанию юридических услуг, перечисленных в договоре, а именно когда, какие были составлены документы, выполнены работы, оказаны услуги во исполнение договора (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 04.02.2015 № 308-ЭС14-1778, определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 23.09.2014 № 49-КГ14-10).

Как следует буквально из условий договора, оплата определена в твердом размере и осуществляется ежемесячно независимо от фактического объема услуг, которым воспользовался ответчик. Договором предусмотрен перечень услуг, которые входят в предмет договора, а также максимальный объем их предоставления в отчетный период (в месяц). При этом в договоре не встречаются какие-либо упоминания об абонентской форме расчетов или уточнения, указывающие на абонентский характер договора.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 33 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", по смыслу статьи 431 ГК РФ в случае неясности того, является ли договор абонентским, положения статьи 429.4 ГК РФ не подлежат применению.

Между тем в отсутствие указания на независимость платежей от факта и объема оказанных услуг само по себе установление в договоре ежемесячной платы, указание в тексте договора на абонентскую плату или стоимость абонентского обслуживания не придает договору характер абонентского (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 13.08.2018 № 305-ЭС18-4979, постановление Президиума ВАС РФ от 15.08.2000 № 2208/00, постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 01.10.2020 № Ф03-3794/2020 по делу № А59-3501/2019, постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 09.06.2022 № Ф04-1913/2022 по делу № А70-12886/2021).

Абонентская плата подразумевает, что в отсутствие совершения заказчиком действий по реализации прав из договора исполнитель, тем не менее, совершает определенную полезную для него деятельность, отвлекая свои силы и ресурсы для этого, обеспечивая готовность предоставить встречное исполнение в соответствии с условиями договора. В таком случае сам факт наличия договора и специфика деятельности исполнителя обусловливают самостоятельную ценность договорных отношений для заказчика и его готовность оплачивать услуги в изложенном порядке (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 14.11.2019 № 305-ЭС19-13609).

Специфика предусмотренных вышеуказанным договором услуг состоит в том, что они сами по себе не осуществляются исполнителем без обращения к нему заказчика с поручением конкретного задания. Исполнитель не может осуществлять какую-либо правовую деятельность в интересах заказчика без его обращения, поскольку подготовка документов, встречи, консультации, представление интересов и другие действия предполагают решение определенной задачи, поставленной заказчиком перед исполнителем не абстрактно, а в связи с возникшей в его деятельности проблемой правового характера. Эти услуги не могут оказываться отвлеченно от конкретных интересов заказчика. Совершение исполнителем тех или иных действий, соответствующих предмету договора, но в отсутствие поручений заказчика не имеет для последнего никакого смысла и потребительской ценности, чтобы вступать в такие договорные отношения. При пассивной реализации заказчиком своих прав из договора встречное исполнение со стороны исполнителя услуг само собой не возникает в данном случае.

Характер оказываемых услуг по вышеупомянутому договору и установленный порядок их принятия и оплаты позволяет сделать вывод об обусловленности оплаты фактом оказания услуг.

Исполнитель ежемесячно предоставляет заказчику акт об оказании услуг с указанием перечня и объема оказанных услуг. Акты предоставляются исполнителем до 5 числа месяца, следующего за отчетным. Акты об оказании услуг подписывается сторонами в течение 3 рабочих дней со дня предоставления отчета. При оказании услуг, не указанных в перечне поручений, установленных в пункте 1.2 либо превышающих объем, установленный пунктом 4.1 договора, стороны заключают дополнительное соглашение, в котором согласовывают стоимость таких услуг (пункт 3.1 договора).

Изложенные положения исключают однозначность абонентского характера договора и в совокупности с условиями договора о расчетах по сути свидетельствуют о ежемесячном авансировании услуг в текущем месяце с установлением их предельного объёма. В соответствии с установленной ежемесячной платой исполнитель должен был оказывать услуги в пределах предусмотренного объема. Условия договора подразумевают, что в разные отчетные периоды фактический объем услуг может различаться, но размер ежемесячной платы при этом сохраняется вне зависимости от этого обстоятельства.

В настоящем случае оплата правовых услуг, хотя и не поставлена в зависимость от объема выполненных услуг, но производится, если эти услуги выполнены. Условие об оплате не является условием об абонентной плате, так как четко не определено, что оплата должна осуществляться и в том случае, когда заказчик в оплачиваемый период не будет пользоваться правовыми услугами исполнителя (постановление Президиума ВАС РФ от 15.08.2000 № 2208/00).

Наличие самого договора не позволяет сделать вывод о том, что истец в отсутствие обращений ответчика в принципе что-либо делал в его интересах в рамках заключенного договора в заявленный период (октябрь-ноябрь 2023 г.). В таких условиях задолженность носит эфемерный и неверифицируемый характер. Основания для её возникновения невозможно проверить.

Истец не представил доказательства того, что он осуществлял какие-либо действия по предмету договора и что заказчик обращался к нему с соответствующими поручениями (консультации, встречи, подготовка документов, участие в судебных делах и др.). При этом истец непосредственно в судебном заседании подтвердил, что фактически никаких услуг не оказывал в обозначенном периоде. Более того, истцу уже в сентябре 2023 г. было доподлинно известно о том, что ответчик фактически прекратил взаимоотношения с истцом по вышеуказанному договору ввиду того, что он перепоручил осуществлять юридическое сопровождение своей деятельности другому юристу. Из пояснений истца следует, что свои правопритязания он основывает исключительно на факте заключения договора и его действии до 27.11.2023 (до заявления ответчика об отказе от договора с учетом условия о необходимости направления уведомления об этом за 30 дней до прекращения договора).

Стоит отметить, что в начале сентября 2023 г. ответчик поставил вопрос о прекращении договорных отношений по вышеуказанному договору. При этом, как усматривается из письма № 503 от 04.09.2023, ответчик не осознавал, что у него имеется право на односторонний отказ от договора, которое он может реализовать вне зависимости от согласия истца и без необходимости заключения соглашения о расторжении договора. Истец же, получив указанное письмо, не мог не осознавать, будучи являясь профессиональным исполнителем юридических услуг, что его взаимоотношения по вышеуказанному договору с большей долей вероятности рано или поздно будут прекращены ввиду наличия у ответчика права на свободный отказ от договора, принимая во внимание ясное для истца намерение ответчика завершить договорные отношения.

В пункте 7.2 договора прямо оговорено право сторон на односторонний отказ от договора, что согласуется с пунктом 1 статьи 782 ГК РФ, согласно которому заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов. Указанное законоположение предоставляет заказчику право на немотивированный односторонний отказ от исполнения договора (пункт 4 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 16 "О свободе договора и ее пределах") и представляет собой частный случай одностороннего отказа от договора (пункты 1, 2 статьи 450.1 ГК РФ).

Как и при осуществлении любого иного гражданского права, в силу положений пункта 3 статьи 1, пункта 1 статьи 10 и пункта 3 статьи 307 ГК РФ сторона обязательства должна действовать добросовестно - учитывать права и законные интересы другой стороны, воздерживаться от намеренного причинения вреда. Сторона должна действовать добросовестно, соизмеряя свои действия с поведением, ожидаемым от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны. Принцип добросовестности предполагает, что исполняющее обязательство лицо, учитывая права и законные интересы контрагента, должно воздерживаться от поведения, способного негативно повлиять на имущественную сферу контрагента. При завершении отношений сторона должна учитывать интересы контрагента, избегая причинения последнему неоправданных потерь (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 22.11.2023 № 310-ЭС23-14161, от 21.04.2023 № 305-ЭС22-20125, от 09.09.2021 № 302-ЭС21-5294).

Договорные отношения по оказанию правовых услуг, как правило, носят в определенной степени доверительные отношения между заказчиком и исполнителем ввиду вовлеченности исполнителя в проблемы заказчика, предполагающей тесный уровень взаимодействия и обладание исполнителя информацией о заказчике, носящей конфиденциальный, закрытый характер. С профессиональной точки зрения добросовестное отношение исполнителя юридических услуг к своему клиенту предполагает рачительное отношение к имущественным интересам клиента как к своим собственным. Однако поведение истца в данном случае по отношение к ответчику (клиенту) было противоположным.

Из поведения истца усматривается, что в сложившейся ситуации он был заинтересован в формальном сохранении договора как можно дольше, но без цели исполнять этот договор со своей стороны и выстраивать партнерские отношения, а только для того, чтобы использовать договор как правовое основание для предъявления требования об оплате услуг. То есть для выставления требований об оплате за само истечение периода времени действия договора.

По сути истец, осознавая расторжение договора в обозримом будущем, стремился навязать свои услуги и извлечь из прекращающихся отношений с ответчиком максимум выгоды путем получения дополнительного вознаграждения с заведомым осознанием того, что фактически за заявленный период услуги в принципе не будут оказываться. При получении от ответчика письма с предложением расторгнуть договор и наличии у истца информации о том, что ответчик нанял иного юриста для постоянного юридического сопровождения своей деятельности, истец понимал, что услуги он уже не будет оказывать по вышеуказанному договору. Трудно представить, что после направления такого письма между сторонами сохранялись партнерские взаимоотношения и ответчик поручал выполнение какой-либо работы истцу, равно как и то, что истец совершал какие-либо значимые и полезные действия в рамках заключенного с ответчиком договора. Ни один разумный участник гражданского оборота на месте истца не стал бы прилагать усилия по выполнению работы, будучи не уверенным в том, что эта работа будет полезной заказчику, принята и оплачена им. Тем более заявление заказчика о прекращении договора явно указывало на то, что исполнителю не стоит рассчитывать на дальнейшее сотрудничество. При этом недопустимо заставлять заказчика принимать услуги. В такой ситуации выполнение исполнителем какой-либо работы вопреки интересам заказчика не имеет разумного объяснения, а значит, является невероятным.

Истец сам подтвердил, что он не выполнял никаких работ за заявленный период. Действуя добросовестно по отношению к ответчику, истец мог поступить самым простым и логичным образом – уведомить ответчика о том, что сделанное им заявление является достаточным для одностороннего расторжения договора без необходимости отдельного заключения соглашений. Тем самым между сторонами была бы достигнута правовая определенность по поводу завершения их договорных отношений и не имелось бы повода для возникновения финансовых претензий истца относительно оплаты услуг за тот период, когда отношения сторон уже перешли в ликвидационную (или даже конфликтную) стадию своего существования. Однако вместо этого в своих ответных письмах истец указывал на необходимость подписания предложенной им редакции соглашений, которыми он пытался гарантировать себе фиксацию возникновения денежного долга ответчика за заявленный период при том, что никакие услуги за этот период не оказывались. Истец действовал во вред ответчику, стремясь обогатиться за его счет (пункты 1, 3-4 статьи 1 ГК РФ). что недопустимо. Не совершив со своей стороны встречного предоставления, истец не имел в действительности какого-либо интереса в защите своего права (пункт 3 статьи 328 ГК РФ).

Разрешение споров должно способствовать достижению публично-правовой цели – стимулированию участников гражданского оборота к добросовестному, законопослушному поведению, исключающему получение собственных преимуществ в предпринимательской деятельности с помощью неправомерных методов и средств (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 26.02.2020 № 305-ЭС19-26346, постановление Президиума ВАС РФ от 17.12.2013 № 9837/13).

Сложившееся положение при установленных в договоре условиях оплаты не должно создавать у истца неправильные стимулы поведения и позволять ему получать из искусственного поддержания состояния действующего договора (на некоторый период времени) прибыль без приложения к этому реальных усилий по исполнению договорных обязательств. Сложившаяся ситуация приносит больше выгоды исполнителю, поскольку позволяет ему требовать оплаты в отсутствие встречного предоставления со своей стороны, тогда как при нормальном гражданском обороте в рамках действующего договора ему пришлось бы реально оказать услуги в пределах объемов, предусмотренных договором (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 18.01.2023 № 302-КГ16-11762, от 16.08.2022 № 305-ЭС22-7116, от 19.05.2021 № 309-ЭС20-23981, от 26.02.2021 № 309-ЭС20-18883, от 22.06.2016 № 308-КГ15-19017).

Поскольку у ответчика отсутствует денежный долг по оплате услуг требование о взыскании процентов по правилам статьи 395 ГК РФ также неправомерно, поскольку отсутствует факт неправомерного пользования чужими денежными средствами.

Таким образом, заявленный иск не подлежит удовлетворению, а судебные расходы истца не подлежат возмещению за счет ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 АПК РФ, Арбитражный суд Красноярского края

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.

Судья

Э.А. Дранишникова