Решение от 12 июля 2021 г. по делу № А65-34709/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 294-60-00

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А65-34709/2019
г. Казань
12 июля 2021 года
Дата оглашения резолютивной части решения – 05 июля 2021 года

Дата изготовления решения – 12 июля 2021 года

Арбитражный суд Республики Татарстан

в составе председательствующего судьи Сотова А.С.,

при ведении аудиопротоколирования и составлении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

истца - публичного акционерного общества "Туполев", г.Москва, (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к ответчику - закрытому акционерному обществу "Дробмаш", г. Выкса, (ОГРН <***>, ИНН <***>)

при участии третьего лица – Министерство промышленности и торговли Российской Федерации, г.Москва и общество с ограниченной ответственностью «Волжская проектная компания», г.Тольятти

о взыскании 2 584 800 рублей 50 копеек неустойки (пени),

с участием представителей:

от истца – ФИО2, по доверенности от 19.03.2020г.,

от ответчика – ФИО3, по доверенности от 11.04.2019г.,

от третьих лиц – не явились, извещены

УСТАНОВИЛ:

публичное акционерное общество "Туполев" (далее истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к закрытому акционерному обществу "Дробмаш" (далее ответчик) о взыскании 2 584 800 рублей 50 копеек неустойки (пени).

К участи в деле в качестве третьих лиц не заявляющих самостоятельные требования на предмет спора были привлечены Министерство промышленности и торговли Российской Федерации и общество с ограниченной ответственностью «Волжская проектная компания».

В судебное заседание 05 июля 2021г. третьи лица не явились, извещены, в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие.

Истец исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении и представленных письменных пояснениях.

Ответчик иск не признал по основаниям, изложенным в отзывах на исковое заявление.

Исследовав материалы дела, выслушав пояснения представителей сторон, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, 23 июня 2017г. между истцом (заказчик) и ответчиком (исполнитель) был заключен договор № 17705596339150004070/347-867-2017/1200/208/17 (далее договор), по условиям которого ответчик взял на себя обязательства выполнить работы по изготовлению оснастки в соответствии с утверждаемыми ведомостями исполнения, а истец – выполненную работу приять и оплатить (т.1 л.д. 7-11).

В рамках этого договора, дополнительным соглашением №5 от 03 октября 2018г. и ведомостью исполнения №3 от 03 октября 2018г. между сторонами была достигнута договоренность на изготовление ответчиком оснастки стенда для сборки узла поворота крыла (шифр 63402/50129), стоимостью 4 525 211 рублей и сроком поставки, монтажа и адаптации – 90 дней с даты подписания договора (т.1 л.д. 16, 17).

Из искового заявления и правовой позиции истца по делу следует, что ответчик выполнил работы по изготовлению изделия с нарушением установленных договором сроков, вместо договорного срока – 29 января 2019г., на момент направления претензии с требованием о выплате неустойки за нарушение сроков изготовления изделия и предъявления иска, изделие изготовлено не было.

Акт сдачи приемки №103 изготовления и поставки изделия по ведомости исполнения №3 был подписан обеими сторонами только 23 декабря 2019г. (т.1 л.д. 31).

В связи с изложенными обстоятельствами истец обратился с рассматриваемым исковым заявлением о взыскании с ответчика договорной неустойки (пени) за просрочку выполнения работ в размере 2 584 800 рублей 50 копеек, начисленной за период с 29 января 2019г. по 28 октября 2019г.

Возражая против иска ответчик свою позицию по делу обосновывал тем, что изготовление изделия по представленной истцом конструкторской документации было невозможно, поскольку она была некорректной и представлена не в полном объеме. На уточнение и переработку документации потребовалось дополнительное время, в связи с чем просрочка выполнения работ произошла по вине самого истца. Кроме этого, ответчик указывает, что авансирование работ было произведено с задержкой.

По смыслу статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательств и требованиями закона.

Рассматриваемый договор и сложившиеся между сторонами правоотношения суд квалифицирует как договор подряда, регулируемый положениями главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Как указывалось выше, по условиям рассматриваемого договора (пункты 2.1 – 2.3 договора) ответчик взял на себя обязательства в согласованный срок выполнить работы по изготовлению оснастки в соответствии с утверждаемыми ведомостями исполнения, а истец – выполненную работу приять и оплатить.

Предметом рассмотрения является выполнение работ на изготовление оснастки стенда для сборки узла поворота крыла (шифр 63402/50129), условия выполнения которого было согласовано дополнительным соглашением №5 от 03 октября 2018г. и ведомостью исполнения №3 от 03 октября 2018г. (т.1 л.д. 16, 17).

Так, между сторонами была достигнута договоренность на изготовление ответчиком оснастки и сроком поставки, монтажа и адаптации – «90 дней с даты подписания договора».

При этом, в соответствии с пунктом 2.4. договора, работы по изготовлению оснастки должны выполнятся ответчиком на основании конструкторской и иной документации, переданной ему истцом.

Одним из существенных условий договора подряда является условие о сроке выполнения работ.

Ответчик, обосновывая невозможность выполнения работ к установленному договором сроку, ссылался на то, что представленная истцом конструкторская документация была некорректной и представлена не в полном объеме, на уточнение и переработку документации потребовалось дополнительное время и привлечение третьих лиц (общество с ограниченной ответственностью «Волжская проектная компания»).

Таким образом, между сторонами возник спор относительно соответствия представленной истцом ответчику конструкторской документации (шифр 63402/50129) соответствующим требованиям и возможности изготовления на основании этой документации предусмотренного договором изделия.

В связи с этим, по ходатайству ответчика определением от 09 июля 2020г. судом была назначена по делу судебная экспертиза, производство которой было поручено экспертам федерального государственного бюджетного научного учреждения «Научно-исследовательский институт – Республиканский исследовательский научно-консультационный центр экспертизы» ФИО4 и ФИО5.

Перед экспертами были поставлены следующие вопросы: является ли конструкторская документация (шифр 63402/50129), представленная по ведомости №3 корректной, полной, соответствующей действующим ГОСТам (ЕСКД) и другим техническим требованиям (1) и возможно ли изготовление продукции по указанной конструкторской документации без ее переработки (2).

Экспертное заключение №533 от 03 сентября 2020г. было изготовлено экспертом ФИО4, который пришел к выводу, что конструкторская документация (шифр 63402/50129) по ведомости №3 не является корректной, полной и не соответствует действующим ГОСТам (ЕСКД) и изготовление продукции по указанной конструкторской документации без ее переработки невозможно (т.2 л.д. 102-127).

Учитывая возражения истца, в порядке части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее АПК РФ) эксперт ФИО4 был опрошен в судебном заседании 14 декабря 2020г. относительно своего заключения и представил письменные пояснения на возражения ответчика (т.2 л.д. 50-51).

С учетом пояснений эксперта и наличия соответствующего ходатайства истца, в соответствии с частью 1 статьи 87 АПК РФ определением от 15 марта 2021г. (резчасть от 05.03.2021г.) суд назначил проведение дополнительной судебной экспертизы.

Проведение дополнительной судебной экспертизы было поручено экспертам федерального государственного бюджетного научного учреждения «Научно-исследовательский институт – Республиканский исследовательский научно-консультационный центр экспертизы» ФИО6 и ФИО7.

Перед экспертами были поставлены следующие вопросы: возможно ли изготовление изделия по договору № 17705596339150004070/347-867-2017/1200/208/17 от 23.06.2017г. на основании переработанной конструкторской документации (1); является ли переработка переданной для производства работ заказчиком конструкторской документации (шифр 63402/50129) по договору № 17705596339150004070/347-867-2017/1200/208/17 от 23.06.2017г. существенной по техническим требованиям и затратной по срокам (2) и имелись ли какие-либо иные основания для изготовления изделия, кроме конструкторской документации (шифр 63402/50129) или переработанной конструкторской документации, для изготовления продукции по договору № 17705596339150004070/347-867-2017/1200/208/17 от 23.06.2017г. (3).

Эксперты ФИО6 и ФИО7 в своем экспертном заключении №392 от 19 мая 2021г. (т.4 л.д. 15-81) пришли к выводу, (по первому вопросу) что изготовление изделия (шифр 63402/50129) представляется возможным на основании полной конструкторской документации, включающей переработанную конструкторскую документацию и конструкторскую документацию, переданную заказчиком (истцом) исполнителю (ответчику) до ее изменения (переработки), а изготовление изделия только на основании конструкторской документации, переданной заказчиком (истцом) исполнителю (ответчику) без ее переработки, невозможно.

Также, эксперты пришли к выводу, что переработка переданной для производства работ заказчиком (истцом) исполнителю (ответчику) конструкторской документации является существенной по техническим требованиям и затратной по срокам (второй вопрос определения), а иные основания для изготовления продукции (шифр 63402/50129), кроме конструкторской документации и переработанной конструкторской документации, не имелось (третий вопрос).

Выводы экспертов суд находит полными ясными и обоснованными, основания сомневаться в профессионализме и объективности экспертов у суда отсутствуют, в связи с чем суд принимает экспертные заключения № 533 от 03 сентября 2020г. и №392 от 19 мая 2021г. в качестве надлежащих доказательств.

Таким образом, из выводов экспертов ФИО4, ФИО6 и ФИО7 следует, что переданная истцом ответчику для выполнения работ конструкторская документация (шифр 63402/50129) по ведомости №3 не является корректной, полной и изготовление продукции только по указанной конструкторской документации, без ее переработки невозможно и иные основания для изготовления продукции, кроме переданной конструкторской документации и переработанной конструкторской документации отсутствуют, а ее переработка является существенной и затратной по срокам.

При этом, в заключении дополнительной судебной экспертизы эксперты при ответе на вопрос о трудоемкости переработки конструкторской документации (второй вопрос определения) пришли к выводу, что для переработки конструкторской документации необходимо затратить 686, 7 часов.

Из указанного следует, что изготовление оснастки (шифр 63402/50129) по ведомости исполнения №3 от 03 октября 2018г. на основании переданной истцом ответчику конструкторской документации, без ее переработки было невозможно.

О невозможности изготовления изделия (шифр 63402/50129) и возникающих сложностях в конструкторской документацией при ее изготовлении ответчик сообщал истцу в письмах исх.№1601/99-0032 от 17 октября 2018г., №1601/99-0078 от 08 ноября 2018г., №1100-1088 от 16 ноября 2018г., №1601/09-0128 от 17 декабря 2018г. (т.1 л.д. 49, 50, 51).

При таких обстоятельствах в целях исполнения условий договора по изготовлению изделия (шифр 63402/50129) действия ответчика по переработке конструкторской документации являются обоснованными.

Как указывалось выше, по условиям рассматриваемого договора № 17705596339150004070/347-867-2017/1200/208/17 от 23 июня 2017г. (пункты 2.1 – 2.3 договора) ответчик взял на себя обязательства в согласованный срок выполнить работы по изготовлению оснастки в соответствии с утверждаемыми ведомостями исполнения, а рассматриваемой ведомостью исполнения №3 от 03 октября 2018г. сроком поставки, монтажа и адаптации изделия указан как – «90 дней с даты подписания договора» (т.1 л.д. 16, 17).

Истец в исковом заявлении указывает, что изделие должно было быть изготовлено ответчиком 29 января 2019г. и на момент составления искового заявления (28.10.2019г.) работы ответчиком не выполнены.

Однако, исходя из даты заключения договора (23.06.2017г.), даты заключения дополнительного соглашения №5 и ведомости исполнения №3 – 03 октября 2018г., суд приходит к выводу, что срок изготовления изделия между сторонами определялся как 90 дней с даты подписания ведомости №3, поскольку иной подход к определению срока (от даты подписания договора), противоречил бы сложившимся между сторонами отношениям.

Исходя из этого, срок выполнения работ по ведомости №3 от 03 октября 2018г. (+90 календарных дней), с учетом положений статьи 192 и 193 ГК РФ - до 10 января 2019г.

Из материалов дела следует, и сторонами не оспаривалось, что работы были выполнены и приняты в порядке, определенном разделом 6 рассматриваемого договора лишь 23 декабря 2019г., что подтверждается соответствующим двухсторонним актом №103 (т.1 л.д. 31).

Таким образом, материалами дела подтверждается, что работа была выполнена ответчиком с просрочкой.

По смыслу статьи 309 и 329 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательств и требованиями закона и надлежащее их исполнение может обеспечиваться, в том числе, неустойкой.

Согласно части 1 статьи 330 и статье 331 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения и соглашение о неустойке должно быть согласовано в письменной форме.

Пунктом 16.3 рассматриваемого договору установлена ответственность исполнителя (ответчика) за нарушение исполнения обязательств, к которым относится и своевременность выполнения работ, в виде неустойки (пени), рассчитываемой по приведенной в договоре формуле.

Согласно пункту 1 статьи 404 ГК РФ если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника. Суд также вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению.

В рассматриваемом случае суд приходит к выводу, что отсутствие возможности по изготовлению изделия (шифр 63402/50129) в установленный договором срок было вызвано и действиями самого истца, представившего ответчику конструкторскую документацию, на основании которой изготовить это изделие не представлялось возможным.

С учетом этого суд считает необходимым уменьшить размер ответственности ответчика за просрочку выполнения работ на период устранения недостатков конструкторской документации.

Так, эксперты при определении трудозатрат на переработку конструкторской документации пришли к выводу, что она является существенной и затратной по срокам – 686, 7 часов, что при восьмичасовом рабочем дне составляет 85 дней и указанное количество дней, необходимое для переработки документации и должно быть исключено из общего периода просрочки ответчика.

Из искового заявления следует, что истец производит начисление неустойки за период с 29 января 2019г. по 28 октября 2019г. (272 дня) и размер неустойки, рассчитанной по формуле, приведенной в пункте 16.3 договора составляет 2 584 800 рублей 05 копеек.

Однако, с учетом установленных судом обстоятельств, начисление договорной неустойки будет являться обоснованным лишь за 187 дней просрочки из заявленного истцом периода ее начисления (272 дня – 85 дней) и исходя из приведенной в пункте 16.3. договора формулы расчета обоснованной является неустойка в размере 921 785 рублей 48 копеек, в связи с чем исковые требования подлежат частичному удовлетворению.

Основания для снижения неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ судом не усматриваются.

Доводы ответчика о том, что просрочка исполнения была вызвана и просрочкой со стороны истца по выплате аванса суд также находит необоснованными, поскольку в пункте 5.3. рассматриваемого договора стороны согласовали, что отсутствие своевременного авансирования не является основанием для приостановления работ по договору.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы истца по государственной пошлине относятся на истца и ответчика пропорционально удовлетворенным исковым требованиям.

В связи с изложенным, руководствуясь статьями 110, 112, 167 – 169, 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Арбитражный суд Республики Татарстан,

Р Е Ш И Л :

иск удовлетворить частично.

Взыскать с закрытого акционерного общества "Дробмаш", г. Выкса, (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу публичного акционерного общества "Туполев", г.Москва, (ОГРН <***>, ИНН <***>) 921 785 рублей 489 копеек неустойки (пени) и 12 811 рублей 13 копеек судебных расходов по оплате государственной пошлины.

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок.

Председательствующий судьяА.С. Сотов