Постановление от 4 апреля 2023 г. по делу № А02-1555/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень Дело № А02-1555/2020


Резолютивная часть постановления объявлена 29 марта 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 04 апреля 2023 года.


Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Бедериной М.Ю.

судей Зюкова В.А.

ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием средств аудиозаписи кассационные жалобы арбитражного управляющего ФИО2, ассоциации арбитражных управляющих «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса» (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее – ААУ «ЦФОП АПК», ассоциация) и общества с ограниченной ответственностью частной охранной организации «Тайфун» (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее - ООО ЧОО «Тайфун», истец, охранная организация) на постановление от 04.12.2022 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Фертиков М.А., Афанасьева Е.В., Сорокина Е.А.) по делу № А02-1555/2020 Арбитражного суда Республики Алтай, принятое по иску ООО ЧОО «Тайфун» к арбитражному управляющему ФИО2, ФИО3 (далее – ответчики) о взыскании с них солидарно 2 404 794,80 руб. в возмещение убытков.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ААУ «ЦФОП АПК», общество с ограниченной ответственностью «Страховое общество «Помощь», акционерное общество «Страховая бизнес группа», Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Алтай.

В заседании суда округа приняла участие арбитражный управляющий ФИО2

Суд установил:

ООО ЧОО «Тайфун» обратилось в Арбитражный суд Республики Алтай с исковым заявлением к арбитражному управляющему ФИО2, ФИО3 о взыскании убытков в размере 2 404 794,80 руб., установленных постановлением от 24.08.2016 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А02-1962/2015, решением от 16.12.2019 Арбитражного суда Республики Алтай по делу № А02-1520/2019.

Решением от 12.08.2021 Арбитражного суда Республики Алтай в удовлетворении иска отказано в полном объеме.

Постановлением от 08.05.2022 Седьмого арбитражного апелляционного суда решение от 12.08.2021 Арбитражного суда Республики Алтай отменено и принят новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований.

Постановлением от 17.08.2022 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа, постановление от 08.05.2022 Седьмого арбитражного апелляционного суда отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Седьмой арбитражный апелляционный суд.

Отменяя постановление апелляционного суда, судом округа, в частности указано, что, разрешая вопрос о том, соотносились ли те или иные действия (бездействие) управляющего с принципом добросовестности, следует принимать во внимание разъяснения, изложенные в абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25).

По смыслу указанных разъяснений, несмотря на то, что управляющий обладает определенной дискрецией, оценивая его действия как добросовестные или недобросовестные, суд должен соотнести их с поведением, ожидаемым от любого независимого профессионального управляющего, находящегося в сходной ситуации и учитывающего права и законные интересы гражданско-правового сообщества кредиторов. В рассматриваемом деле перед судами встал вопрос о порядке распределения средств, вырученных от продажи предмета залога.

При новом рассмотрении постановлением от 04.12.2022 Седьмого арбитражного апелляционного суда, решение от 12.08.2021 Арбитражного суда Республики Алтай отменено; с ФИО2 в пользу ООО ЧОО «Тайфун» взыскано 2 404 794,80 руб. в возмещение причиненных убытков. В удовлетворении исковых требований к ФИО3 отказано.

Не согласившись с принятым постановлением апелляционного суда, арбитражный управляющий ФИО2 обратилась с кассационной жалобой, в которой просит его отменить, в удовлетворении исковых требований отказать.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на то, что суд апелляционной инстанции применил пункт 6 статьи 138 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), не подлежащий применению; требования истца по договору оказания охранных услуг от 29.09.2008 № 2, возникшие в процедуре наблюдения за период оказания услуг с января 2014 по ноябрь 2014 года в сумме 1 091 600 руб. подлежали включению в реестр текущих платежей и удовлетворению в порядке общей очередности в соответствии со статьей 134 Закона о банкротстве; вывод суда апелляционной инстанции о недобросовестности ФИО2 основан исключительно на том, что ею при распределении денежных средств от продажи имущества должника требования истца не были удовлетворены в порядке пункта 6 статьи 138 Закона о банкротстве.

Не согласившись с принятым постановлением апелляционного суда, ААУ «ЦФОП АПК» также обратилось с кассационной жалобой, в которой просит его отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на нарушение судом норм процессуального права, а именно, не привлечение в качестве третьего лица в рассматриваемом споре общества с ограниченной ответственностью «Розничное и корпоративное страхование» и норм материального права, а именно, суд применил пункт 6 статьи 138 Закона о банкротстве, не подлежащий применению при рассмотрении данного спора; по мнению кассатора, суд апелляционной инстанции в нарушение установленной пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве очередности ошибочно установил, что и неустойка подлежала погашению в соответствии с пунктом 6 статьи 138 Закона о банкротстве.

ООО ЧОО «Тайфун» также обратилось с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление апелляционного суда в части отказа в удовлетворении требований о взыскании денежных средств с ФИО3 и принять в указанной части новый судебный акт об удовлетворении требований и взыскании с ФИО3 денежных средств в размере 2 404 794,80 руб.

С позиции кассатора, суд апелляционной инстанции при оценке действий ФИО3 как контролирующего должника лица, не применил положения пункта 5 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований, контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, предусматривающего отказ в переходе прав требований в связи с фактическим прекращением обязательств, что повлекло принятие незаконного и необоснованного судебного акта, а также не применил к рассматриваемым отношениям положения статьи 413 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) о прекращении обязательств посредством совпадения кредитора и должника.

В заседании ФИО2 доводы, изложенные в кассационной жалобе, поддержала.

Иные лица, участвующие в деле, в заседание суда кассационной инстанции не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

В порядке статьи 163 АПК РФ в судебном заседании объявлялся перерыв до 29.03.2023 до 13 часов 45 минут.

Проверив в пределах, предусмотренных статьями 286, 287 АПК РФ, правильность применения апелляционным судом норм материального права и соблюдение процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд округа находит основание для удовлетворения кассационных жалоб.

Как установлено судами и следует из материалов дела, определением от 14.11.2013 Арбитражного суда Республики Алтай по делу № А02-1543/2013 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Майма-Молоко» (далее - ООО «Майма-Молоко», должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим назначен ФИО4

Решением суда от 20.03.2015 ООО «Майма-Молоко» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство.

Определением от 08.12.2016 суд прекратил процедуру конкурсного производства в отношении должника и ввел процедуру внешнего управления сроком на 12 месяцев, внешним управляющим утвердил ФИО2

Решением от 06.12.2018 Арбитражного суда Республики Алтай в отношении ООО «Майма-Молоко» прекращена процедура внешнего управления, должник признан несостоятельным, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утверждена ФИО2

Определением от 31.01.2020 суд утвердил отчет конкурсного управляющего ООО «Майма-Молоко» ФИО2 и завершил конкурсное производство в отношении должника, который 10.03.2020 исключен из Единого государственного реестра юридических лиц.

Решением от 05.02.2016 Арбитражного суда Республики Алтай по делу № А02-1962/2015 суд удовлетворил исковое заявление ООО ЧОО «Тайфун» к ООО «Майма-Молоко» о взыскании задолженности в сумме 1 401 600 руб. за оказание охранных услуг по договору от 29.09.2008 № 2. Постановлением от 17.08.2016 Седьмого арбитражного апелляционного суда данное решение изменено. С ООО «Майма-Молоко» в пользу ООО ЧОО «Тайфун» взыскана задолженность в сумме 1 091 600 руб., в остальной части иска отказано.

Решением от 16.12.2019 Арбитражного суда Республики Алтай по делу № А02-1520/2019 с ООО «Майма-Молоко» в пользу ООО ЧОО «Тайфун» взыскана неустойка за просрочку исполнения обязательства в сумме 1 313 194,80 руб.

Конкурсное производство в отношении ООО «Майма-Молоко» 31.01.2020 завершено. Требование ООО ЧОО «Тайфун» не погашено в ходе конкурсного производства.

Полагая, что неправомерными действиями арбитражного управляющего ФИО2 и учредителя ФИО3 причинены убытки в сумме 2 404 794,80 руб., которые представляют собой сумму задолженности, взысканную по делу № А02-1962/2015 и сумму неустойки, взысканной по делу № А02-1520/2019, ООО ЧОО «Тайфун» обратилось в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Истец, обращаясь в суд с настоящим иском о взыскании убытков ссылался на пункт 6 статьи 138 Закона о банкротстве, который прямо обязывает произвести погашение затрат, связанных с обеспечением сохранности предметов залога до распределения денежных средств от его продажи. По мнению истца, несмотря на указанную законом обязанность конкурсный управляющий уклонился от оплат задолженности, совершив распределение всех денежных средств в пользу ФИО3, несмотря на его прямую заинтересованность по отношению к должнику.

Истец указал, что факт передачи имущества под охрану был многократно исследован судами, как при взыскании задолженности в исковом порядке, так и при попытке конкурсного управляющего оспорить сделку с истцом в целях уклонения от оплаты оказанных услуг (дело № А02-1543/2013), а размер убытков подтвержден решениями арбитражного суда по делам № А02-1962/2015, № А02-1520/2019.

Суд апелляционной инстанции, удовлетворяя исковые требования частично, счел доказанной совокупность обстоятельств, являющихся основанием для взыскания с арбитражного управляющего ФИО2 убытков в размере 2 404 794,80 руб.; отказывая в удовлетворении иска в отношении ФИО3, суд исходил из не доказанности истцом, что какие-либо конкретные действия ФИО3 повлекли причинение ему убытков.

Суд кассационной инстанции считает, что выводы суда апелляционной инстанций соответствуют нормам законодательства и фактическим обстоятельствам дела.

В абзаце втором пункта 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что после завершения конкурсного производства, либо прекращения производства по делу о банкротстве, требования о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим, если они не были предъявлены и рассмотрены в рамках дела о банкротстве, могут быть заявлены в общем исковом порядке в пределах оставшегося срока исковой давности.

Ответственность арбитражного управляющего, установленная пунктом 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат возмещению по правилам статьи 15 ГК РФ с учетом специальных норм Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинно-следственную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками. Отсутствие одного из вышеназванных элементов влечет за собой отказ в удовлетворении требования о возмещении убытков.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков (пункт 11 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих»).

Таким образом, в предмет доказывания подлежат включению вопросы, связанные с наличием (отсутствием) в действиях арбитражного управляющего противоправного поведения, которое, в свою очередь, повлекло неблагоприятные последствия для должника.

По общему правилу, установленному статьей 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В рассматриваемом случае апелляционным судом установлено следующее.

Решением от 05.02.2016 Арбитражного суда Республики Алтай, с учетом постановления от 24.08.2016 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А02-1962/2015 с ООО «Майма-Молоко» в пользу ООО ЧОО «Тайфун», взыскана задолженность в сумме 1 091 600 руб. Из указанных судебных актов следует, что задолженность возникла по договору оказания охранных услуг от 29.09.2008 № 2 за период оказания услуг с января 2014 по ноябрь 2014 года. Из материалов дела № А02-1543/2013 следует, что 14.11.2013 в отношении ООО «Майма-Молоко» введено наблюдение, а 20.03.2015 ООО «Майма-Молоко» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство.

Таким образом, требование истца возникло в процедуре наблюдения, то есть после возбуждения в отношении ООО «Майма-Молоко» дела о банкротстве, а значит, относится к текущим платежам.

Из определения от 31.01.2020 по делу № А02-1543/2013 следует, что конкурсным управляющим проведена инвентаризация имущества должника, все имущество должника продано, от реализации имущества получены денежные средства в размере 149 074 943,21 руб. Кредиторы первой очереди у должника отсутствуют.

В реестр требований кредиторов второй очереди включено требование уполномоченного органа на сумму 2 565 000 руб., в третью очередь - на сумму 106 982 499,50 руб. (обеспечены залогом).

Денежные средства от продажи имущества в сумме 149 074 943,21 руб. и остаток денежных средств в кассе в сумме 953 179,67 руб., всего на сумму 150 028 122,88 руб. распределены следующим образом: погашено требование кредитора второй очереди на сумму 2 565 000 руб.; погашено требование залогового кредитора публичного акционерного общества «Сбербанк России» в сумме 5 881 878,76 руб.; погашено требование залогового кредитора ФИО3 на сумму 128 848 481,25 руб.

Требования текущих кредиторов погашены на сумму 12 732 762,87 руб., из которой 372 7151,17 руб. выплата заработной платы сотрудникам при увольнении (вторая очередь); 8 983 361,70 руб. погашение требований уполномоченного органа (вторая очередь); 22 250 руб. государственная пошлина при оформлении сделок с недвижимостью и почтовые расходы.

В рассматриваемом деле перед судами встал вопрос о порядке распределения средств, вырученных от продажи предмета залога. Правила, регулирующие соответствующие отношения, установлены статьей 138 Закона о банкротстве.

По смыслу названной статьи вне очереди вырученные средства направляются в целях погашения расходов на обеспечение сохранности предмета залога и реализацию его на торгах (пункт 6). Затем от оставшихся средств: 80 процентов расходуются на погашение требования залогового кредитора; 15 процентов - в пользу кредиторов первой и второй очереди (при их отсутствии - также залоговому кредитору); 5 процентов - на погашение судебных расходов, вознаграждение арбитражного управляющего и оплату услуг привлеченных лиц (пункты 2 и 2.1 статьи 138 Закона о банкротстве).

Из материалов дела следует, что сумма убытков, заявленная истцом ко взысканию складывается из: 1 091 600 руб. – суммы задолженности за оказание охранных услуг по договору от 29.09.2008 № 2, в рамках которого истец обеспечивал сохранность предмета залога, подтвержденной вступившими в законную силу судебными актами в рамках дела № А02-1962/2015; 1 313 194,80 руб. – суммы неустойки за просрочку исполнения обязательства, подтвержденной вступившим в законную силу решением от 16.12.2019 по делу № А02-1520/2019.

Принимая во внимание, что сумма основного долга 1 091 600 руб. непосредственно связана с обеспечением сохранности предмета залога, суд апелляционной инстанции счел, что в силу пункта 6 статьи 138 Закона о банкротстве подлежала погашению вне очереди, однако, арбитражным управляющим ФИО2 не сделано.

Оценивая поведение арбитражного управляющего ФИО2 с точки зрения добросовестности при распределении денежных средств по результату реализации предмета залога, апелляционный суд посчитал бездействие арбитражного управляющего ФИО2 в отношении конкретного кредитора – ООО «ЧОО Тайфун» по не включению его требования в реестр требований текущих кредиторов должника и при этом погашение требований залогового кредитора ФИО3 является недобросовестным.

В связи с чем суд округа соглашается с выводами апелляционного суда о правомерности требования о взыскании убытков.

При этом, вышеуказанные недобросовестные действия арбитражного управляющего ФИО2 находятся в прямой причинно-следственной связи с суммой неустойки (1 313 194,80 руб.), взысканной в рамках дела № А02-1520/2019, так как, в случае удовлетворения требований истца (1 091 600 руб.) вне очереди из средств, полученных от реализации залогового имущества, указанные убытки фактически бы не возникли, а значит сумма неустойки обоснованно включена в состав убытков.

Положения гражданского законодательства о представительстве (гражданско-правового представительства) могут быть по аналогии закона применены к судебному представительству, которое порождает полномочия на совершение волеизъявлений, не имеющих гражданско-правовую природу.

ФИО2 не отрицает факт личного знакомства с бенефициаром должника ФИО3, причиной которого стало представительство последнего в статусе юриста.

Суд округа отмечает, что представительство по правовой природе является фидуциарным правоотношением, где важно доверие со стороны представляемого представителю. По смыслу положений главы 10 ГК РФ отношения представительства предполагают, что представитель обязан действовать исключительно в интересах доверителя. Отсюда и вытекает право в любой момент без объяснения мотивов отменить полномочие и прекратить отношения представительства. Утрата взаимного доверия делает невозможным представительство. Как только доверие утрачивается или представляемый решает иначе вести свои дела, он вправе отменить доверенность.

Фидуциарная сделка по выдаче доверенности зарождает объективные сомнения в беспристрастности, поскольку такие правоотношения представляют собой особую группу отношений, объединенных на основе того, что в их содержании лично-доверительная составляющая играет особую, специфическую роль. При том что даже в случае если внутренние отношения представительства между представителем и доверителем прекращены, у представителя не исключается сохранение обязанности учитывать интересы представляемых ранее лиц, имея в виду сложившийся особый характер фидуциарных отношений.

Проведение процедуры банкротства арбитражным управляющим аффилированным по отношению к отдельному кредитору (группе кредиторов), должнику недопустимо ввиду очевидности конфликта интересов, наличия обоснованных сомнений в независимости, беспристрастности управляющего, что в соответствии с положениями статей 20.4, 145 Закона о банкротстве является достаточным для применения к нему такой меры ответственности как отстранение его от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом должника.

Такой подход соответствует практике разрешения подобного рода споров, выработанной высшей судебной инстанцией (например, определения от 26.08.2020 № 308-ЭС-2721, от 29.04.2019 № 310-ЭС17-15048(2), от 25.10.2021 № 302-ЭС19-18801(6), от 05.04.2021 № 304-ЭС21-524, от 01.10.2021 № 304-ЭС21-16830).

Анализ дела о банкротстве ООО «Майма-Молоко» свидетельствует о конфликте между управляющим и охранной организацией (определение от 05.09.2017 по делу № А02-1543/2013).

При распределении денежных средств от реализации залогового имущества редакция статьи 138 Закона о банкротстве вступило в законную в силу.

Указанное в совокупности подтверждает причинную связь между убытками и действиями арбитражного управляющего ФИО2, вину и противоправные действия.

В части не привлечения правопреемника страховой организации вследствие передачи страхового портфеля, доводы ассоциации отклоняется ввиду того, что при надлежащем привлечении к участию в деле страховой компаний, где в свое время застрахована деятельность арбитражного управляющего. Причем сами страховые компании с указанным доводом с кассационной жалобой в суд округа не обращались.

Отказывая в удовлетворении иска в части взыскания убытков с ФИО3, апелляционный суд учел, что погашены были требования ФИО3 только обеспеченные залогом имущества должника, а другие его требования, включенные в третью очередь реестра требований кредиторов должника, не погашались, как и требования иных кредиторов, включая требования уполномоченного органа. Кроме того, наличие в данном случае аффилированности между ФИО3 и арбитражным управляющим ФИО2 не влечет возложение на ФИО3 равной с арбитражным управляющим ответственности в виде возложения на него сумм убытков, понесенных истцом.

Материалы дела исследованы судом апелляционной инстанции полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованном судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права.

Оснований для отмены принятого судебного акта по приведенным в кассационных жалобах доводам не имеется.

Доводы заявителей, приведенные в кассационных жалобах, свидетельствуют о их несогласии с оценкой установленных по делу обстоятельств и не указывают на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм права.

При проверке законности обжалуемого постановления судом кассационной инстанции не установлено нарушений судом апелляционной инстанции норм материального либо процессуального права, в связи с чем оснований для отмены принятого судебного акта и удовлетворения кассационных жалоб не имеется.

Согласно статье 110 АПК РФ и статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина по кассационным жалобам ФИО2 и ААУ «ЦФОП АПК» составляет по 3 000 руб. и относится на кассаторов.

Поскольку при принятии кассационной жалобы определением суда округа от 14.03.2023 ООО ЧОО «Тайфун» была предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины, государственная пошлина в размере 3 000 руб. подлежит взысканию с общества в доход федерального бюджета.

В связи с окончанием кассационного производства меры по приостановлению исполнения обжалуемого судебного акта, принятые на основании определения от 23.01.2023 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа также подлежат отмене (часть 4 статьи 283 АПК РФ).

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление от 04.12.2022 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А02-1555/2020 Арбитражного суда Республики Алтай оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью частной охранной организации «Тайфун» в доход федерального бюджета 3 000 рублей государственной пошлины.

Арбитражному суду Республики Алтай выдать исполнительный лист.

Меры по приостановлению исполнения обжалуемого судебного акта по настоящему делу, принятые определением от 23.01.2023 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа, отменить.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.




Председательствующий М.Ю. Бедерина


Судьи В.А. Зюков


ФИО1