Постановление от 3 апреля 2023 г. по делу № А40-317243/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994,

официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-317243/18
03 апреля 2023 года
город Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 29 марта 2023 года Полный текст постановления изготовлен 03 апреля 2023 года

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Мысака Н.Я. судей Дербенева А.А., Зеньковой Е.Л. при участии в судебном заседании:

ФИО1 – лично, паспорт, ФИО2 – дов. от 19.01.2023г.

конкурсный управляющий должником – ФИО3 – лично, паспорт рассмотрев в судебном заседании 29 марта 2023 года

кассационную жалобу ФИО1 на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19 января 2023 года

в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 по обязательствам ЗАО «Оргрегионпроект».

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 31.07.2020 ЗАО «Оргрегионпроект» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3. Сообщение о признании должника банкротом и открытии в отношении него конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 08.08.2020 № 141.

30.07.2021 (подано через электронную систему «Мой Арбитр») в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.09.2022 суд отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам закрытого акционерного общества «Оргрегионпроект», взыскал с ФИО1 в пользу закрытого акционерного общества «Оргрегионпроект» убытки в размере 1.365.000 рублей.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 19 января 2023 года определение Арбитражного суда г. Москвы от 30.09.2022 отменено в части отказа в привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности, ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Оргрегионпроект». Приостановлено рассмотрение заявления конкурсного управляющего должника ФИО3 в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит постановление апелляционного суда отменить и оставить в силе определение суда первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы ее заявитель ссылается на нарушение судом апелляционной инстанции норм процессуального и материального права, на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам, утверждая, что суд апелляционной инстанции руководствовался доводами, основанными на предположениях заявителя, которые не были раскрыты им в суде, а доказательства, подтверждающие обоснованность заявления о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам закрытого акционерного общества «Оргрегионпроект» не были представлены в материалы дела.

Заявитель ссылается на то, что суд апелляционной инстанции, давая оценку деятельности ФИО1, как руководителя должника с даты создания компании и до даты введения конкурсного производства, возлагает на него обязанности по представлению дополнительных доказательств платёжеспособности должника при заключении договоров на осуществление им финансово -хозяйственной деятельности и её обоснованности, в то время, как бремя доказывания обратного должно возлагается на заявителя, не представившего в суд соответствующих доказательств.

По утверждению кассатора, доказательств того, что ФИО1 предпринимал действия к сокрытию имущества должника, либо иным образом чинил препятствия конкурсному управляющему по получению доступа к указанному выше имуществу, а также доказательств того, что бывший руководитель должника скрывал от конкурсного управляющего факт существования транспортных средств, равно как и доказательства утраты имущества вследствие неправомерных действий бывшего руководителя должника, в нарушение статьи 65 АПК РФ конкурсным управляющим в материалы обособленного спора, также не представлено.

По мнению подателя жалобы, судом апелляционной инстанции не учтено, что конкурсный управляющий не обосновал, что указанные им сделки в целях

применения презумпции совершения невыгодных для должника сделок прошли проверку на критерий существенности.

Поступивший от конкурсного управляющего должником отзыв на кассационную жалобу приобщен к материалам дела.

В судебном заседании ФИО1 и его представитель доводы кассационной жалобы поддержали в полном объеме по мотивам, изложенным в ней, конкурсный управляющий должником против удовлетворения кассационной жалобы возражал.

Иные участвующие в деле лица своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно части 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав объяснения лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судами конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 по обязательствам должника на основании ст. ст. 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту также – Закон о банкротстве) в связи с совершением ответчиком убыточных для должника сделок, непередачей финансово-хозяйственной документации и имущества должника, а также неподачей заявления о признании должника банкротом в установленный Законом о банкротстве срок.

Из материалов дела следует и лицами, участвующими в деле, не оспаривалось, что ФИО1 являлся генеральным директором ЗАО «Оргрегионпроект» до даты признания должника банкротом, а также участником с 80% доли в уставном капитале общества, то есть контролирующим должника лицом.

Конкурсным управляющим в обоснование заявления указано, что бывшим руководителем должника не передана в полном объеме документация должника в отношении имеющейся дебиторской задолженности, не переданы отраженные в бухгалтерской отчетности общества запасы, а также движимое имущество, зарегистрированное за ЗАО «Оргрегионпроект».

Решением Арбитражного суда города Москвы от 31.07.2020 ЗАО «Оргрегионпроект» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

Резолютивной частью решения о признании ЗАО «Оргрегионпроект» несостоятельным (банкротом) и открытии в отношении него конкурсного производства арбитражный суд обязал руководителя должника в течение трех

дней с даты утверждения конкурсного управляющего передать бухгалтерскую и иную документацию должника, печати и штампы, материальные и иные ценности должника конкурсному управляющему ФИО4 Акт приема-передачи представить в суд.

21.08.2020 конкурсным управляющим был направлен запрос в адрес бывшего руководителя ФИО1 о предоставлении вышеуказанных сведений, документов и товарно-материальных ценностей.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.12.2020 суд обязал бывшего руководителя должника ФИО1 передать конкурсному управляющему должника ФИО3 документы в отношении ЗАО «Оргрегионпроект».

Конкурсный управляющий указал, что ФИО1 в полном объеме истребуемая документация передана не была.

В частности, ФИО1 не были представлены документы по контрактам № ГКТ-21.12 от 21.12.2011 и № ГКТ-22.12 от 22.11.2011, заключенным между ЗАО «Оргрегионпроект» и ГК «Туркменгаз», позволяющие установить размер дебиторской задолженности ГК «Турменгаз» и взыскать ее в целях пополнения конкурсной массы для покрытия расходов на проведение процедуры банкротства и расчетов с кредиторами.

Судом первой инстанции установлено, что по актам приема-передачи от 05.08.2020, 22.04.2021, 05.07.2021, представленным в материалы дела, бывшим генеральным директором должника были переданы учредительные документы, печати (штампы), бухгалтерские балансы за 2017-2019 годы, ЭЦП Росэксимбанка, свидетельства о праве собственности на объекты недвижимости, копии паспортов транспортных средств на автомобили, копия патента на графическое изображение, копии протоколов обыска, постановлений о наложении ареста на имущество, список сотрудников должника, копии договоров лизинга, купли-продажи транспортного средства, договоры поручительства, договор хранения транспортных средств, копии счетов на оплату, договоры подряда, спецификации и счет-фактуры к ним, акты по форме КС-2 и КС-3, акты освидетельствования скрытых работ, акты, накладные, декларации на товары, положение о филиале в Туркменистане.

Суд отметил, что судебным приставом-исполнителем МО по ИПНО УФССП России по Москве постановлением от 07.11.2019 наложен арест на дебиторскую задолженность ЗАО «Оргрегионпроект» в размере 1 819 079, 39 долларов США, по состоянию на дату ареста - 115 675 258 руб.

Суд первой инстанции исходил из того что, доводы конкурсного управляющего об отсутствии документов, достаточных для взыскания дебиторской задолженности, опровергаются представленными в материалы дела доказательствам.

Суд принял во внимание, что ФИО1 были предоставлены контракты, дополнения к ним, счета (инвойсы), декларации на товары, акты приемки выполненных работ, мемориальные ордера.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что конкурсный управляющий не раскрывает, какие конкретно документы дополнительно должны быть переданы для возможности принятия мер по взысканию дебиторской задолженности.

Кроме того, конкурсный управляющий ссылается на передачу товарно-материальных ценностей в виде отраженных в бухгалтерском балансе за 2019 год запасов стоимостью 142.372 тыс. рублей.

Судом установлено, что должник выполнял работы для АО «СУ № 1» в рамках договора № 03/2015-Р от 11.06.2015 на территории аэропорта Домодедово, что отражено в решении арбитражного суда г. Москвы от 06.05.2021 по делу № А40-54874/21-67-401.

Договоры, заключенные с АО «СУ № 1», переданы конкурсному управляющему ФИО1 по акту от 05.07.2021. Также ФИО1 даны пояснения конкурсному управляющему и суду, что кабель находится на строительной площадке на территории аэропорта Домодедово.

В ходе судебного разбирательства конкурсным управляющим неоднократно указывалось на имеющуюся у ответчика обязанность передать имущество управляющему, однако, с учетом специфики имущества фактическая передача состоятся не может.

Конкурсным управляющим 25.10.2021 был направлен запрос конкурсному управляющему АО «СУ № 1» о предоставлении сведений о том, имеются ли на территории строительной площадке в аэропорту Домодедово какие-либо товарно-материальные ценности, материалы, принадлежащие ЗАО «Оргрегионпроект». Конкурсный управляющий АО «СУ № 1» сообщил, что данной информацией он не располагает.

Суд первой инстанции отметил, что территория аэропорта является режимным объектом, договор на выполнение работ на данной территории конкурсному управляющему представлен, кабель не имеет идентификационных данных, в связи с чем только лишь направление запроса конкурсному управляющему контрагента не может служить достаточным для розыска имущества должника.

ФИО1 сведения относительно запасов должника раскрыты, доведены до сведения конкурсного управляющего. С даты признания должника банкротом полномочия руководителя ФИО1 прекращены, в связи с чем полномочия по поиску имущества, в том числе истребованию у третьих лиц перешли к конкурсному управляющему должника.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии доказательств неправомерных действий бывшего руководителя должника и неисполнения обязанности, установленной п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве.

Относительно довода о непередаче конкурсного управляющему транспортных средств должника судом первой инстанции было установлено следующее.

В ходе процедуры банкротства конкурсным управляющим было получено письмо МО ГИБДД ТНРЭР № 3 ГУ МВД по г. Москве» от 11.11.2020, в котором указано, что за должником зарегистрированы следующие транспортные средства: Ленд Ровер Дискавери 4 VIN SArLAAAF4BA589943; Ленд Ровер Дискавери 4 VIN <***>; LADA 212140 VIN <***>; Вольво FH-TRUCK VIN <***>; KASSBOHRER XS VIN <***>; Вольво FH-TRUCK VIN

<***>; Когель S24 VIN <***>; УАЗ 390995-04 VIN <***>.

По акту приема-передачи от 05.08.2020 конкурсному управляющему были переданы копии паспортов транспортных средств.

По акту приема-передачи от 22.04.2021 конкурсному управляющему были переданы оригиналы паспортов транспортных средств Вольво FH-TRUCK VIN <***>, KASSBOHRER XS VIN <***>, Вольво FHTRUCK VIN <***>, Когель S24 VIN <***>.

Также по акту от 22.04.2021 конкурсному управляющему передан договор хранения транспортных средств № 01-ОТХ от 25.07.2020, согласно которому автомобили Вольво FHTRUCK VIN <***>; KASSBOHRER XS VIN <***>; Вольво FH-TRUCK VIN <***>; Когель S24 VIN <***> находятся на хранении в г. Набережные Челны.

19.10.2021 конкурсным управляющим был совершен осмотр стоянки в г. Набережные Челны в целях установления местонахождения автомобилей должника, которые якобы были переданы на хранение по адресу <...>. По результатам осмотра стоянки было установлено, что данных транспортных средств там нет и они там никогда не находились, что подтверждается показаниями охранника стоянки ФИО5 и отражено в акте осмотра.

Конкурсным управляющим представлена распечатка с сайта ФССП в отношении ЗАО «Оргрегионпроект», которая указывает на вынесение административных штрафов в отношении нарушений правил дорожного движения на территории Москвы, Республики Татарстан, Чувашкой Республики, Ульяновской, Тульской и Владимирской областей.

Суд первой инстанции исходил из того, что приведенные конкурсным управляющим доводы не свидетельствуют о сокрытии ответчиком имущества или утрате такого имущества с учетом передачи ФИО1 документов на транспортные средства.

Судом учтено, что доказательства наличия в действиях бывшего руководителя должника ФИО1 недобросовестных, неразумных действий руководителя, нарушающих интересы общества; виновность руководителя в данных действиях; а также причинно-следственную связь между действиями (бездействием) бывшего руководителя должника по непередаче имущества и причинением должнику этим убытков в материалы обособленного спора не представлены.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ответственность за невозможность погашения требований кредиторов в связи с непередачей документации и товарно-материальных ценностей должника не может быть возложена на бывшего руководителя общества, обязанность которого по обеспечению сохранности имущества прекратилась с момента введения конкурсного производства; конкурсным управляющим не доказана противоправность поведения бывшего руководителя должника по рассматриваемому эпизоду.

Суд установил, что конкурсным управляющим указано на неисполнение ответчиком обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о

признании должника банкротом в срок, установленный ст. 9 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий полагал, что признаки неплатежеспособности у ЗАО «Оргрегионпроект» имелись уже в 2016 году. Следовательно, до 01.05.2017 генеральный директор общества должен был обратиться в суд с заявлением о признании ЗАО «Оргрегионпроект» несостоятельным (банкротом).

Конкурсным управляющим указано, что в период 2016-2019 годы в отношении ЗАО «Оргрегионпроект» был подан ряд исковых заявлений о взыскании задолженности.

Суд первой инстанции отметил, что задолженность перед кредиторами, чьи требования в ходе процедуры банкротства не были включены в реестр требований кредиторов должника, не могут быть учтены судом при установлении у должника признаков неплатежеспособности.

Из пояснений ФИО1 данных им в ходе рассмотрения спора, судом установлено, что в период возникновения задолженности, на которую ссылается конкурсный управляющий в обоснование своей позиции, должник продолжал осуществлять хозяйственную деятельность. Фактически деятельность прекращена в 2018 году. Так, конкурсным управляющим не учтено наличие действующих и выполняемых в указанный период контрактов и договоров, по результатам выполнения которых планировалось получение сумм достаточных для погашения задолженности и сохранения организации.

Суд первой инстанции принял во внимание, что ЗАО «Оргрегионпроект» были заключены как новые договоры, так и исполнялись ранее заключенные контракты с АО «Строительное Управление № 1», ООО «ХиммашАппарат», ООО «Газпром Трансгаз Москва», ООО «Газпром инвест», ГК Туркменгаз, цена работ по которым составляла более 600 млн. руб.

Суд первой инстанции отметил, что 13.08.2018 на счет должника поступили денежные средства от ГК Туркменгаз в размере 153,8 млн. рублей, что подтверждается уведомлениями Банка ГБП (АО) от 13.08.2018 № 55969 и № 55962, представленными в материалы дела.

Выполнение должником своих обязательств по контрактам и договорам говорит о надлежащем исполнении своих обязанностей руководителем должника, предполагающего возможность избежать банкротства должника и погашение имеющейся задолженности перед всеми кредиторами.

В связи с указанным суд первой инстанции посчитал, что в действиях ФИО1 отсутствует причинно-следственная связь между действиями ответчика по доведению организации до банкротства (поскольку действия были направлены на сохранение организации и сложившаяся ситуация вызвана факторами неподконтрольными генеральному директору, такими как неоплата выполненных работ контрагентом), а также вина и умысел способствующий своими действиями доведению банкротства.

Судом установлено, что Конкурсный управляющий также вменяет в вину ФИО1 совершение сделок, причинивших существенный вред имущественным правам кредиторов должника.

В процессе изучения финансово-хозяйственной деятельности должника конкурсным управляющим был выявлен ряд сделок, совершенных ответчиком и направленных на фактическое выбытие имущества из конкурсной массы:

снятие ФИО6 денежных средств с расчетного счета должника на общую сумму 36 950 000 рублей 00 копеек в 2017-2018 годах;

договор купли-продажи от 26.04.2017 № 01-АМТ-26/04/2017 с ФИО7, отчуждение транспортного средства с занижением цены продажи на 565 000 рублей ниже рыночной;

перечисление денежных средств со счета должника в пользу ФИО1 в сумме 4 204 000 рублей 00 копеек в 2017-2020 годах;

перечисление в пользу ФИО8 денежных средств 24.08.2018 в размере 3 500 000,00 руб. с назначением платежа оплата по договору беспроцентного займа от 23.08.2018;

перевод денежных средств по Договору процентного займа № 1/ВН-2016 от 18.05.2016 в пользу ООО «Газстройхиминжиниринг» в сумме 800 000 руб.

сделка по исполнению должником обязательств ФИО1 перед ООО «Панавто» в размере 4 470 000 руб. за автомобиль по договору № ДК18-05196 от 11.08.2018.

Суд первой инстанции установил, что вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 13.04.2022 суд признал недействительными перечисления денежных средств с расчетного счета ЗАО Оргрегионпроект» в пользу ФИО1 на общую сумму 3.995.161 рубля 51 копейки; применил последствия недействительности указанных сделок в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу ЗАО Оргрегионпроект» денежных средств в размере 3.995.161 рубля 51 копейки; в удовлетворении остальной части заявления отказал.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 26.08.2021 суд признал недействительной сделку по исполнению должником ЗАО Оргрегионпроект» обязательств ФИО1 перед ООО «Панавто» в размере 4.470.000 рублей 00 копеек за автомобиль Mercedes-Benz GLE 350D 4MATIC GRANDEDITION по договору № ДК18-05196 от 11.08.2018; взыскал с ФИО1 в конкурсную массу ЗАО Оргрегионпроект» денежные средства в размере 4.470.000 рублей 00 копеек.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 30.06.2022 суд признал недействительным договор купли-продажи транспортного средства № 01-АМТ-26/04/2017 от 26.04.2017, заключенный между ЗАО «Оргрегионпроект» и ФИО7; применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО7 в конкурсную массу ЗАО «Оргрегионпроект» денежных средств в размере 565.000 рублей.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 28.04.2021 отказано конкурсному управляющему ЗАО Оргрегионпроект» ФИО3 в удовлетворении заявления о признании недействительными сделками снятие ФИО6 со счета ЗАО Оргрегионпроект» по денежным чекам за период с 27.09.2017 по 27.08.2018 денежных средств в общем размере 36.450.000 рублей 00 копеек и применении последствий недействительности сделки.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.06.2021 по настоящему делу признаны недействительными сделками по переводу денежных средств по договору процентного займа № 1/ВН-2016 от

18.05.2016г. в размере 300 000 руб.; по договору процентного займа № 2/ЮЛ2018 от 30.03.2018г. в размере 500 000 руб.; взысканы с ООО «Газстройхиминжиниринг» в конкурсную массу ЗАО «Оргрегионпроект» денежные средства в размере 800 000 руб.

В отношении сделки по перечислению в пользу ФИО8 денежных средств 24.08.2018 в размере 3 500 000,00 руб. с назначением платежа оплата по договору беспроцентного займа от 23.08.2018, судом установлено следующее.

Суд первой инстанции отметил, что из представленного реестра платежей следует, что ФИО8 в порядке ст. 313 ГК по распорядительным письмам №№ 06/11, 05/12, 21/01, 07/03, 27/02, 26/12, 06/11, 07/11, 10 А40-317243/18 04/03, 23/03, 23/07, 10/12, 22/01, 19/12, 20/05, 29/01, 24/10, 23/07, 14/06, 27/02, 02/08, 05/12, 10/02, 20/02, 09/03, 01/12, 08/05, 29/06 в пользу третьих лиц осуществлено в период с 06.11.2018 по 03.09.2019 перечисление денежных средств в общем размере 1 504 134,72 руб.

Суд принял во внимание, что в материалы дела представлен акт сверки расчетов, подписанный со стороны должника и ФИО8, свидетельствующий о наличии по состоянию на 29.07.2020 задолженности в размере 1 995 865,28 руб. в пользу ЗАО «Оргрегионпроект».

В материалы дела также представлено письмо ФИО8 направленное в ответ на запрос конкурсного управляющего в подтверждение факта реальности хозяйственных отношений по договору займа от 23.08.2018 и документы, подтверждающие частичное исполнение.

Учитывая изложенное, суд пришел к выводу о том, что указанная конкурсным управляющим сделка с ФИО8 не свидетельствует о совершении руководителем должника действий, направленных на вывод активов должника, в целях причинения вреда. Доказательств заинтересованности материалы дела не содержат.

Суд первой инстанции указал, что конкурсным управляющим не обосновано, что указанные им сделки в целях применения презумпции совершения невыгодных для должника сделок прошли проверку на критерий существенности.

При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Отказывая в удовлетворении заявления в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции исходил из недоказанности совокупности обязательных условий, при наличии которых возможно привлечение к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В тоже время, суд первой инстанции пришел к выводу, что совершение спорных сделок, признанных судом недействительными, привело к причинению убытков. При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции произвел переквалификацию совершенных ответчиком неправомерных действий с субсидиарной ответственности на убытки.

Суд первой инстанции исходил из того, что в качестве последствий недействительности сделок с ФИО1 с него взысканы денежные средства в конкурсную массу должника, в целях недопустимости двойного взыскания задолженности указанные суммы не могут быть повторны взысканы в качестве убытков.

Отменяя определение суда первой инстанции, и признавая ошибочными выводы суда первой инстанции в части отказа в привлечении ФИО1 к ответственности за непередачу материальных ценностей конкурсному управляющему и за неподачу заявления о банкротстве должника, суд апелляционной инстанции обоснованно исходил из следующего.

Апелляционным судом установлено, что определением от 09.06.2020 в третью очередь РТК Должника было включено непогашенное требование ПАО «Уралхиммаш» (задолженность в размере 1 531 255,54 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, 28 313 руб. расходов по госпошлине). Судебный акт, на котором основаны требования, вступил в законную силу 28.04.2016.

Также определением Арбитражного суда г. Москвы по настоящему делу от 13.12.2019г. в реестр требований кредиторов должника были включены требования ИФНС № 1 по г. Москве в сумме 21.134.625 рублей 47 копеек основного долга, а также в размере 15.868.116 рублей 92 копеек пени и штрафа. Данное требование было основано на вступившем в законную силу решении арбитражного суда г. Москвы по делу № А40- 215742/18-75-3455 от 24.04.2019г. В указанном решении суда оспаривалось доначисление налогов и штрафных санкций в отношении ЗАО «Оргрегионпроект» по результатам налоговой проверки за период 2013-2015 годов.

Судом учтено что, данная задолженность перед бюджетом, включенная в реестр требований кредиторов, образовалась до 2016г.

Судом апелляционной инстанции установлено, что по данным финансового анализа, составленного ООО «Аудит-Гарант» за период с 31.12.2015г. по 23.06.2020г. выявлено:

Анализ агрегированного баланса за 2015-2016 год показал, что текущие обязательства увеличились на 31441 тыс. рублей, доля в пассиве баланса составила 85,62%, в основном за счет увеличения кредиторской задолженности;

Кредиторская задолженность увеличилась на 23433 тыс. рублей и составила 314812 тыс. рублей (76,09% пассивов предприятия);

Собственные средства предприятия уменьшились на 9157 тыс. рублей (стр. 60-61). Анализ коэффициентов, характеризующих неплатежеспособность должника, отражен на стр. 110-115. Сделан вывод о неплатежеспособности должника: коэффициенты абсолютной и текущей ликвидности, степень платежеспособности по текущим обязательствам - значительно хуже оптимальных уже на 31.12.2015г.: Коэффициент текущей ликвидности 0,57 при нормативе 2,00; Коэффициент абсолютной ликвидности 0,03 при нормативе 0,20; Степень платежеспособности по текущим обязательствам 27,23 (мес.) при нормативе 6 мес.

А по результатам за 2016 год коэффициенты только ухудшались. Финансовый анализ временного управляющего не был оспорен или признан недействительным.

Апелляционный суд верно отметил, что анализируя в совокупности: данные коэффициентов из финансового анализа, данные бухгалтерских балансов, данные результатов налоговой проверки, реестр требований кредиторов, представленные в материалы дела доказательства - можно сделать вывод о наличии признаков неплатежеспособности у ЗАО «Оргрегионпроект» по результатам 2016 года.

Суд обоснованно исходил из того, что до 01.05.2017 года генеральный директор Общества должен был обратиться в суд с заявлением о признании ЗАО «Оргрегионпроект» несостоятельным (банкротом).

Руководитель должника не подал в установленный срок (до 01.05.2017г.) заявление в арбитражный суд о признании должника банкротом, накапливая кредиторскую задолженность.

В связи с вышеизложенным, апелляционный суд пришел к верному выводу о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица генерального директора ФИО1 к субсидиарной ответственности по указанному основанию.

Апелляционный суд пришел к верному выводу о том, что суд первой инстанции не дал надлежащую оценку данным доводам и не исследовал, когда образовалась задолженность перед всеми конкурсными кредиторами и уполномоченным органом. Ссылка на представленный ответчиком список договоров как на доказательство ведения деятельности должником является необоснованной.

Суд апелляционной инстанции верно отметил, что само по себе указание на заключение договоров не является доказательством того, что они исполнялись и по ним поступали денежные средства. Кроме того заключение договоров само по себе не свидетельствует о платежеспособности должника и об отсутствии у него признаков банкротства.

Ответчик в этой связи не представлял какой-либо обоснованный план выхода должника из кризиса, ссылаясь, в том числе на состоявшиеся сделки должника с его контрагентами, ответчик не опровергнул объективно свидетельствующие данные об ухудшении экономического состояния должника.

Судом учтено, что ФИО1 являлся единоличным исполнительным органом должника с даты создания компании и до даты введения конкурсного производства, а также до настоящего времени ФИО1 принадлежит 80% акций в ЗАО «Оргрегионпроект». Указанные доводы подтверждаются распечаткой из сервиса Контур-Фокус.

Относительно требования о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности за непередачу материальных ценностей и документации в отношении должника судом установлено следующее.

Суд первой инстанции указал, что документация, подтверждающая задолженность ГК «Туркменгаз», была по акту приема-передачи передана конкурсному управляющему 05.07.2021.

Кроме того, судебным приставом-исполнителем МО по ИПНО УФССП России по Москве постановлением от 07.11.2019 наложен арест на дебиторскую задолженность ЗАО «Оргрегионпроект» в размере 1 819 079, 39 долларов США, по состоянию на дату ареста - 115 675 258 руб.

В материалы настоящего спора представлены договоры, заключенные с ГК «Туркменгаз», документация к ним.

При этом конкурсным управляющим не указано, какая еще документация по задолженности ГК «Туркменгаз», имеющаяся у ответчика, подлежала передаче конкурсному управляющему.

В ходе рассмотрения спора ответчик указывал, что запасы находятся на территории аэропорта Домодедово, в подтверждение чего представил письмо от 24.12.2019, оборотно-сальдовую ведомость по счету 41.01 за 2019 г., акты инвентаризации (т. 2 л.д. 35-39). Суд первой инстанции согласился с данным доводом ответчика.

Судебная коллегия соглашается с выводом апелляционного суда о том, что представленные доказательства не подтверждают, что на дату введения конкурсного производства (30.07.2020) запасы еще находились на территории аэропорта Домодедово.

При этом судом учтено, что акты инвентаризации никем не подписаны, а в письме от 24.12.2019 не указано о каком именно имуществе идет речь, оборотно-сальдовая ведомость в свою очередь является внутренним бухгалтерским документом должника. Иных доказательств, подтверждающих нахождение запасов должника на территории аэропорта Домодедово, не представлено.

Апелляционный суд установил, что конкурсным управляющим был сделан ряд запросов - в АО «СУ-1», с которым был заключен договор на выполнение работ, АО «Центродорстрой» (также выполняло работы в аэропорту) и ФГУП «АГА (А)» (непосредственный заказчик работ).

В материалах дела имеется ответ конкурсного управляющего АО «СУ-1» ФИО9, в котором указано на отсутствие информации о наличии какого-либо имущества должника на строительных площадках в аэропорту Домодедово. Также были получены ответы об отсутствии имущества от АО «Центродорстрой» и ФГУП «АГА (А)».

Ка верно отметил апелляционный суд, данным документам судом первой инстанции не была дана надлежащая оценка.

Не были представлены доказательства, транспортировки имущества на территорию аэропорта Домодедово, хранения и использования его там, какие-либо документы, подтверждающие право собственности на данное имущество у должника и т.д., что позволило бы конкурсному управляющему предъявить требования к лицам, у которых находится спорное имущество.

В соответствии со ст. 126 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) установлена обязанность руководителя должника передать конкурсному управляющему должника товарно-материальные ценности, а не просто указать на место их нахождения.

Апелляционный суд верно отметил, что Законом о банкротстве предусмотрена субсидиарная ответственность за непередачу имущества, а не за чинение препятствия по доступу к такому имуществу, как указал суд первой инстанции в оспариваемом определении.

Судом учтено, что размер непереданных запасов установлен вступившим в законную силу определением Арбитражного суда г. Москвы от 25.12.2020 в размере 20 078 тыс. руб. Также размер запасов указан в представленной

оборотно-сальдовой ведомости по счету 41.01 за 2019 г. в размере 20 078 351,01 руб. и в бухгалтерском балансе за 2019 год.

По непередаче автотранспортных средств конкурсному управляющему судом апелляционной инстанции установлено следующее.

Судом установлено, что 25.12.2020 судом были истребованы у ответчика указанные автомобили, выдан исполнительный лист, предъявленный к исполнению в службу судебных приставов-исполнителей.

В отношении автомобилей Вольво FH-TRUCK VIN <***>; KASSBOHRER XS VIN <***>; Вольво FH-TRUCK VIN <***>; Когель S24 VIN <***> ответчик указал, что они были переданы на хранение ФИО10, в подтверждение чего представлены договор, акт приема-передачи.

Как указал конкурсный управляющий, 25.10.2021г. должником в адрес хранителя направлялось требование о возврате транспортных средств, ответ на которое получен не был, транспортные средства до настоящего времени возвращены не были.

В связи с этим конкурсный управляющий обратился с иском в Сармановский районный суд Республики Татарстан.

Решением Сармановского районного суда Республики Татарстан по делу №№ 2- 193/2022 от 02.06.2022г. было удовлетворено исковое заявление ЗАО «Оргрегионпроект» об обязании ФИО10 возвратить ЗАО «Оргрегионпроект» с хранения транспортные средства тягач седельный грузовой VOLVO FH-TRUCK 4x2 VIN <***> г/н 0373СС77, полуприцеп KASSBOHRER XS VIN <***> г/н <***> тягач седельный грузовой VOLVO FH-TRUCK 4x2 VIN <***>, г/н <***> и полуприцеп KOGEL S24 1 VIN <***> г/н <***>.

04.08.2022г. был выдан исполнительный лист ФС № 033455186, который был направлен на исполнение в Сармановский РОСП Республики Татарстан. До настоящего времени требования не исполнены.

Апелляционный суд принял во внимание, что хранитель, ФИО10 расписался как представитель должника в акте осмотра от 19.12.2021г. не имея каких-либо полномочий. Кроме того срок возврата автотранспорта истек почти год назад от даты данного акта, однако ФИО10 продолжает удерживать эти транспортные средства в неизвестном месте.

Судом учтено, что ФИО1 никак не может передать данные транспортные средства, поскольку они у него не находятся, в связи с чем привлечение его к ответственности за непередачу имущества, которое у него не находится не правомерно.

Судом правомерно отклонен довод апеллянта о том, что автомобили не находятся в месте хранения, а перемещаются по территории России, поскольку это не свидетельствует о вине ответчика, поскольку автомобили находятся не у него.

Срок хранения установлен до 31.12.2020г., при этом конкурсное производство было введено решением от 31.07.2020, в связи с чем обязанность по поиску транспорта лежит на конкурсном управляющем.

Относительно остальных автомобилей ответчик указывал, что они не имеют существенную ценность в рамках деятельности должника, при этом

каких-либо доказательств передачи их конкурсному управляющему не представил.

Апелляционным судом верно отмечено, что указание на то, что они находятся в известном ФИО1 месте и могут быть переданы в любой момент, лишь подтверждает факт неисполнения ответчиком своей обязанности. При этом не представлено доказательств того, что ФИО1 совершал какие-либо действия, направленные на передачу данного имущества конкурсному управляющему.

Судебная коллегия соглашается с выводом апелляционного суда о том, что ФИО1 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности за непередачу в конкурсную массу автомобилей Ленд Ровер Дискавери 4 VIN SArLAAAF4BA589943; Ленд Ровер Дискавери 4 VIN <***>; LADA 212140 VIN <***>; УАЗ 390995-04 VIN <***>.

Судом учтено, что каких-либо доказательств того, что непереданое конкурному управляющему имущество является незначительным для масштабов деятельности должника (относительно всех его активов, реестра требований кредиторов) в материалы дела не представлено.

Доводы кассационной жалобы свидетельствуют о несогласии с установленными судом обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку. Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 АПК РФ.

Опровержения названных и установленных судом апелляционной инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы суда основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства.

Нарушений или неправильного применения норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства или повлекших судебную ошибку, не установлено.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней доводам не имеется.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19 января 2023 года по делу № А40-317243/18 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судья Н.Я. Мысак Судьи: А.А. Дербенев Е.Л. Зенькова