Постановление от 15 мая 2023 г. по делу № А44-1373/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


15 мая 2023 года

Дело №

А44-1373/2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Кравченко Т.В., судей Бычковой Е.Н. и Зарочинцевой Е.В.,

при участии конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «МАГМАнит» ФИО1 (паспорт), от общества с ограниченной ответственностью «Промторг» ФИО2 (доверенность от 20.04.2021), от компании «Dietze & Schell Maschinenfabrik GmbH & Co, KG» ФИО3 (доверенность от 08.11.2022), представителя ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 06.07.2021), ФИО6 – ФИО5 (доверенность от 06.07.2021), ФИО6 – ФИО5 (доверенность от 06.07.2021), от акционерного общества «Научно-производственный комплекс «Суперметалл» ФИО7 (доверенность от 21.04.2022),

рассмотрев 27.04.2023 в открытом судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «МАГМАнит» ФИО1 и общества с ограниченной ответственностью «Промторг» на определение Арбитражного суда Новгородской области от 19.10.2022 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2023 по делу № А44-1373/2021,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Новгородской области от 07.04.2021 на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «Промторг», адрес: 111024, Москва, ул. 2-я Кабельная, д. 2, стр.9, ИНН <***>, ОГРН <***> (далее – ООО «Промторг»), возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «МАГМАнит», адрес: 173011, Великий Новгород, ул. Восточная, д. 15, ИНН <***>, ОГРН <***> (далее – Общество).

Определением от 13.06.2021 заявление ООО «Промторг» признано обоснованным, в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО1.

Решением от 10.12.2021 Общество признано несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО1

Конкурсный управляющий 01.03.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании ничтожным договора от 07.06.2019 № 50А-19/СМ/59 и дополнительных соглашений к нему №№ 1-17, заключенного должником и акционерным обществом «Научно-производственный комплекс «Суперметалл» им. Е.И. Рытвина (далее – Компания). В качестве последствий признания ничтожности сделки, конкурсный управляющий просил:

- признать отсутствующими у Компании права требования по взысканию с должника арендной платы в размере 12 512 803, 14 руб. по оспариваемой сделке;

- признать отсутствующими у Компании права требования по взысканию с должника стоимости безвозвратных потерь в размере 55 862 551, 08 руб. по оспариваемой сделке;

- обязать Компанию возвратить должнику 15 000 грамм платины и 3 500 грамм родия, которые были необоснованно изъяты у должника в рамках ничтожной сделки – договора от 07.06.2019 № 50А-19/СМ/59

Определением от 19.10.2022, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2023, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО1 просит отменить определение от 19.10.2022 и постановление от 23.01.2023 и удовлетворить заявление.

По мнению конкурсного управляющего, оспариваемая сделка является притворным договором, поскольку оборудование не могло выступать предметом договора аренды. Конкурсный управляющий полагает, что Компания фактически предоставила Обществу необходимое количество собственного драгоценного металла, без которого запуск производства был бы невозможен. В связи с этим заявитель считает, что договор аренды по своей сути прикрывает товарный кредит, а также отдельно оказание услуг по изготовлению оборудования и его транспортировку.

По мнению конкурсного управляющего, в спорной ситуации имеет место финансирование путем предоставления необходимого материала для осуществления производственной деятельности на безвозвратной основе. Как указывает податель жалобы, возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника, необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного участника (акционера).

Податель жалобы считает, что в результате оспариваемой сделки Компания получила тотальный контроль за хозяйственной деятельностью должника в обход установленных корпоративных процедур.

В кассационной жалобе ООО «Промторг» также просит отменить определение от 19.10.2022 и постановление от 23.01.2023 и принять новый судебный акт об удовлетворении заявления.

Дополнительно к доводам, приведенным конкурсным управляющим, ООО «Промторг» указало на то, что выручка от реализации продукции не покрывала расходы должника на аренду оборудования, не считая иных затрат Общества.

В отзыве, поступившем в суд в электронном виде, Компания возражает против удовлетворения кассационных жалоб.

В судебном заседании конкурсный управляющий ФИО1, представители ООО «Промторг», компании «Dietze & Schell Maschinenfabrik GmbH & Co, KG», ФИО4, ФИО6 и ФИО6 поддержали доводы обеих кассационных жалоб, а представитель Компании возражал против их удовлетворения.

Законность определения от 19.10.2022 и постановления от 23.01.2023 проверена в кассационном порядке.

Как установлено судом на основании представленных в дело доказательств, Компания и Общество 07.06.2019 заключили договор № 50А-19/СМ/59 (далее – договор от 07.06.2019), в соответствии с которым Компания (арендодатель) предоставляет Обществу (арендатор) оборудование (фильерные питатели для выработки непрерывных базальтовых волокон типа УЧП-8НБВ-18.00.00, УЧП-12НБВ-18.00.00, УЧП-16НБВ-18.00.00, иглы, электроды, чехлы, термопары) в аренду (во временное пользование), а арендатор принимает оборудование, оплачивает его использование и возвращает оборудование в состоянии, в котором оно было передано ему, с учетом его износа, предусмотренного условиями использования оборудования.

Согласно пункту 1.2 договора от 07.06.2019 оборудование используется Обществом исключительно для производства непрерывных базальтовых волокон на промышленной площадке, расположенной по адресу Общества.

Пунктом 2.1 договора от 07.06.2019 предусмотрено, что Компания извещает Общество о готовности оборудования для передачи его в аренду, направив арендатору дополнительное соглашение к договору, в котором указывается тип оборудования, его параметры, номер и т.п. и определяется единовременная плата за аренду.

В соответствии с пунктами 3.1, 3.2 и 3.3 договора от 07.06.2019 Общество оплачивает Компании единовременно единовременную плату для каждой единицы переданного в аренду оборудования (ее размер определяется исходя из стоимости затрат на производство оборудования), ежемесячно – арендную плату (размер определяется исходя из арендной ставки в размере 12% годовых от стоимости оборудования), единовременно – стоимость безвозвратных потерь (стоимость драгоценных металлов, безвозвратно потерянных при использовании оборудования и при переработке возвращенного арендатором оборудования, определенная исходя из фактической массы безвозвратно потерянных драгоценных металлов в период аренды, установленной в результате балансовой переработки возвращенного оборудования, по ценам на драгоценные металлы на торгах компании Johnson Matthey (Europe-London) на дату определения фактических безвозвратных потерь – дату акта переработки возвращенного оборудования), а также компенсирует арендодателю расходы по транспортировке оборудования.

В дополнительных соглашениях к договору от 07.06.2019 № 1-5, 7, 8-14, 16 и 17 зафиксированы индивидуально определенные признаки каждого передававшегося в аренду фильерного питателя и иного оборудования (термопары, чехлы для термопар, иглы, электроды): индивидуальный номер, вес, в том числе драгоценных металлов, стоимость. Каждый фильерный питатель имел свою дату изготовления и передавался с техническим паспортом, о чем указано в дополнительном соглашении № 15.

В дополнительном соглашении № 6 определена арендная ставка для оборудования, переданного в аренду после 01.01.2020 - 6,0% годовых от стоимости оборудования.

Возврату арендодателю каждый фильерный питатель подлежал с учетом износа, предусмотренного условиями эксплуатации.

Судами установлено, что за период с 31.07.2019 по 28.12.2020 Компания передала в аренду Обществу 46 единиц оборудования. По состоянию на 30.04.2021 Общество полностью возвратило Компании арендованное оборудование.

В связи с неисполнением Обществом обязательств по внесению арендных платежей Компания обратилась в арбитражный суд с соответствующим исковым заявлением. Решением Арбитражного суда города Москвы от 01.11.2021 по делу № А40-105926/2021 с Общества в пользу Компании взыскано 75 086 473 руб. 84 коп. задолженности по арендной плате по договору аренды от 07.06.2019, 200 000 руб. в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Неисполнение Обществом решения суда послужило основанием для обращения Компании в рамках настоящего дела о банкротстве в суд с заявлением о включении требования в реестр требований кредиторов должника (далее – реестр).

Определением от 13.04.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 14.06.2022 и постановлением суда округа от 14.09.2022, требование Компании в размере 69 003 949 руб. 54 коп. основного долга признано обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты; в удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

Конкурсный управляющий ФИО1 обратилась в суд с рассматриваемым заявлением о признании договора от 07.06.2019 ничтожной сделкой, указывая на то, что договор по своей правовой природе не является арендой. Как указывает управляющий, предметом договора аренды выступает оборудование, которое в процессе использования полностью утрачивает свои свойства, что не соответствует положениям статьи 607 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Поскольку оборудование не могло выступать предметом договора аренды, то оспариваемый договор является, по мнению заявителя, притворной сделкой, совершенной с целью прикрыть иную сделку. Как указывает управляющий, Компания предоставила должнику необходимое количество собственного драгоценного металла, без которого запуск производства был бы невозможен, поэтому оспариваемая сделка прикрывает товарный кредит (статья 822 ГК РФ), а также отдельно оказание услуг по изготовлению оборудования и его транспортировке.

По мнению конкурсного управляющего, в результате заключения договора от 07.06.2019 производственная деятельность должника лишилась автономности и оказалась полностью зависимой от действий Компании, часть имущества, представляющее собой ключевую часть неразрывной технологической цепочки формально оставалось в собственности Компании, а не должника.

Кроме того, заявитель указывает на то, что Компания фактически контролирует должника.

Суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, не усмотрел оснований для признания договора от 07.06.2019 ничтожной сделкой.

Изучив материалы дела и проверив доводы кассационных жалоб, суд округа пришел к следующему.

Судами установлено, что Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 11.05.2018, размер уставного капитала составил 100 000 руб. Участниками Общества являются ФИО6 (12,5%) с 11.05.2018; ФИО6 (12,5%) с 11.05.2018; ФИО4 (15%) с 10.02.2021; ФИО8 (20%) с 11.05.2018; ФИО9 (10%) с 11.05.2018; ФИО10 (20%) с 11.05.2018; ФИО11 (10%) с 11.05.2018.

Из материалов дела, в том числе размещенных в электронном виде в информационно-справочной системе «Картотека арбитражных дел», следует, что с момента создания Общества его деятельность финансировалась учредителями должника и иными лицами, чьи требования рассмотрены судом и субординированы: ФИО6 (определение от 23.11.2021), ФИО6 (определение от 23.11.2021), ФИО4 (определение от 23.11.2021), общество с ограниченной ответственностью «Сигма плюс» (определение от 23.11.2021), общество с ограниченной ответственностью «Институт базальтовых волокон» (определения от 23.11.2021 и 31.05.2022), ФИО11 (определение от 27.01.2022), ФИО12 (определение от 11.04.2022), Компания (определение от 13.04.2022).

При проверке обоснованности требования Компании (определение от 13.04.2022) судом первой инстанции установлено, что ее генеральным директором является ФИО8 с 24.04.2009. Согласно выписке из реестра владельцев ценных бумаг акционером названной организации является ООО «Институт базальтовых волокон», генеральным директором которого является ФИО10, который также является учредителем названной организации с долей участия 29% с 15.02.2019. Также участниками ООО «Институт базальтовых волокон» являются ФИО4 (32%) с 15.02.2019; ФИО8 (29%) с 15.02.2019; ООО «Освельт ГМБХ» (10 %) с 28.12.2018.

ФИО12 являлся единоличным исполнительным органом Общества - генеральным директором в период с 14.05.2018 по 26.03.2021, при этом с 08.12.2009 занимал должность специалиста по таможенному обеспечению в Компании, а с 02.08.2018 переведен на должность коммерческого директора в указанной организации.

Судом первой инстанции при вынесении вышеперечисленных судебных актов о субординировании требований указанных выше лиц установлено, что на протяжении всей деятельности Общества с момента создания его учредителями и иными лицами предоставлялись займы на крупные суммы.

В рамках настоящего дела о банкротстве судами также было установлено, что Общество было создано «с нуля» для производства непрерывных базальтовых волокон в г. Великий Новгород. При этом Компания являлась производителем оборудования (фильерных питателей) для производства базальтового волокна, общество с ограниченной ответственностью «Институт базальтовых волокон» обладало исключительным правом на технологическое решение, используемое в технологии производства непрерывных базальтовых волокон, закрытое акционерное общество «Научно-производственный центр «ЛАВАинтел» - торговый дом по продвижению и реализации продукции Общества.

С мая 2018 года по август 2019 в Обществе велись подготовительные работы и мероприятия к запуску производства в том числе за счет предоставленных участниками Общества займов: у акционерного общества «Новгородский завод стекловолокна» приобретены нежилые строения и земельный участок, в которых произведен капитальный ремонт, выполнена прокладка коммуникаций, монтаж шести базальтоплавильных печей и шести наработанных ячеек, включая наматывающие аппараты, распределители замасливателя, ячейки для монтажа фильерных питателей и КИП-оборудование.

На первом этапе запуска (4 квартал 2019 года – 1 квартал 2020 года) производство работало в режиме отработки технологии с выбором оптимальных технологических режимов и наработки товарной продукции. Планируемая себестоимость изготовления базальтового волокна превышала его рыночную стоимость, что не позволяло получать прибыль до момента постепенного выхода Общества на полную производственную мощность.

При изложенных обстоятельствах следует признать, что группой физических лиц и находящихся под их контролем организаций была создана бизнес-модель, при которой технология производства базальтового волокна, изготовление оборудования для производства указанной продукции, непосредственно само производство и реализация готовой продукции были распределены между разными юридическими лицами, объединенными общностью экономических интересов в соответствующей сфере бизнеса.

Сама по себе такая бизнес-модель не нарушает прав и законных интересов независимых кредиторов в отсутствие доказательств того, что должник в рассматриваемом случае именно в результате оспариваемой сделки стал центром убытков, а его деятельность приобрела недобросовестный характер в связи с заключением договора от 07.06.2019.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на то, что в результате заключения договора от 07.06.2019 производственная деятельность должника лишилась автономности, не указывает, располагало ли Общество возможностью самостоятельно изготавливать фильерные питатели, необходимые для производства непрерывного базальтового волокна, либо приобретать такое оборудование на более выгодных условиях у независимого лица.

Аффилированность участников спорных правоотношений сама по себе не свидетельствует о недействительности сделки.

Из материалов дела о банкротстве Общества также следует, что до заключения с Компанией оспариваемого договора Общество заключило с ООО «Промторг» договор от 22.05.2019 № 2019-22/05 со схожими условиями.

Так, в соответствии с договором от 22.05.2019 № 2019-22/05 ООО «Промторг» (арендодатель) предоставляет Обществу (арендатору) оборудование (фильерные питатели для выработки непрерывных базальтовых волокон типа УЧП-8НБВ-18.00, УЧП-12НБВ-18.00, УЧП16НБВ-18.00), а арендатор принимает оборудование, оплачивает его использование в порядке и на условиях договора и возвращает оборудование в состоянии, в котором оно было передано ему с учетом его износа, предусмотренного условиями использования оборудования.

С Общества в пользу ООО «Промторг» вступившим в законную силу судебным актом взыскана задолженность по арендной плате в размере 4 078 425,33 руб. Обоснованность требования ООО «Промторг» о включении в реестр названной задолженности, а также требование о включении в реестр сумм безвозвратных потерь (11 051 392,85 руб.) рассматриваются в рамках других обособленных споров.

При этом при проверке обоснованности требования ООО «Промторг» о включении в реестр стоимости безвозвратных потерь было установлено, что изготовителем оборудования (фильерных питателей) является Компания (на основании отдельного договора, заключенного с ООО «Промторг»), а ООО «Промторг» предоставляло Компании драгоценные металлы в количестве, необходимом для производства оборудования. Указанное обусловлено тем, что именно Компания обладала полным циклом изготовления и переработки фильерных питателей.

Между тем конкурсный управляющий не оспорил договор от 22.05.2019 № 2019-22/05, заключенный ООО «Промторг» и Обществом, на что справедливо обратил внимание суд апелляционной инстанции при вынесении обжалуемого постановления.

Суд округа считает верным отклонение судами довода конкурсного управляющего о том, что оспариваемая сделка не является арендой, а взаимоотношения сторон должны регулироваться нормами о товарном кредите.

Судами установлено и подателями кассационной жалобы не опровергнуто, что предметом договора от 07.06.2019 являлась непотребляемая вещь – фильерный питатель, который представляет собой оборудование, изнашиваемое в процессе эксплуатации. Фильерный питатель не утрачивает свои свойства в результате однократного использования, поскольку его эксплуатация (использование) может быть прекращена и возобновлена. Из условий оспариваемой сделки не следует, что ее предметом являются предоставляемые Компанией драгоценные металлы, потребляемые в процессе изготовления базальтового волокна.

Из условий договора от 07.06.2019 и дополнительных соглашений к нему следует, что предметом договора являлись именно фильерные питатели, имеющие индивидуально-определенные характеристики (индивидуальный номер, вес и дату изготовления). При этом фильерные питатели и драгоценные металлы в собственность Общества не поступали.

При таких обстоятельствах суды правильно применили нормы материального права и обоснованно отклонили довод конкурсного управляющего о притворном характере оспариваемой сделки.

Суд округа считает верным и вывод судов об отсутствии оснований для признания договора от 07.06.2019 недействительным по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве ввиду недоказанности совершения сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторам, равно как и наличие такого вреда в результате исполнения договора.

С учетом изложенного основания для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационных жалоб отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Новгородской области от 19.10.2022 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2023 по делу № А44-1373/2021 оставить без изменения, а кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Промторг» и конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «МАГМАнит» ФИО1 - без удовлетворения.



Председательствующий

Т.В. Кравченко

Судьи


Е.Н. Бычкова

Е.В. Зарочинцева