Решение от 29 мая 2018 г. по делу № А32-3842/2018

Арбитражный суд Краснодарского края

350063, г. Краснодар, ул. Постовая, 32

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А32-3842/2018

г. Краснодар «29» мая 2018 года


Резолютивная часть решения объявлена 22.05.2018 года

Решение изготовлено в полном объеме 29.05.2018 года


Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Любченко Ю.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Вишницкой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

ООО «1С», г. Москва

к Индивидуальному предпринимателю ФИО1, г. Тимашевск

о взыскании компенсации за нарушение авторских прав в сумме 4 992 000 руб.


при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО2, доверенность в деле,

от ответчика: ФИО1, паспорт, ФИО3, доверенность в деле



У С Т А Н О В И Л:

ООО «1С» обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края к Индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании компенсации за нарушение авторских прав в сумме 584 000 руб.

Представитель истца в судебном заседании настаивал на удовлетворении заявленных требований в полном объеме, основания изложены в заявлении и приложенных документах, заявил ходатайство об уточнении исковых требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которого просит взыскать с ответчика компенсацию за нарушение авторских прав в сумме 4 992 000 руб.

При рассмотрении данного ходатайства суд руководствуется следующим.

В силу ч. 1 ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Названное ходатайство истца об изменении размера исковых требований судом рассмотрено и удовлетворено, как соответствующее требованиям статей 41, 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Представитель ответчика в судебном заседании возражал против заявленных требований, представил дополнительные возражения и документы, судом рассмотрены и приобщены к материалам дела. Также заявил ходатайство об отложении заседания, судом рассмотрено и удовлетворено путем объявления перерыва.

В соответствии со статьей 163 АПК РФ в судебном заседании 15.05.2018г. объявлялся перерыв до 22.05.2018г. в 15 час. 00 мин. Лица, участвующие в деле и присутствовавшие в зале судебного заседания до объявления перерыва, считаются надлежащим образом извещенными о времени и месте судебного заседания, и их неявка в судебное заседание после окончания перерыва не является препятствием для его продолжения (часть 5 статьи 163 АПК РФ).

После перерыва судебное заседание продолжено, стороны явились.

Представитель ответчика заявил ходатайство о вызове ФИО4 в качестве свидетеля, судом рассмотрено и отклонено ввиду отсутствия процессуальных оснований.

В соответствии со статьей 163 АПК РФ в судебном заседании 22.05.2018г. объявлялся перерыв до 17 час. 30 мин., осле перерыва судебное заседание продолжено.

Исследовав материалы дела, оценив представленные по делу доказательства, суд установил следующие обстоятельства, касающиеся существа спора.

Как следует из материалов дела, ООО «1С» является обладателем исключительных авторских прав на программное обеспечение «1С: Предприятие 7.7 ПРОФ. Комплексная поставка», "1С: Предприятие 7.7 для SQL. Комплексная поставка", "1С: Предприятие 7.7 (сетевая версия) Комплексная поставка". Данный факт установлен судом и не оспаривается Ответчиком.

08 июня 2017 года в ходе проведения осмотра места происшествия в магазине «Автомаг», принадлежащего ИП ФИО1 ИНН <***>, расположенном по адресу: <...> были обнаружены и изъяты два системных блока, на жестких дисках которых, согласно заключения эксперта № 17/2-796-э от 14 июля 2017 года, были записаны контрафактные программные продукты, правообладателем которого является ООО "1С".

В ходе дополнительной проверки по материалу КУСП № 380 от 17.01.2018 года, зарегистрированному в ОМВД России по Приморско-Ахтарскому району было получено заключение эксперта № 17/2-98-э от 19 марта 2018 года, согласно которому на изъятых компьютерах было обнаружено следующее программное обеспечение, правообладателем которого является ООО «1С», а именно:

«1С: Предприятие 7.7 ПРОФ. Комплексная поставка» - 6 экземпляров;

"1С: Предприятие 7.7 для SQL. Комплексная поставка" — 15 экземпляров;

«1С: Предприятие 7.7. (сетевая версия) Комплексная поставка» - 2 экземпляра.

Согласно заключению эксперта № 17/2-796-э от 14.07.2017 г. программные продукты, установленные на жестких дисках, представленных на экспертизу двух системных блоков по материалу КУСП № 380, указаны в исследовательской части в таблице № 1, таблице № 2 и таблице № 3 заключения. Программные продукты, записанные на жестких дисках, представленных системных блоков, указаны в исследовательской части.

В ходе дополнительной проверки была произведена экспертиза, согласно заключению эксперта № 17/2-98-э от 19.03.2018 г. на жестких дисках, представленных па экспертизу двух системных блоков, по материалу КУСП № 380 имеются программные продукты «1С Предприятие», которые запускаются без аппаратного ключа HASP (согласно исследовательской части).

Так, в заключении эксперт установил, что на жестком диске был установлен программный продукт «1С: Предприятие 7.7 ПРОФ. Комплексная поставка» - 6 экземпляров; «1С: Предприятие 7.7 для SQL. Комплексная поставка» - 15 экземпляров; «1С: Предприятие 7.7. (сетевая версия) Комплексная поставка» - 2 экземпляра.

Полагая, что ответчиком неправомерно использованы программы для ЭВМ, авторские права на которые принадлежат ООО «1С», истец обратился в суд с настоящим иском о взыскании компенсации за нарушение авторских прав.

Возражая против исковых требований, ответчик ссылается на то, что программа «1С: Предприятие 7.7 локальная комплексная» находилась во временных хранилищах жестких дисков, что не позволяло ему их увидеть и то, что пользование ими в соей финансовой деятельности не было возможным и не осуществлялось.

При рассмотрении дела и разрешении спора суд полагает исходить из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ, Кодекс) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать результат интеллектуальной деятельности без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом

В соответствии с пунктом 1 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации программы для ЭВМ относятся к объектам авторских прав и охраняются как литературные произведения.

В силу статьи 1261 Гражданского кодекса Российской Федерации авторские права на все виды программ для ЭВМ (в том числе на операционные системы и программные комплексы), которые могут быть выражены на любом языке и в любой форме, включая исходный текст и объектный код, охраняются так же, как авторские права на произведения литературы. Программой для ЭВМ является представленная в объективной форме совокупность данных и команд, предназначенных для функционирования ЭВМ и других компьютерных устройств в целях получения определенного результата, включая подготовительные материалы, полученные в ходе разработки программы для ЭВМ, и порождаемые ею аудиовизуальные отображения

Согласно пункту 2 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации использованием произведения независимо от того, совершаются ли соответствующие действия в целях извлечения прибыли или без такой цели, считается, в частности, воспроизведение произведения, то есть изготовление одного и более экземпляра произведения или его части в любой материальной форме. При этом запись произведения на электронном носителе, в том числе запись в память ЭВМ, также по общему правилу считается воспроизведением.

В соответствии со статьей 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации право использования результата интеллектуальной деятельности может быть предоставлено третьему лицу (лицензиату) на основании лицензионного договора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1270 ГК РФ автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 ГК РФ в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 статьи 1270 ГК РФ. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение. Использованием произведения, независимо от того, совершаются ли соответствующие действия в целях извлечения прибыли или без такой цели, считается, в частности, воспроизведение произведения.

При этом запись произведения на электронном носителе, в том числе запись в память ЭВМ, также считается воспроизведением, кроме случая, когда такая запись является временной и составляет неотъемлемую и существенную часть технологического процесса, имеющего единственной целью правомерное использование записи или правомерное доведение произведения до всеобщего сведения (подпункт 1 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ).

Кроме того, для характеристики понятия использования, помимо положений статьи 1270 ГК РФ, применительно к программам для ЭВМ необходимо также учитывать и ряд действующих на территории Российской Федерации норм Бернской конвенции по охране литературных и художественных произведений (Берн, 09.09.1886; вступила в силу для России 13.03.1995, далее - Бернская конвенция) и Договора ВОИС по авторскому праву (Женева, 20.12.1996; вступил в силу для России 05.02.2009, далее - Договор ВОИС), дополняющих положения статьи 1270 ГК РФ. В частности, нормы этих договоров по сравнению с подпунктом 1 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ более полно характеризуют понятие воспроизведения как разновидности использования произведения.

В соответствии с частью 1 статьи 9 Бернской конвенции авторы литературных и художественных произведений, охраняемых этой Конвенцией, пользуются исключительным правом разрешать воспроизведение произведений любым образом и в любой форме. В соответствии с согласованными заявлениями по Договору ВОИС в отношении статьи 1(4) "право на воспроизведение, как оно определено в статье 9 Бернской конвенции, и допускаемые этой статьей исключения полностью применяются в цифровой среде и, в частности, в отношении использования произведений в цифровой форме. Понимается, что хранение охраняемого произведения в цифровой форме в электронном средстве является воспроизведением в смысле статьи 9 Бернской конвенции".

Таким образом, факт хранения спорных программ на электронном носителе (в памяти жестких магнитных дисков компьютеров) без согласия правообладателя также образует самостоятельный состав правонарушения.

Статьей 1301 ГК РФ предусмотрено, что в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных ГК РФ (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации, в том числе, в двукратном размере стоимости экземпляров произведения.

Согласно пунктам 1 и 3 статьи 1286 Гражданского кодекса Российской Федерации по лицензионному договору одна сторона – автор или иной правообладатель (лицензиар) предоставляет либо обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования этого произведения в установленных договором пределах. Заключение лицензионных договоров о предоставлении права использования программы для ЭВМ или базы данных допускается путем заключения каждым пользователем с соответствующим правообладателем договора присоединения, условия которого изложены на приобретаемом экземпляре таких программы или базы данных либо на упаковке этого экземпляра. Начало использования таких программы или базы данных пользователем, как оно определяется этими условиями, означает его согласие на заключение договора.

Как разъяснено в пункте 43.2 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 "О некоторых вопросах, возникающих в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков. Таким образом, при предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права доказыванию подлежит наличие прав правообладателя на произведение, а также факт его незаконного использования ответчиком. Установление указанных выше обстоятельств является существенным для дела и от их установления зависит правильное разрешение спора. При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор. Как разъяснено в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2006 № 15 «О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах», при рассмотрении споров, связанных с защитой авторских прав, истец должен доказать факт принадлежности ему авторского (смежного) права, а также факт использования этих прав ответчиком. Ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании произведений. В противном случае физическое или юридическое лицо признается нарушителем авторского права и для него наступает гражданско-правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Истцом в подтверждение заявленных требований в материалы дела представлены: протокол осмотра места происшествия от 08.06.2017 г., заключение эксперта № 17/2-796-э от 14.07.2017г., заключение эксперта № 17/2-98-э от 19.03.2018г., фотоматериалы.

Как указывает истец в исковом заявлении, для защиты программного обеспечения, принадлежащего ООО «1С», при правомерном использовании применяется ключ аппаратной защиты, однако на персональных ЭВМ ответчика была обнаружена возможность запуска спорных программ без указанного ключа защиты.

По мнению истца, данное обстоятельство свидетельствует о нарушении ответчиком статьи 1299 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку ответчик без разрешения правообладателя устранил ограничения использования программы для ЭВМ, установленные путем применения технических средств защиты авторских прав.

Согласно представленному в материалы дела заключению эксперта № 17/2-98-э от 19.03.2018г., в рамках экспертизы было произведено исследование программного обеспечения, находящегося на двух системных блоках персональных ЭВМ, изъятых 08.06.2017 г. в ходе проведения осмотра места происшествия в помещениях ответчика.

Как следует из указанного заключения, эксперт обнаружил программу для ЭВМ, правообладателем которой является истец, а именно: «1С: Предприятие 7.7 ПРОФ. Комплексная поставка» - 6 экземпляров; «1С: Предприятие 7.7 для SQL. Комплексная поставка» - 15 экземпляров; «1С: Предприятие 7.7. (сетевая версия) Комплексная поставка» - 2 экземпляра.

Довод ответчика о том, что он не использовало контрафактное программное обеспечение в своей деятельности, отклоняется как противоречащий смыслу статье 1270 ГК РФ.

Хранение - это способ использования объектов авторского права, является самостоятельным правомочием и совершаемое без разрешения правообладателя составляет нарушение исключительных прав.

Поскольку компьютеры с контрафактным программным обеспечением были изъяты в помещении Ответчика, в котором он, осуществлял свою хозяйственную деятельность, предполагающую безусловное использование вышеназванных программ, можно констатировать, что, по крайней мере, незаконное хранение не лицензионных программных продуктов было допущено ответчиком.

В подтверждении своих доводов Ответчик предоставил договор купли продажи компьютерной техники от 17 января 2017 года, по которому Ответчик приобрел у гражданина ФИО4 два компьютера, которые в последствии у него были изъяты 08 июня 2017 года сотрудниками правоохранительных органов в связи с наличием на этих компьютерах программного обеспечения с признаками контрафактности.

Вместе с тем, суд полагает, что в период с 17 января 2017 года по 08 июня 2017 года ИП ФИО1 действуя предусмотрительно, имел возможность в течении нескольких месяцев привести свою компьютерную технику в надлежащее состояние, однако этого не сделал. Неоднократно произвел нарушение в виде сохранения 23 экземпляров контрафактных программ, действия Ответчика являются грубым нарушением действующего законодательства. С помощью данных программных продуктов Ответчик организовал ведение бухгалтерского учета, учета товарно-материальных ценностей.

Действия ответчика представляли собой самостоятельный способ использования объекта авторских прав, принадлежащих истцам, и нарушали запрет без согласия автора распространять, хранить его произведения в коммерческих целях.

Таким образом, соответствующие доводы ответчика о недоказанности истцом использования программ, противоречат материалам дела, в связи с чем признаны судом необоснованными.

Согласно пункту 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2006 № 15 «О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах» при разрешении вопроса о том, какой стороне надлежит доказывать обстоятельства, имеющие значение для дела о защите авторского права или смежных прав, суду необходимо учитывать, что ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании произведений и (или) объектов смежных прав. В противном случае физическое или юридическое лицо признается нарушителем права и (или) смежных прав, и для него наступает гражданско- правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Доказательств, подтверждающих факт законного использования ИП ФИО1, программ, исключительные права на которые принадлежат истцу, ответчиком не представлено.

Учитывая доказанность факта использования в деятельности ответчика программного обеспечения, исключительные права на которое принадлежат истцу, а также отсутствие в материалах дела правомерности их использования ответчиком, суд пришел к выводу об обоснованности заявленных истцом требований о взыскании с ответчика компенсации.

В соответствии со статьей 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных данным Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

- в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда;

- в двукратном размере стоимости экземпляров произведения

- в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.

В соответствии с пунктом 43.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 5, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 29 от 26.03.2009 "О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков.

Сумма компенсации определяется судом в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости (пункт 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации). Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

В материалах дела имеются доказательства факта нарушения исключительных прав истца, а также доказательства, обосновывающие стоимость использования программ, исходя из которой рассчитан двукратный размер компенсации.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Истец представил суду расчет компенсации за незаконное использование авторских прав произведен истцом на основании данных, полученных в справочнике цен на лицензионное программное обеспечение, выпущенный НП ППП, кроме того данная стоимость права использования аналогична сведениям, отраженных на официальном сайте ООО «1С» http://1c.ru/rus/partners/pricelst.jsp.

Предоставленный Истцом расчет компенсации выглядит следующим образом:

«1С: Предприятие 7.7 ПРОФ. Комплексная поставка» 25000 рублей за один экземпляр Х 6 экземпляров = 150000 рублей +

"1С: Предприятие 7.7 для SQL. Комплексная поставка" 146000 рублей за один экземпляр Х 16 экземпляров = 2190000 рублей +

«1С: Предприятие 7.7. (сетевая версия) Комплексная поставка» 78000 рублей за один экземпляр Х 2 экземпляра = 156000 рублей = 2496000 рублей Х 2 (в соответствии с п. 3 ст. 1301 ГК РФ) = 4992000 рублей.

Расчет компенсации, произведен истцом на основании вышеуказанных данных, судом признается арифметически и методологически правильным.

Ответчиком контррасчет размера компенсации не предоставил, ходатайство о снижении размера компенсации не заявил, в материалах дела доказательств обратного не имеется.

Суд полагает, что размер компенсации, заявленный истцом, отвечает принципам разумности, справедливости и соразмерности последствиям нарушения, с учетом характера допущенного нарушения прав, длительности неправомерного использования спорных программных продуктов.

Ответчик, неправомерно используя программное обеспечение при осуществлении предпринимательской деятельности, не мог не осознавать негативных последствий такого использования, ввиду чего оснований для освобождения от применения соответствующих мер ответственности не имеется.

При указанных обстоятельствах, исковые требования о взыскании компенсации за нарушение принадлежащих истцу исключительных прав подлежат удовлетворению в заявленном размере.

Оснований для снижения размера компенсации суд не установил, ответчик соответствующего мотивированного заявления и обосновывающих его доказательств не представил.

Суд также отмечает, что согласно правовой позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного суда Российской Федерации N 3 от 12.07.2017, снижение размера компенсации возможно только при наличии мотивированного заявления ответчика, подтвержденного соответствующими доказательствами. При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе.

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры.

Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости, должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами.

Данная правовая позиция сформирована в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации N 305-ЭС16-13233 от 21.04.2017, N 308-ЭС17-3085 от 12.07.2017, N 308-ЭС17-2988 от 12.07.2017, N 308-ЭС17-3088 от 12.07.2017, N 308-ЭС17-4299 от12.07.2017.

Как следует из материалов дела, ответчик ходатайство об уменьшении размера взыскиваемой компенсации не заявлял, в связи с чем, суд считает неправомерным снижение размера подлежащей взысканию компенсации и усматривает основания для удовлетворения заявленных требований в полном объеме.

В соответствии с частями 1 и 3 статьи 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия сторон.

Арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон.

Статьей 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определено, что судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

Лица, участвующие в деле, вправе знать об аргументах друг друга до начала судебного разбирательства. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

Арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или не совершения ими процессуальных действий, оказывает содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

Кроме того, судом учитывается правовая позиция ответчика на протяжении всего судебного разбирательства, о категоричном не согласии с заявленным иском и отсутствием мотивированного и документально обоснованного заявления об уменьшении размера компенсации.

С учетом вышеизложенного, исковые требования ООО «1С» являются обоснованными и подлежащими удовлетворению в полном объеме в размере 4 992 000 руб.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Пятнадцатого Арбитражного апелляционного суда от 23.05.2018 по делу А32-56879/2017, в постановлении Суда по интеллектуальным правам по делам № А60-54040/2016, № А53-29419/2016.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по настоящему делу подлежат возложению на ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 167–170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении ходатайства Индивидуального предпринимателя ФИО1 о вызове свидетеля – отказать.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу ООО «1С» компенсацию за нарушение авторских прав в размере 4 992 000 руб. и расходы по уплате государственной пошлины в размере 15 500 руб.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО1 в федеральный бюджет сумму государственной пошлины в размере 32 460 руб.

Решение может быть обжаловано в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок от даты его принятия через Арбитражный суд Краснодарского края.




Судья Ю.В. Любченко