Решение от 4 июля 2024 г. по делу № А24-1251/2024

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КАМЧАТСКОГО КРАЯ


Именем Российской Федерации



РЕШЕНИЕ

Дело № А24-1251/2024
г. Петропавловск-Камчатский
05 июля 2024 года
Резолютивная часть решения объявлена 26 июня 2024 года.

Полный текст решения изготовлен 05 июля 2024 года.


Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Душенкиной О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Голубевой А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску муниципального казенного учреждения «Служба благоустройства Петропавловск-Камчатского городского округа» (ИНН <***>, ОГРН<***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Развитие» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании 1 330 294,88 руб.,

при участии:

от истца: ФИО1 – представитель по доверенности от 09.02.2024 (сроком на 3 года), диплом № ю/3750

от ответчика: ФИО2 – представитель по доверенности от 05.03.2024 (сроком на 2 года), удостоверение адвоката № 139,

установил:

муниципальное казенное учреждение «Служба благоустройства Петропавловск-Камчатского городского округа» (далее – истец, Учреждение, адрес: 683017, <...>) обратилось в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Развитие» (далее – ответчик, Общество, адрес: 683004, <...>) о взыскании 1 330 294,88 руб., включающих 1 230 294,88 руб. пеней, начисленных за период с 01.10.2022 по 02.11.2022 в связи с нарушением срока выполнения работ, и 100 000 руб. штрафа за нарушение срока предоставления на согласование календарного плана-графика выполнения работ (с учетом увеличения исковых требований в части пеней, принятого протокольным определением от 27.05.2024).

Требования заявлены истцом со ссылкой на статьи 309, 310, 329, 330, 708 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статью 34 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ) и мотивированы ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по муниципальному контракту от 15.03.2022 № 0138300000422000070_0001/15-НП/22мк на выполнение работ по благоустройству Бульвара 300-летия  Российского флота (Алея флота) по ул. Ленинской, г. Петропавловск-Камчатский.

Ответчик в отзыве на иск выражает несогласие с заявленными требованиями, указывает на независящие от него обстоятельства, оказавшие влияние на срок выполнения работ (задержка поставки материала контрагентами Общества), считает начисленный размер неустойки несоразмерным и просит снизить его в порядке статьи 333 ГК РФ.

Выслушав в судебном заседании доводы сторон, поддержавших свои правовые позиции, изложенные в иске и отзыве на него, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд пришел к следующему выводу.

Как следует из материалов дела, 15.03.2022 между Учреждением (заказчик) и Обществом (подрядчик) заключен муниципальный контракт от 15.03.2022 № 0138300000422000070_0001/15-НП/22мк на выполнение работ по благоустройству Бульвара 300-летия  Российского флота (Алея флота) по ул. Ленинской, г. Петропавловск-Камчатский.

По условиям контракта подрядчик принял на себя обязательство выполнить указанные работы и передать результат работ заказчику в установленный контрактом срок, а заказчик – принять и оплатить результат работ (пункт 1.1).

Цена контракта определена в размере 149 126 651,70 руб. (пункт 2.1 в редакции дополнительного соглашения от 30.09.2022 № 3).

Срок выполнения работ установлен пунктами 4.1, 4.2 контракта с даты заключения контракта до 30.09.2022.

В соответствии с пунктом 7.1 контракта стороны несут ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение своих обязательств.

В частности, в соответствии с пунктом 7.5 контракта за нарушение сроков окончания выполнения работ подрядчик уплачивает заказчику неустойку (пени) за каждый день просрочки исполнения обязательств, вплоть до их фактического исполнения.

Пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения подрядчиком обязательств, предусмотренных контрактом, начиная со дня, следующего после истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства, и устанавливается в размере 1/300 действующей на дату уплаты пеней ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных подрядчиком (пункт 7.5.1).

За каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения подрядчиком обязательства, предусмотренного контрактом, которое не имеет стоимостного выражения, он уплачивает штраф в размере 100 000 руб. (пункт 7.4).

09.11.2022 стороны подписали акт о приемке выполненных работ № 9  на сумму 141 684 398,46 руб.

17.11.2022 стороны подписали соглашение о расторжении контракта, в пунктах 2, 3 которого определили, что подрядчиком по контракту фактически выполнены, а заказчиком приняты работы на сумму 141 684 398,46 руб., обязательства подрядчика считаются прекращенными с 03.11.2022. Ранее заключенное соглашение о расторжении контракта от 02.11.2022 стороны признали недействительным (пункт 4 соглашения от 17.11.2022).

В связи с нарушением срока выполнения работ заказчик выставил подрядчику требование об уплате установленной контрактом неустойки в виде пеней, а также штрафа за нарушение срока предоставления на согласование календарного плана-графика выполнения работ, установленного пунктом 3.1.3 контракта (претензия от 17.01.2024 № 99).

Поскольку требования заказчика оставлены без ответа и удовлетворения, Учреждение обратилось с рассматриваемым иском в суд.

Проанализировав представленный в материалы дела контракт и документы, связанные с его исполнением, суд пришел к выводу, что между истцом и ответчиком сложились правоотношения, регулируемые положениями главы 37 ГК РФ, общими нормами ГК РФ об обязательствах и договоре, а также Законом № 44-ФЗ.

Согласно пункту 1 статьи 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его. К отдельным видам договора подряда (бытовой подряд, строительный подряд, подряд на выполнение проектных и изыскательских работ, подрядные работы для государственных нужд) положения, предусмотренные настоящим параграфом, применяются, если иное не установлено правилами Кодекса об этих видах договоров (пункт 2 статьи 702 ГК РФ).

В соответствии со статьей 763 ГК РФ подрядные строительные работы (статья 740 ГК РФ), проектные и изыскательские работы (статья 758 ГК РФ), предназначенные для удовлетворения государственных или муниципальных нужд, осуществляются на основе государственного или муниципального контракта на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд.

По государственному или муниципальному контракту на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд подрядчик обязуется выполнить строительные, проектные и другие связанные со строительством и ремонтом объектов производственного и непроизводственного характера работы и передать их государственному или муниципальному заказчику, а государственный или муниципальный заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их или обеспечить их оплату (пункт 2 статьи 763 ГК РФ).

В соответствии со статьями 309, 314 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов в период времени, в течение которого они должны быть исполнены, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

В соответствии со статьей 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, которая по своей правовой природе является мерой имущественной ответственности.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ). При этом в силу статьи 331 ГК РФ соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке.

Следовательно, для привлечения лица к ответственности в виде неустойки необходимо установить факт неисполнения либо ненадлежащего исполнения им принятых на себя обязательств, а также, с учетом положений статьи 331 ГК РФ, установить, что за нарушение данного обязательства договором либо законом установлена неустойка.

Обращаясь в суд с требованием о взыскании с ответчика пеней в сумме 1 230 294,88 руб., истец ссылается на нарушение подрядчиком срока выполнения работ.

Пунктом 1 статьи 708 ГК РФ установлено, что в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). При этом подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы. Иное может быть установлено законом, иными правовыми актами или предусмотрено договором (абзац 2 пункта 1 статьи 708 ГК РФ).

Нарушение сроков выполнения работ, установленных в договоре или в приложение к договору подряда, в силу статей 708 и 773 ГК РФ признается существенным, поскольку другая сторона в значительной степени лишается того, на что она вправе была рассчитывать при заключении государственного контракта.

Согласно части 6 статьи 34 Закона № 44-ФЗ в случае просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, заказчик направляет поставщику (подрядчику, исполнителю) требование об уплате неустоек (штрафов, пеней).

Пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства, и устанавливается контрактом в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от цены контракта (отдельного этапа исполнения контракта), уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом (соответствующим отдельным этапом исполнения контракта) и фактически исполненных поставщиком (подрядчиком, исполнителем), за исключением случаев, если законодательством Российской Федерации установлен иной порядок начисления пени (часть 7 статьи 34 Закона № 44-ФЗ).

Аналогичная ответственность подрядчика предусмотрена сторонами в пункте 7.5.1 контракта, на основании которого Учреждением начислены спорные пени.

Нарушение подрядчиком срока выполнения работ, установленного контрактом до 30.09.2022, материалами дела установлено и в целом Обществом не оспаривается. Фактически работы завершены, а обязательства подрядчика прекращены 03.11.2022, что установлено пунктом 3 соглашения о расторжении контракта от 17.11.2022.

Следовательно, поскольку факт просрочки выполнения работ материалами дела подтвержден, а соглашение о неустойке сторонами достигнуто, требование о применении к ответчику гражданско-правовой ответственности в виде пеней за нарушение срока выполнения работ заявлено истцом правомерно.

Период просрочки определен истцом правильно, с учетом существа обязательства и фактических обстоятельств. При этом истец не включил в расчет неустойки дату фактического прекращения обязательств подрядчик (03.11.2022), рассчитав пени за период с 01.10.2022 по 02.11.2022, что является его правом и прав ответчика в данном случае не нарушает.

Расчет пеней произведен истцом, исходя из 1/300 ключевой ставки Банка России, установленной на дату исполнения обязательства (02.11.2022) в размере 7,5 %, что соответствует разъяснениям, приведенным в пункте 26 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), и правовой позиции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 04.12.2018 № 302-ЭС18-10991, от 18.09.2019 по делу № А15-1198/2018.

Расчет пеней судом проверен и признан верным.

Доводы Общества о наличии обстоятельств, от него не зависевших, но оказавших влияние на срок выполнения работ, а, следовательно, освобождающих его от ответственности, судом изучены и отклоняются как необоснованные.

В соответствии с пунктом 1 статьи 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

Оценивая доводы ответчика, связанные с задержкой поставки материалов для выполнения работ, суд, прежде всего, отмечает, что контракт заключен сторонами в рамках Закона № 44-ФЗ по результатам проведенной заказчиком конкурентной процедуры. Информация, связанная с проведением закупки, и необходимая документация в соответствии с порядком, установленным Законом № 44-ФЗ, заблаговременно размещена на электронной площадке, в связи с чем ответчику были известны основные условия контракта, условия выполнения работ, их объем, сроки еще на стадии участия в аукционе, то есть до заключения контракта.

Являясь профессиональным участником рынка оказания услуг в исследуемой сфере, ответчик принимал участие в закупке по своей воле, подписывая контракт, согласился с его условиями, не заявив заказчику о наличии препятствий для своевременного исполнения обязательств, а потому, действуя добросовестно и осмотрительно, должен был реально оценивать все риски и принимать достаточные меры к надлежащему исполнению контракта. Заключив контракт на предложенных условиях и приступив к его выполнению, подрядчик осознанно принял риски, связанные с невозможностью своевременно и в полном объеме выполнить работы по контракту и наступлением при ненадлежащем исполнении контракта неблагоприятных последствий, в том числе в виде применения штрафных санкций. Риски, связанные с неправильной оценкой своих возможностей по выполнению работы в срок либо с просрочкой исполнения обязательств, по смыслу статей 401, 403 ГК РФ не являются обстоятельствами непреодолимой силы, исключающими вину Общества в несвоевременном исполнении договорных обязательств.

Вопреки доводу Общества, сроки исполнения обязательств контрагентами, привлеченными ответчиком, не относятся к числу обстоятельств, не зависящих от воли стороны и освобождающих от ответственности. Подавая заявку на участие в торгах, изучив конкурсную документацию, характер работ, сроки их выполнения, место производства работ, общество могло и должно было заблаговременно определить наличие необходимого материала у поставщиков на территории региона либо наличие материала у иных поставщиков за пределами региона и сроки доставки в этом случае закупленного материала к месту производства работ. При заключении контракта с применением конкурентных процедур презюмируется, что привлекаемый к работам подрядчик (поставщик услуг, продавец) готов выполнить работы (оказать услуги) в установленные контрактом сроки и на иных условиях, предусмотренных таким контрактом, с учетом места производства работ, особенностей климата в регионе в период производства работ и пр.

Доводы ответчика о наличии недостатков проектно-сметной документации также подлежат отклонению как несостоятельные. Доказательств тому, что подрядчик обращался к заказчику в связи с обнаруженными ошибками в проектно-сметной документации, что в проект согласовывались и вносились какие-либо изменения, в материалы дела не представлено, равно как и доказательств уведомления истца о приостановлении выполнения работ в порядке статей 716, 719 ГК РФ в связи наличием обстоятельств, препятствующих выполнению работ по контракту.

Представленные ответчиком в материалы дела письма от 19.09.2022, от 13.10.2022 с предложениями внести корректировку в проектно-сметную документацию, во-первых, адресованы не заказчику, а проектировщику (заказчику направляется копия для сведения), тогда как в силу статей 716, 718, 719 ГК РФ уведомление о необходимости скорректировать документацию подрядчик должен направлять заказчику и только с заказчиком обсуждать необходимость этих изменений как со стороной договора и лицом, оплачивающим работы, тем более, что правовое регулирование заключенного сторонами контракта осуществляется, помимо прочего, положениями Закона № 44-ФЗ. Во-вторых, в дело не представлено доказательств направления этих писем ни проектировщику, ни заказчику, а из содержания писем следует, что подрядчик предлагал изменения с улучшающими, на его взгляд, характеристиками, а не в связи с недостатками проектно-сметной документации, ухудшающими качество работ. При этом доказательств согласования подрядчику этих изменений материалы дела не содержат.

В данной связи в силу пункта 2 статьи 716 ГК РФ подрядчик, вовремя не заявивший заказчику о наличии препятствий к своевременному выполнению работ, лишается права ссылаться на данные обстоятельства.

Таким образом, ответчик не доказал наличия обстоятельств, освобождающих его от ответственности за нарушение срока выполнения работ, либо влияющих на размер такой ответственности. Приводимые ответчиком доводы являются как рисками осуществляемой обществом предпринимательской деятельности, так и рисками, возникшими вследствие того, что ответчик при заключении контракта не проявил должной степени заботливости и осмотрительности, осознанно заключая договор на предлагаемых условиях. В этом случае, вступая в договорные отношения с истцом, ответчик не мог исключать вероятность наступления любых хозяйственных рисков, и должен был предвидеть соответствующие правовые последствия.

В данной связи истец вправе требовать от ответчика оплаты пеней за весь период нарушения срока выполнения работ до даты прекращения обязательств, в связи с чем требование истца о взыскании с ответчика пеней в сумме 1 230 294,88 руб. за период с 01.10.2022 по 02.11.2023 признается судом нормативно обоснованным, документально подтвержденным и подлежащим удовлетворению.

Рассмотрев требование истца о взыскании с ответчика штрафа в размере 100 000 руб. за нарушение пункта 3.1.3 контракта, а именно: нарушение срока предоставления заказчику плана-графика выполнения работ, суд пришел к следующему выводу.

Право заказчика требовать уплаты штрафа в связи с нарушением условий контракта следует из взаимосвязанного положения статьи 330 ГК РФ, а также части 6 статьи 34 Закона № 44-ФЗ.

В соответствии с частью 8 статьи 34 Закона № 44-ФЗ штрафы начисляются за неисполнение или ненадлежащее исполнение поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом. Размер штрафа устанавливается контрактом в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, за исключением случаев, если законодательством Российской Федерации установлен иной порядок начисления штрафов.

В частности, в соответствии с пунктом 6 Постановления Правительства Российской Федерации от 30.08.2017 № 1042 за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательства, предусмотренного контрактом, которое не имеет стоимостного выражения, размер штрафа устанавливается (при наличии в контракте таких обязательств) в следующем порядке: 1 000 руб., если цена контракта не превышает 3 млн. руб.; 5 000 руб., если цена контракта составляет от 3 млн. руб. до 50 млн. руб. (включительно); 10 000 руб., если цена контракта составляет от 50 млн. руб. до 100 млн. руб. (включительно); 100 000 руб., если цена контракта превышает 100 млн. руб.

Аналогичная ответственность подрядчика предусмотрена сторонами в пункте 7.4 контракта, на основании которого Учреждением предъявлено требование об уплате спорного штрафа в сумме 100 000 руб. за ненадлежащее исполнение пункта 3.1.3.

В частности, пунктом 3.1.3 контракта установлено, что подрядчик обязан в течение 5 рабочих дней с даты заключения контракта предоставить заказчику на согласование календарный план-график выполнения работ с указанием видов подготовительных и строительных работ, а также с указанием сроков начала и окончания их выполнения, произвести корректировку плана-графика на основании замечаний заказчика; утвержденный заказчиком план-график выполнения работ является неотъемлемой частью контракта.

Как указывает истец, а ответчик в порядке статьи 65 АПК РФ данное утверждение не оспорил и документально не опроверг, в нарушение установленного контрактом срока план-график предоставлен подрядчиком заказчику на согласование лишь 31.03.2022, то есть с просрочкой на 7 рабочих или 9 календарных дней.

Поскольку в нарушение условий контракта подрядчик в установленный срок не предоставил план-график выполнения работ, а за неисполнение данного обязательства как не имеющего стоимостной оценки предусмотрена ответственность в виде штрафа в размере 100 000 руб., причем такая ответственность установлена не только пунктом 7.4 контракта, но и частью 8 статьи 34 Закона № 44-ФЗ, суд признает требование истца о взыскании с ответчика указанного штрафа также правомерным.

Рассмотрев заявление ответчика об уменьшении начисленной истцом неустойки (пени и штрафа) в порядке статьи 333 ГК РФ, суд приходит к следующему выводу.

В силу пунктов 1, 2 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды.

Аналогичные разъяснения приведены в пунктах 71, 73, 75, 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7), где также указано, что если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Исходя из правовой позиции, выраженной в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О, от 14.03.2001 № 80-О, предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела, как того требуют положения статьи 71 АПК РФ. При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования.

Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 АПК РФ). Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательства; длительность неисполнения обязательства и так далее (пункт 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»). Кроме того, разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суд может исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения (абзаца второй пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», далее – Постановление № 81).

Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период (пункт 75 Постановления № 7).

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика (пункт 73 Постановления № 7), который, заявляя ходатайство о применении статьи 333 ГК РФ, должен представить доказательства, подтверждающие явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства.

В свою очередь, возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (пункт 74 Постановления № 7).

Из системного анализа приведенных правовых норм и разъяснений следует, что основанием для снижения в порядке статьи 333 ГК РФ предъявленной к взысканию неустойки (штрафа) может быть только ее явная несоразмерность последствиям нарушения обязательства.

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства ГК РФ предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Таким образом, снижение размера неустойки в каждом конкретном случае является одним из предусмотренных законом правовых способов, которыми законодатель наделил суд в целях недопущения явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства. Возложение законодателем на суды решения вопроса об уменьшении размера неустойки при ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств вытекает из конституционных прерогатив правосудия, которое по своей сути признается таковым, поскольку отвечает требованиям справедливости.

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования.

В рассматриваемом случае неустойка в виде пеней за нарушение срока выполнения работ исчислена истцом, исходя из 1/300 ключевой ставки Банка России и суммы неисполненного обязательства, что соответствует условиям контракта, требованиям статьи 34 Закона № 44-ФЗ и положениям Постановления Правительства Российской Федерации от 30.08.2017 № 1042. Указанный размер неустойки соответствует обычно применяемому в деловом обороте, особенно в отношении контрактов, заключаемых в порядке Закона № 44-ФЗ, и сам по себе не выходит за рамки требований разумности и справедливости.

Предъявленный истцом к взысканию размер пеней, исчисленный с применением установленного контрактом порядка и составивший по его расчетам 1 230 294,88 руб. за весь период просрочки чрезмерным не является (в том числе, исходя из стоимости неисполненного обязательства, на которую начислялись пени и которая составляет почти 150 млн.руб.).

Причем при расчете пеней с применением двукратной ключевой ставки Банка России (пункт 2 Постановления № 81) их размер составит 2 022 402,54 руб., что значительно превышает размер пеней, рассчитанных в соответствии с условиями контракта.

Исключительности обстоятельств, в силу которых может быть применена однократная ключевая ставка Банка России (пункт 2 Постановления № 81), в рассматриваемом случае не установлено. При этом размер неустойки с применением однократной ставки составит 1 011 201,27 руб., что фактически соответствует размеру ответственности, определенной в соответствии с условиями контракта.

Снижение неустойки ниже однократной учетной ставки Банка России допускается лишь в экстраординарных случаях, приведенных в абзаце третьем пункта 2 Постановления № 81, однако рассматриваемая ситуация к таким случаям не относится.

Названные обстоятельства свидетельствует о выполнении установленной контрактом неустойкой в виде пеней своих функций как способа обеспечения исполнения обязательства и как меры гражданско-правовой ответственности, что не нарушает баланс интересов должника и кредитора, стимулируя должника к правомерному поведению, в то же время, не позволяя кредитору получить несоразмерное удовлетворение за нарушенное право. При этом ответчик, заявляя о несоразмерности предъявленной к взысканию неустойки последствиям нарушения обязательства, вопреки положениям статьи 65 АПК РФ, не представил в материалы дела соответствующие доказательства.

С учетом изложенного, суд не находит правовых оснований для применения положений статьи 333 ГК РФ применительно к начисленным истцом пеням за нарушение срока выполнения работ, в связи с чем требования истца в данной части подлежат удовлетворению в полном объеме.

В то же время, оценивая размер начисленного заказчиком штрафа за несвоевременное предоставление плана-графика выполнения работ, суд отмечает, что, исходя из приведенного нормативного регулирования, неустойка должна быть адекватной и соизмеримой с нарушенным интересом, в противном случае исключается экономическая целесообразность исполнения договора. Уменьшение размера неустойки направлено на разумное применение судом меры ответственности с учетом обстоятельств дела и характера нарушения.

Оценив представленные документы, суд приходит к выводу, что предъявленный к взысканию размер штрафа (100 000 руб.) применительно к обязательству, за ненадлежащее исполнение которого он выставлен, (предоставление плана-графика на 7 рабочих дней позднее установленного контрактом срока) явно несоразмерен последствиям ненадлежащего исполнения обязательства, учитывая отсутствие в деле доказательств, в том числе перечисленных в пункте 74 Постановления № 7, свидетельствующих о наступлении для заказчика значительных неблагоприятных последствий вследствие допущенной ответчиком просрочки предоставления плана-графика.

Принимая во внимание необходимость установления баланса между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного, а не предполагаемого, размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения, исходя, прежде всего, из компенсационного характера неустойки, суд в порядке статьи 333 ГК РФ снижает размер подлежащего уплате ответчиком штрафа за просрочку предоставления плана-графика выполнения работ до суммы 10 000 руб.

Определенный судом размер ответственности за данное конкретное нарушение направлен на выполнение неустойкой своих функций как способа обеспечения исполнения обязательства, так и меры гражданско-правовой ответственности, что не нарушает баланс интересов должника и кредитора, стимулируя должника к правомерному поведению, в то же время, не позволяя кредитору получить несоразмерное удовлетворение за нарушенное право.

При изложенных обстоятельствах с ответчика в пользу истца подлежит взысканию штраф за нарушение срока предоставления плана-графика в сумме 10 000 руб., а во взыскании остальной части штрафа суд отказывает в связи с применением статьи 333 ГК РФ.

Таким образом, требования истца подлежат частичному удовлетворению в общей сумме 1 240 294,88 руб., включающей 1 230 294,88 руб. пеней и 10 000 руб. штрафа, – а во взыскании остальной части требований суд отказывает в связи с применением статьи 333 ГК РФ.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце четвертом пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных расходов не подлежат применению при разрешении требования о взыскании неустойки, которая уменьшается судом в связи с несоразмерностью последствиям нарушения обязательства, получением кредитором необоснованной выгоды.

Аналогичные разъяснения изложены в пункте 9 Постановления № 81.

Таким образом, при снижении судом неустойки по правилам статьи 333 ГК РФ ответчик не может считаться стороной, частично выигравшей арбитражный спор и имеющей право претендовать на возмещение за счет истца судебных расходов пропорционально объему требований последнего, в удовлетворении которых арбитражным судом было отказано. Соответственно, истец в данной ситуации не считается частично проигравшим спор.

В данной связи, поскольку Управление в силу пункта 1.1 части 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации освобождено от уплаты государственной пошлины и соответствующих расходов при обращении в суд не понесло, государственная пошлина на основании части 3 статьи 110 АПК РФ подлежит взысканию с Общества в доход федерального бюджета в полном объеме, то есть в сумме 26 303 руб.

Руководствуясь статьями 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

иск удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Развитие» в пользу муниципального казенного учреждения «Служба благоустройства Петропавловск-Камчатского городского округа» 1 230 294,88 руб. пеней и 10 000 руб. штрафа; всего – 1 240 294,88 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Развитие» в доход федерального бюджета 26 303 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.


Судья                                                                                             О.А. Душенкина