Решение от 11 декабря 2024 г. по делу № А40-49998/2024

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело №А40-49998/24-108-378
г. Москва
12 декабря 2024 года
Резолютивная часть решения объявлена 29 ноября 2024 года

Полный текст решения изготовлен 12 декабря 2024 года

Арбитражный суд города Москвы в составе судьи Суставовой О.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Хубеджашвили Н.Г.,

рассмотрев в заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью "ОМЕГАПРО" (300004, <...>, к 4, ОГРН: <***>, дата присвоения ОГРН: 24.03.2014, ИНН: <***>)

к Межрегиональной Инспекции Федеральной налоговой службы по Центральному федеральному округу (129110, <...>, ОГРН: <***>, дата присвоения ОГРН: 15.12.2004, ИНН: <***>)

о признании недействительным решения от 12.04.2023 № 40-08-06/12 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, об обязании устранить допущенные нарушения прав и законных интересов,

при участии в заседании:

от заявителя: представитель заявителя не явился, о времени и месте заседания извещен надлежащим образом;

от заинтересованного лица: ФИО1 по дов. от 22.07.2024, ФИО2 по дов. от 02.11.2024, ФИО3 по дов. от 12.02.2024, ФИО4 по дов. от 08.04.2024, ФИО5 Ут-Наунович по дов. от 27.03.2024,

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью «ОМЕГАПРО» (далее – Общество, Заявитель, налогоплательщик, ООО «ОМЕГАПРО») обратилась в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением к Межрегиональной Инспекции Федеральной налоговой службы по Центральному федеральному округу (далее – Межрегиональная инспекция, налоговый орган, заинтересованное лицо) о признании недействительным решения от 12.04.2023 № 40-08-06/12 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, а также обязать налоговый орган устранить допущенные нарушения прав и законных интересов.

Представитель Заявителя, извещенный судом надлежащим образом о дате, времени и месте рассмотрения спора в порядке ст. ст. 121 - 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебное заседание не явился, направив 26.11.2014 посредством телекомуникационных каналов связи ходатайство об отложении судебного разбирательства, которое мотивированно тем, что представитель Заявителя ФИО6 не сможет явиться по состоянию здоровья, представив справку негосударственного учреждения здравоохранения.

Согласно ст. 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд откладывает судебное разбирательство в случаях, предусмотренных указанным кодексом, а также в случае неявки в судебное заседание лица, участвующего в деле, если в отношении этого лица у суда отсутствуют сведения об извещении его о времени и месте судебного разбирательства.

В силу части 3 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными.

Как предусмотрено частью 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Вопрос о необходимости отложения разбирательства дела решается арбитражным судом, в производстве которого находится дело, самостоятельно, применительно к каждому конкретному делу с учетом необходимости соблюдения сроков рассмотрения дела судом соответствующей инстанции и разумного срока судопроизводства.

При условии надлежащего извещения сторон отложение судебного заседания является правом, а не обязанностью суда.

По смыслу статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в рамках гарантируемой арбитражным процессуальным законодательством состязательности арбитражного процесса лицам, участвующим в деле, предоставлены процессуальные права, позволяющие полноценно участвовать в арбитражном процессе по рассматриваемому делу.

Выбор способов эффективной судебной защиты нарушенных прав лежит на лицах, участвующих в деле, и может быть обеспечен, в том числе, своевременной подачей соответствующих жалоб, ходатайств, объяснений, касающихся хода арбитражного процесса. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Отказывая в удовлетворении заявленного ходатайства, суд исходил из того, что оно не содержит изложения обстоятельств, в силу которых Заявитель считает свое участие в заседании суда обязательным, а рассмотрение дела в его отсутствие невозможным, какие именно существенные для рассмотрения дела пояснения мог бы дать представитель налогоплательщика в случае его участия в заседании суда при том, что по делу уже было проведено шесть заседаний.

В соответствии с ч. 2 ст. 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации злоупотребление процессуальными правами лицами, участвующими в деле, влечет за собой для этих лиц предусмотренные настоящим Кодексом неблагоприятные последствия.

Рассмотрев заявленное ходатайство, суд не находит оснований для его удовлетворения, поскольку отсутствие при рассмотрении дела представителя Заявителя не является препятствием для рассмотрения дела.

По смыслу положений статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отложение судебного разбирательства, за исключением случаев, предусмотренных частью 1 данной статьи, является правом, но не обязанностью арбитражного суда. Неявка в судебное заседание представителей сторон, при наличии в материалах дела аргументированной письменной позиции, в силу пункта 3 статьи 156 Кодекса не является препятствием для ее рассмотрения.

Суд счел представленные в материалы дела документы достаточными для рассмотрения спора по существу. Дело в порядке ст.ст.123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассматривалось в отсутствии представителя Заявителя.

Заявитель подержал заявленные требования по доводам заявления и письменных позиций по спору. Представитель налогового органа против удовлетворения заявленных требований возражал по доводам отзыва на заявление и пояснений.

Заслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, суд счел заявленные требования Общества не подлежащими удовлетворению ввиду следующего.

Как следует из материалов дела, по результатам повторной выездной налоговой проверки Межрегиональной инспекцией установлено нарушение Обществом положений пункта 2 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), выразившееся в создании формального документооборота в целях неправомерного заявления налоговых вычетов по НДС в рамках взаимоотношений с ООО «ТТК», ООО «ТММЗ», ООО «ТПК», ООО «Промкомплект», ООО «Пром-Инвест», ООО «Премиум», ООО «Континентал», ООО «Наследие», ООО «Стройтехимпорт», 2 ООО «Вент-Профиль», ООО «Пандора», ООО «Гардарика», ООО «Синергия», ООО «Симплекс», ООО «Фортэкс», ООО «Форпост», ООО «Стикс», ООО «Одиссей», ООО «Сордис», ООО «Технострой», ООО «ИнкомОпт», ООО «Импульс», ООО «Виэс», ООО «Крафт», ООО «Дельфа», ООО «Апогей» (далее – спорные контрагенты).

Не согласившись с принятым решением, Заявитель обратился с апелляционной жалобой в Федеральную налоговую службу, по итогам рассмотрения которой решением от 19.02.2024 № БВ-4-9/1812@ жалоба Общества оставлена без удовлетворения, что явилось основание для обращения в суд с настоящим заявлением.

В ходе рассмотрения настоящего дела судом установлено следующее.

По доводу Заявителя, что налоговым органом допущены процессуальные нарушения при проведении повторной выездной налоговой проверки суд отмечает следующее.

Так, в отношении довода Заявителя о неправомерном назначении и проведении повторной выездной налоговой проверки, суд отмечает следующее.

Согласно пункту 1 статьи 32 НК РФ налоговые органы обязаны осуществлять контроль за соблюдением законодательства о налогах и сборах, а также принятых в соответствии с ним нормативных правовых актов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 82 НК РФ налоговым контролем признается деятельность уполномоченных органов по контролю за соблюдением налогоплательщиками, налоговыми агентами и плательщиками сборов, плательщиками страховых взносов законодательства о налогах и сборах в порядке, установленном НК РФ. Налоговый контроль проводится должностными лицами налоговых органов в пределах своей компетенции.

Согласно пункту 10 статьи 89 НК РФ повторной выездной налоговой проверкой налогоплательщика признается выездная налоговая проверка, проводимая независимо от времени проведения предыдущей проверки по тем же налогам и за тот же период.

Централизованным характером системы налоговых органов предопределяется контроль вышестоящего налогового органа за деятельностью нижестоящих налоговых органов, направленный на обеспечение соблюдения ими законодательства о налогах и сборах в соответствии с принципом конституционной законности (статья 15 Конституции Российской Федерации). Одной из форм такого контроля является повторная выездная налоговая проверка, предусмотренная положением, содержащимся в пункте 10 статьи 89 НК РФ.

Право проведения повторной выездной проверки налогоплательщика в порядке контроля за деятельностью налогового органа, проводившего проверку, предоставлено вышестоящему налоговому органу (пункт 10 статьи 89 НК РФ) и направлено на обеспечение исполнения нижестоящими налоговыми органами требований законодательства о налогах и сборах при проведении ими налоговых проверок. Сама по себе норма, закрепленная в пункте 10 статьи 89 НК РФ, рассматриваемая с учетом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, не нарушает конституционные права и свободы налогоплательщиков. Аналогичная позиция изложена в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 29.09.2011 № 1041-0-0.

С 01.01.2021 Межрегиональная инспекция стала вышестоящим налоговым органом по отношению к УФНС России по Тульской области (далее – Управление), проводившему выездную налоговую проверку Общества, таким образом, принятие решения о проведении повторной выездной налоговой проверки относится к компетенции Межрегиональной инспекции.

В связи с изложенными обстоятельствами, у Межрегиональной инспекции имелись законные основания для принятия оспариваемого решения от 28.12.2022 №40-8-06/1 о проведении повторной проверки Общества по НДС за период с 01.01.2018 по 31.12.2019.

Довод Заявителя о том, что избыточное и продолжительное применение мер налогового контроля в отношении Общества приводит к препятствованию его предпринимательской деятельности также является несостоятельным.

Управлением в период с 10.07.2020 по 24.07.2020 проведена выездная налоговая проверка Общества по НДС за период 2017-2019 годы, а также в период с 28.05.2021 по 20.05.2022 выездная налоговая проверка по всем налогам (кроме НДС) за период 2018-2020 годы.

Суд отмечает, что одновременное проведение Управлением выездной налоговой проверки Общества по всем налогам (кроме НДС) и вышестоящим налоговым органом повторной выездной налоговой проверки по НДС не противоречит положениям пунктов 5, 10 статьи 89 НК РФ, не нарушает прав и законных интересов налогоплательщика и не свидетельствует об избыточном и продолжительном применении к Обществу мер налогового контроля, поскольку являются самостоятельными контрольными мероприятиями. В чем выразилось воспрепятствование предпринимательской деятельности Общества, Заявитель не указал и документально не подтвердил.

Таким образом, Межрегиональной инспекцией правомерно в рамках контроля за деятельностью нижестоящего налогового органа назначена повторная выездная налоговая проверка Общества по налогу на добавленную стоимость за период с 01.01.2018 по 31.12.2019 в соответствии с положениями подпункта 1 пункта 10 статьи 89 НК РФ, что отвечает критериям необходимости, обоснованности и законности.

Довод Заявителя относительно того, что решение Межрегиональной инспекции не соответствует принципу правовой определенности, сформулированному Верховным Судом Российской Федерации в определении от 16.03.2018 по делу № А40-230080/2016, который построен на недопустимости избыточного или неограниченного по продолжительности применения мер налогового контроля в отношении налогоплательщиков, что по существу означало бы придание дискриминационного характера налоговому администрированию и приводило бы к препятствованию предпринимательской деятельности, также является несостоятельным.

Верховным Судом Российской Федерации в указанном определении указано, что следование данному принципу не направлено на ограничение налоговых органов проведения проверок в сроки и в порядке, предусмотренных НК РФ, а преследует цель обеспечения баланса частных и публичных интересов, в том числе существование у налогового органа при должной организации контрольной работы возможности по своевременному выявлению обстоятельств хозяйственной деятельности налогоплательщика.

Таким образом, ссыую в определении от 16.03.2018 № 305-КГ17-19973 подлежит отклонению, поскольку в рамках дела № А40-230080/2016 были установлены иные фактические обстоятельства.

Суд отмечает, что аналогичные доводы по оспариванию действий Межрегиональной инспекции по проведению повторной выездной налоговой проверки были предметом рассмотрения Арбитражного суда Московского округа по делу № А40-160100/2023 (Определение ВС РФ от 10.06.2024 № 305-ЭС24-8942 оставлено в силе), согласно которому действия инспекции по проведению повторной выездной налоговой проверки в порядке контроля в порядке контроля за деятельностью налогового органа, проводившего проверку, признаны правомерными.

Учитывая изложенное, доводы Заявителя о неправомерности назначения и проведения повторной Межрегиональной инспекцией повторной выездной налоговой проверки Общества являются необоснованными.

В отношении доводов Заявителя о неправомерном участии в проведении повторной выездной налоговой проверки должностных лиц Управления, суд отмечает следующее.

На основании пункта 1 статьи 30 НК РФ налоговые органы составляют единую централизованную систему контроля за соблюдением законодательства о налогах и сборах, за правильностью исчисления, полнотой и своевременностью уплаты (перечисления) в бюджетную систему Российской Федерации налогов, сборов, страховых взносов, а в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, за правильностью исчисления, полнотой и своевременностью уплаты (перечисления) в бюджетную систему Российской Федерации иных обязательных платежей. В указанную систему входят федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный по контролю и надзору в области налогов, сборов, страховых взносов, и его территориальные органы.

Согласно абзацу 5 пункта 2 статьи 89 НК РФ решение о проведении выездной налоговой проверки должно содержать следующие сведения: полное и сокращенное наименования либо фамилия, имя, отчество налогоплательщика; предмет проверки, то есть налоги, правильность исчисления и уплаты которых подлежит проверке; периоды, за которые проводится проверка; должности, фамилии и инициалы сотрудников налогового органа, которым поручается проведение проверки.

Повторная выездная налоговая проверка Общества проведена на основании решения Межрегиональной инспекции от 28.12.2021 № 40-8-6/1 (с учетом решения от 08.08.2022 № 40-8-6/8 о внесении изменений). Проведение проверки поручено должностным лицам Межрегиональной инспекции (ФИО7, ФИО8, ФИО4, ФИО9) и должностным лицам Управления (ФИО10, ФИО11).

Таким образом, проведение вышестоящим налоговым органом в лице Межрегиональной инспекции повторной выездной налоговой проверки Общества с привлечением должностных лиц Управления соответствует положениям пункта 1 статьи 30 и подпункта 1 пункта 10 статьи 89 НК РФ.

Положения главы 14 НК РФ, регламентирующие порядок проведения налоговых проверок, не содержат ограничений на включение в состав проверяющей группы должностных лиц нижестоящих или вышестоящих налоговых органов, в том числе по направлению соответствующих запросов, проведение допросов и иных действий.

Учитывая изложенное, доводы Заявителя о неправомерном участии в проведении повторной выездной налоговой проверки должностных лиц Управления являются необоснованными.

В отношении довода Заявителя об истребовании в ходе проверок большого объема документов, которые ранее уже были запрошены, суд отмечает следующее.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 31, пунктом 12 статьи 89, пунктом 1 статьи 93 НК РФ налоговые органы в ходе проведения выездной налоговой проверки вправе требовать в соответствии с законодательством о налогах и сборах от налогоплательщика, плательщика сбора или налогового агента документы по формам и (или) форматам в электронной форме, установленным государственными органами и органами местного самоуправления, служащие основаниями для исчисления и уплаты (удержания и перечисления) налогов, сборов, а также документы, подтверждающие правильность исчисления и своевременность уплаты (удержания и перечисления) налогов, сборов.

Таким образом, положениями НК РФ должностные лица налоговых органов, проводящие выездную налоговую проверку, наделены правом истребования у проверяемого лица документов, необходимых для такой проверки.

Оценка необходимости представления тех или иных документов входит в компетенцию налоговых органов.

Согласно абзацу первому пункта 3 статьи 93 НК РФ документы, которые были истребованы в ходе налоговой проверки, представляются в течение 10 дней со дня получения соответствующего требования.

Однако, в случае если проверяемое лицо не имеет возможности представить истребуемые документы в течение установленного указанным пунктом срока, оно в течение дня, следующего за днем получения требования о представлении документов, письменно уведомляет проверяющих должностных лиц налогового органа о невозможности представления в указанные сроки документов с указанием причин, по которым истребуемые документы не могут быть представлены в установленные сроки, и о сроках, в течение которых проверяемое лицо может представить истребуемые документы (абзац второй пункта 3 статьи 93 НК РФ).

Как следует из материалов дела, Межрегиональной инспекцией в соответствии с пунктом 1 статьи 93 НК РФ в адрес Общества направлены требования о представлении документов (информации) от 28.12.2021 № 40-8-16/1, от 03.02.2023 № 40-8-16/5, от 06.02.2023 № 40-8-16/6, от 09.01.2023 № 40-8-16/2, от 18.01.2023 № 40-8-16/3 (представлены в материалы дела на электронном носители).

Истребуемые документы представлены Заявителем в установленные сроки и в полном объеме, ходатайств о продлении срока представления документов и о невозможности их представления Обществом не заявлялось.

Также Заявителем не представлено доказательств истребования Межрегиональной инспекцией у Общества ранее представляемых им документов (информации).

Представление документов по требованию налогового органа является обязанностью Общества за неисполнение которой предусмотрена налоговая ответственность.

При этом, суд отмечает, что Обществом были представлены все документы по требованиям налогового органа, в связи с чем заявленный довод налогоплательщика не имеет какого-либо правового значения при рассмотрении настоящего дела.

В отношении довода Заявителя о неправомерном использовании в ходе повторной выездной налоговой проверки материалов Управления по первичной выездной налоговой проверке, суд отмечает следующее.

Положения НК РФ не содержат ограничений по использованию в ходе повторной выездной налоговой проверки доказательств, полученных с соблюдением законодательства Российской Федерации о налогах и сборах, при проведении иных мероприятий налогового контроля, в том числе в ходе ранее проведенных выездных налоговых проверок.

Кроме того, следует отметить, что статья 89 НК РФ не исключает, а напротив, допускает возможность назначения и проведения повторной проверки вышестоящим налоговым органом в порядке контроля деятельности налогового органа, проводившего налоговую проверку. Такие действия направлены прежде всего на налогоплательщика, поскольку их осуществление невозможно без обращения к ранее проведенным мероприятиям налогового контроля, а также анализа вышестоящим налоговым органом финансово-хозяйственной деятельности налогоплательщика и представления им налоговой и бухгалтерской отчетности. Поэтому по результатам повторной проверки не исключается возможность принятия решения, которое по-иному определяет размер налоговой обязанности налогоплательщика в отношении тех же налогов за тот же налоговый период.

Назначение повторной проверки вышестоящим налоговым органом предполагает наличие результатов первоначальной проверки, оценка которых вышестоящим налоговым органом позволяла бы определить, насколько эффективны, законны и обоснованы решения, принимаемые инспекцией, с точки зрения существа выявленных нарушений и их оценки.

При этом положениями НК РФ не предусмотрено указание в документах, составленных по результатам повторной выездной налоговой проверки, реквизитов документов, причин их составления, итогов по проведенным мероприятиям налогового контроля, а также иной информации о принятых нижестоящим налоговым органом решениях по предшествующим выездным налоговым проверкам.

Из правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 17.03.2009 № 5-П, не вытекает необходимость формального подхода к применению пункта 10 статьи 89 НК РФ, напротив, она нацеливает на необходимость в каждом конкретном случае исследовать вопрос о том, исключает или не исключает повторная проверка принятие по ее результатам решения, вступающего в противоречие с ранее установленными судом фактическими обстоятельствами и имеющимися в деле доказательствами.

Таким образом, согласно указанной правовой позиции Конституционного суда Российской Федерации повторное изучение тех же документов, исследования тех же фактических обстоятельств, которые были предметом исследования в ходе первоначальной налоговой проверки не исключается и не ограничивается только этими действиями.

Учитывая изложенное, указанные доводы Заявителя о неправомерном использовании в ходе повторной выездной налоговой проверки материалов Управления по первичной выездной налоговой проверке являются необоснованными и подлежат отклонению.

В отношении довода Заявителя о документальной неподтвержденности нарушений, отраженных в Решении, а также нарушении Межрегиональной инспекцией требований статьи 101 НК РФ, выразившихся по мнению Заявителя в невручении ему полного комплекта документов, суд отмечает следующее.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 100 НК РФ к акту налоговой проверки прилагаются документы, подтверждающие факты нарушений законодательства о налогах и сборах, выявленные в ходе проверки. При этом документы, полученные от лица, в отношении которого проводилась проверка, к акту проверки не прилагаются. Документы, содержащие не подлежащие разглашению налоговым органом сведения, составляющие банковскую, налоговую или иную охраняемую законом тайну третьих лиц, а также персональные данные физических лиц, прилагаются в виде заверенных налоговым органом выписок.

В соответствии с подпунктами 11, 12 пункта 3 статьи 100 НК РФ в акте налоговой проверки указываются сведения о мероприятиях налогового контроля, проведенных при осуществлении налоговой проверки, а также документально подтвержденные факты нарушений законодательства о налогах и сборах, выявленные в ходе проверки, или запись об отсутствии таковых.

В соответствии с правовой позицией, отраженной в Постановлении АС Московского округа от 07.12.2020 № Ф05-17587/2020 по делу № А40-296804/2019 (Определением ВС РФ от 01.04.2021 № 305-ЭС21-2241 оставлено в силе), на налоговый орган законодательством о налогах и сборах возложена обязанность прилагать к акту налоговой проверки не все полученные в ходе налоговой проверки документы, а только документы, которые подтверждают факты нарушения налогоплательщиком норм законодательства о налогах и сборах, выявленные в ходе налоговой проверки, чтобы налогоплательщик имел возможность с ними ознакомиться и представить свои возражения.

Копии документов, на которые ссылается налоговый орган в Решении от 12.04.2023 № 40-08-06/1 в качестве доказательств недобросовестного поведения Общества, надлежащим образом вручены Заявителю в качестве: приложений к акту повторной налоговой проверки и дополнению к нему как в электронном виде, так и на бумажном носителе, что подтверждается соответствующими реестрами от 24.10.2022, от 01.02.2023, от 07.03.2023 (подписаны Обществом без замечаний).

Кроме того, по запросу заявителя Межрегиональная инспекция ознакомила его с материалами выездной налоговой проверки, что подтверждается протоколами ознакомления от 27.10.2022 № 40-08-06/1П и от 20.03.2023 № 40-08-06/2П, что подтверждается представленными в материалы дела на материальном носителе протоколами и реестрами (т. 1, л.д. 68).

Предоставление банковских выписок, бухгалтерской и налоговой отчетности контрагентов общества, их книг покупок и продаж в виде заверенных налоговым органом выписок соответствует требованиям пункта 3.1 статьи 100 НК РФ и не противоречит положениям пункта 8 статьи 101 НК РФ и приказу ФНС России от 07.11.2018 № ММВ-7-2/628.

При этом несогласие налогоплательщика с формой предоставленных ему документов не является нарушением существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки, Обществом реализовано свое право на представление возражений, ознакомление с материалами налоговой проверки, участие при рассмотрении материалов налоговой проверки.

Таким образом, Обществу в полном объеме налоговым органом вручены документы, подтверждающие существо правонарушения, нарушения положений пункта 6.6. Письма ФНС России № АС-4-2/13622 отсутствуют.

В отношении довода Заявителя о том, что в Решении не дана оценка всем доводам Общества, представленных в письменных возражениях на Акт, дополнения к Акту и устно в ходе рассмотрения материалов налоговой проверки, суд отмечает следующее.

В оспариваемом решении на 100 страницах (294-394) дана всесторонняя оценка представленным возражениям Заявителя на акт и дополнения к акту повторной налоговой проверки.

Таким образом, довод Общества о том, что Инспекцией не дана оценка всем доводам Общества, отраженным в возражениях Общества, подлежит отклонению, поскольку не свидетельствует об отсутствии их надлежащей оценки при вынесении оспариваемого решения.

Относительно довода Общества о том, что сделки со спорными контрагентами являются реальными, суд отмечает следующее.

В заявленных требованиях Общество выражает несогласие с выводами налогового органа о получении налоговой экономии при взаимоотношениях со спорными контрагентами. Общество указывает, что налоговым органом не доказано наличие схемы ухода от налогообложения при взаимоотношениях со спорными контрагентами, не установлен их «технический» характер, указывает на допущенные в ходе проверки процедурные нарушения.

Данный довод Заявителя не соответствует фактическим обстоятельствам дела и опровергается совокупностью полученных доказательств в ходе проведения мероприятий налогового контроля.

При этом Обществом в опровержение не приводится доказательств, которые ранее не были бы оценены налоговым органом, и которые опровергают выводы налогового органа, сделанные по результатам собранной в ходе мероприятий налогового контроля совокупности доказательств.

Как следует из материалов дела, Общество в проверяемом периоде фактически осуществляло переработку металлосодержащего сырья (шлама аглодоменного, концентрата железосодержащего, пыли газоочистки) в железистую добавку; переработку шлаков металлургических в дробилках; переработку ванадиевого шлака в шаровых мельницах и дробилках с дальнейшим извлечением металлической части (металлоотсева) по договорам подряда.

С целью выполнения вышеперечисленных действий Общество оформляло договоры на поставку товара, в том числе со спорными контрагентами (известь кальцинированную, маталлоотсев, металлопродукт ванадиевый МВЗ металлическая часть, бентонит, концентрат железосодержащий граннулированный, шлаки металлургические, шлак магнитоактивный, металлопродукт галтованный, чугун дробленный, чугун предельный, чугун дробленный передельный, формовочную машину).

В подтверждение финансово-хозяйственных отношений со спорными контрагентами Обществом представлены однотипные договоры поставки, универсально-передаточные документы (далее – УПД), счета-фактуры, но при этом Заявителем не представлены документы, подтверждающие доставку сырья: ТТН, путевые листы, товарно-сопроводительные документы, акты об оказании транспортных услуг и т.п., составленные в рамках взаимоотношений со спорными контрагентами.

По результатам мероприятий налогового контроля установлены признаки создания формального (фиктивного) документооборота между Обществом и спорными контрагентами, в отсутствие реальной поставки товара, основной целью которого являлось получение налоговой экономии по НДС.

Так, нереальность поставки товара спорными контрагентами в адрес Общества и создание фиктивного документооборота по финансово-хозяйственным взаимоотношениям с Обществом подтверждается установленными в ходе мероприятий налогового контроля обстоятельствами:

- по взаимоотношениям со спорными контрагентами Общество представило только договоры, приложения к договорам и универсальные передаточные документы (далее – УПД), что отличается от пакета документов, предоставленных заявителем по взаимоотношениям с реальными поставщиками (АО «Евраз Ванадий Тула», АО «Тулачермет», ООО «Центр-Известняк», ПАО «Косогорский металлургический завод»), который включал в себя сертификаты качества продукции на каждую партию товара, подробную информацию о транспортных средствах и водителях, осуществляющих поставку товара, деловую переписку;

- Обществом не исполнены обязательства по оплате товара перед ООО «ТТК», ООО «ТММЗ». Право требования долга Общества перед вышеуказанными организациями уступлено ИП ФИО12 (руководитель ООО «ТТК») и ИП ФИО13 (руководитель ООО «ТММЗ» и ООО «ТПК»). Документы, предоставленные налогоплательщиком в качестве подтверждения заключения соглашений о переуступке права требования долга, содержат ошибки, свидетельствующие о формальном составлении таких документов (соглашение о переводе долга от 13.01.2020 со стороны ООО «ТТК» подписано ФИО12, который с 07.11.2019 является неуполномоченным лицом). Задолженность Общества перед новыми кредиторами была частично погашена, в том числе посредством проведения взаимозачетов (документы, подтверждающие произведенные взаимозачеты не представлены), а также посредством перечисления денежных средств с личных банковских счетов управляющего ООО «ОмегаПРО» ФИО14 (при этом отсутствует информация о возмещении обществом ФИО14 затрат, осуществленных за счет личных средств). Меры по взысканию с Общества непогашенной задолженности новыми кредиторами не принимались, что не соответствует установленным обычаям делового оборота;

- движение денежные средств по расчетным счетам спорных контрагентов носило «транзитный» характер. Денежные средства, перечисленные от Общества на расчетные счета спорных контрагентов, были, в том числе перечислены организациям, не осуществлявшим реальную финансово-хозяйственную деятельность, а также на личные счета физических лиц (в том числе руководителей спорных контрагентов) с последующим обналичиванием;

- спорные контрагенты не приобретали товары, реализованные в дальнейшем в адрес Общества (подтверждается результатами анализа выписок о движении денежных средств по расчетным счетам спорных контрагентов);

- ООО «Импульс», ООО «Промкомплект», ООО «Апогей», ООО «Крафт», ООО «Форпост», ООО «Инкомопт», ООО «Фаворит», ООО «Вент-Профиль», ООО «Симплекс», ООО «Дельфа», ООО «ВИЭС», ООО «Технострой», ООО «Одиссей», ООО «Стикс», ООО «Фортэкс», ООО «Синергия», ООО «Пандора», ООО «Стройтехимпорт», ООО «Наследие», ООО «Премиум», ООО «Прайд», ООО «Экомет», ООО «Гардарика» являются «поставщиками» ООО «ТТК», ООО «ТММЗ», ООО «ТПК» и Общества, а также контрагентами друг друга (подтверждается результатами анализа книг покупок/продаж спорных контрагентов);

- информация, предоставленная АО «Машиностроительный завод «Штамп» им. Б.Л. Ванникова» (местонахождение производственных мощностей общества), свидетельствует о том, что товар от имени спорных контрагентов не поступал на производственную площадку Заявителя (транспортные средства от имени спорных контрагентов не заезжали на территорию завода (подтверждается результатами анализа журналов регистрации транспортных средств, въезжающих на территорию завода)). При этом согласно условиям договоров, заключенных Обществом со спорными контрагентами, а также пояснениям налогоплательщика, товар на производственную площадку якобы доставлялся силами и за счет поставщиков товара;

- при наличии значительных объемов сырьевых запасов Общество «приобретало» аналогичные товары у спорных контрагентов;

- товар, якобы «приобретенный» у ООО «Импульс», ООО «Промкомплект», ООО «Апогей», ООО «Крафт», ООО «Форпост», ООО «Инкомопт», ООО «Фаворит», ООО «Вент-Профиль», ООО «Симплекс», ООО «Дельфа», ООО «ВИЭС», ООО «Технострой», ООО «Одиссей», ООО «Стикс», ООО «Фортэкс», ООО «Синергия», ООО «Пандора», ООО «Стройтехимпорт», ООО «Наследие», ООО «Премиум», ООО «Прайд», ООО «Экомет», ООО «Гардарика», принят к учету заявителем по цене превышающей, указанную в первичных учетных документах;

- шлак магнитоактивный «приобретен» ООО «ОмегаПРО» у ООО «ТТК», ООО «ТММЗ», ООО «Апогей», ООО «Виэс», ООО «Импульс», ООО «Наследие, ООО «Синергия» по цене, более чем в 5 раз превышающей цену данного материала, приобретенного у реального поставщика ПАО «КМЗ».

Более того, о невозможности поставки товара спорными контрагентами свидетельствует, в том числе, «технический» характер организаций:

- спорными контрагентами в порядке статьи 93.1 НК РФ документы по взаимоотношениям с заявителем не представлены;

- физические лица, числившиеся учредителями (руководителями) спорных контрагентов, фактически осуществляли трудовую деятельность (при полноценной занятости) в других организациях: ФИО15 (ООО «Апогей») - менеджер в ООО «Автодок-сеть», ФИО16 (ООО «Дельфа») - в ООО «Технопарк-Центр», ФИО17 (ООО «Форпост») – электрик в АО «Щекино Азот», ФИО18 (ООО «Промкомплект») - старший мастер смены электро-цеха в АО «Щекино Азот», ФИО19 (ООО «Фортэкс») - спортсмен-инструктор по адаптивной физической культуре в ГУ ТО «Центр адаптивного спорта»;

- согласно показаниям руководителей и учредителей ООО «Промкомплект» (ФИО18), ООО «Форпост» (ФИО17), ООО «Стройтехимпорт» (ФИО20), ООО «Фортэкс» (ФИО19), ООО «Импульс» (ФИО21), ООО «Виэс», ООО «Континенталь» (ФИО22), общество и спорные контрагенты им не знакомы, первичные документы, счета-фактуры, договоры, платежные поручения по взаимоотношениям с ООО «ОмегаПРО» не подписывали;

- ФИО15 (руководитель и учредитель ООО «Апогей») в ходе допроса показал, что действовал в интересах третьих лиц, документы по взаимоотношениям с обществом не подписывал;

- руководители и учредители ООО «Прогресс Трейд» (ФИО23), ООО «Вент-Профиль» (ФИО24), ООО «Пандора» (ФИО25), ООО «Симплекс» (ФИО26), ООО «Технострой» (ФИО27), ООО «ТТК» (ФИО12), ООО «ТММЗ» и ООО «ТПК» (ФИО13), ООО «Стикс» (ФИО28), ООО «Крафт» (ФИО29) в ходе допросов затруднились ответить знакомы ли им общество и спорные контрагенты, а также предоставить пояснения о характере деятельности возглавляемых ими организаций;

- ООО «ТТК», ООО «ТММЗ», ООО «ТПК», ООО «Промкомплект», ООО «Пром-Инвест», ООО «Премиум», ООО «Континентал», ООО «Наследие», ООО «Стройтехимпорт», ООО «Пандора», ООО «Фортэкс», ООО «Форпост», ООО «Стикс», ООО «Одиссей», ООО «Сордис», ООО «Технострой», ООО «ИнкомОпт», ООО «Импульс», ООО «Виэс», ООО «Крафт», ООО «Дельфа», ООО «Апогей» прекратили деятельность путем ликвидации или исключены из единого государственного реестра юридических лиц в связи с наличием записи о недостоверности сведений;

- отсутствие у спорных Контрагентов необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности (персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств);

Таким образом, доводы Заявителя о реальности поставки товара являются несостоятельными и опровергаются установленной совокупностью доказательств.

В отношении довода Заявителя об отсутствии доказательств его взаимозависимости со спорными контрагентами, суд отмечает следующее.

Как следует из материалов дела, Межрегиональной инспекцией установлено, что Общество и спорные контрагенты имеют между собой ряд объединяющих признаков, которые указывают на наличие признаков взаимозависимости и подконтрольности:

- пересечение сотрудников Общества и спорных контрагентов. Общие сотрудники у ООО «ТТК», ООО «ТММЗ», ООО «ТПК» и налогоплательщика;

- совпадение адреса электронной почты, номера телефона, адреса государственной регистрации спорных контрагентов;

- использование одних IP-адресов Обществом и спорными контрагентами для предоставления налоговой отчетности и доступа к системе «Банк-Клиент» в кредитных учреждениях;

- представление налоговой отчетности ООО «Импульс», ООО «Промкомплект», ООО «Апогей», ООО «Крафт», ООО «Форпост», ООО «Инкомопт», ООО «Фаворит», ООО «Вент-Профиль», ООО «Симплекс», ООО «Дельфа», ООО «Виэс», ООО «Технострой», ООО «Одиссей», ООО «Стикс», ООО «Фортэкс», ООО «Синергия», ООО «Пандора», ООО «Стройтехимпорт», ООО «Наследие», ООО «Премиум», ООО «Прайд», ООО «Экомет», ООО «Гардарика» с одних IP-адресов;

- принятие товара, поставленного в адрес Заявителя реальными поставщиками (ПАО «Косогорский металлургический завод», ПАО «Тулачермет») ООО «ТТК» по доверенности, подтверждается товарными накладными, выставленными ПАО «Косогорский металлургический завод» и ПАО «Тулачермет» Обществу;

- представление интересов ООО «ТТК» по доверенности ФИО30 (учредитель ООО «ОмегаПРО», подтверждается информацией, предоставленной ОАО «Альфа-Банк»);

- представление интересов ООО «ОмегаПРО», ООО «ТММЗ», ООО «ТПК» в кредитных учреждениях одними представлями по доверенности (ФИО31, ФИО32, ФИО33);

- установление финансовой подконтрольности ООО «ТТК», ООО «ТММЗ» и ООО «ТПК» Заявителю (доход вышеперечисленных организаций на 90-100 % сформирован за счет взаимоотношений с Обществом).

Оспаривая указанные выводы налогового органа, Общество выражает лишь общее несогласие с позицией налогового органа, не представляя при этом документального опровержения.

Помимо этого, показания сотрудников ООО «ТММЗ», ООО «ТПК» свидетельствуют о формальном трудоустройстве, с целью имитации деятельности ООО «ТММЗ» и ООО «ТПК» по поставке товаров в адрес Заявителя (протоколы допросов ФИО13, ФИО34, ФИО35, ФИО36, ФИО37).

Таким образом, доводы Общества о недоказанности фактов подконтрольности, взаимозависимости и аффилированности Общества и спорных контрагентов, опровергаются материалами дела.

В соответствии с пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Согласно пункту 2 статьи 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ при соблюдении одновременно следующих условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Таким образом, в целях налогообложения могут быть учтены сделки (операции) по двум критериям: основной целью их совершения не должна быть неуплата налога, а сама сделка (операция) должна быть выполнена контрагентом (первого звена) либо лицом, которому обязательство по исполнению сделки передано по договору или в силу закона. При этом невыполнение хотя бы одного из указанных критериев влечет для налогоплательщика последствия в виде отказа учета таких сделок (операций) в целях налогообложения.

Указанное свидетельствует о том, что при установлении налоговыми органами наличия в рамках заключенных налогоплательщиком сделок (операций) хотя бы одного из двух обстоятельств, определенных в пункте 2 статьи 54.1 НК РФ, ему должно быть отказано в праве на учет понесенных расходов, а также заявления по ним к вычету (зачету) сумм НДС в полном объеме.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму НДС, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК РФ, на установленные указанной статьей налоговые вычеты. Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, в том числе услуг, приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами обложения налогом на добавленную стоимость.

Согласно пункту 1 статьи 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 НК РФ, производятся на основании счетовфактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг). Во втором абзаце данного пункта указано, что вычетам подлежат, если иное не установлено указанной статьей, суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении им товаров (работ, услуг) после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных указанной статьей, и при наличии соответствующих первичных документов.

Первичный учетный документ, которым оформляется каждая хозяйственная операция, проводимая организацией, должен быть составлен в момент совершения хозяйственной операции, а если это не представляется возможным - непосредственно после ее окончания (ст. 9 Федерального закона «О бухгалтерском учете»).

В соответствии со статьей 169 НК РФ счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ, услуг), имущественных прав сумм налога к вычету в порядке, предусмотренном главой 21 НК РФ. Пунктами 5 и 6 статьи 169 НК РФ установлен перечень реквизитов, которые должен содержать счет-фактура.

Согласно пункту 2 статьи 169 НК РФ ошибки в счетах-фактурах, не препятствующие налоговым органам при проведении налоговой проверки идентифицировать продавца, покупателя товаров (работ, услуг), наименование товаров (работ, услуг), их стоимость, а также налоговую ставку и сумму налога, предъявленную покупателю, не являются основанием для отказа в принятии к вычету сумм налога.

Изложенные положения НК РФ позволяют сделать следующий вывод: обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике - покупателе товаров (работ, услуг), имущественных прав, поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы НДС, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиком (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.01.2007 № 10963/06).

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Разъяснения относительно определения объема прав и обязанностей налогоплательщика исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции были даны в пунктах 10 - 12, 17, 17.1, 17.2 письма ФНС России от 10.03.2021 № БВ-4-7/3060@ «О практике применения статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации».

Однако, в связи с тем, что имел место формальный документооборотом с «техническими» компаниями, Обществом в ходе выездной налоговой проверки данная обязанность не исполнена и соответствующие документы не представлены.

Вместе с тем, следует отметить, что, не проверив действительную правоспособность контрагента и приняв документы, содержащие явно недостоверную информацию, Общество взяло на себя риск негативных последствий в виде невозможности применить налоговую выгоду по документам, не соответствующим требованиям вышеприведенных норм права, содержащим недостоверную информацию.

Согласно позиции Высшего Арбитражного Суда РФ (далее - ВАС РФ), изложенной в определении от 29.06.2010 № ВАС-8636/10, вступая в гражданско - правовые отношения с другими участниками экономической деятельности, общество должно принимать меры не только к проверке правоспособности своих контрагентов, но и полномочий их представителей, достоверности представляемых ими или составленных с их участием первичных бухгалтерских документов, служащих основанием для применения налоговых вычетов.

Кроме того, согласно правовой позиции ВАС РФ, проявление должной осмотрительности сводится не к формальному подходу проверки добросовестности контрагента путем получения учредительных документов, а таких действий и фактов, как оценка деловой репутации контрагента; оценка его платежеспособности; риск неисполнения обязательств; обеспечение исполнения обязательств (определения ВАС РФ от 03.03.2010 № ВАС-1942/10, от 18.08.2010 № ВАС-10282/10).

Как разъяснил Президиум ВАС РФ в постановлении от 25.05.2010 № 15658/09, налогоплательщик вправе приводить доводы в обоснование выбора контрагентов, имея в виду, что по условиям делового оборота при осуществлении указанного выбора субъектами предпринимательской деятельности оцениваются не только условия сделки и их коммерческая привлекательность, но и деловая репутация, платежеспособность контрагентов, а также риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагентов необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта.

Налогоплательщик доказательств, подтверждающих проявление им должной степени осмотрительности при выборе контрагентов, с учетом вышеуказанных разъяснений, не представил.

Обществом не представлены документы, опровергающие выводы налогового органа. Общество лишь критически относится к представленным доказательствам, выражая свое общее несогласие с выводами налогового органа.

Доводы Общества о проявлении им должной степени осмотрительности при выборе контрагентов судом отклоняются: совокупность установленных в ходе мероприятий налогового контроля обстоятельств свидетельствует об умышленном характере действий Общества при взаимоотношениях со спорными контрагентами. «Технический» характер данных контрагентов, ведение формального документооборота, отсутствие подтверждающих документов, оплаты за оказанные услуги свидетельствует о правомерности вывода налогового органа об умышленном создании схемы по уменьшению налоговых поступлений в бюджет, в связи с чем должная осмотрительности доказыванию не подлежит.

В отношении довода Общества о том, что налоговым органом не оспаривается факт реализации Обществом готовой продукции, суд отмечает следующее.

Установлено, что фактически товары спорными контрагентами не поставлялись, документы, представленные налогоплательщиком в качестве подтверждения сделок, содержат недостоверную информацию, хозяйственные операции отражены в бухгалтерском и налоговом учете налогоплательщика с целью получения необоснованной налоговой экономии, заключение договоров носило формальный характер.

Так, в ходе рассмотрения дела подтверждена совокупность следующих обстоятельств: отсутствие доказательств принятия на учет спорного товара и использование его в хозяйственной деятельности, связанной с производством конечной товарной продукции; отсутствие доказательств необходимости приобретения товара в заявленном объеме, учитывая, что для производства конечной продукции Обществом использовалось сырье, в том числе, представленное Заказчиками; отсутствие самой необходимости использования материалов от спорных контрагентов в соответствии с условиями договора подряда на переработку давальческого сырья с Заказчиками; отсутствие поставки товара, что подтверждается установленными обстоятельствами; отсутствием информации о выезде и въезде транспортных средств от спорных Контрагентов в представленных журналов учета заезжающих транспортных средства на производственную территорию, используемую Обществом, свидетельскими показаниями работников Заявителя и сотрудников АО «Машиностроительный завод «Штамп» им. Б.Л. Ванникова»; составление налоговой отчетности и внесение в нее недостоверных сведений об организациях, осуществляющих поставку сырья, осуществлялось должностными лицами Заявителя его взаимозависимых Контрагентов; все указанные спорные контрагенты включены в цепочку поставщиков умышленно для получения налоговой экономии; у заявленных контрагентов отсутствуют необходимые условия для достижения результатов соответствующей экономической деятельности: отсутствует управленческий, технический персонал, основные средства, производственные активы, складские помещения, транспортные средства.

Анализ движения денежных средств по счетам спорных контрагентов свидетельствует об отсутствии ведения финансово-хозяйственной деятельности.

Суд учитывает, что аналогичные товары в объеме, достаточном для обеспечения потребности заявителя в различных видов сырья для выполнения Заявителем обязательств по договорам перед заказчиками, были приобретены Обществом у реальных поставщиков, в том числе АО «Тулачермет», АО «ЕВРАЗ Ванадий Тула», АО «Тулачермет», ООО «Центр-Известняк», ПАО «Косогорский металлургический завод», что подтверждаются первичными документами и сведениями бухгалтерского учета Заявителя.

Таким образом, Заявитель располагал необходимым объемом сырья, который использовался для производства и реализации продукции, однако, умышленно создал схему взаимодействия с техническими организациями с целью минимизации налоговых поступлений в бюджет.

Общество также указывает, что налоговым органом в ходе осмотра территории производственной площадки Общества по адресу: <...> (протокол осмотра от 31.05.2022№ 40-8-06/01) были установлены фактические остатки сырья и материалов, что свидетельствует, по мнению Общества, о реальности поставки спорными контрагентами товаров.

Вместе с тем, проведенным осмотром установлено нахождение на территории Общества запасов производственного сырья, при этом, осмотр проводился налоговым органом в мае 2022 года, что не может свидетельствовать о поставках товара за период проведения проверки (2018-2019 гг.).

В протоколе осмотра налоговым органом не делается вывод о поставке сырья спорными контрагентами. Напротив, установленная совокупность обстоятельств опровергает поставку товара спорными контрагентами в адрес Общества, при этом данный товар поставлялся реальными поставщиками.

Довод Заявителя о производственной необходимости закупаемого им сырья для переработки, якобы подтверждаемой Федеральным государственных бюджетным образовательным учреждением высшего образования «Липецкий Государственный Технический Университет (далее – Технический Университет) письмом от 13.02.2023 №2023-2-17, поскольку представленные Техническим Университетом разъяснения содержат вывод не о необходимости приобретения сырья, а о возможности применения сырья в производстве той или иной готовой продукции, а также дают консультативные ответы на поставленные налоговым органом вопросы, касающиеся технических аспектов производственного процесса переработки сырья также необоснован.

Использование спорного товара в производственном процессе переработки сырья не подтверждается представленными Заявителем в ходе проведения контрольных мероприятий первичными учетными документами и регистрами бухгалтерского учета.

Таким образом, доводы Общества в указанной части являются необоснованными и опровергаются материалами дела.

В отношении довода Общества о том, что замечания налогового органа к некорректному ведению бухгалтерского учета и не предоставление товарно-транспортных накладных не свидетельствуют о нереальности поставки товара, так как первичными документами, подтверждающими принятие к учету товара является представленные УПД, суд отмечает следующее.

Из содержания статей 171, 172 НК РФ следует, что вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав при наличии соответствующих первичных документов.

В качестве документов, подтверждающих поставку сырья от спорных контрагентов, Обществом представлены универсальные передаточные документы (далее - УПД).

При этом Заявителем не представлены документы, подтверждающие доставку сырья: ТТН, путевые листы, товарно-сопроводительные документы, акты об оказании транспортных услуг и т.п., составленные в рамках взаимоотношений с контрагентами. Кроме того, представленные Заявителем УПД также не свидетельствуют о реальности поставки товара .

ФНС России Письмом от 21.10.2013 № ММВ-20-3/96@ «Об отсутствии налоговых рисков при применении налогоплательщиками первичного документа, составленного на основе формы счета-фактуры» разъяснило, что начиная с 2013 года любой хозяйствующий субъект, не нарушая законодательство, может объединить информацию ранее обязательных для применения форм по передаче материальных ценностей (ТОРГ-12, М-15, ОС-1, товарный раздел ТТН) с дублирующими по большинству позиций реквизитами с информацией счетов-фактур, выписываемых в целях исполнения законодательства по налогам и сборам.

Такое объединение при соблюдении требований Закона № 402-ФЗ и главы 21 НК РФ не может лишить хозяйствующего субъекта ни возможности учитывать оформленный факт хозяйственной жизни в целях бухгалтерского учета, ни возможности использовать право на налоговый вычет по НДС и возможности использовать право подтверждения затрат в целях исчисления налога на прибыль организаций (и других налогов).

Из содержания представленных Заявителем УПД следует, что в графе статус документа указывается «1», что с учетом Письма ФНС России Письмом от 21.10.2013 № ММВ-20-3/96@ свидетельствует о том, данные УПД являются одновременно счетом – фактурой и первичным документом, следовательно должны соответствовать пункту 2 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» и требованиям, предусмотренным главой 21 НК РФ и Постановлением Правительства Российской Федерации от 26.12.2011 № 1137 «О формах и правилах заполнения (ведения) документов, применяемых при расчетах по налогу на добавленную стоимость».

При этом форма УПД предполагает отражение в строке 9 реквизитов транспортных документов (транспортной накладной, путевого листа), поручений экспедиторам, складских расписок и другой уточняющей информации о перевозке (в частности, предполагает возможное указание наименования организации, несущей транспортные расходы и т.д.).

Вместе с тем, согласно Приложению № 4 Письма ФНС России при использовании УПД в качестве первичного учетного документа необходимо убедиться в том, что внесенная в него информация в полной мере определяет показатели, установленные как обязательные пунктом 2 статьи 9 Закона № 402-ФЗ. При этом, одним из обязательных показателей первичного учетного документа в соответствии с указанным законом является показатель, отражаемый в сроке 9 - дополнительная существенная информация об условиях и обстоятельствах сделки (операции, событии).

Следует учесть, что представленные Заявителем УПД не содержат сведений, подлежащих отражению в транспортном разделе ТТН: отсутствуют сведения о транспортном средстве, осуществлявшем доставку груза, водителе транспортного средства, массе транспортного средства.

Таким образом, Заявителем не подтверждены факты отгрузки и доставки в его адрес сырья, приемки и оприходования в бухгалтерском учете, что свидетельствует о документальной неподтвержденности сделок и формальности составленных документов, и опровергает довод жалобы о представлении Обществом в адрес налогового органа всех требуемых для применения налоговых вычетов документов и безосновательности истребования Межрегиональной инспекцией товарно-транспортных документов.

В отношении довода Общества о том, что нарушения бухгалтерского учета являются технической ошибкой, суд отмечает следующее.

Выявленные налоговым органом недостоверные сведения в бухгалтерском учете Общества не являются техническими ошибками, как указывается Заявителем, а напротив свидетельствуют об умышленном искажении Обществом операций о принятии и использовании в производстве сырья от спорных контрагентов с целью создания видимости совершения хозяйственных операций.

Из имеющихся в материалам проверки доказательств следует, что при проверке обстоятельств принятия на учет и использования товара от спорных контрагентов установлено: несоответствие количества материалов, отраженных в бухгалтерском учете с первичной документацией; несоответствие номенклатур оприходованного и списанного в бухгалтерском учете товара; списание товаров только на основании актов на списание товарно-материальных ценностей без надлежащего оформления первичных учетных документов (стр. 30 – 51 оспариваемого Решения).

Кроме того, в силу положений Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» и главы 21 НК РФ Общество обязано вести бухгалтерский учет.

Данные обстоятельства наряду с установленной совокупностью доказательств свидетельствует об умышленных действия Общества по созданию схемы ухода от налогообложения.

Таким образом, доводы Общества, основаны на неправильном применении норм материального права и имеющихся в материалах дела доказательствах.

В отношении довода Общества об отсутствии необходимости предоставления документов, подтверждающих качество закупаемого сырья (сертификатов) у спорных контрагентов, суд отмечает следующее.

Пунктом 1 статьей 456 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) установлено, что продавец обязан передать покупателю товар, предусмотренный договором купли-продажи.

В соответствии с пунктом 2 статьи 456 ГК РФ указывается, что если иное не предусмотрено договором купли-продажи, продавец обязан одновременно с передачей вещи передать покупателю ее принадлежности, а также относящиеся к ней документы (технический паспорт, сертификат качества, инструкцию по эксплуатации и т.п.), предусмотренные законом, иными правовыми актами или договором.

Нормативное требование к условиям приобретения бентонита предусмотрено государственным стандартам Российской Федерации ГОСТ 25795-83 «Глины формовочные бентонитовые», в соответствии с которым указывается, что бентонит принимается партиями, при этом партией считают количество глины одного месторождения, одной марки, оформленное одним документом о качестве, в котором должны быть указаны: наименование предприятия – поставщика и его товарный знак, наименование и марка продукции, номер и дата выдачи документа, результаты испытаний, масса партии нетто, номер партии, дата отгрузки, обозначение стандарта.

Аналогичные требования к условиям приобретения строительной извести, предусматриваются государственным стандартом Союза ССР 9179-77 из которого следует, что изготовитель одновременно с отгрузочными реквизитами обязан направлять каждому потребителю извести паспорт, в котором должны быть указаны: название предприятия – изготовителя и (или) его товарный знак, дата отгрузки извести, номер паспорта и партии, масса партии, полное наименование извести, ее гарантированный вид и сорт, показатели соответствия продукции требованиям стандарта, обозначение стандарта, по которому поставляется известь.

Учитывая, что условиями договоров между Заявителем и спорными Контрагентами не предусмотрено иных условий в отношении качества товара, к указанным договором подлежит применение норм пункта 2 статьи 456 ГК РФ, обязывающих документально подтвердить качество передаваемого сырья.

Кроме того, обязательность подтверждения качества сырья является обязательным условием приемки продукции по взаимоотношениям с реальными поставщиками аналогичного сырья, что также свидетельствует о несостоятельности довода Заявителя.

Так, в соответствии с условиями пунктами 3.1 и 3.4 Договора, заключенного между Заявителем и ПАО «Тулачермет», предусмотрено, что качество продукции подтверждается техническим паспортом, который направляется Покупателю одновременно с транспортными документами.

При этом из содержания пункта 3.4 Договора следует, что факт поставки Продукции, несоответствующий качеству техническим паспортам, не может быть поставлен и передан Продавцом.

Таким образом, Заявитель в нарушение пункта 2 статьи 456 ГК РФ, а также нормативных требований к условиям приобретения сырья, предусмотренных государственным стандартам Российской Федерации, документально не подтвердил качество сырья, якобы полученного от спорных Контрагентов.

В отношении довода Общества об отсутствии у налогового органа права на проведение анализа цен закупаемого сырья на соответствие рыночным ценам суд отмечает следующее.

Проверкой установлено, что в проверяемом периоде сырье (шлак магнитоактивный) принималось к учету, как от спорных Контрагентов, так и от реальных поставщиков (ПАО «Косогорский металлургический завод), при этом цена за 1 тонну шлака магнитоактивного от спорных Контрагентов (ООО «ТТК», ООО «ТММЗ») более чем в 5 раз превышает цену аналогичного товара, приобретаемого у реального поставщика ПАО «Косогорский металлургический завод».

Кроме того, согласно проведенному сравнительному анализу цен за единицу продукции шлама аглодоменного, который закупался Обществом у АО «Тулачермет» и аналогичного товара, по документам приобретаемого у ООО «ТММЗ».

По результатам сравнительного анализа установлено отклонение стоимости товара от ООО «ТММЗ» в среднем в 89 раз от стоимости товара, поставляемого реальным поставщиком АО «Тулачермет».

Налогоплательщик не вправе указывать на целесообразность и необходимость тех или иных действий налогового органа, осуществляемых в связи с проводимой налоговой проверкой, что согласуется с судебной практикой (постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 15.06.2017 № Ф03-1679/2017 по делу № А73-10135/2016, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2023 № 09АП-72914/2023 по делу № А40-97035/2023).

НК РФ не предусматривает перечень мероприятий налогового контроля обязательный к проведению в ходе налоговой проверки, не препятствует самостоятельности при выборе налоговым органом предусмотренных законодательством объема и вида контрольных мероприятий, необходимость проведения которых оценивается исходя из конкретных обстоятельств каждой проверки.

При этом, проведенный налоговым органом сравнительный анализа цен не связан с проверкой цен, применяемых Обществом, в сравнении с рыночными ценами на аналогичную продукцию, а является одним их доказательств отсутствия в заявленных Обществом операций со спорными Контрагентами действительного экономического смысла (цели делового характера), что в совокупности с иными имеющимися доказательствами свидетельствует об умышленном характере искажении сведений о фактах хозяйственной деятельности Общества.

В отношении довода Общества о непредставлении списка транспортных средств в связи с не оформлением пропусков суд отмечает следующее.

В ходе рассмотрения дела подтверждено, что доводы Общества об отсутствии пропускного контроля со стороны Торховского проезда опровергаются свидетельскими показаниями сотрудников Общества, а именно:

- ФИО38 который пояснил, что заезд на территорию ООО «ОмегаПРО» осуществлялся с Торховского проезда завода «Штамп» по пропускам, пропуск выписывался при въезде и сдавался при выезде (протокол допроса №269 от 22.12.2021);

- ФИО39 который показал, что на проходные завода «Штамп» (со стороны Торховского проезда) проезжали по списку автомобилей, который поставщики подавали на ООО «ОмегаПРО». Выезд осуществлялся через эти же проходные, охранник осматривал машину, отмечал у себя в журнале номер машины и выпускал с территории завода (протокол допроса № 267 от 13.12.2021);

- ФИО40 который показал, что на территорию ООО «ОмегаПРО» заезд осуществлялся со стороны Торховского проезда, где расположены ворота со шлагбаумом, шлагбаум открывали при подъезде к ним машины, пропуски при въезде не требовали, охранники записывали в журнал номера машин. При выезде с территории свидетель отдавал охранникам на КПП пропуск, который выписывался на весовой. В пропуске указывался номер автомобиля, наименование и вес груза (протокол допроса № 264 от 08.12.2021).

Аналогичные показания получены от сотрудников Заявителя: ФИО41 (протокол допроса №265 от 08.12.2021), ФИО42 (протокол допроса №262 от 07.12.2021).

Таким образом, доводы Общества опровергаются показаниями самих сотрудников Общества, что свидетельствует о необоснованности довода Заявителя.

В отношении доводов Общества об отражении в Решении Межрегиональной инспекции несоответствия денежных потоков, сведениям из книги покупок и продаж спорных контрагентов, суд отмечает следующее.

Так, в оспариваемом Решении Межрегиональной инспекции на страницах 61-87 отражены обстоятельства хозяйственной деятельности ООО «ТТК», а именно:

- из анализа расчетных счетов и раздела 9 налоговых деклараций по НДС «Сведения из книги продаж» следует, что основным контрагентом ООО «ТТК» являлся Заявитель, с расчетных счетов которого в период 2018-2019 годы перечислены денежные средства в адрес ООО «ТТК» в сумме 42 444 959 рублей, что составило 79% всех поступлений на расчетный счет ООО «ТТК», доля продаж в адрес ООО «ОмегаПРО» составляет от 93 до 100%;

- в книгах покупок за 2018 – 2019 годы ООО «ТТК» отсутствуют поставщики, которые могли бы реально поставить товары (выполнить работы, оказать услуги) в адрес ООО «ТТК», в т.ч. поставить шлак магнитоактивный, концентрат железосодержащий гранулированный, бентонит ПБМВ ГОСТ 25795-83, шлак металлургический, известь, металлоотсев, металлопродукт ванадиевый МВ3 металлическая часть;

- деятельность ООО «ТТК» имеет признаки «транзитной» организации, имитирующей финансово-хозяйственную деятельность в связи с отсутствие материальных, трудовых ресурсов, необходимые условия для достижения результатов соответствующей экономической деятельности, отсутствует квалифицированный персонал, отсутствие в собственности, хозяйственном ведении, оперативном управлении или аренде специализированного имущества, транспорта, основных средств, производственных активов, то есть отсутствуют все условия, которые необходимы для достижения результатов соответствующей экономической деятельности, соответственно, ООО «ТТК» не могло осуществлять поставку спорного товара;

- в соответствии с анализом расходных операций ООО «ТТК» в проверяемом периоде установлено, что ООО «ТТК» путем перечисления на расчетные счета своих контрагентов: ООО «Римейк - Инвест», ООО «Скиф», ООО «Вага», ООО «Руда-1», ООО «Авангард», ООО «Промтех», ООО «Синергия», ООО «Фотон», ООО «Форпост», ООО «ТСС» выводило денежные средства из оборота с использованием пластиковых карт.

При этом в Решении отмечено, что ООО «ТТК» использует для входа в систему «Клиент - Банк» IP-адреса, такие же IP- адреса для входа в систему «Клиент – Банк», которые используют ООО «Римейк - Инвест», ООО «Скиф», ООО «Вага», ООО «Руда-1», ООО «Авангард», ООО «Промтех», ООО «Синергия», ООО «Фотон», ООО «Форпост», ООО «ТСС», с расчетных счетов которых осуществлено обналичивание денежных средств.

Суд учитывает, что Обществом произведена не полная оплата по договорам со спорными контрагентами (ООО «ТТК» - 35 %, ООО «ТММЗ» - 50 %, ООО «ТПК» - 77 %,). При этом, несмотря на нарушение Обществом требований об оплате товара, контрагентами претензионно-исковая работа не велась.

Аналогичным образом, в Решении на стр.87-119 и стр.119-134 налоговым органом были отражены обстоятельства свидетельствующие о транзитном характере деятельности ООО «ТММЗ», ООО «ТПК».

С учетом указанных обстоятельств, суд считает, что доводы Общества документально не подтверждены и опровергаются имеющимися в материалах дела доказательствами.

В отношении довода Общества о том, что отсутствие оплаты за уступленное право требование долга не может не свидетельствовать о нереальности сделок между хозяйствующими субъектами, суд отмечает следующее.

Пунктом 1 статьи 2 ГК РФ предусмотрено, что предпринимательской деятельность, является деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Вместе с тем, имеющимися в материалах дела доказательствами подтверждается, что поведение Заявителя и его контрагентов, связанное с обстоятельствами исполнения условий договоров, противоречат самой сути предпринимательской деятельности и обычаям хозяйственных отношений, предполагающих в качестве основной цели извлечением прибыли.

Условиями п. 2.2 и 4.7 договора поставки № Т-043 от 01.04.2018 и дополнительными соглашениями к указанным договорам, оформленными между Заявителем и ООО «ТММЗ» предусмотрено, что оплата за поставленный товар производится путем перечисления денежных средств на расчетный счет в течение 30 календарных дней с даты подписания товарной накладной ТОРГ-12.

За несвоевременное исполнение обязательств по оплате товара Договором предусмотрено начисление пени.

Вместе с тем, в соответствии с оборотно-сальдовыми ведомостями Заявителя по счету 60 кредиторская задолженность перед ООО «ТММЗ» на конец 2018 года оставила 40 463 284 рубля, на конец 2019 года – 196 066 664 рубля, на конец 2020года – 196 029 037 рублей, что свидетельствует том, что оплата за якобы поставленное ООО «ТММЗ» сырье в течении всего периода действия договора Заявителем не осуществлялась.

При этом, несмотря на нарушение Обществом требований об оплате товара, контрагент за защитой нарушенного права (взыскании задолженности за товар) в судебные органы не обращался, начисление пени не производил и не получая прибыли, продолжал поставлять товар в течение 2019 - 2020 годов.

Помимо этого, в ходе рассмотрения дела установлено, что Обществом и его взаимосвязанными контрагентами c целью создания видимости осуществления расчётов (оплаты) оформлялись договорами цессии (уступки прав требования) на должностных лиц указанных Контрагентов, которые в действительности не исполнялись.

Так, из показаний ФИО13 (директора ООО «ТММЗ) следует, что он поверхностно владеет информацией о финансово – хозяйственной деятельности ООО «ТММЗ», на основные вопросы ответить затрудняется, либо дает противоречивые ответы, что свидетельствует формальном отношении указанного лица к деятельности ООО «ТММЗ.

В ходе проведения проверки Обществом был представлен Запрос на согласие на уступку требования (цессию) от 03.12.2019 № 27, в соответствии с которым ООО «ТММЗ» сообщает о намерении заключить договор уступки прав (цессии) с целью передачи права требования по Договору поставки на сумму 196 029 037 рублей ФИО13

Согласие подписано управляющим Общества - ФИО14

Между ФИО13 и ООО «ТММЗ» заключен договор уступки прав (цессии) от 09.12.2019.

Согласно пункту 1.1 Договора Цедент уступает, а Цессионарий принимает в полном объеме права требования денежных средств по договору поставки (Договор № ТМ-043 от 01.04.2018), заключенному между Цедентом и ООО «ОмегаПРО». Общая сумма передаваемых прав требования составляет 196 029 037 рублей.

В соответствии с п.3.1 Договора в счет уступаемых прав и обязанностей, Цессионарий уплачивает Цеденту сумму, равную 1 960 290 рублей. Уплата указанной суммы производится следующим образом: 1 000 000 рублей – до 16.12.2019; 960 290 рублей – до 25.12.2019.

Указанная сумма составляет только 1% от общей суммы задолженности, что указывает на формальность составления договора.

При этом в Договоре уступки прав (цессии) от 09.12.2019 указан расчетный счет ООО «ТММЗ» № 40702810602920002730 (АО «Альфа-Банк») для перечисления задолженности ФИО13 в счет уступаемых прав и обязанностей, который закрыт 25.10.2019, то есть, раньше заключения Договора, что свидетельствует о невозможности произведения оплаты ФИО13 в адрес ООО «ТММЗ» в соответствии с п.3.1 Договора.

В ходе проведенного допроса ФИО13 (Протокол допроса №б/н от 20.07.2022 Приложение №2 к акту налоговой проверки) свидетель затруднился дать пояснения по данному факту.

При этом, как следует из материалов проверки, ФИО13 расчетов с ООО «ТММЗ» не производил.

Таким образом, указанные обстоятельства свидетельствуют о несоответствии взаимоотношений ООО «ТММЗ» и ФИО13 критериям обычного делового оборота, формальном составлении документов ООО «ТММЗ», не предполагающих погашения задолженности ФИО13 в адрес ООО «ТММЗ» по договору уступки прав (цессии) от 09.12.2019.

Помимо этого установлено, что в соответствии с банковской выпиской по операциям расчетного счета Заявителя за 2019-2020 годы перечислений на счета ФИО13 не осуществлялось.

Из представленных ФИО13 документов следует, что им были получены денежные средства путем банковского перевода на счет в незначительной размере 1 220 800 рублей.

До настоящего времени сумма задолженности по Договору уступки прав (цессии) от 09.12.2019 Заявителем не погашена, доказательств, подтверждающих погашение задолженности, не представлено.

Таком образом, по убеждению суда, Межрегиональная инспекция, оценивая оформление и исполнение уступки права требования, учитывая взаимозависимость участников сделок и наличие особых форм расчетов, свидетельствующих о групповой согласованности операций, не обусловленных разумными экономическими или иными причинами, пришла к правомерному выводу о фиктивности документального оформления взаимоотношений между Заявителем и его взаимосвязанным контрагентом.

Совокупность вышеуказанных обстоятельств свидетельствует об умышленном характере действий Общества при взаимоотношениях со спорными контрагентами, «технический» характер данных контрагентов, ведение формального документооборота.

Налоговым органом в ходе рассмотрения дела были представлены достаточные доказательства, свидетельствующие не только о недостоверности сведений в представленных Обществом документах, но и о невозможности в силу требований законодательства совершения реальной поставки товара спорными контрагентами.

Иные доводы Заявителя, не нашедшие отражения по тексту настоящего решения, не имеют самостоятельного значения и не влияют на итоговый вывод суда о законности и обоснованности принятого налоговым органом решения, поскольку не опровергают выводы, изложенные в оспариваемом решении. Доказательств, свидетельствующих об обратном, Обществом не представлено, в связи с чем решение Межрегиональной инспекции является правомерным и обоснованным, соответствующим фактическим обстоятельствам дела.

Уплаченная при обращении в суд государственная пошлина согласно ст.110 АПК РФ подлежит отнесению на Заявителя.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 112, 167-171, 177, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленного требования отказать.

Решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба, а в случае подачи апелляционной жалобы, если решение не отменено и не изменено - со дня принятия постановления арбитражным судом апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Девятый арбитражный апелляционный суд (127994, г.Москва, ГСП-4, проезд Соломенной Сторожки, д. 12) в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме), а также в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Московского округа (127994, Москва, ГСП-4, ул. Селезневская, д. 9) в течение двух месяцев со дня вступления решения по делу в законную силу при условии, что решение было предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются в арбитражные суды апелляционной и кассационной инстанций через Арбитражный суд города Москвы.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного или кассационного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить соответственно на интернет-сайтах Девятого арбитражного апелляционного суда: http://9aas.arbitr.ru/ и Арбитражного суда Московского округа: http://fasmo.arbitr.ru/

Информация о движении дела размещена на сайте суда по адресу: http://msk.arbitr.ru/


СУДЬЯ О.Ю. Суставова