Решение от 29 июня 2021 г. по делу № А53-38697/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А53-38697/20
29 июня 2021 г.
г. Ростов-на-Дону


Резолютивная часть решения объявлена 23 июня 2021 г.

Полный текст решения изготовлен 29 июня 2021 г.

Арбитражный суд Ростовской области в составе судьи Казаченко Г. Б.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

общества с ограниченной ответственностью «НПП ВНИКО» (материальны истец), ФИО2 (процессуальный истец)

к обществу с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие ВНИКО» ИНН <***> ОГРН <***>

индивидуальному предпринимателю ФИО3 ИНН <***> ОГРНИП 319619600108250

о признании сделки недействительной

при участии:

от материального истца ООО «НПП ВНИКО»: не явился, извещен;

от процессуального истца ФИО2: представитель ФИО4 по доверенности от 23.09.2019 г., диплом,

от ответчика общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие ВНИКО»: не явился, извещен,

от ответчика ФИО3: адвокат Баланова Е.Н. по доверенности от 20.02.2021 г.

установил:

общество с ограниченной ответственностью «ВНИКО» (материальный истец) в лице законного представителя ФИО2 (процессуальный истец) обратилось в Арбитражный суд Ростовской области к обществу с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие ВНИКО» ИНН <***> ОГРН <***>, индивидуальному предпринимателю ФИО3 ИНН <***> ОГРНИП 319619600108250 о признании договора аренды от 01.10.2019 №2/85, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие ВНИКО» и индивидуальным предпринимателем ФИО3, недействительным.

Протокольным определением суда от 01.06.2021 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, приняты уточненные требования, в соответствии с которыми истец просил суд признать договор субаренды №2/85-19 от 01.10.2019, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие ВНИКО» и индивидуальным предпринимателем ФИО3, недействительным, применить последствия недействительности сделки, взыскав с индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие ВНИКО» полученные по договору субаренды 2/85-19 от 01.10.2019 денежные средства в размере 1 773 690 рублей.

В судебном заседании, назначенном на 17.06.2021 года, в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, объявлялся перерыв до 23.06.2021 года до 15 часов 00 минут. Информация об объявленном перерыве размещена на сайте арбитражного суда Ростовской области. После перерыва судебное заседание продолжено с участием представителей процессуального истца ФИО2, ответчика ФИО3

От общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие ВНИКО» представитель не явился, извещен надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела.

При таких обстоятельствах, дело рассмотрено в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителя общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие ВНИКО».

Представитель ФИО2 требования поддержал по основаниям, изложенными в исковом заявлении, пояснил суду, что сделка является мнимой, поскольку обществом и ответчиком не представлены доказательства, подтверждающие реальность ее исполнения, акты приема-передачи помещения составлены для создания видимости реальности сделки, кроме того, сделка совершена без одобрения со стороны ФИО2, причиняет ущерб обществу, поскольку рыночная цена арендной платы существенно ниже согласованной обществом и предпринимателем в договоре, реальная цель спорной сделки - вывод денежных средств в обход интересов ФИО2

Представитель общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие ВНИКО» просил суд отказать ФИО2 в удовлетворении требований, поскольку заявителем не доказан факт мнимости сделки, общество арендует спорное помещение длительное время, сослался на доводы отзыва и дополнений.

Ответчик общество с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие ВНИКО» представил отзыв на иск в соответствии с которым возражает против доводов ФИО2, подтверждает реальность сделки.

Суд, выслушав пояснения представителей процессуального истца ФИО2, ответчика ФИО3, исследовав материалы дела, изучив все представленные документальные доказательства и оценив их в совокупности, установил следующие фактические обстоятельства.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО2 является участником общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие ВНИКО» (далее – Общество) с долей 30%.

Иными участниками общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие ВНИКО» на момент совершения оспариваемой сделки являлись ФИО5, ФИО3 и ФИО6

Как подтверждается материалами дела и не оспаривается Обществом и ответчиком, между ФИО7 и ФИО5 29.06.2018 заключен договор аренды нежилого помещения с земельным участком № 2, согласно которому арендодатель (ФИО7) передает, арендатору (ФИО5) во временное владение и пользование принадлежащее ему на праве собственности нежилое помещения площадью 400 кв.м. в нежилом здании, этажность 1, общей площадью 920,9 кв.м., и земельный участок, площадью 300 кв.м., находящийся по адресу <...>. Акт приема-передачи объектов недвижимости от 29.06.2018 подтверждается передачу от ФИО7 Надтоке И.И. спорного имущества. Актом приема-передачи оборудования от 29.06.2018 (приложение № 2) подтверждается передача технологического окрасочного оборудования по договору аренды от 29.06.2018 № 2. Арендная плата согласована сторонами в размере 24 137,94 руб. (п. 4.1 договора).

Между предпринимателем ФИО5 и Обществом заключен договор 02.07.2018 субаренды, согласно которому арендатор (ФИО5) обязуется предоставить сударендатору (обществу) нежилое помещение под склад, общей площадью 400 кв.м. и земельный участок общей площадью 300 кв.м., находящиеся по адресу <...>. Сторонами согласована арендная плата в размере 420 000 руб. ( п. 3.1. договора).

Между ФИО7 и ФИО8 заключен аналогичный договор аренды того же имущества по цене.

Между ФИО3 и Обществом заключен договор субаренды помещения и земельного участка от 01.10.2019 № 2/85-19, согласно которому арендатор (ФИО3) предоставляет субарендатору (обществу) нежилое помещение под склад площадью 700 кв.м. и земельный участок общей площадью 600 кв.м., находящийся по адресу: Новочеркасск, ул. Крайняя, 55). Стороны согласовали арендную плату 780 000 руб.

Как пояснил представитель Общества, договор от 01.10.2019 № 2/85-19 между обществом и ФИО9 расторгнут.

По мнению истца, договор субаренды помещения и земельного участка от 01.10.2019 № 2/85-19 является мнимой сделкой, а также сделкой, причиняющей ущерб обществу, поскольку создает искусственную задолженность общества перед предпринимателем, которые ФИО2 (как единственное незаинтересованное лицо) не одобряла. Сделка была заключена лишь с целью вывода денежных средств из общества. Помещение по договору не передавалось, что подтверждается, по мнению истца, следующими обстоятельствами: общество не занимается хозяйственной деятельностью на спорной территории, не нуждается в аренде помещений, указанных в спорном договоре. Истцом не выявлено ни одного обстоятельства, денежной операции, либо документа, свидетельствующего о фактическом использовании спорного помещения.

Как указано в иске, сделка совершена по явно завышенной цене и не может относиться к обычной хозяйственной деятельности, что подтверждается заключением специалиста общества "Оценочная ростовская компания" № 3С05-05/21 от 12.05.2021, согласно которого величина месячной арендной платы по спорному помещению составляет 54 493 руб. (т.1 л.д. 59-84); сделка подлежала обязательному одобрению ФИО2 до ее совершения, однако сделано этого не было.

Истец полагает, что спорная сделка совершена в целях причинения ущерба обществу с целью вывода денежных средств из него, оспариваемые сделки проводились в интересах учредителей ФИО5, ФИО3 и ФИО6, являющихся близкими родственниками, т.е. одобрять указанную сделку могла только ФИО2, однако о ее совершении ей сообщено не было. От передачи документации по данной сделке, ответчик общество с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие ВНИКО» так же уклонялся.

Указанные обстоятельства и послужили основанием для обращения с настоящим требованием в арбитражный суд.

Ответчик возражая против удовлетворения исковых требований, настаивал на реальность совершенной сделки. Указал на то, что отсутствуют доказательства совершения сделки с заинтересованностью. Настаивал на том, что сделка совершена в результате обычной хозяйственной деятельности.

Исследовав материалы дела, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также взаимную связь доказательств в их совокупности, суд пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации участники корпорации вправе оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 настоящего Кодекса или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

Согласно разъяснению, данному в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 25): "участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ)".

В соответствии с частью 4 статьи 53, частью 1 статьи 225.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации участник юридического лица при рассмотрении арбитражным судом корпоративного спора пользуется процессуальными правами и несет процессуальные обязанности истца, поскольку является законным представителем юридического лица, а также обладает правом требовать принудительного исполнения решения арбитражного суда в пользу этого юридического лица, как материального истца и фактического взыскателя (часть 2 статьи 225.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица").

Таким образом, участник общества является косвенным выгодоприобретателем по иску наряду с обществом, получая выгоду от увеличения активов общества в случае удовлетворения иска.

В соответствии со статьями 53, 174 ГК РФ, статьями 43 - 46 Закона N 14-ФЗ участники такого общества вправе, помимо реализации объема корпоративных прав, определенных в статье 8 Закона N 14-ФЗ, обжаловать решения органов управления общества, оспаривать совершенные обществом сделки и требовать возмещения убытков, причиненных обществу органами его управления.

Аналогичные права предоставлены участникам корпорации, к которой отнесены также общества с ограниченной ответственностью, нормой статьи 65.1 ГК РФ в редакции, вступившей в силу с 01.09.2014.

Таким образом, суд находит, что ФИО10 обладает достаточной легитимацией на оспаривание сделок, совершенных обществом и предпринимателем, поскольку на момент совершения сделок ФИО2 являлась участником общества с ограниченной ответственностью Научно-производственного предприятия «Внико» с долей 30%.

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление N 25), пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса должны быть установлены: сговор (совместные действия) представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого либо совершение представителем сделки в ситуации отсутствия доказательств сговора (или совместных действий), но с причинением явного и очевидного для контрагента в момент совершения сделки ущерба интересам представляемого.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданский кодекс).

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В пункте 86 постановление N 25 разъяснено, что следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение, однако это не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется.

Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168 и 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; далее - Кодекс).

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 N 305-ЭС16-2411, обе стороны мнимой сделки стремятся к сокрытию ее действительного смысла. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Расхождение волеизъявления с волей устанавливает суд путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Для этого суду необходимо оценить совокупность согласующихся между собой доказательств, которые представляют лица, участвующие в деле. Суд не вправе уклониться от оценки таких доказательств.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25) разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 того же Кодекса).

В силу пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (абзац 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25).

Для констатации ничтожности сделки по указанному основанию помимо злоупотребления правом со стороны должника необходимо также установить факт соучастия либо осведомленности другой стороны сделки о противоправных целях должника. При этом осведомленность контрагента должника может носить реальный характер (контрагент точно знал о злоупотреблении) или быть презюмируемой (контрагент должен был знать о злоупотреблении, действуя добросовестно и разумно).

К числу ничтожных, относятся мнимые сделки, то есть сделки, совершенные лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение: например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, сохранив при этом контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним (абзацы 2, 3 пункта 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25).

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, в том числе договор субаренды помещения и земельного участка от 01.10.2019 № 2/85-19, заключение об оценке, фотоматериалы, иные представленные сторонами доказательства, суд пришел к выводу о недоказанности факта наличия взаимных обязательств между обществом и предпринимателем по договору субаренды помещения и земельного участка от 01.10.2019 № 2/85-19, об отсутствии экономического интереса у общества в заключении договора аренды.

Доводы общества о необходимости заключения спорного договора субаренды в целях исполнения обязательств по договору от 06.06.2019 г. с ООО «Газпром добыча Астрахань» отклоняется судом, т.к. не представлено допустимых и достаточных доказательств фактического использования арендованного имущества. Так же судом при принятии решения учитывается, что договор субаренды действовал всего 3 месяца, с 01.10.2019 г. по 31.12.2019 г., экономическая целесообразность заключения договора на указанный срок ответчиками не обоснована.

Довод общества о заключении спорного договора с целью эксплуатации покрасочно-сушильной станции так же отклоняется судом. Из представленного истцом письма собственника спорного имущества ФИО7 от 08.04.2021 года следует, что он сдавал в аренду ФИО5, а затем ИП ФИО3 часть земельного участка, а так же часть литера А и покрасочный комплекс, расположенный в литере Б.

Из представленного сторонами договора субаренды помещения и земельного участка от 01.10.2019 № 2/85-19 следует, что предметом договора является нежилое помещение под склад, площадью 700 кв.м, (общая площадь помещения - 920,9 кв.м.), и земельный участок общей площадью 600 кв.м., находящиеся по адресу: г. Новочеркасск, Ростовская область, ул .Крайняя, 55. В деле так же имеются свидетельства о праве собственности ФИО7 на земельный участок по адресу: г. Новочеркасск, Ростовская область, ул. Крайняя, 55, площадью 7162 кв.м. и здание на данном участке, площадью 920,9 кв.м. имеющее литер А. В договоре имеется указание на то, что здание передается в аренду под склад. Указание на покрасочный комплекс в договоре отсутствует. Из указанного следует, что покрасочный комплекс расположен не в литере А, т.е. на основании спорного договора он не мог быть передан обществу.

Так же судом при принятии решения учтено, что по адресу г. Новочеркасск, Ростовская область, ул. Крайняя, 55 зарегистрировано общество с ограниченной ответственностью "Химсинтез" (ИНН <***>), основным направлением деятельности общества является "производство мыла и моющих средств, чистящих и полирующих средств", среди дополнительных ОКВЭД- строительство прочих инженерных сооружений –код 42.99, производство прочих отделочных и завершающих работ- 43.39, производство кровельных работ-43.91). Юридическим адресом общества "Химсинтез" является адрес, указанный в спорном договоре аренды (<...>).

Кроме того, арендная плата выплачивалась 1 раз, платежным поручением от 20.11.2019 г., что так же отличается от действий сторон в условиях обычного гражданского оборота.

Суд не ограничивается проверкой соответствия документов, представленных обществом с предпринимателем, формальным требованиям, установленным законом, принимает во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделкам. Несмотря на неоднократные предложения суда ни обществом, ни предпринимателем не представлены достаточные доказательства наличия фактических отношений по сделке.

Более того, представленные сторонами сведения и документы опровергают довод об использовании арендованного имущества. Об использовании помещения в качестве склада общество также не заявляло, указав лишь об использовании территории для эксплуатации покрасочного комплекса, который, как прямо следует из представленных доказательств, располагается в другом здании, не являющемся предметом спорного договора субаренды. В подтверждение довода представителя ответчика ФИО3 о том, что в арендованном помещении самостоятельно устанавливалось оборудование , допустимых доказательств в процессе рассмотрения дела не представлено.

Ответчиками не представлено доказательств , что спорная сделка носила реальный характер и имели место быть фактические отношения оказания услуг обществу.

С учетом изложенного, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные доказательства, принимая во внимание, что сторонами договора не доказано совершение действий, которые в условиях обычного гражданского оборота совершаются сторонам арендных отношений, суд приходит к выводу о том, что договор заключен лишь для вида, без намерения создать правовые последствия, суд пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований и признания сделки недействительной на основании положений статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доводы общества о пропуске ФИО2 срока исковой давности подлежат отклонению, поскольку ФИО10 фактически заявлено требование о признании сделки ничтожной, в качестве правовых последствий ее недействительности указано на взыскание с предпринимателя перечисленных обществом денежных средств, тогда как для требований о признании сделки недействительной ничтожной установлен общий срок исковой давности - три года.

Кроме того, ФИО2 обратилась в рамках дела А53-45549/2019 в арбитражный суд с иском к обществу о возложении обязанности предоставить участнику надлежащим образом заверенные документы о деятельности общества. Решением от 13.05.2020, вступившим в законную силу, на общество возложена обязанность в течение семи дней с момента вступления решения суда в законную силу передать ФИО2 Учитывая наличие длительного, корпоративного конфликта между участниками общества, а также тот факт, что доказательств исполнения судебного акта по делу N А53-45549/2019 в части предоставления ФИО2 не представлено, оснований считать пропущенный срок исковой давности у суда не имеется, поскольку общество не представило суду доказательства, подтверждающие осведомленность ФИО10 о спорной сделке.

В соответствии с п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Факт перечисления индивидуальному предпринимателю ФИО3 обществом с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие ВНИКО денежных средств на сумму 1 773 960 рублей подтверждается представленным платежным поручением №1215 от 20 11.2019 (л.д. 58, том 1).

Следовательно, последствием признания судом договора субаренды№ 25/85-19 от 01.10.2019 года недействительным является возврат обществу с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие ВНИКО» полученных индивидуальным предпринимателем ФИО3 по недействительной сделке денежных средств в размере 1 773 690 рублей.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что уточнённые исковые требования заявлены обоснованно и подлежат удовлетворению судом в полном объеме.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины в соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отнесению на ответчика.

ФИО2 при подаче иска уплачена государственная пошлины в размере 6 000 рублей, что подтверждается чеком ордером от 19.11.2020.

С учётом удовлетворения уточненных исковых требований в полном объёме государственная пошлина в размере 6 000 рублей подлежит взысканию с ответчика в пользу истца, при этом с ответчика надлежит взыскать в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 40 737 рублей с учетом уточненных требований.

Руководствуясь статьями 49,110,167-170,176,225.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Признать недействительный договор субаренды№ 25/85-19 от 01.10.2019 года заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие ВНИКО» ИНН <***> ОГРН <***> и индивидуальным предпринимателем ФИО3 ИНН <***> ОГРНИП 319619600108250.

Применить последствия недействительности сделки.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 ИНН <***> ОГРНИП 319619600108250 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие ВНИКО» ИНН <***> ОГРН <***> денежные средства в сумме 1 773 690 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 6 000 рублей.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 ИНН <***> ОГРНИП 319619600108250 в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 40 737 рублей.

Решение суда по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения через суд, принявший решение.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня вступления в законную силу решения через суд, принявший решение, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

СудьяГ.Б. Казаченко