Постановление от 14 июля 2020 г. ФАС СКО (ФАС Северо-Кавказского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А18-1021/2015
г. Краснодар
15 июля 2020 года
Резолютивная часть постановления объявлена 14 июля 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 июля 2020 г.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Денека И.М., судей Андреевой Е.В. и Илюшникова С.М., при участии в судебном заседании от финансового управляющего индивидуального предпринимателя ФИО1 – ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 02.08.2020), в отсутствие финансового управляющего индивидуального предпринимателя ФИО4 – ФИО5, иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу финансового управляющего индивидуального предпринимателя ФИО4 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) – ФИО5 на определение Арбитражного суда Республики Ингушетия

от 28.11.2019 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда

от 28.02.2020 по делу № А18-1021/2015, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (далее – должник) финансовый управляющий ФИО4 – ФИО5 (далее – заявитель) обратился в арбитражный суд с заявлением о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам определения суда от 07.05.2019 об отказе во включении требования ФИО4 в размере 33 007 376 рублей в реестр требований кредиторов должника.

Заявление мотивировано тем, что в обвинительном заключении в отношении ФИО4 установлен факт привлечения денежных средств граждан для долевого строительства в размере, достаточном для предоставления должнику займа в размере 33 007 376 рублей.

Определением суда от 28.11.2019, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 28.02.2020, в удовлетворении заявления отказано.

Судебные акты мотивированы тем, что содержащиеся в обвинительном заключении сведения не указывают на наличие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения спора.

В кассационной жалобе финансовый управляющий просит определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда отменить. Податель жалобы указывает, что выводы судов являются необоснованными, так как содержащиеся в обвинительном заключении сведения означают финансовую возможность

ФИО4 предоставить должнику заем в размере 33 007 376 рублей. При этом именно выводы об отсутствии финансовой возможности послужили основанием для отказа во включении требований в реестр.

Отзывы на кассационную жалобу не поступили.

В судебном заседании представитель финансового управляющего должника с доводами кассационной жалобы не согласился.

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, решением суда от 01.08.2016 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО6 Сообщение об этом опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 10.09.2016 № 167.

03 мая 2017 года финансовый управляющий ИП ФИО4 – ФИО7 обратился с заявлением о включении задолженности в реестр требований кредиторов. В обоснование заявленных требований управляющий указал, что решением Малгобекского городского суда Республики Ингушетия от 15.09.2016 по делу № 2-947/2016 с должника в пользу ИП ФИО4 взыскана задолженность по договорам займа в размере 34 007 376 рублей.

Определением суда от 12.07.2017 требование ИП ФИО4 включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 34 007 376 рублей.

В последующем апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия от 21.06.2018 № 33-481/2018 решение Малгобекского городского суда Республики Ингушетия от 15.09.2016 отменено, производство по делу №2-947/2016 прекращено.

Отмена судебного акта, на котором основаны требования ИП ФИО4, включенные в реестр, послужила основанием для обращения финансового управляющего должника ФИО6 с заявлением о пересмотре определения суда от 12.07.2017 по новым обстоятельствам.

Решением суда от 23.11.2018 заявление удовлетворено, определение от 12.07.2017 отменено по новым обстоятельствам.

Определением суда от 07.05.2019, оставленным без изменения постановлениями апелляционного суда от 30.07.2019 и окружного суда от 24.10.2019, в удовлетворении заявления ИП ФИО4 о включении задолженности в размере 34 007 376 рублей в реестр требований кредиторов отказано. Суды установили, что заявление мотивировано наличием задолженности по договорам займа в размере 480 тыс. долларов США, переданных на основании четырех расписок от 28.02.2008, от 02.04.2008, от 05.06.2008, от 14.10.2008 и в размере 2 820 тыс. рублей, переданных на основании расписки

от 13.08.2008. В расписках указано, что денежные средства переданы для приобретения материалов строительства и выполнения работ. Однако факт передачи денежных средств с учетом финансовой возможности ИП ФИО4 не доказан, что послужило основанием для отказа в удовлетворении заявления.

23 сентября 2019 года финансовый управляющий ИП ФИО4 –

ФИО5 обратилась в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о пересмотре определения суда от 07.05.2019 по вновь открывшимся обстоятельствам.

Заявление мотивировано тем, что обвинительным заключением в отношении ФИО4 установлен факт получения ей денежных средств от участников долевого строительства и последующая их передача должнику для строительства многоквартирного дома.

Отказывая в удовлетворении заявления, суды руководствовались положениями главы 37 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), а также разъяснениями, изложенными в пунктах 3 и 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 № 52 «О применении положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам»., и пришли к выводу о том, что содержащиеся в обвинительном заключении сведения не указывают на наличие таких обстоятельств, которые имели бы значение для правильного рассмотрения спора.

Как отметил суд первой инстанции, установленный в обвинительном заключении факт получения денежных средств ФИО4 от граждан и последующая передача их должнику не может быть положен в основу пересмотра судебного акта.

Суд апелляционной инстанции при этом указал, что установленные в обвинительном заключении обстоятельства не является преюдициальными в силу статьи 69 Кодекса, с учетом чего не могут опровергать вывод об отсутствии у ФИО4 финансовой возможности предоставить должнику заем в размере 480 тыс. долларов США и 2 820 тыс. рублей.

Выводы судов являются правильными.

Кроме того, суд кассационной инстанции считает необходимым отметить, что из обвинительного заключения следует наличие совместного преступного умысла у должника, ФИО8 и ФИО9, направленного на хищение чужих денежных средств путем обмана в особо крупном размере. Согласно разработанному плану и распределению ролей должник (ФИО1) должен был подыскать земельный участок, организовать с привлечением наемных рабочих самовольное строительство многоквартирного дома, получать от граждан денежные средства, вводить граждан в заблуждение относительно возникновения у них права собственности на жилое помещение и пр. ФИО8 должна была профинансировать приобретение земельного участка, вводить граждан в заблуждение относительно возникновения у них права собственности на жилое помещение, получать от них денежные средства и пр. (стр. 5 обвинительного заключения).

При этом из пояснений должника следует, что строительство многоквартирного жилого дома велось за счет денежных средств, полученных от покупателей долей земельного участка и долей жилого дома (стр. 92 обвинительного заключения).

Следовательно, можно предположить, что передача денежных средств должнику от ФИО8 являлась частью реализации разработанного плана по хищению чужих денежных средств с введением граждан в заблуждение относительно возникновения у них права собственности на жилое помещение в строящемся многоквартирном доме.

Как указано апелляционным судом, обвинительное заключение не устанавливает обстоятельств, которые являются преюдициальными для арбитражного суда. Однако, если обстоятельства, указывающие на реализацию совместного преступного умысла по хищению чужих денежных средств, найдут свое подтверждение в приговоре суда, это будет означать, что похищенные денежные средства не принадлежат кому-либо из участников преступной группы вне зависимости от их движения между этими участниками. В свою очередь, при установлении в рамках уголовного дела совместного преступного умысла у должника и ФИО8, действия по распоряжению денежными средствами между этими лицами, осуществляемые при совершении преступления будут ничтожными (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) в силу того, что конечной целью названных действий будет хищение чужих денежных средств, а не достижение соответствующих гражданско-правовых последствий между участниками преступной группы.

Из акта приема-передачи от 10.09.2019 следует, что обвинительные заключения вынесены в отношении всех указанных лиц (т. 2, л. д. 106), следовательно, в отношении каждого из них возбуждено уголовное дело. Если все участники преступной группы будут привлечены к уголовной ответственности, они будут солидарными ответчиками перед потерпевшими лицами, которым причинен ущерб (апелляционное определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2013 № 20-АПУ13-8).

В свою очередь обстоятельства передачи денежных средств от ФИО4 должнику в размере 480 тыс. долларов США, переданных на основании четырех расписок от 28.02.2008, от 02.04.2008, от 05.06.2008, от 14.10.2008 и в размере 2 820 тыс. рублей, переданных на основании расписки от 13.08.2008, могут иметь значение при решении вопроса возмещении ущерба в солидарном порядке.

На основании изложенного вывод судов об отсутствии оснований для пересмотра определения суда от 07.05.2019 является верным. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Ингушетия от 28.11.2019 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2020 по делу

№ А18-1021/2015 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.


Председательствующий И.М. Денека

Судьи Е.В. Андреева С.М. Илюшников